— Наверное, я просто слишком занята и вовсе этого не заметила. Ха-ха-ха! — сказала Цзян Ихуай, не придавая происшествию особого значения. Внезапно её взгляд упал на Чэн Юйяна, сидевшего рядом с Е Цинъань, и она тут же вскочила: — Старший брат! Как ты сюда попал?
Чэн Юйян уже был аспирантом и вовсе не обязан участвовать в осенней спартакиаде. Однако на этот раз он помогал с подготовкой площадки, так что его появление здесь выглядело вполне естественным.
Он бросил мимолётный взгляд на Е Цинъань, всё это время молча сидевшую с опущенной головой:
— Просто закончил задание для научного руководителя и решил заглянуть.
Цзян Ихуай вдруг вспомнила, что ей нужно кое-что обсудить с Чэн Юйяном, и, схватив его за руку, увела прочь.
Рядом освободилось место. Е Цинъань, скучая, оперлась подбородком на ладонь. Солнечный свет был слишком ярким, и ей пришлось прищуриться.
В голову хлынули самые разные мысли, и она никак не могла привести их в порядок.
Внезапно солнечный свет закрыла чья-то тень.
Она подняла глаза.
Перед ней стояла Тан Линь, весело улыбаясь и моргая. Не колеблясь ни секунды, она прямо назвала её по имени:
— Е Цинъань.
Е Цинъань слегка опешила:
— А?
Против солнца выражение лица Тан Линь казалось нейтральным, и невозможно было понять, о чём она думает.
— У меня к тебе один вопрос, — сказала Тан Линь, как всегда непринуждённо, и без церемоний уселась на место Цзян Ихуай.
— Я уже искала тебя чуть раньше, но тебя не было.
Когда Тан Линь улыбалась, она выглядела по-настоящему прекрасно: белоснежные ровные зубы и две ямочки на щеках — одна глубже другой. От её улыбки веяло солнечным теплом и искренностью.
Ресницы Е Цинъань дрогнули. Сама она, даже когда смеялась от души, всегда оставалась немного сдержанной. Ей по-настоящему завидовалось такой открытой и светлой натуре Тан Линь.
— Что случилось?
Тан Линь таинственно приблизилась:
— Про Фу Синяня.
Как только эти слова прозвучали, Е Цинъань словно окаменела.
— Ты… кого? — переспросила она.
Тан Линь удивлённо посмотрела на неё:
— Фу Синяня.
Автор говорит: Вот и обновление на сегодня!
Ха-ха-ха, отличный день! Люблю вас всех, целую!
Рекомендую дружеское произведение — сладкая история в игровом сеттинге: «Совсем чуть-чуть сладости».
Автор: Тянь И.
Тао Янь всегда считала Юань Сэна холодным и недосягаемым цветком на вершине горы.
Пока однажды они не устроились на диване играть вместе. Новичок Тао Янь получила выстрел прямо в голову и рухнула на землю.
Когда она жалобно заморгала, глядя на Юань Сэна,
он, усмехнувшись, поднял её подбородок пальцем и, прикусив мочку её уха, прошептал хрипловатым, соблазнительным голосом прямо ей в ухо:
— Хочешь, чтобы я тебя спас?..
Он небрежно улыбнулся:
— Попроси.
Лицо Е Цинъань стало заметно бледнее. Тан Линь внимательно посмотрела на неё:
— Тебе плохо?
Е Цинъань с трудом растянула губы в улыбке. Её черты оставались спокойными, но лицо побелело до прозрачности:
— Нет, наверное, просто солнечный удар.
Её голос прозвучал тихо и безжизненно, почти сразу растворившись в шуме толпы. Тан Линь поняла, что с ней что-то не так, и не стала расспрашивать подробнее.
— Думала, вы с ним близкие, — с лёгкой усмешкой сказала Тан Линь. — Если тебе плохо, сходи в медпункт.
С этими словами она встала и ушла. Перед тем как спуститься по ступенькам, она незаметно бросила на Е Цинъань последний взгляд.
Е Цинъань осталась в прежней позе, нахмурив брови. Её пальцы сами собой переплелись, и острые ногти впились в ладонь, но она будто не чувствовала боли.
Это было ожидаемо, но в то же время совершенно неожиданно.
Сейчас ей было трудно даже дышать.
Прошло немало времени, прежде чем она наконец пошевелила онемевшими ногами.
Фу Синянь неторопливо вернулся на своё место. Буря эмоций в его тёмных глазах вспыхнула и тут же угасла. Вне поля зрения Е Цинъань ему даже улыбаться было лень, не говоря уже о том, чтобы разговаривать.
Толстяк сзади с силой хлопнул его по плечу. Фу Синянь раздражённо обернулся:
— Что тебе нужно?
У Толстяка глазки превратились в щёлочки, а щёки дрожали, будто он сдерживал какой-то восторг:
— Не забудь, у тебя скоро бег на тысячу метров.
Фу Синянь отвернулся:
— Уже знаю.
В университете распорядок дня уже не такой жёсткий, как в школе. Участие в осенней спартакиаде добровольное — никто никого не заставляет.
Но из-за этого желающих было мало, и кураторы просто назначали участников по списку.
Толстяк, довольный тем, что Фу Синянь согласился без возражений, приподнял губы в хитрой улыбке.
Скоро должен был наступить полдень. Фу Синянь посмотрел в сторону места, где сидела Е Цинъань. Оттуда осталось лишь несколько человек, вокруг распустили разноцветные зонты от солнца. Он внимательно оглядел всё вокруг, но Е Цинъань среди них не было.
Фу Синянь нахмурился и уже собрался подойти, как вдруг Толстяк толкнул его в плечо, явно радуясь чужой беде:
— Фу Синянь, твой выход!
— Понял, — равнодушно ответил он и встал.
Сзади Толстяк сунул ему в руки белую ткань с прикреплённой булавкой. На ней крупными красными цифрами был написан его стартовый номер.
Фу Синянь взял её.
Вне поля зрения Е Цинъань он даже не пытался притворяться. По натуре он был мрачным и замкнутым, и для него кроме Цинъань никто не имел значения.
Поэтому он почти не общался с соседями по комнате.
Хотя этот Толстяк…
Фу Синянь опустил глаза. С ним, пожалуй, было интересно.
После того как Фу Синянь ушёл, к Толстяку подошёл Янь Сань, его сосед по комнате. Они были полной противоположностью друг другу: Толстяк был чрезвычайно полным, а Янь Сань — настолько худым, что выступали скулы.
Янь Сань ухмыльнулся, обнажив большие зубы, и прикусил нижнюю губу. Его лицо было покрыто щетиной:
— Фу Синянь пошёл?
Он, как и Толстяк, не любил Фу Синяня. Теперь они стояли вместе, явно сговариваясь против него.
— Пошёл, — подтвердил Толстяк, прищурившись. — Чёрт, я давно говорил, что надо его проучить. Думает, что он в комнате главный.
Янь Сань кивнул:
— Мне он тоже давно не нравится.
Толстяк плюнул себе под ноги. Заметив, что на него смотрит какая-то девушка, он тут же понизил голос и, наклонившись к Янь Саню, зашептал:
— Ты только обо мне не забывай. Ты там всё подготовил?
— Да ладно тебе, — прошипел Янь Сань тонким голосом, — можешь быть спокоен.
— Говори тише…
— Ладно…
— Теперь ему достанется, — потерев ладони, сказал Толстяк. От пота они стали влажными, и на них даже осталась грязь. Он тут же схватил салфетку и вытер руки.
Янь Сань на мгновение замялся:
— А если вдруг кто-то поймёт, что это было намеренно…
Толстяк закатил глаза:
— Ну и что? Место для метания ядра вон там, совсем рядом с беговой дорожкой. Будешь утверждать, что случайно промахнулся — кто докажет обратное?
— О, точно…
Жаркие лучи солнца палили беговую дорожку, поднимая мелкую пыль.
Фу Синянь занял стартовую позицию и ждал выстрела судьи.
— На старт!
— Бах!
С трибун раздался крик болельщиков. Бегуны, как стрелы, вырвались вперёд. Фу Синянь неторопливо последовал за ними.
На искусственном газоне рядом с дорожкой стояли несколько девушек. Его дорожка проходила именно у края газона, и девушки стояли слишком близко. Фу Синянь невольно взглянул в их сторону и увидел, как Тан Линь с улыбкой смотрит на него. Он тут же отвёл взгляд.
Первый круг, второй круг.
Дыхание становилось всё более прерывистым, на лбу выступили капли пота, и мокрые пряди прилипли ко лбу.
Последние дни стояла прохладная погода, но теперь «осенний тигр» вдруг вспомнил о себе, и температура резко подскочила.
Фу Синянь сосредоточенно смотрел на красную дорожку под ногами.
Внезапно раздался женский визг.
Что-то стремительно понеслось прямо на него. Краем глаза он заметил чёрное пятно и на мгновение замер, подняв голову.
Прямо в него летело ядро.
Фу Синянь не успел среагировать и лишь сделал шаг вперёд, резко отклонившись в сторону. Ядро всё же задело его по икре. К счастью, он успел увернуться, и удар пришёлся по мышце, не задев кость.
От удара по ноге словно прокатился огненный шар. Он рухнул на землю, и на лбу выступили холодные капли пота от боли.
Сделав пару тяжёлых вдохов, он почувствовал, как нога онемела от удара.
Первой подбежала Тан Линь. Лицо её побелело, и руки задрожали:
— С тобой всё в порядке?
Она обернулась и закричала так, что голос сорвался:
— Эй, парни! Помогите отнести его в сторону! Лю Цзя, беги за медиком!
Девушка с длинными волосами тоже испугалась и кивнула, тут же устремившись бегом:
— Хорошо!
Всё произошло так внезапно, что никто не ожидал подобного. Трибуны мгновенно погрузились в суматоху. Толстяк, прикрывшись курткой от солнца, настороженно прислушивался к разговорам вокруг.
— Что случилось?
— Фу Синяня из нашей группы ядром задело?
— Серьёзно? Ядром?
— Да… Как же страшно!
— Хорошо, что в голову не попало, только по ноге.
— А то бы уж точно убило…
— …
Толстяк вытер пот со лба и облегчённо выдохнул, услышав, что Фу Синянь не получил травму головы. Он ведь хотел лишь немного проучить его, а не причинить настоящий вред.
Видимо, Янь Сань всё же проявил сдержанность.
Толстяк перевёл дух.
Янь Сань стоял как вкопанный, не смея пошевелиться. За всю свою жизнь он наделал немало подлостей, но никогда ещё не причинял вреда людям. Несмотря на жару, он чувствовал себя так, будто его окунули в ледяную воду, и ноги подкашивались.
Все бросились к Фу Синяню, и почти никто не обратил на него внимания. Воспользовавшись моментом, Янь Сань незаметно юркнул за железную ограду и скрылся.
Когда Фу Синяня доставили в медпункт, его губы уже посинели. От жары и пота футболка полностью промокла.
Место удара сильно распухло, и синяк уже начал темнеть.
Тан Линь металась, как угорелая. Она хотела помочь Фу Синяню, но тот отстранил её.
— Не надо тебя, — прохрипел он, сдерживая боль.
Тан Линь стояла перед койкой. У двери собралась толпа, и она, разозлившись, встала прямо в проходе:
— Чего все тут собрались? Пошли обратно на трибуны!
— Лю Цзя, проверь по списку! — рявкнула она. — Кого не окажется на месте — запиши и сними два балла!
От её крика толпа тут же рассеялась.
Медик осматривал ногу Фу Синяня:
— Хорошо, что ядро попало в мышцу сзади. Если бы в переднюю часть — точно перелом.
Фу Синянь молчал, но Тан Линь тут же подскочила:
— Доктор, а что теперь делать?
— Выпишу противовоспалительное и обезболивающее, — ответил медик. — Первые двенадцать часов — холод, потом двадцать четыре — тепло.
Фу Синянь стиснул губы, не в силах произнести ни слова от боли.
Внезапно раздался другой голос:
— Доктор, я…
Фу Синянь резко поднял голову и посмотрел в сторону голоса.
Рядом сидела Е Цинъань, растерянно глядя на него. В её глазах он увидел страх и отстранённость.
— Цинъань… — прошептал он.
Е Цинъань неуверенно сделала шаг вперёд, её взгляд был неясен. Она услышала свой собственный тихий, спокойный голос:
— Что… случилось?
Тан Линь подошла к ней, вся в тревоге:
— Во время бега в него попало ядро.
Сердце Е Цинъань тяжело ухнуло.
— Как такое могло произойти?
В этот момент её уже не волновало, что Фу Синянь скрывал от неё своё настоящее имя, и не имели значения старые обиды детства.
Она просто беспокоилась о нём, как о младшем брате.
Тан Линь схватила её за руку и затопала ногой:
— Кто его знает! Хорошо, что я была рядом и сразу вызвала помощь, как только увидела, что он упал.
Взгляд Е Цинъань упал на Фу Синяня.
Он, видимо, действительно страдал: молча стиснув губы, он не издавал ни звука. Холодный пот стекал по вискам, а лицо побелело до прозрачности.
http://bllate.org/book/4096/427279
Готово:
