Готовый перевод HP Endless Stream / Гарри Поттер: Тихая заводь аристократа: Глава 2

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Берт стоял посреди оживленной улицы, чувствуя некоторое замешательство, голова у него всё ещё кружилась. Изначально он изучал Трансгрессию со своим наставником, но стоило заклинанию сорваться с губ, как он оказался здесь.

К счастью, он всё ещё находился в Англии. Берт нечасто бывал в мире маглов, но у его матери имелась там компания, так что эта обстановка не была ему совсем чужой. Просто он внезапно очутился в незнакомом месте в полном одиночестве, вот и растерялся на мгновение.

Берт окинул взглядом безлюдную улицу и вспомнил слова матери о Великой депрессии — зрелище и впрямь выглядело удручающе. Все закусочные были забиты до отказа, но от этих людей веяло глубокой тоской, их остекленевшие взгляды казались пугающими.

Куда хуже обстояли дела у него самого: из-за чрезмерной траты магии он едва держался на ногах. В конце концов, кто бы мог подумать, что заклинание сработает даже без взмаха волшебной палочкой, стоило лишь попытаться его прочесть…

Берт уже давно не заглядывал в мир маглов, если не считать родительского дома, и ему нужно было как можно скорее вернуться. Вот только его магия временно не восстановится, оставалось лишь ждать, пока тело окрепнет. Волшебной палочки при себе не было, денег тоже, выживать в таких условиях — задача не из простых. Оставалось лишь надеяться, что младшая сестра будет вести себя тихо и не станет капризничать.

С тех пор как родители ушли из жизни, Берт жил, всё сильнее превозмогая себя. Род Альфред и без того приходил в упадок, так что им пришлось закрыть поместье. А когда мать, Цзинь Иньша, вышла замуж за представителя рода Альфред, семейный бизнес пошёл в гору, и они даже развернули новые дела в мире маглов. Вот только родители, навестив родину матери, подхватили проклятие и погибли страшной смертью.

Юный Берт, призванный в мир маглов, застал лишь безжизненные тела родителей, похожие на зловещих демонов. Испытав сильнейшее потрясение, мальчик пробудил у себя магическую наследственность крови. И в тот момент, когда Берт уже не мог вынести нагрузку, мать Цзинь Иньша и отец Херманн исчерпали последние силы, чтобы очистить его каналы, из-за чего использовать эту родовую мощь теперь не представлялось возможным. Мать просила его жить дальше и даже не думать о мести. Но Берт не мог забыть случившееся.

Берт и раньше проходил подготовку наследника, а лишившись защитной опоры, стал тренироваться с безумным упорством, подавляя собственную истинную природу. В огромном Замок Альфред в живых осталось всего три человека: он сам, младшая сестра Стефани и наставник Ланс. Да и Ланса едва ли можно было назвать человеком — он принадлежал к давным-давно исчезнувшим эльфам, хоть особой силой похвастаться и не мог.

Судя по привычкам Ланса, в этот раз, когда Берт попал в неприятности, тот не станет его разыскивать. А значит, во всём придется полагаться исключительно на собственные силы. К тому же нужно было вернуться домой до того, как Стефани сорвется окончательно. После гибели родителей она привязалась к нему с невероятной силой и страдала от острой нехватки чувства безопасности.

Берт тихо шёл по обветшалому переулку, спиной ощущая недобрые взгляды из темноты. Он старался сохранять самообладание, отлично понимая, о чём думают эти люди. Мог ли он порадоваться тому, что после неудачной Трансгрессии выглядел растрёпанным и жалким, совсем не похожим на богача?

Пройдя мимо очередного крыльца, Берт внезапно уловил колебания чужой магии — волшебство бушевало вразнобой!

Берт вовсе не горел желанием совать нос в чужие дела, сузил глаза и с невозмутимым видом зашагал дальше.

Едва уловимый запах крови щекотал чересчур чувствительный нос Берта. После пробуждения крови магического существа, хотя он и не мог пользоваться другими способностями из-за ошибочного подавления и намеренной печати, все пять чувств Берта намного превосходили обычных волшебников. Этот кровавый дух заставил его вспомнить ту давнюю багровую картину…

Бум!

Громкий звук за спиной заставил Берта невольно обернуться.

Худенькое хрупкое тельце в не по росту большой одежде, грязное, неряшливое, всё в запекшейся грязи. На мертвенно-бледном лице едва угадывались детские черты, но выделялся прямой, гордый нос. Стояла лютая зима, а одежда ребёнка была тонкой и рваной, открытые участки кожи от холода посинели. На обносках темнели еще не высохшие следы крови, а в паре черных глаз застыла пустая безнадежность.

Когда Берт посмотрел на этого ребёнка, тот тоже заметил его. Он уставился на Берта, и в его опустошенном взгляде вспыхнули искры.

— Проваливай! — выплюнул жалкий ребёнок проклятие. Но едва договорив, он пошатнулся и рухнул на землю.

Берт обернулся, слегка приподнял подбородок и надменно произнес: — С какой стати тебе указывать мне?

Судя по их нынешним позам, ребёнок скорее походил на того, кого обижают.

У малыша больше не осталось сил на ответные колкости — он потерял сознание.

Увидев, что тот рухнул без чувств и слова, Берт испытал легкое сожаление. Впрочем, этот мальчишка — юный волшебник, и если он не маглорождённый, то в его семье непременно должен быть маг. В доме, где растет волшебник, наверняка найдутся стабилизаторы и восстановители магии? В конце концов, юным магам тоже необходимы подобные средства для стабилизации сил.

И вот одиннадцатилетний Берт впервые проявил благородство, решив спасти этого беднягу.

Берт протянул руку и вздернул незнакомого маленького волшебника на ноги. Резкий душок — впрочем, не столько зловоние, сколько застарелый кислый запах немытого тела — ударил Берту в нос. Тот поморщился, но стерпел.

Берт толкнул дверь: в углу на полу лежал мужчина, рядом расплывалось темное пятно крови. Внутри дом выглядел донельзя запущенным, так что Берт просто швырнул мальчика на видавший виды диван, подошел к мужчине, прислушался к его дыханию и, убедившись, что тот жив, потерял к нему всякий интерес. Кровь на полу принадлежала вовсе не этому человеку, а, судя по всему, тому глупому мальчишке.

С какой стороны ни посмотри, мужчина этот был обычным маглом. И хотя маглское оружие порой весьма опасно, в личной стычке с волшебником человек не должен оставлять магу ни единого шанса на победу. Особенно когда с первого взгляда видно, что этот тип страдает от последствий пьянства и его движения неизбежно заторможены. Почему же тот ребенок не смог с ним справиться? Как ни крути, пусть малец и выглядел нездоровым, в нем явно было больше прыти.

Берт не слишком рвался вмешиваться, но в этом доме могло найтись то, что ему требовалось. Конечно, он мог отправиться на собственное предприятие в мире маглов, но их семейная компания находилась слишком далеко.

К счастью, Берт годами проходил боевую подготовку и сумел бы постоять за себя даже без волшебной палочки. Провозившись здесь столько времени, он успел проголодаться. Берт по собственной воле заглянул в помещение, похожее на кухню: черная-пречерная комната выглядела так, будто ею давно не пользовались. Окинув взглядом пространство и не обнаружив никакой еды, Берт почувствовал головную боль. Неужели Великая депрессия и вправду столь ужасна? Неужели он угодил в трущобы?!

Даже во времена Великой депрессии не все же голодают до такой степени. Превозмогая усталость, Берт сорвал с манжета одну из драгоценных пуговиц, извалялся в грязи, чтобы выглядеть еще более потрепанным, и вышел на улицу, надеясь выменять еду.

Стоило Берту уйти, как упавший в обморок малец пришел в себя, схватился за голову и приподнялся на диване. Обнаружив, что всё еще находится в доме, и вспомнив их пикировку с Бертом, он испуганно огляделся по сторонам — гостя нигде не было, и мальчик с облегчением выдохнул. Переведя взгляд, он снова увидел Тобиаса: никчемный мужчина по-прежнему валялся на полу. После ухода Эйлин в доме оставался лишь он один; мальчик сидел в своей каморке и читал мамин учебник по зельеварению, как вдруг этот пьяный в стельку тип ворвался внутрь и набросился на него с кулаками.

После недолгой схватки он весь покрылся синяками и ссадинами, а Тобиас потерял сознание от удара, нанесенного им впопыхах. Раны у волшебников затягивались относительно быстро, по крайней мере, кровь из порезов уже не сочилась. Если память ему не изменяла, он рухнул без чувств прямо у порога — выходит, этот парень притащил его обратно?

У Северуса всё еще кружилась голова от небольшой потери крови, а из-за бурного потока мыслей она начала невыносимо болеть. Поморщившись от боли, Северус заставил себя подняться. Худые, слабые ноги едва держали его, и он, цепляясь за спинки мебели, медленно побрел наверх. Мать прятала дома немного кровоостанавливающего зелья, ему нужно было выпить лекарство.

Когда Берт снова переступил порог полуразрушенного дома, на диване в гостиной никого не было. Мужчина по-прежнему лежал без движения, вряд ли он очнется в ближайшее время. Опустив взгляд на принесенную еду, Берт догадался, что малец поднялся наверх.

Услышав скрип открывающейся двери и решив, что вернулась мама, Северус стремглав бросился к лестнице, но вместо этого увидел черноволосого мальчишку, грязного донельзя, словно лесной чертёнок. Северус нахмурился и недовольно бросил: — Ты кто такой? И что делаешь в моем доме?

— Твоем доме? — Берт игнорично изогнул губы, только вот лицо он перемазал так сильно, что рассмотреть выражение было совершенно невозможно. — И правда твой? Не поверю, что кто-то рвется сбежать из собственного дома, да еще бросает вот это… Эм-м~ — Берт слегка капризно вскинул подбородок, кивнув в сторону Тобиаса.

— Какое тебе дело до моих обстоятельств, — раздраженно бросил Северус. — Вор, забравшийся в чужое жилье!

— Хватит, сопляк! — юный лорд не желал продолжать эти детские препирательства. Он поднял пакет с едой и произнес: — Спорить бессмысленно, спускайся, перекусишь.

Увидев содержимое пакета и уловив манящий аромат, Северус сглотнул слюну, но упрямо покачал головой, явно не желая связываться с Бертом.

— Считай это платой за вторжение в твой дом, — заявил Берт, игнорируя реакцию Северуса. Он смахнул со стола какую-то сомнительную утварь и расставил нехитрую, но чистую и ароматную еду.

Берт зашел на кухню вымыть руки, а когда вернулся, увидел, что Северус уже жадно вгрызается в хлеб. Заметив, что мальчишка ест немытыми руками, Берт вышел из себя.

— Мелкий, руки вымой. — Глядя на то, как жалко и хрупко выглядит Северус, Берт решил, что тот ровесник Стефани и должен быть младше него самого. Увидев столь возмутительные привычки к гигиене, Берт невольно заговорил с ним тем же строгим тоном, каким обычно отчитывал непослушную Фанни.

— Это моя плата! — Северусу было плевать на недовольство Берта; он целую вечность не ел нормального свежего хлеба. Вся еда в доме принадлежала Тобиасу, а мать запрещала ему прикасаться к чужой пище. К тому же манера речи Берта ужасно раздражала — подума подумаешь, ровесник! Тоже мне наставник нашелся.

Ради собственного аппетита Берт ухватил Северуса за воротник и потащил на кухню: — Если не вымоешь руки, есть не будешь! Ишь чего удумал, нажрешься заразы, а потом живот прихватит!

Северус проглотил готовое сорваться с языка возражение и с кислым видом зашагал к умывальнику.

Убедившись, что Северус вымыл руки, Берт соизволил разрешить ему трапезу. Впрочем, кусок хлеба, к которому тот уже успел прикоснуться своими грязными лапами, Берт выбросить не стал, но и трогать его мальчишке строго-настрого запретил.

Протянув Северусу сэндвич, Берт молча принялся за собственный кусок хлеба, заодно подвинув мальчишке банку с молоком, а сам залпом осушил свою порцию.

— Я Берт, Берт К. Альфред (Bert.K.Alfred). А тебя как зовут? — Берт, уже наполовину насытившись, крошил сухой хлеб в предложенную похлебку и между делом задал вопрос.

Северус сделал большой глоток молока, переводя дух, и неторопливо отозвался: — Я Северус Снегг.

Берт сунул в руку Северуса ложку, отхлебнул похлебки и поинтересовался: — А этот мужчина — кто?

При этих словах лицо Северуса помрачнело, и он сквозь зубы процедил: — Мой отец.

Поняв, что коснулся запретной темы, Берт перевел разговор: — А где твоя мать?

— На работе, — Северус сделал пару глоток похлебки и отложил ложку.

— Ты ведь юный волшебник, верно? — хоть вопрос и прозвучал в форме утверждения, Берт был в этом уверен.

— Угу.

— У тебя есть стабилизатор магии? — Берт мысленно отвесил себе затрещину: слишком прямолинейно!

— Есть. — Северус сразу понял, что именно нужно этому парню.

— Мне нужен стабилизатор магии. Чего ты хочешь взамен? Если смогу достать, давай поменяемся, — прямо заявил Берт, хотя на душе у него было тревожно. Из-за неравного объема информации они оказались в заведомо проигрышной для него позиции, к тому же он слишком явно выдал свою спешку.

Северус, разумеется, еще совсем не умел вести переговоры и пока не осознавал истинную ценность стабилизатора магии, но держался он на редкость хладнокровно: — Я полагаю, ты знаешь его цену. Не загибай заоблачных цен, у меня еще и восстановители магии имеются.

— При мне осталась лишь эта драгоценная запонка, — смущенно произнес Берт, сдергивая с манжета вторую. Он уже продал за бесценок одну запонку ради этой еды и пары маглских купюр. Желая хоть немного сберечь лицо, он добавил: — Вообще-то в мире маглов этой запонки с лихвой хватило бы на покупку и восстановителя, и стабилизатора. Вот только в волшебном мире ее ценность чуть ниже. Когда поступишь в школу, разыщи меня.

Изначально он думал, что у Северуса не окажется подобных зелий, особенно учитывая здешнюю нищету. По логике вещей, ему следовало уйти и больше не возвращаться, но какая-то неведомая сила заставила его сделать крюк и вернуться. И в итоге прогулка оказалась не напрасной — весьма неплохой улов…

— Долговая расписка. — Северус забрал запонку, порылся в комнате, отыскал помятый клочок бумаги и, гордо пожертвовав собственным самодельным пером, швырнул всё это перед Бертом со вздорным видом.

Берт впервые сталкивался с подобным отношением, криво усмехнулся, но всё же выписал долговое обязательство. Смысл сводился к тому, что он задолжал Северусу триста галеонов и обязуется выплатить долг по первому требованию в период учебы.

— Ты учишься в Хогвартс? — Северус окинул Берта взглядом, не слишком веря, что тот старше него.

— Поступлю в этом году. — Берт изначально не собирался учиться в Хогвартс, но раз уж он придерживался принципов оппортунизма, а в британском магическом сообществе как раз намечались смутные времена, он решил выбрать именно Британию.

— Я тоже поступаю в этом году, — в голосе Северуса проскользнуло нескрываемое волнение.

Берт лишь улыбнулся в ответ: — Что ж, юный мистер Снегг, тогда насчет моих зелий… — стоявший перед ним маленький волшебник страдал от стопроцентного недоедания, иначе с чего бы ему быть таким тощим и мелким, совсем не похожим на одиннадцатилетнего ребенка.

— Мне нужно дождаться возвращения мамы. — Северус шустро прибрал расписку к рукам, не оставляя Берту ни единого шанса передумать.

— Твой отец скоро очнется, — Берт собрал со стола остатки еды, смахнул рукой запахи и, ухватив Северуса за руку, потащил наверх. — Вот и подождем твою маму. Заодно и передохнем.

http://bllate.org/book/41115/5233880

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода