Его немедленно отправят с Столичной планеты.
Заключенные во время прогулочного часа могли ходить куда угодно, но большинство всё же отправлялось на плац.
Несколько нейтральных заключенных, опасаясь, что их запрут в камерах и устроят там расправу, тоже предпочитали находиться снаружи.
Тюремный плац отличался от обычного: он делился на несколько зон — спортивную с тренажерами и зону отдыха с кофемашинами. Пять банд занимали отведенные им территории, не нарушая чужих границ, и каждый мирно обитал исключительно в пределах своей сферы влияния.
Когда авторитетные главари и Чжун Цзо вернулись, почти все арестанты находились на плаце.
Они молча наблюдали, как авторитеты расходятся по своим логовам, а Чжун Цзо неспешно направляется к территории Вэй-гэ. У всех отвисли челюсти: это же насколько нужно быть безбашенным, чтобы после попытки убийства снова добровольно лезть в чую пасть!
Верхушка банды всполошилась, занимая боевые позиции.
— Ты чего удумал? — спросили они.
Чжун Цзо ответил:
— Мм? Ничего особенного.
Высшие чины взбесились:
— Ничего особенного?! Тогда какого черта ты припперся?!
Чжун Цзо заявил с абсолютно невозмутимым видом:
— Я вообще-то из этой банды.
— … — остолбенели те.
— … — молчал Келин.
Зрители сошлись во мнении, что в тот самый момент нечто под названием «здравый смысл» окончательно разбилось вдребезги. Доказательством тому послужил один из вспыльчивых командиров: взвившись в воздух, он попытался броситься на нарушителя, но Келин мертвой хваткой вцепился ему в талию, а остальные верхушечные бойцы подхватили безумца под руки и оттащили в сторону. Только так удалось предотвратить кровопролитие, хотя в воздухе еще долго висело эхо яростного вопля: — Ты, мать твою, убил Вэй-гэ, и у тебя хватает совести околачиваться здесь?! Ты не из К-банды! Тебя выгнали! Проваливай к чертям! Прямо сейчас проваливай!
— Ты же не главарь, с какой стати мне тебя слушать? — невозмутимо переглянулся с ними Чжун Цзо. — Кстати, после смерти Вэй-гэ у каждого из вас появился шанс занять его место, я-то думал, вы меня еще и поблагодарите.
Тот командир разъярился еще сильнее:
— Я твою ма… мр-р…
Остаток фразы Келин зажал ему ладонью, силой заставив проглотить ругань. Чжун Цзо не стал обострять. Немного побродив по территории своей группировки, он заметил вдали тренажеры, подошел к ним и принялся заниматься, совершенно ни на кого не обращая внимания.
Снаряды принадлежали не К-банде, и кто-то уже собирался сделать ему замечание, но спутник дернул смельчака за рукав и прошипел:
— Не будь дураком. Разве не видел, как главари шептались с верхушкой? Все они на него косились, этот новичок явно не промах. Давай погодим.
Двое отошли подальше и выжидательно замерли, заметив, что собственный главарь и не думает никого выгонять, а остальные зеваки тоже не смеют чинить препятствий, они тоже предпочли сделать вид, будто ничего не замечают.
Многие на плацу следили за Чжун Цзо, включая нейтралов. Скучившись в дальнем углу, они во все глаза таращились на то, как он закончил тренировку, направился в зону отдыха и взял бутылку напитка. Чужая территория его ничуть не смущала, и никто опять не попытался ему помешать. На него смотрели как на полубога: пробыв здесь столько времени, они впервые видели, чтобы кто-то в одиночку шел напролом против пяти банд сразу. Вот это силища!
Чжун Цзо по-прежнему игнорировал все взгляды и, наслаждаясь прогулочным часом в атмосфере зловещего напряжения, вернулся в камеру, где, опустив взгляд, обнаружил свои вещи валяющимися на полу.
Мимо как раз проходил Келин. При виде этой картины он с ужасом вспомнил, как перед тем, как его вызвал начальник тюрьмы, слышал от других сокамерников о планах вышвырнуть Чжун Цзо вон. Похоже, те перешли от слов к делу. Почувствовав, как по позвоночнику пробежал ледяной пот, Келин со всех ног бросился туда и услышал, как один из зеков, изображая напускную уверенность, бросил Чжун Цзо:
— В этой комнате тебе не рады. Забирай свое барахло и вали отсюда.
Наверное, рассчитывая, что после карцера Чжун Цзо прямиком заявится в спальню, этот зек даже не выходил на плац, а дежурил в бараке. Побудь он сегодня на улице и увидь ту жуткую атмосферу, он бы вряд ли осмелился произнести хоть звука в адрес Чжун Цзо.
Келин покрылся холодным потом и рявкнул:
— Заткнись!
Он лично потребовал у робота новый комплект бытовых принадлежностей и пояснил Чжун Цзо:
— Извини, ты же знаешь, я отвечаю за набор новичков. В этой комнате по уставу всегда держат одну пустую койку, к тому же утренняя драка испортила всем настроение.
Тот зек остолбенел, тупо уставившись на Келина, словномой вопрошая: с чего это ты вдруг сдулся?
Натянутые как струна нервы Келина звенели от напряжения, пока он ждал реакции Чжун Цзо.
Тот лишь произнес:
— О, ничего страшного.
Сердце Келина подпрыгнуло к самому горлу. Он до смерти боялся, что гость не примет извинений и заявит, мол, сейчас он прирежет эту троицу, и тогда в комнате точно не останется недовольных. В конце концов, для этого типа прикончить их — раз плюнуть.
Космический спецназовец — это вообще что за зверь?
Любой боец, проходящий службу в космических войсках, превосходит по физическим параметрам тех, кто воюет на поверхности, а спецназ и вовсе элита из элит, не говоря уже о том, что этот парень — эволюционер X-типа.
Эволюционеры X-типа и сами по себе безумны, а уж прошедший жесткую подготовку космический спецназовец такой разновидности — это же ходячая пушка. Если они все трое полезут на него одновременно, то не продержатся и полминуты. К тому моменту этого субъекта этапируют в другую тюрьму, а их трупы удостоятся самой искренней и глубокой скорби за всю историю прощальных церемоний, потому что они ценой собственных жизней обезвредили мину для Цзи Бэньмэнь.
Словно онемев всем телом, Келин уже начал мысленно перебирать варианты для собственной эпитафии, но Чжун Цзо вовсе не собирался устраивать бойню. Вместо этого он спокойно поинтересовался у надзирателя, где теперь его койка, подхватил свежий скарб и не спеша удалился.
Келин шумно выдохнул, чувствуя, как ослабевшие ноги едва держат его на полу. До него задним числом дошло: ведь все погибшие сами первыми лезли в драку! Выходит, если не нападать первыми, Чжун Цзо готов всё терпеть?
Да и ладно, даже если догадка верна, испытывать судьбу на грани гнева этого монстра не стоило.
Мысль о том, что лучше не привлекать к себе внимания столь опасного оружия, казалась вполне здравой.
Уставшим жестом он отмахнулся от уставившегося на него сокамерника, ничего пока не объясняя, и воспользовался тем, что дверь камеры еще не заперли, вышел наружу подышать воздухом.
Мимо как раз проходил один из авторитетных командиров. Притормозив рядом с Келином, он тихо спросил:
— Что думаешь насчет нашего нового главаря?
Келин отозвался:
— Я всего лишь вербовщик, что я могу думать?
— По крайней мере, ты пользуешься авторитетом, — усмехнулся тот. — Зайду с другой стороны: начальник тюрьмы велел нам в ближайшее время не устраивать массовых драк и не цепляться к этому пареньку, верно?
Келин сохранил непроницаемый вид:
— Верно.
Командир продолжил:
— Уж кого-кого, а тебя и тех главарей уговорить непросто. Наверняка начальник раскрыл тебе статус парня, а ты по каким-то соображениям решил утаить это от нас.
— Я боялся, что вы кипятитесь, и, узнав причину, лишь сильнее разозлитесь и полезете на рожон, — ответил Келин. — А решение не устраивать побоищ мы приняли вместе с главарями по дороге назад, можешь сам у них переспросить.
Заметив направляющегося к ним надзирателя для вечерней проверки замков, командир обронил:
— Как бы то ни было, следующим главарем нашей банды с куда большей вероятностью станет тот старый пень. Он импульсивен, ума палата, зато драться мастак…
Сменив тон, он добавил:
— Слушай, а давай установим правило: кто отомстит за Вэй-гэ, тот и станет новым главарем? Как тебе идея?
Лицо Келина на мгновение неуловимо изменилось, но он тут же подавил эмоцию.
— Не говори мне, что ты сам не об этом думал.
Усмехнувшись, командир провел пальцем по его щеке и удалился. Приведя дыхание в норму прямо посреди коридора, Келин вновь напустил на себя привычное мягкое выражение.
Использовать Чжун Цзо, чтобы избавиться от тупого претендента на власть?
Именно так. Он и впрямь об этом думал.
А тот самый живой клинок, чужими руками которого собирались расчистить дорогу, как раз прибыл в новую камеру.
Люди из всех пяти группировок боялись селиться с ним по соседству, поэтому надзиратель отвел его к нейтралам. Там как раз нашлась свободная койка, и обитатели кельи при виде гостя испуганно вздрогнули.
Чжун Цзо помахал им:
— Привет.
Все трое:
— …
Стороны молча переглядывались, пока дверь не захлопнулась с тихим щелчком.
Словно по нажатию кнопки воспроизведения, троица мгновенно пришла в себя, и один из парней любезно подскочил к нему:
— Добро пожаловать, давайте я помогу вам устроиться.
Чжун Цзо коротко бросил:
— Угу, — и перевел взгляд на стоявшего в стороне бледного мужчину.
Тот был худощав и красив лицом — пожалуй, вошел бы в двадцатку лучших красавцев всей тюрьмы, но по какой-то причине его тоже никто не спешил пригреть.
— Ой, — всплеснул руками тот самый услужливый парень и, заметив взгляд Чжун Цзо, кокетливо стрельнул глазами и жалобно протянул: — Ничего особенного, просто… просто слегка ушибся.
Естественно, раз парня не брала ни одна из пяти банд, на то имелась веская причина. Наверняка этот тип перед тем, как его выставили, закрутил какую-то мелодраматичную интрижку. Чжун Цзо проигнорировал его и продолжил разглядывать мужчину.
Тот побледнел еще сильнее и отступил на полшага:
— Вы… пожалуйста, не надо так…
Чжун Цзо произнес:
— Я не интересуюсь подобным.
Мужчина не расслабился и настороженно уточнил:
— Тогда вы…
Чжун Цзо объяснил:
— Я смотрю на тебя, потому что ты лицом смахиваешь на одного моего знакомого.
Мужчина замер, набравшись храбрости:
— И что он за человек?
— Товарищ по детскому дому, — вспомнил Чжун Цзо. — Мы покинули приют в один и тот же год, сейчас он, наверное, уже работает.
Лицо мужчины резко изменилось. Он бросился вперед, вцепился в рукав Чжун Цзо и судорожно забормотал:
— Детдом? Какой детдом? Сколько ему лет? Насколько он похож на меня? Есть ли у него какие-то особые приметы?
Чжун Цзо молча сверлил его взглядом.
Лишь теперь осознав, что он творит, мужчина торопливо отдернул руки:
— Простите, я… я просто слишком взволнован.
— Он явно очень дорог тебе, — подвел итог Чжун Цзо. — Ты напомнил мне моего отца.
Мужчина переспросил:
— Вашего отца?
— Ага. Он меня терпеть не мог, одновременно пытаясь использовать и панически боясь, — ответил Чжун Цзо. — Но однажды, когда я едва не до смерти избил своего сводного брата, он примчался точно так же, не глядя ни на что. Довольно трогательно.
Мужчина открыл рот, совершенно не соображая, как реагировать на такое.
Помолчав немного, он глухо произвел:
— Я беженец из Пятой звездной системы. Двадцать лет назад там разгорелась страшная гражданская война, и мы с семьей пытались бежать в Первую звездную систему. По дороге наш корабль атаковали. Детей и стариков эвакуировали первыми, но потом дошли слухи, что те спасательные шлюпки тоже разбомбили. Дальше началась сплошная неразбериха, и я окончательно потерял связь с ребенком. До самого ареста я отчаянно пытался его отыскать… Если вам что-то известно…
Чжун Цзо ответил:
— Тот приют находился на планете Гален.
Хотя планета Гален не примыкала непосредственно к Пятой звездной системе, до нее было рукой подать через пространственный прыжок.
Он помнил, как Ци Чжэн рассказывал, что попал в приют в один поток с множеством других детей. Если он действительно спасся на той шлюпке, неужели семья Ци Чжэна тоже родом из Пятой звездной системы?
Неужели всё это время близкие Ци Чжэна жили в постоянном страхе и безуспешно рыскали по необъятной Вселенной в поисках вестей о нем?
Вопрос мелькнул в голове Чжун Цзо и тут же был им отброшен.
В то же самое время Ван Жунцзюнь получил ответ от своего человека:
— Послушайте, а ведь Ци Чжэн в свое время мог бежать из Пятой звездной системы?
Собеседник подтвердил:
— Именно так.
Ван Жунцзюнь мягко осведомился:
— И дальше что? Я разве просил тебя проверять его?
Тот простонал в трубку:
— Вторая господин, я правда не могу раскопать происхождение молодого господина Чжуна…
И поэтому ты решил отделаться историей Ци Чжэна?
Ван Жунцзюнь шевельнул губами, не желая продолжать перепалку, и сбросил вызов. Он уже расспрашивал директора, но тот абсолютно ничего не знал о прошлом Чжун Цзо — пожалуй, единственными осведомленными людьми во всем приюте оставались сам Чжун Цзо и Ци Чжэн, вот только Ци Чжэн погиб.
Поразмыслив, он решил при следующем визите напрямую спросить Чжун Цзо. В конце концов, у эволюционеров X-типа человеческие эмоции развиты слабо, так что Чжун Цзо наверняка ответит. Разумеется, при условии, что тот снова не угодит в карцер.
С этими мыслями он набрал номер эксперта и поинтересовался, как можно заставить эволюционера X-типа перестать буянить.
Эксперт посоветовал:
— Можно занять его каким-нибудь делом.
Ван Жунцзюнь переспросил:
— Например?
— Например, сложными пазлами или детективными мини-играми… А, еще есть одно потрясающее народное ремесло, можете попробовать.
— Какое? — уточнил Ван Жунцзюнь.
— Вышивка крестиком. — Эксперт переслал на экран видеозапись гигантского полотна размером в несколько метров, выглядевшего весьма внушительно.
Ван Жунцзюнь: «…»
Эксперт добавил:
— Впрочем, вязание тоже подойдет.
Ван Жунцзюнь: «…»
Эксперт задумался:
— Сейчас припомню, есть ли что еще.
— Погодите, — прервал его Ван Жунцзюнь. — Вы серьезно думаете, что он станет этим заниматься?
— Он эволюционер X-типа, ему неведомо чувство скуки, — объяснил эксперт. — Стоит ему хоть капельку заинтересоваться, и он будет делать.
Посчитав это разумным, Ван Жунцзюнь завершил звонок и тут же отдал приказ закупить всё необходимое.
Накануне вечером старший молодой господин Ван, проходя мимо комнаты брата, застал того за разбором целой горы коробок с пазлами. На следующий день он увидел у него залежи игровых приставок, напоминавших музейный антиквариат, на третьи сутки обнаружил там же горы заготовок для вышивки крестиком, а на четвертые — тот и вовсе принялся сматывать пряжу в клубки.
Внутренне содрогнувшись от мысли, что поведение братца принимает какой-то нездоровый оборот, он наконец решился войти:
— Сяо Цзюнь.
Ван Жунцзюнь, одновременно скачивая видеоурок по вязанию и сматывая моток ниток, поднял голову:
— Мм?
Старший молодой господин Ван поинтересовался:
— Ты уверен, что это называется ухаживанием? Мне почему-то кажется, что ты пытаешься заменить ему мамочку.
У Ван Жунцзюня едва кровь из носу не пошла:
— Я не ухаживаю за ним, он жена моего братана!
— Разве он не погиб? — уточнил старший брат.
Этот вопрос попал прямо в больное место Ван Жунцзюня, и он мгновенно умолк.
Старший молодой господин Ван вздохнул:
— Не можешь смириться с потерей, поэтому совесть не позволяет сделать шаг?
Ван Жунцзюнь с трудом выдавил:
— Ты говоришь…
Не успел он договорить, как резко завибрировал коммуникатор. Взглянув на экран, он с замиранием сердца заметил вызов от начальника тюрьмы и тут же нажал кнопку ответа.
Начальник откашлялся:
— Кхм, вторая господин…
Ван Жунцзюнь сохранил ледяное спокойствие:
— Говорите. Опять кого-то пришил?
Начальник подтвердил:
— Угу. Трое людей Вэй-гэ решили отомстить за своего главаря.
Ван Жунцзюнь поинтересовался:
— Сколько трупов?
— Ровно трое. Его уже решено перевести в другую тюрьму, и кроме того… из соображений безопасности на самой Столичной планете тюрем такого уровня просто нет.
Ван Жунцзюнь смолчал.
Начальник тюрьмы вздохнул:
— Так что его немедленно отправят с Столичной планеты.
http://bllate.org/book/40815/5191016
Готово: