— Хм, вот то-то же! Знаешь, что говорить будешь?
Когда младший сын согласился, бригадир наконец немного успокоился.
— Знаю. Просто скажу, что его Гу Синчжи ищет, разве нет?
Су Лэ беспечно направился во двор.
— Ерунда! Человек на работе. С какой стати ему из-за одного слова сразу за тобой ехать?
— Дурья башка! Скажи ему, что товарищ Гу Синчжи тяжело ранен и просит приехать его навестить.
Бригадир наконец поймал удобный момент и шлёпнул сына по спине.
От удара Су Лэ едва не полетел носом вперёд.
— Пап, да чего ты опять дерёшься?!
— Хм! Чтоб языком впредь не молол! Ещё раз глупостей наговоришь — снова отлуплю!
Бригадир поднял ладонь, словно выбирая, куда ударить в следующий раз.
Су Лэ вывел велосипед и пулей выскочил из двора. Лишь отбежав несколько метров, он обернулся и громко крикнул:
— Дедушка! Твой сын избил любимого внука, так больно! Когда вернусь, ты уж не забудь мне лекарство на спину наложить!
Су Фуцян чуть не умер от злости на этого непочтительного сынка.
Но прежде чем он успел выругаться, за спиной почувствовал сразу шесть недобрых взглядов.
Неловко обернувшись, он увидел, что отец с матерью, жена и три дочери сердито смотрят на него.
— Ха-ха... Пап, не слушай, что этот негодник болтает! Да разве мог я его сильно ударить? Младшенький-то мой, мне его тоже жалко!
— Хм!
Старик Су недовольно фыркнул, подхватил жену под руку и ушёл в восточную комнату.
Бригадир перевёл взгляд на дочерей.
— Девочки, папа правда несильно бил. Это брат ваш выдумывает!
— Папа, да как ты мог поднять руку на младшего? Он же такой хороший, даже мясо нам приносит поесть! Что, если ты такого чудесного братика покалечишь?
Старшую сестру звали Су Мэйхуа, ей было двадцать три. Её муж женился, войдя в семью жены, и потому жил у них.
— Вот именно, папа. Младший такой послушный, такой почтительный к тебе. Нельзя его бить!
Су Ланьхуа тоже смотрела с явным неодобрением. Они с Су Мэйхуа были разнояйцевыми близнецами, так что внешне мало походили друг на друга.
Её муж тоже вошёл в семью жены. Он был на год моложе неё и сейчас вместе с мужем старшей сестры трудился в поле.
— Папочка-о-о... Ручка не болит? Третья дочка тебе подует!
От этого нежного, ласкового «папочка» сердце бригадира прямо растаяло.
Он весело сказал:
— Вот третья дочка одна папу жалеет! Рука у папы очень болит. Вот ведь негодный мальчишка, шкура у него толстая. В следующий раз рукой бить не буду!
Но едва бригадир договорил, как третья дочь тут же убрала с лица милую улыбку.
— Пап, так ты и правда со всей силы бил! Хм! Вот пусть теперь болит! Ужина сегодня не получишь!
Су Сяохуа скоро должно было исполниться двадцать два. Из всех сестёр она была ближе всего к Су Лэ: брат и сестра с детства вместе играли.
Сама она даже пальцем не могла его тронуть. А отец, оказывается, так сильно ударил! Она решила целых два дня с папой не разговаривать.
Су Сяохуа отвернулась, подхватила под руки старших сестёр и решительно направилась на кухню.
— Эй, третья доченька! У папы не болит рука, я его несильно ударил! Дай объяснить!
Бригадир попытался ещё оправдаться, но ни одна дочь не удостоила его ответом.
— Эх, муженёк, и когда ты только научишься? Наша третья — самая хитрая. Сколько раз она тебя уже вокруг пальца обводила?
Ли Цуйхуа покачала головой. Во взгляде, которым она одарила мужа, было одно сочувствие.
— Жена, да я правда его почти не ударил!
Бригадиру было обидно до слёз. Он ведь глава семьи, бригадир, а дома его положение хуже всех! Эх, рассказывать — только плакать.
— Ладно-ладно, не ударил. Вечером оставлю тебе половинку батата. Съешь тихонько, чтоб никто не заметил.
Шёпотом сказав это, Ли Цуйхуа отправилась помогать на кухню.
— Ладно, пойду лучше составлю для парня Гу бумагу о разрыве родства.
Вздохнув, бригадир направился в контору производственной бригады.
Су Лэ тем временем крутил педали изо всех сил и стремглав домчался на велосипеде до уездного отделения милиции.
— Товарищ, это отделение милиции. По какому вы вопросу?
Как только Су Лэ собрался войти, его остановил мужчина у входа.
— Здравствуйте, товарищ! Мне нужен Чжао Юцян, сотрудник милиции. Я из деревни Чансин.
— Капитан Чжао? Хорошо, проходите. Он только вернулся и сейчас должен быть в кабинете.
— Спасибо, товарищ!
— Не за что. Служим народу!
Су Лэ вежливо поблагодарил мужчину и быстро вошёл внутрь.
— Здравствуйте, товарищ! Подскажите, пожалуйста, здесь Чжао Юцян, милиционер Чжао?
Он подошёл к милиционеру лет тридцати с небольшим и вежливо спросил, где найти Чжао Юцяна.
— Капитан Чжао! Вас спрашивают!
Тот окликнул кого-то позади Су Лэ. Мужчина ростом около метра восьмидесяти отозвался:
— Кто меня ищет?
Су Лэ обернулся и быстро окинул его взглядом.
В милицейской форме тот выглядел подтянутым и собранным. Рослый, крепкий, сразу видно, что тренированный.
Лицо открытое и добродушное, квадратная челюсть, густые брови, большие глаза и честный вид.
Су Лэ сразу перестал его разглядывать, поднял руку и сказал:
— Товарищ, это я вас ищу.
Чжао Юцян подошёл широким шагом.
— Здравствуй, товарищ. Я Чжао Юцян. Что тебе нужно?
— Здравствуйте, здравствуйте! Меня зовут Су Лэ, я из деревни Чансин. Мне поручили передать вам сообщение. Не могли бы вы выйти на минутку?
Су Лэ говорил очень вежливо, и Чжао Юцяну он сразу понравился.
Услышав название деревни Чансин, тот немедленно вспомнил своего командира полка.
Он жестом предложил Су Лэ следовать за ним и вывел его во двор.
— Товарищ, от кого сообщение и какое? С командиром Гу что-то случилось?
Су Лэ кивнул.
— Сегодня Гу Синчжи нашли у подножия горы, весь изранен. Ноги в крови, смотреть страшно. Боюсь, совсем их потеряет. Когда очнулся, попросил моего отца найти вас в уезде, сказал, что должен с вами поговорить.
— Что ты сказал?! Не может быть! Как командир Гу мог пострадать?!
Глаза Чжао Юцяна широко раскрылись. Ему показалось, что он ослышался. Разве командир Гу не уехал домой восстанавливаться? Откуда новые раны?
— Это правда! Мне казалось, он вот-вот перестанет дышать. Если вы сейчас не заняты, поезжайте со мной. Боюсь, пока мы вернёмся, он дух испустит!
Су Лэ торопил его.
Нельзя сказать, что он преувеличивал: пока нёс Гу Синчжи на спине, дыхание того и правда было слабым.
Правда, потом раненый очнулся, и в ближайшее время вряд ли собирался умирать.
Но Су Лэ говорил так, чтобы Чжао Юцян немедленно поехал с ним, не теряя времени.
И действительно: услышав такое, Чжао Юцян сразу побежал к велосипедному сараю.
— Молодой товарищ, подожди, я возьму велосипед и подвезу тебя!
— Нет-нет, я тоже на велосипеде приехал! Давайте вместе!
Су Лэ бросился за ним.
Уселся Чжао Юцян на велосипед, крикнул, что выезжает по служебному делу, и помчался вслед за Су Лэ.
Оба крутили педали так, что у Чжао Юцяна они едва не искрились. Су Лэ пришлось из последних сил налегать на них, чтобы не отстать.
Путь, обычно занимавший сорок минут, они одолели меньше чем за полчаса.
Но въехав в деревню, Чжао Юцян уже не знал, куда сворачивать.
— Сюда! Покажу дорогу!
Тяжело дыша, Су Лэ обогнал его и поехал впереди. От бесконечной тряски ему казалось, будто зад уже на восемь частей разодрали, но он продолжал крутить педали к дому старика Яна.
http://bllate.org/book/41140/5313812
Готово:
