Ранним утром Рид проснулся смутным предчувствием: в доме остался только он один, а Джейсон уже ушел.
Он встал, почистил зубы, умылся и лишь когда неторопливо жарил яичницу, достал телефон и увидел то сообщение.
Бладхейвен.
Ниже шел адрес.
Рид проверил историю вызовов — там висело еще два пропущенных, оба от одного и того же абонента посреди ночи. Он перезвонил, но абонент по-прежнему находился вне зоны действия сети.
Экран телефона снова переключился на смс, и он некоторое время вглядывался в имя отправителя.
Константин.
Этот тип определенно снова вляпался в какие-то неприятности. Особенно если учесть, что он сам соизволил позвонить, да еще и дважды — скорее всего, дело пахло керосином.
Рид, которого в Лондоне Константин уже успел заманить в немало ловушек, выбирал между тщательной осмотрительностью и уважением к старой дружбе — в конце концов, он остановился на последнем.
В конце концов, у самого Рида тоже было к нему важное и срочное дело.
Наскоро позавтракав, Рид сел в новую машину, которую забрал из салона только вчера, и поехал в Бладхейвен, следуя указаниям навигатора.
Бладхейвен находился всего в часе езды от Готэма. Город, выросший из китобойного промысла по соседству со всемирно известной столицей греха, ничуть не уступал ей по уровню преступности, а казино теперь и вовсе попадались на каждом шагу.
Навигатор проложил путь по проселочной дороге: по обеим сторонам тянулись либо заброшенные пустыри, либо обветренные морские утесы. Рид чуть опустил стекло, и в салон тут же хлынул просоленный влажный морской воздух. Изредка попадались лагеря бродяг — оборванные, грязные люди стояли у дороги, показывая средние пальцы каждой проезжающей машине и осыпая их ругательствами, пока их тут же не заволакивало поднятым колесами пыльным облаком.
Отыскать адрес из сообщения не составило труда: как только Рид въехал в пределы Бладхейвена, прошло каких-то десять минут.
Это был старый, обветшалый квартал, очень напоминавший трущобы Готэма. Дороги сильно сузились, и дальше ехать на машине уже не получалось — пришлось искать место для парковки и идти пешком.
У обочин сидели пожилые люди и курили водный кальян. Опершись на бамбуковые кресла-качалки, они непрерывно выпускали изо рта и носа клубы белого дыма, а их затуманенные глаза глядели холодно и равнодушно, бездушно скользя по проходящим мимо незнакомцам сквозь пелену табачного дыма.
Миновав узкий переулок, Рид вышел к задворкам этого района — там расстилался пустырь, когда-то, возможно, и бывший оживленным, но теперь сплошь заросший бурьяном. Единственным зданием во всей округе была полуразрушенная старая церковь. Мозаичные витражи с изображением Девы Марии раскололись, позволяя насквозь разглядеть то, что творилось внутри: распятие с фигурой страдающего Христа и... привязанного к нему Константина.
Константина прикрутили к кресту в позе распятого Христа, высоко подвесив внутри обветшалой церкви. Увидев появившегося Рида, он умудрился сохранить невозмутимость и даже поприветствовал его рукой, шевелить которой мог лишь от локтя.
Рид: «.........» Ладно, ладно. Зрелище прямо-таки жалость вызывало.
Стоило ему переступить порог храма, как две распахнутые до этого створки старых дверей с хриплым предсмертным стоном скрикнули — и со скрипом захлопнулись. Двери были дырявыми, сквозь щели гулял сквозняк, и выглядело все это совершенно не внушающе.
Рид, разумеется, прекрасно понимал, что внутри его ждет опасность. Он осознал это, еще увидев Константина... точнее, еще когда получил то смс.
Веревки, которыми Константин был привязан к кресту, невооруженным глазом отличались от обычных — от них исходили точно такие же клубы черного дыма, как и от фокусов Джейсона.
— В какую дрянь ты на этот раз вляпался? — он глубоко вздохнул, крепче сжав неизвестно откуда взявшийся в руке кинжал.
Константин ничего не ответил, лишь молча задрал голову и посмотрел куда-то вверх. Рид проследил за его взглядом и тоже обернулся, но там ничего не было — лишь облупившаяся фреска со святой.
Когда он повернулся обратно, черный дым, опутывавший Константина, внезапно испарился. Мужчина со светлыми волосами рухнул с высоты, неуклюже перекатился по полу и только после этого неторопливо поднялся, отряхнул плащ и вытащил из кармана сигарету.
— Хочешь верь, хочешь нет, — хриплым и сухим голосом произнес он, — но на этот раз я совершал добрый дело.
Рид окинул взглядом его перепачканное пылью лицо и многозначительно заметил:
— Что-то не похоже на финал истории хорошего парня.
Блаженный блондин наклонился, чиркнул зажигалкой, зажал в зубах сигарету и невнятно пробормотал сквозь дым:
— Так я еще не закончил.
Едва затихли его слова, Рид внезапно почувствовал, как его затягивает внутрь какой-то странной силой. Не прошло и мгновения, как вокруг все погрузилось во мрак — казалось, он провалился в иное измерение и теперь стоял на очень крутой узкой тропинке.
Константин шел рядом с ним, равнодушно выдыхая облака сигаретного дыма:
— Наконец-то добрались.
— Барьер? — погрузившись во внезапную тьму, Рид отчаянно замигал, пытаясь привыкнуть к темноте. Единственным источником света вокруг был тлеющий огонёк сигареты в зубах Константина.
Константин угукнул в ответ и зашагал вперед.
— Мог бы и сам припереться в такую дыру, на кой черт меня тащить за тридевять земель? — Рид последовал за ним. — Так сильно меня ненавидишь?
— Там есть лимит на количество людей, — пояснил Константин. — Ты просто оказался ближе всех.
— ...Ты что, рассылку по списку контактов устроил?
— Да нет, просто увидел, что ты мне написал, ну и ответил попутно, — отозвался Константин. — В таком положении знаешь как неудобно телефоном пользоваться?
— ...
— Я-то думал, ты все еще в Лондоне. — Физические данные вампира кардинально отличались от человеческих: Рид уже полностью привык к темноте и теперь принялся озираться по сторонам. — Мы что, вдвоем?
Они шли по узкой каменной дорожке. По обе стороны от нее не было ничего, а внизу... метрах в пятидесяти под ними, глухо шумела подземная река. Впереди клубился густой туман, сквозь который смутно угадывались очертания огромной черной тени.
— Шестеро, — Константин стряхнул пепел с сигареты. — Четверо неудачников зашли внутрь раньше. Я — тот самый парень, что заключил сделку с демоном, мне пришлось ждать, пока соберутся все, чтобы войти.
— Ты еще и четырех человек обманул? — Рид думал, что единственный дурак, который изо дня в день пытается творить добро — это он сам.
— Они сами случайно вляпались, я тут ни при чем, — пожал плечами Константин. — Сам знаешь, меня там продержали подвешенным целых два дня.
— Поделом, — усмехнулся Рид. — Давай-ка выкладывай, какое такое доброе дело ты затеял? Притащил демонам комплексные обеды?
— Я наткнулся уже на три таких барьера, — сказал Константин. — Но эта штука — не из тех простых барьеров, что ставятся по щелчку пальцев. Она чертовски сложная, и то, что их появляется так много и почти одновременно, говорит о том, что кто-то затеял грандиозную пакость.
Он вытащил сигарету изо рта и неопределенно ткнул ею в воздух:
— Первый был в Грейлинге, второй — в Давенпорте, третий — в Чарлстоне, этот — четвертый. Осталось еще два: один в Нью-Йорке, а второй, по моим расчетам, на острове Януса у побережья Готэма.
— Понимаешь, что это значит? — Константин покосился на Рида, чертя в воздухе линию, соединявшую все упомянутые им точки.
— ...Это гексаграмма, — произнес Рид.
Константин ткнул пальцем в самый центр фигуры:
— А здесь — Готэм.
Рид вспомнил Готэм, в котором напрочь отсутствовало само понятие магии и духовной энергии, и их с Веббером догадки; лицо его вмиг помрачнело:
— Они не просто хотят вырваться наружу... они хотят перевернуть весь Готэм вверх дном...
Константин кивнул, и в его голосе прозвучало легкое удивление:
— А ты соображаешь быстрее, чем я думал.
Рид опустил голову и пинул попавшийся под ноги камешек. Тот покатился вниз, и лишь спустя долгое время до них донесся едва слышный всплеск воды.
— То дело, о котором я хотел тебе рассказать вчера... судя по всему, имеет с этим самую прямую связь.
Константин не стал ни подтверждать, ни опровергать его слова — лишь бросил окурок на землю и придавил носком ботинка.
— Короче говоря, наша задача — разнести этот барьер в щепки.
— Не увиливай, с тебя должок. — Рид слишком долго знал этого человека, чтобы не понимать: в искусстве включать дурака и уходить от ответственности тому не было равных.
Наконец они миновали узкую каменную тропу, и черная тень, скрывавшаяся за плотной пеленой тумана, обрела четкие очертания — перед ними высилась мрачная гора. Дорога уходила прямо в распахнутый на склоне горный проход.
— Нам нужно отыскать ядро барьера и уничтожить его, только так мы сможем вернуться в реальный мир.
— Ты же знаешь... — Рид повернулся к нему, но Константин смотрел на него с таким же озадаченным видом, так что уже сорвавшийся с языка вопрос пришлось перефразировать: — ...Впрочем, я и не сомневался, что понятия не имеешь, что именно служит ядром.
Устало потерев переносицу, он неспешно шагнул в пещеру.
— Мало того, что расследуй тут все, так еще и четырех неудачников за собой тащить... Будь здесь Веббер, с его вечным везением мы бы уже давно всё нашли, просто погуляв вокруг.
Константин коротко хмыкнул и, вспомнив что-то, протянул:
— Будь он здесь, мы бы, пожалуй, сразу свалились в адский режим.
Пока они беседовали, из глубин пещеры донесся невнятный гомон голосов.
Похоже, люди спорили, но не слишком ожесточенно.
— Вернуться домой хотя бы до конца месяца...
— И не мечтай! — раздраженно отозвался чей-то знакомый голос.
— Это всего лишь семейный ужин на День благодарения.
— Мы, блин, не празднуем эту хрень!
— Только не на меня смотри, птенчик, у нас с Принцессой свидание.
— Вы что, не спорите?
— С чего бы нам столько спорить!
Затем голоса разом смолкли. Словно вышколенные солдаты, они в едином порыве вскинули оружие, принимая боевые стойки и уставившись на двоих появившихся перед ними людей.
Один — черноволосый юноша в облегающем костюме и с синей домино-маской на лице; второй — рыжеволосый парень в красной домино-маске, вооруженный луком; и третий — юноша в красном шлеме и с двумя пистолетами наперевес.
— Какого черта... Константин? Опять ты? — первым подал голос парень в синем, и его настороженность мгновенно сменилась крайним изумлением.
Константин снова сунул в зубы сигарету:
— Прекрасно, сплошь старые знакомые.
Уловив в воздухе знакомый аромат, Рид еще не успел толком осознать происходящее, как услышал чей-то глухой, пониженный голос:
— Почему ты с ним?
Это говорил Красный Колпак, но смотрел он вовсе не на Константина — его взгляд был прикован к Риду.
Хотя шлем скрывал лицо и глаз было не разглядеть, Рид физически ощущал этот взгляд.
Константин тоже это заметил:
— О, так вы знакомы?
Рид перевел взгляд с Константина на Красного Колпака, после чего чуть опустил глаза и уставился на знакомые, пышные очертания груди под кожаной курткой.
С ноткой сомнения в голосе он произнес:
— Джей?
http://bllate.org/book/40820/5191825
Готово: