Готовый перевод The Marsh of Ozawa: Ten Years of Zhong / Озеро Сяоцзэ: Десять историй Чжун Шичу: Глава 3

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Ду Цюэчи сжал кулаки и под давлений необычайно суровых взглядов родителей нехотя занял свое место.

Гань Гань отвинтил крышку бутылки с апельсиновым соком, оранжевая жидкость описала в воздухе красивую дугу и с бульканьем наполнила прозрачный стеклянный стакан в его руке.

Гань Гань протянул стакан перед Ду Цюэчи, не говоря ни слова, лишь слегка приподняв одну бровь, совершенно невозмутимый и спокойный.

Ду Цюэчи ничего не оставалось, как взять его.

Гань Гань поджал губы в улыбке, после чего налил стакан себе.

Ду Цюэчи ел без всякого аппетита, словно душа покинула его тело. Он онемело протягивал палочки, подцеплял еду, отправлял ее в рот, заглатывал рис, а затем снова протягивал палочки, подцеплял еду… Пока палочки не заскользили впустую, а в пиале не осталось абсолютно ничего, он словно очнулся ото сна, обвел всех блуждающим взглядом и залпом осушил стакан с апельсиновым соком.

— Я наелся, — поспешно бросил Ду Цюэчи и скрылся.

Отец пригубил ароматное вино: — Что это с ребенком? Сегодня какой-то странный, даже любимое жареное мясо не стал есть, в сухомятку один рис глотал.

— И правда странный, — мама перевела взгляд с отца на Гань Гань. — Вернувшись, еще спросил меня, кто этот человек в гостиной, неужели они знакомы…

— Учился столько, что родного брата позабыл, ха-ха-ха, — беспечно рассмеялся отец.

Гань Гань отложил палочки, вытер рот бумажной салфеткой, а в его опущенных глазах таились какие-то иные эмоции, разобрать которые было трудно.

— Вот как, — на его лице расцвела легкая улыбка. — Пойду побеседую с ним. Наверное, мы повздорили перед тем, как разъехаться по учебе, и Сяо Цюэ еще не остыл.

Он забрал оставленные Ду Цюэчи на обеденном столе чашку и палочки, сложил их со своими и ушел на кухню, опустив в раковину.

Зрелый и заботливый, не держащий зла на опрометчивость младшего брата — он являл собой истинный образец хорошего брата.

— Все-таки Гань Гань у нас такой рассудительный, — искренне похвалили родители, одарив его одобрительным взглядом, только глаза их казались немного затуманенными, будто окутанными дымкой.

Ду Цюэчи бросил чемодан в стороне и в тревоге начал из стороны в сторону мерить шагами комнату.

Нет, бред какой-то, он совсем его не знает, тот для него чужак!

Какими же методами он заморочил голову родителям? Ладно мама — мягкая и добрая, но как даже отец, который обычно не терпит никаких шуток и отличается суровейшим нравом…

В целом доме лишь он один сохранял ясность ума, нужно было срочно придумать способ спасти себя.

Но что же делать?

Мысли Ду Цюэчи метались из стороны в сторону, словно у потерявшего голову муравья.

Гань Гань вряд ли применил к родителям какое-то промывание мозгов — судя по тому, что он только что вычитал в интернете, для обычного промывания мозгов это было слишком уж запредельно.

Ду Цюэчи внезапно замер на месте, и на поверхность всплыла жуткая догадка.

Хотя он всегда презирал феодальные суеверия, сейчас лишь погружение в сферу мистики могло дать хоть какое-то абсурдное, но логичное объяснение.

Гань Гань, возможно, вообще не человек.

Призрак он или лесной дух — Ду Цюэчи пока не знал, но, вспомнив, как они шли одной дорогой и куда бы он ни повернулся, везде натыкался на него, он невольно содроглся от омерзения.

Это не было совпадением, это преследующий его злой дух.

Тот привязался к нему.

За ним увязалось домой нечто недоброе.

Натянутые нервы висели на волоске, находясь на грани полного краха. Ду Цюэчи отыскал в телефоне чат со своим лучшим другом из этих мест, Янь Янем, и спросил, дома ли тот. Янь Янь ответил мгновенно, сообщив, что их школа отпустила на каникулы пораньше и он уже целую неделю сидит запершись дома.

Ду Цюэчи запечатал пальцами по экрану: [Я сегодня переночую у тебя.]

[Что случилось, только вернулся домой и уже поругался с предками?]

[…Вроде того.]

[Ладно, во сколько?]

Ду Цюэчи как раз собирался посмотреть на время, чтобы рассчитать, когда выходить, как в дверь его комнаты вдруг раздался глухой стук.

Он не запирал дверь.

Дверная ручка медленно поползла вниз, створка распахнулась настежь.

Телефон выскользнул из ослабевших пальцев и упал на мягкое ватное одеяло. Голова Ду Цюэчи загудела, а мысли мгновенно растворились в пустой белизне.

Он так и замер, тупо глядя в глаза вошедшему, пока до его слуха не донеслось призрачное приветствие. Ду Цюэчи непозволительно медленно моргнул, и сорвавшееся с его губ слово прозвучало так, будто принадлежало какому-то чужому незнакомцу.

— Хорошо.

Гань Гань довольно улыбнулся: — Тогда я войду.

Колеса зашуршали по полу, Гань Гань вкатил внутрь чемодан, остановился и, заложив руку за спину, запер дверь.

— Чем это мы тут заняты, Сяо Цюэ…

— Ох.

Опомнившийся Ду Цюэчи схватил Гань Гань за воротник и вжал в твердую ледяную стену.

Он крепко стиснул зубы, стараясь придать своему лицу как можно более свирепое выражение.

— Спрашиваю тебя, кто ты такой!

Гань Гань был на полголовы выше Ду Цюэчи, и тому, хоть и было неприятно, приходилось задирать подбородок, чтобы смотреть ему в глаза.

Гань Гань холодным взглядом уставился на собственное отражение в зрачках Ду Цюэчи, а в горле у него застрял тихий, полный скрытого смысла смешок.

Он поднял руку, и подушка большого пальца стерла следы с растерзанной нижней губы Ду Цюэчи, легко проведя по ней. Это едва уловимое движение заставило Ду Цюэчи почувствовать странный зуд.

Ду Цюэчи на секунду остолбенел, а затем резко отвернулся, сила в его руках заметно ослабла, а в ноздри забился мягкий, ровный аромат апельсинов.

— Что ты… делаешь?!

— Ты совсем не изменился с детских лет, — Гань Гань опустил руку. — Как только о чем-то тревожишься и не знаешь, как снять напряжение, сразу начинаешь грызть губы.

— Больше так не делай, глядишь — кожа лопнула и кровь сочится.

Гань Гань продемонстрировал Ду Цюэчи испачканный в крови палец.

Губы Ду Цюэчи отчаянно дрожали — то ли от стыда, то ли от гнева, — и он свирепо уставился на стоявшего перед ним человека.

— Детские годы, детские годы! Да у меня с тобой отроду никакого прошлого не было! — гневно выпалил Ду Цюэчи, отступая от Гань Гань на полметра и вытягивая палец в сторону двери. — Вон! Из моей комнаты, из моего дома — вон!

Гань Гань беспомощно вздохнул, словно Ду Цюэчи был его вечно не желающим взрослеть, капризным младшим братом.

— Сяо Цюэ, а вот о твоем детстве я помню куда лучше тебя самого, — Гань Гань притянул стоявшую близко к нему дорожную сумку, положил ее на пол и расстегнул молнию.

http://bllate.org/book/41087/5230320

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода