Се Хэюй взглядом указал Пэй Се на кровати:
— На какой будешь спать?
Поколебавшись мгновение, Пэй Се последовал зову сердца:
— На той, что у окна.
Оттуда можно любоваться маленьким садиком, неплохо же.
Возможно, дело было в том, что камеры выключили, но Пэй Се заметил, что выражение лица Се Хэюя немного расслабилось:
— Во сне храпишь?
Пэй Се покачал головой, а затем добавил:
— Разве что во сне разговариваю.
Он внезапно вспомнил тот сон, и его лицо слегка ожесточилось.
Тот сон... судя по его многолетнему опыту интернет-серфинга, казался не слишком целомудренным. Раньше он всегда спал один, и даже если бормотал что-то во сне, никто не знал, что именно он говорит.
Тогда возникает вопрос: когда ему снился этот сон, говорил ли он что-нибудь вслух?
Если он и вправду разговаривал во сне, то, должно быть, должно быть, ничего непристойного?
Пэй Се бросил взгляд на Се Хэюя, который всё еще разбирал вещи, и с отчаянием мысленно закрыл глаза.
Ладно, была не была, пусть всё идет как по маслу.
Выражение лица юноши было настолько богатым на эмоции, что даже Се Хэюй, хоть и не вглядывался пристально, заметил его внезапно сникший хохолок. Ему стало любопытно, с чего бы собеседнику так измениться в лице, и он мысленно принялся гадать, что же могло послужить причиной, попутно ощутив легкий интерес к содержанию тех снов.
Терзать себя раздумьями о неизвестности было не в стиле Пэй Се, поэтому он быстро взял себя в руки и в два счета расставил всё по местам. Спасибо щедрости команды шоу, позволившей им заранее перенести сменную одежду из чемоданов в шкафы для хранения, что избавило их от неловкости при выборе вещей, которые нужно оставить, прямо посреди гостиной.
Одежды у него было немного, и, закончив с уборкой, он уселся на кровати по-турецки, погрузившись в задумчивость.
Учитывая цель участия в этом шоу, больше всего Пэй Се сейчас волновало одно: как же, черт возьми, отыскать здесь свою вторую половинку?
Всех, с кем положено, он уже узнал, но кто именно из них тот самый человек — Пэй Се по-прежнему оставался в полном недоумении.
Дело было вовсе не в том, что людей слишком много и трудно выбрать; как раз наоборот, теперь ему казалось, что людей катастрофически мало.
Главная проблема заключалась в том, что все эти семечки выглядели какими-то странными. Пэй Се, положив руку на сердце, признался себе, что если выбирать по его идеальному типу, то под описание не подходил практически никто.
Танцор Ши Юэ обладал на редкость тихим нравом и за всю первую половину дня не произнес и пары слов. Пэй Се подумал, что если они с ним забудут про романтику и просто сядут рядышком, то, пожалуй, смогут сколотить целое состояние — ведь молчание золото.
Играющий на пианино учитель Ань точно не вынесет, если Пэй Се будет засиживаться ночами за играми, перекусывая фастфудом и запивая газировкой.
Режиссер Чэн Синъюй на данный момент больше смахивал на фаната какой-нибудь пейринговой пары: заставить его самого крутить роман — всё равно что заставлять смотреть на чужие шашни.
И уж тем более нечего говорить о киноактере Се Хэюе: одна его аура, стоило ему только встать рядом, давала фору любому двухметровому громиле. Интуиция, выработанная за двадцать лет выживания под темным владычеством Пэй Е, подсказывала Пэй Се, что этот человек вовсе не так мягок и безобиден, каким кажется на первый взгляд.
А еще там была парочка экранных возлюбленных, про которых говорили, будто они настоящие...
Как ни крути, а эти люди ну никак не могли быть с ним связаны.
Неужели в том сне имелось в виду вовсе не это шоу знакомств?
Или нужный человек вообще не участвует в шоу?
Впрочем, время еще раннее, так что спешить с выводами не стоит. Он решил для начала просто понаблюдать.
— Студент Маленький Пэй.
Пэй Се просидел остолбеневшим несколько секунд, прежде чем сообразил, что этот голос, судя по всему, обращается к нему. Подперев подбородок рукой, он тупо уставился на Се Хэюя:
— Чего?
— Хотя я и правда хорош собой.
Се Хэюй слегка протянул конец фразы и с улыбкой, в которой читался скрытый подтекст, посмотрел на Пэй Се. В его персиковых глазах, полных нежности, плескались искорки веселья, словно он флиртовал.
— Но когда ты вот так таращишься на меня, мне все-таки становится немного неловко.
Глава 6. Совместное проживание
Пэй Се и Се Хэюй тупо пялились друг на друга в течение трех секунд.
До него внезапно дошло, что имел в виду собеседник. Издав звук «а», он в спешке принялся извиняться. Заметив, что тот с абсолютно невозвозмутимым видом кивнул и продолжил разбирать вещи, Пэй Се почувствовал себя еще более не в своей тарелке.
Какая позорища, какая позорища, какая позорища!
На ходу придумав первую попавшуюся отговорку, Пэй Се вылетел из комнаты пулей — оставаться в этой спальне он был больше не в силах.
Поскольку в первый день все еще не привыкли друг к другу, съемочная группа не стала выдвигать никаких требований насчет дальнейшей программы, предоставив всё на усмотрение участников. В конце концов, впереди была еще целая неделя совместной жизни в этом Домике для свиданий, и только научившись ладить друг с другом, они смогут постепенно высечь искры любви.
Стрелка часов перевалила за десятку, когда чей-то желудок издал громкое и отчетливое урчание.
Заметив, что все взгляды устремились на него, Су Ян слегка покраснел, но быстро взял себя в руки и невозмутимо оглядел присутствующих взглядом, в котором читалось: «Чего уставились?».
Ань Минъюань не удержался от смеха:
— Все мы встали ни свет ни заря и добирались издалека. Раз уж мы так долго были заняты, давайте пообедаем пораньше.
— Но в кухне, похоже, совсем нет еды.
Цзянь Фань распахнул дверцу холодильника — кроме напитков от спонсоров, в пустом агрегате не оказалось вообще ничего. Он обернулся к режиссеру Чэню:
— Что скажет режиссер?
Режиссер Чэнь сухо кашлянул:
— В двух километрах к югу от жилого комплекса есть овощной рынок, а в пяти километрах к востоку — рыбный.
— А что с бюджетом?
Подал голос Ши Юэ, успевший поучаствовать во множестве тревел-шоу.
— Пятьдесят в день.
— Вы издеваетесь, режиссер Чэнь? — запротестовал Чэн Синъюй. — На восьмерых человек — пятьдесят?
— Получается меньше шести юаней на человека. Мы вообще-то сюда любовь искать пришли, а не выживать в диких условиях.
— Чувствую, мы даже не наедимся, и ни у кого не останется сил на романтику.
— Именно. Только когда брюхо набито, мысли о... кхе-кхе, впрочем, забудьте.
[М? Студент Чэн Синъюй, с тобой что-то не так]
[Похоже, и вправду приспичило, ха-ха-ха]
[Все свои, говори прямо!]
Наперебой выкрикивая замечания, участники совместными усилиями успешно довели режиссера Чэня до полного умопомрачения, так что тот скрепя сердце сдался:
— Ну а сколько, по-вашему, нужно?
— Минимум пятьсот! — Чэн Синъюй разинул рот на чужой каравай.
— Пятьсот?! — режиссер Чэнь яростно затряс головой. — Нет-нет, слишком много.
— Тогда четыреста, меньше никак, — поколебавшись секунду, Цзянь Фань скинул сотню.
Режиссер Чэнь по-прежнему выглядел так, будто его заставляют сделать нечто невыносимое.
Стороны зашли в тупик, и Ши Юэ шевельнул губами:
— Триста?
— Идет!
Словно только этого и ждавший, режиссер Чэнь с молниеносной быстротой поставил точку:
— Ровно триста, и никаких возвратов!
Все восьмеро: «...»
Трансляция: «...»
— Погодите-ка.
Ань Минъюань внезапно уловил подвох:
— Вы ведь не собирались с самого начала...
На лице режиссера Чэня появилась плутовская улыбка:
— Поздно, больше миллиона зрителей в трансляции — тому свидетели, и не думайте отыгрывать назад.
[??????]
[Кто-нибудь, объясните, что тут произошло? Почему я вообще не понимаю этот сюжет?]
[У меня внезапно появилась безумная мысль: неужели режиссер с самого начала имел в виду пятьдесят на человека?]
[Пятью восемь — сорок, так они своими усердными стараниями умудрились урезать собственный бюджет на сто юаней?]
[Ха-ха-ха-ха-ха-ха]
Чэн Синъюй тоже сообразил, какую глупость отмочил. Скрипя зубами и наблюдая, как виновник торжества с самодовольным видом вытаскивает розовую стоюаневую купюру из общей пачки, он обхватил голову руками и испытал жгучее раскаяние.
— Какой же я тупой, ну почему я такой тупой...
Сложив руки перед грудью в извиняющемся жесте, он перевел взгляд на режиссера, пытаясь взглядом заставить того взять свои слова обратно.
[Син-Син, не злись, просто режиссер — та еще собака, ха-ха]
[Умора, кто бы мог подумать, что здесь зарыта такая ловушка]
[Чэн Синъюй просто не так всё понял, а вот Ши Юэ проявил излишнее нетерпение]
[И то верно, только что все молчали, выжидая, пока режиссер уступит, а он зачем-то ляпнул про триста]
[Вспомнилось, как его оценивали на форуме: «красавец на букву С» и впрямь оправдывает свою репутацию]
Ши Юэ тоже понял, что ему следовало промолчать. Досада на мгновение мелькнула в его глазах, губы чуть шевельнулись, но слова извинения так и застряли в горле, не сорвавшись с языка.
Остальные не обратили внимания на реакцию Ши Юэ. Собравшись с мыслями и взяв в руки оставшиеся триста юаней, они принялись размышлять, как лучше распределить бюджет.
Режиссер, которому нравилось наблюдать за чужим балаганом, вставил шпильку:
— Вообще-то в эти триста юаней уже включены расходы на ваши будущие свидания.
— Но сегодня же нет никаких свиданий, верно? — Се Хэюй пожал плечами.
Пообсуждав еще немного, восьмерка решила разделиться на две группы: одна отправится в супермаркет за предметами первой необходимости и продуктами, а вторая займется уборкой дома.
— Кто готов пойти за покупками?
Цзянь Фань замолчал на секунду:
— По крайней мере, с нами должен пойти кто-то, кто умеет выбирать еду.
http://bllate.org/book/41177/5243195
Готово:
