Глава 18. Переезд
Сяо Люй жестоко отвергли, но Янь Юэмин, придерживаясь принципа «не бросать и не сдаваться», стиснув зубы, упросил Ли Чжэна и кое-как уговорил его взять Сяо Люй с собой. Он пообещал Ли Чжэну, что обязательно поставит Сяо Люй в своей комнате и ни за что не позволит ему выходить за её пределы.
В конце концов Янь Юэмин, прихватив Сяо Люй и таща за собой чемодан, переехал в дом 111 на Цветочной улице.
Особняк был большим. На втором этаже, помимо хозяйских покоев учителя Ли Хэпина, имелись ещё две спальни. Большую занимал Ли Чжэн, а маленькую, естественно, выделили Янь Юэмину.
Эти две спальни находились по разные стороны коридора — не напротив друг друга, но и недалеко.
Янь Юэмин прожил здесь несколько дней, посещая занятия, но впервые зашёл в комнату, отличную от кабинета и туалета. Первой его реакцией было — большая.
Эта гостевая спальня — как она могла быть больше его собственной хозяйской спальни? И туалет такой большой, ещё и ванна есть.
Завидую до слёз.
Янь Юэмин вспомнил желание, которое загадал на Новый год вместе с тётей. Они планировали к следующему Новому году подсчитать домашние сбережения и купить квартиру. Они были самой обычной семьёй с самыми простыми желаниями. Кто же знал, что в одно мгновение Янь Юэмина отчислят, и жизнь стремительно покатится в неизвестном направлении.
— Тётя, как думаешь, у меня действительно получится? Не слишком ли я самонадеянно мыслил раньше? Боюсь, что даже если я сдам экзамены, а вдруг не справлюсь с этой работой?..
Забрав свой телефон, Янь Юэмин быстро отправил тёте сообщение, что с ним всё в порядке. Однако при Ли Чжэне некоторые вещи было неудобно говорить. Сейчас, закрыв дверь комнаты и лёжа на кровати, он снова начал тараторить.
Тётя хоть и была порывистой, но всегда слушала жалобы Янь Юэмина и высказывала своё мнение, по праву считаясь его духовным наставником с детства. Хотя этот наставник иногда бывал несерьёзным.
Сегодня наставник был серьёзным и сказал:
— Ты ещё даже не сдал экзамены, о чём ты беспокоишься? Это не твоя забота. Если бы у тебя не было способностей, тот старший Ли не позволил бы тебе закончить обучение. Ты же сам говорил, что он очень строгий? Он точно не станет портить свою репутацию. Ну же, даже если не уверен в себе, будь хоть немного уверен в своей школе.
Янь Юэмин подумал: верно!
Потом они снова заговорили о мире в Разрыве, и тётя сказала:
— Теперь ты понял? В тот раз, когда ты упал в Разрыв, я не потому не рассказывала тебе, что намеренно скрывала. Просто я сама давно забыла, ха-ха…
Говоря это, тётя рассыпала серебристый смех.
Короче говоря, «неспособность запоминать» на тёте проявлялась в полной мере. Она к тому же была от природы оптимистична: не помнит — и ладно, никогда не заставляла себя вспоминать, и при этом вполне принимала свою женскую сущность, не испытывая никакого дискомфорта.
Янь Юэмин на мгновение задумался: это хорошо или плохо?
Ладно, лишь бы тётя была счастлива.
— Кстати, я сначала беспокоилась о тебе и собиралась завтра вернуться, но раз ты уже переехал на Цветочную улицу, там наверняка безопаснее, чем в Переулке Пусяцзы. Так что я пока не вернусь, побуду здесь ещё пару дней, — голос тёти стал заметно легче.
— Но я купила много еды, чтобы подкормить тебя, завтра отправлю посылкой. Не забудь проверить.
Что оставалось Янь Юэмину? Только кивнуть в знак согласия и сказать спасибо.
Повесив трубку и лёжа на кровати, Янь Юэмин ещё немного поворочался, после чего решил принять душ и лечь спать.
Он тоже понимал, что осталось ещё много неразгаданных тайн. Например, кто тот, кто оглушил его, и какие за этим стоят заговоры? Почему летучие твари из Чуских земель появились в Тихом квартале? Куда делся бродяга из дома 111? На все эти вопросы у него не было ответов. Но он думал: раз он пока не знает, значит, он ещё слишком слаб. Сколько сил — столько и дел, он усвоил этот принцип с детства.
Перед сном Янь Юэмин тихонько приоткрыл дверь и заглянул в комнату Ли Чжэна. Увидев в щели свет, он похлопал себя по груди и успокоился.
Старший ещё здесь, он в безопасности, можно идти спать.
Была глубокая ночь, время колебаний.
Ли Чжэн сидел в комнате на одноместном диване, слушая, как за дверью открывают и закрывают дверь, и продолжал своё занятие. Он подбирал глаза для своей вязаной куклы размером с ладонь. Перебирая их, его пальцы скользили по прозрачной коробочке, где лежали разные жемчужины и самоцветы. В конце концов он выбрал два крупных чёрных сапфира, пришил их и взглянул —
Глаза горят, и вид жалобный.
Кто это?
Как только он так подумал, зазвонил телефон. Неизвестно, что сказал собеседник на том конце провода, но голос Ли Чжэна стал небрежным:
— Какое отношение ко мне имеют дела вашего Бюро прогнозов аномалий?
— Я похож на человека с большим сердцем?
— Отбой.
Из трубки донеслись короткие гудки. На другом конце связи спасатель, несколько смущаясь, повесил трубку и перевёл взгляд на сидевшего рядом ведущего Су Хуэйчжи.
В руках Су Хуэйчжи был документ, он сидел рядом и читал. Услышав это, он поднял голову:
— Снова получил от ворот поворот?
Тот почесал затылок, неловко улыбаясь.
Су Хуэйчжи улыбнулся:
— Привыкай. Но в этот раз пациент из Третьей больницы сбежал уже неделю назад, и его до сих пор не поймали, из-за чего его нового младшего соученика бросили в Разрыв. Неудивительно, что он злится, правда?
— В этот раз действительно наша ошибка. Но судя по текущей ситуации, того пациента поймали, но у него точно есть сообщники, иначе в городе не могло бы произойти столько происшествий сразу.
Услышав это, Су Хуэйчжи, по-прежнему изысканно вежливый, сказал:
— Есть сообщники или нет, рано или поздно их всех поймают.
В конце он поправил очки:
— Ли Чжэн делает всё, что хочет, и не терпит ограничений. Если в будущем вам понадобится его помощь, обращайтесь напрямую к Цюэ Гэ. Тот, кто в итоге унаследует дело старого Ли в Спасательном отделе, скорее всего, будет она. Только не смотрите на неё свысока из-за того, что она девушка.
В это время снаружи поспешно вошёл ещё один человек — ассистент Су Хуэйчжи.
— Учитель Су, передача вот-вот начнётся. Может, вернёмся и подготовимся? Вас уже ждут визажисты и парикмахеры.
Су Хуэйчжи покинул Спасательный отдел.
Вскоре командир четвёртого отряда Янь Фэй вернулся с людьми. Тот спасатель, что разговаривал с Су Хуэйчжи, подошёл к нему:
— Командир Янь, как дела? Сообщника поймали?
Янь Фэй не ответил, прошёл к кулеру, набрал стакан воды и жадно выпил залпом, после чего смял одноразовый стаканчик в комок и швырнул в мусорку. Лицо у него было мрачное, вид — крайне недовольный.
Другой боец, стоявший позади, ответил за него:
— Поймали, как же! Хитрый, как угорь. Еле-еле одного схватили, а он сразу в Разрыв рванул. Мы за ним — и угадайте, кого встретили? Чуских летучих тварей!
— И что, он так и сбежал?
— Не сбежал. Погиб. Наткнулся на летучих тварей — надо бы спрятаться, а он прёт напролом. Кому ж ещё подыхать, как не ему?
При упоминании летучих тварей лицо того спасателя слегка изменилось. Он поспешно схватил лежавшие рядом документы и протянул их Янь Фэю:
— Несколько часов назад хозяин с Цветочной улицы, старый Ли, первым вывел людей из Разрыва. По его словам, они в Тихом квартале тоже столкнулись с летучими тварями. Не знаю, те же самые это или нет.
Янь Фэй нахмурился, взял документы и внимательно просмотрел:
— А что говорят в Отделе мониторинга?
— Их мнение: в последнее время колебания Правил стали слишком сильными, что-то необычное. Советуют сохранять бдительность. Только что приходил ведущий Су, интересовался вчерашними событиями и принёс нам гостинцы. Вон они, там.
Янь Фэй проследил за его взглядом и увидел на столе ночную закуску, но настроение от этого не улучшилось. На самом деле он тоже кое-что чувствовал: начиная с побега пациента из Третьей больницы, в Шанфанчэне будто началось подводное течение.
Та неделя, что прошла спокойно, больше походила на затишье перед бурей.
— Того сбежавшего пациента поймали?
— Благодаря людям с Цветочной улицы. Ученица старого Ли, её зовут Цюэ Гэ.
— Веди меня, я посмотрю.
— Есть!
В предрассветный час «Прогноз аномалий» вышел в эфир точно по расписанию. Бюро прогнозов аномалий было ярко освещено, огни не гасли всю ночь.
А в доме 111 на Цветочной улице Янь Юэмин спал крепким сном. В комнате горели изысканные благовония. Ли Чжэн сказал, что они помогают уснуть. Зажёг их — и Янь Юэмин действительно спал очень сладко, даже снов не видел. Проспал до самого утра, проснулся — а уже 10 часов.
Янь Юэмин поспешно умылся, переоделся и спустился вниз. Увидел Цюэ Гэ, сидящую в гостиной за книгой.
Услышав шаги, Цюэ Гэ обернулась и с улыбкой поздоровалась:
— Доброе утро, младший соученик. Не торопись так. Старший сегодня занят, его нет дома, так что у тебя самостоятельные занятия весь день, уроков не будет.
Янь Юэмин же с некоторым беспокойством посмотрел на пластырь на шее Цюэ Гэ:
— Старшая, вы ранены?
Цюэ Гэ тут же сделала серьёзное лицо, как в день записи, когда Янь Юэмин увидел её впервые:
— Ещё меня упрекаешь, младший соученик. У тебя затылок ещё болит? Может, сходишь в больницу, сделаешь снимок?
— Вро-вроде нормально, — Янь Юэмин и правда почти не чувствовал боли, и сегодня самочувствие было на удивление хорошим, никаких последствий.
Цюэ Гэ сказала:
— Старший наверняка дал тебе благовония, да? Это же элитный товар, используется для успокоения духа и укрепления души. Обычно такие есть только в больницах и Бюро прогнозов аномалий. Если продавать по отдельности, они очень дорогие, потому что сырьё редкое.
— Редкое?
Янь Юэмина осенило.
— Неужели из Разрыва?
— Не зря ты наш младший соученик с Цветочной улицы, очень сообразительный. Вещи из Разрыва обычно выносить запрещено. Особенно обычным людям, которые случайно туда попали: они не могут отличить хорошее от плохого, поэтому, если находят что-то вынесенное, спасатели заставляют их вернуть обратно. Но некоторые особые вещи, например, сырьё для таких благовоний, после обработки можно превратить в спасительные хорошие вещи. Так что у всего есть две стороны: польза и вред.
Цюэ Гэ, говоря это, развернулась и пошла на кухню за завтраком:
— Давай, давай, сначала поешь. Я всё время держала в тепле, не знаю, придётся ли тебе по вкусу.
Янь Юэмин, конечно, привередничать не стал. Он был тронут уже тем, что его кормят.
Он в очередной раз убедился: люди с Цветочной улицы действительно очень хорошие.
Янь Юэмин и правда проголодался. Учуяв ароматную кашу, он с аппетитом набросился на еду. Цюэ Гэ сидела напротив и, видя, как он уплетает за обе щеки, тоже была очень довольна.
Пока ел, Янь Юэмин тщательно вспоминал всё, что видел вчера в Разрыве. Обнаружил, что воспоминания сохранились, но ощущение присутствия будто ослабло, и некоторые детали приходилось восстанавливать усилием.
Похоже, эта «неспособность запоминать» ослабевает со временем.
Что касается Хань Мэй и Цао Юя — они даже не знали, что Янь Юэмин упал в Разрыв. Тот, кто его оглушил, ещё и притворялся им в мессенджере, отправляя друзьям сообщения, что всё в порядке. Мерзко, конечно, но избавило Янь Юэмина от необходимости объясняться.
Позавтракав, Янь Юэмин сам вызвался мыть посуду. К его удивлению, Цюэ Гэ тоже зашла на кухню и всё время, улыбаясь, смотрела на него.
— Старшая?
— Младший соученик, раз сегодня старшего нет дома, может, я позанимаюсь с тобой? Я хоть и недавно здесь, но уровень у меня неплохой.
Янь Юэмин, конечно, согласился. Старшая так добра к нему, такая заботливая — её методы обучения наверняка гораздо мягче, чем у старшего Ли.
Но очень скоро он понял, что был слишком молод и мыслил слишком просто.
Стиль преподавания Цюэ Гэ действительно отличался от стиля Ли Чжэна. Она любила тактику «моря задач». Как только Янь Юэмин кивнул в знак согласия, она тут же с воодушевлением вытащила огромную стопку листов с заданиями и сказала Янь Юэмину:
— Хорошая память уступает плохому перу, младший соученик. Знаешь, как я, из простой семьи, где на учёбу еле-еле наскребали, смогла окончить четырёхлетний университет с оценками «отлично», получить предложение от Бюро прогнозов аномалий и стать ученицей учителя? Взгляни на это. Сегодня мы сделаем это по полной!
Янь Юэмин: «…»
Спасите.
http://bllate.org/book/40732/5182328
Готово: