Всю оставшуюся дорогу Аксель больше не говорил — ему не хотелось болтать с этим человеком, у которого в голове одни только мысли о брате.
Он лишь опёрся на подбородок и смотрел на уплывающий за окном пейзаж и постепенно темнеющее небо.
Пятна размытой синевы сменились белизной, на небе постепенно проступили звёзды, а затем оно окрасилось в сумрачную черноту.
Это равнодушное поведение Акселя, наоборот, заставило Регулуса почувствовать некоторую досаду.
Может, он только что сказал что-то не то?
От этой мысли Регулусу снова стало немного тоскливо.
Если бы это был брат, он наверняка справился бы лучше.
Сириус Блэк был старшим сыном семьи Блэк, именно он был наследником рода, и долгое время Регулусу достаточно было лишь соблюдать подобающие члену семьи Блэк манеры и обходительность.
По-настоящему учиться общению с людьми он начал только после того, как Сириус ясно заявил, что ни за что не станет заодно с семьёй Блэк.
Тот период был не долгим и не коротким; Регулус почти целиком погрузился в горе от того, что брат покинул семью и покинул его.
Видя, что Аксель молчит и никак не выражает эмоций, Регулус от досады не удержался и нахмурился.
Ему хотелось заговорить, но, вспомнив свои недавние домыслы и противостояние между Сириусом и Акселем, Регулус снова не знал, что сказать.
Акселю было совершенно наплевать на так называемые чувства Регулуса.
Потому что Хогвартс-экспресс наконец прибыл на станцию.
Небо за окном уже стемнело, и под раздавшиеся в вагоне крики кондуктора Аксель взглянул на Софию, которая, сама не зная когда, растянулась на его чемодане и сладко спала.
Он без церемоний протянул руку и потрепал Софию по голове, успешно получив от не выспавшейся Софии захват с броском.
Аксель прижал ладонь к морде Софии и яростно потряс её несколько раз, пока София, совсем одурев и закружившись, снова не заснула, — только тогда Аксель без стеснения вышел из поезда.
Из вежливости Регулус хотел было сначала пропустить Акселя вперёд.
И именно тогда Регулус обнаружил, что на чемодане Акселя лежит кошка.
Он только хотел протянуть руку и что-то сказать, как Аксель уже ушёл из купе, не оборачиваясь.
На мгновение Регулус почувствовал разочарование, но быстро подавил его и вернулся к обычному состоянию.
Аксель был зол.
Он был зол, что не сумел поссорить Регулуса.
Проклятье!
Выйдя из поезда, Аксель сразу же увидел небо над головой: пёстрые, разнообразные краски разливались по небу огромными великолепными пятнами, усыпанными бесчисленными звёздами.
Он долго стоял на месте.
Такого зрелища в Паучьем тупике он ни за что бы не увидел.
Но, глядя на это небо, Аксель невольно вспомнил Северуса.
В это же время в прошлом году он вот так же запрокидывал голову и смотрел в небо?
Эта мысль промелькнула в голове и тут же исчезла, и Аксель не удержался от смеха.
При одной мысли о том, какое лицо будет у Северуса, когда он его увидит, Аксель не мог сдержать улыбки.
— Первокурсники, сюда!
Неподалёку раздался грубоватый окрик, и Аксель неторопливо поплёлся в конец.
Он не любил плыть в одной лодке с другими, потому что для Акселя это означало бы отдать половину своей жизни в чужие руки.
Он один сел в последнюю лодку и с изумлением обнаружил, что эта лодка сама собой поплыла вперёд, раздвигая волны.
Проклятье!
Щёки Акселя на мгновение покраснели; он осторожно огляделся по сторонам и, убедившись, что никто не видел его нынешнего конфуза, тихо перевёл дух.
Путь через Чёрное озеро был недолгим, и вскоре все новички добрались до замка Хогвартс.
Когда свежий запах травы и воды исчез, в ушах Акселя раздался тот самый грубоватый голос.
Он прищурился, сходя с лодки, и оглядел стоявшего неподалёку человека необычайно крупного телосложения.
Рубеус Хагрид, кажется, сторож школьного охотничьего угодья.
Аксель прищурился.
Полувеликан.
Аксель быстро пришёл к этому выводу.
— Первокурсники, стройтесь в две колонны!
Неподалёку ведьма в изумрудно-зелёной мантии и остроконечной шляпе громко выкрикивала команды.
У Акселя не было желания нарушать правила, и он послушно встал в самом конце, игнорируя взгляды окружающих, падавшие на него.
Профессор МакГонагалл на самом деле сразу заметила Акселя.
Ведь среди всех детей беловолосый Аксель слишком бросался в глаза.
Вот-вот должен был начаться приветственный ужин для первокурсников Хогвартса, но прежде, чем всё это начнётся, предстояла ещё одна важная процедура.
Церемония распределения.
Северус сидел в конце слизеринского стола, лицо его ничего не выражало, он опустил голову и слушал, что говорил человек рядом.
Его положение в семье заметно улучшилось, он больше не был тем грязным бедолагой, что прежде.
За те годы, что Тобиас был рядом, Северус многому научился: манерам, общению с людьми, жизни.
По крайней мере, те чистокровные, что сейчас сидели вокруг Северуса, могли это подтвердить.
Он как раз опустив голову обсуждал с другом рядом какие-то вопросы по зельям, когда вдруг услышал рядом восклицание.
— Эй, гляньте, среди нынешних первокурсников есть один с белыми волосами!
Белые волосы?
Северус нахмурился, быстро закончил с другом тот вопрос и поднял голову, посмотрев в сторону первокурсников.
В то же мгновение взгляд Северуса пронзил толпу и сразу же упал на ту фигуру в самом конце колонны.
Зрачки его резко сузились, тело оцепенело, душа и воля застыли в тот миг.
Весь окружающий шум в этот момент обратился в безлюдную пустоту, и та густая толпа тоже поблекла и медленно исчезла, оставив лишь единственное существо в поле зрения.
Что он видел?
Аксель.
Живой Аксель!
Он не умер!
Он ведь не умер!
Спокойное прежде расположение духа Северуса вдруг всколыхнулось; он не знал, что это было за чувство, но горло его словно перехватило, а в носу невольно защипало.
Но ещё страннее было то, что под этой горечью скапливалась главным образом та невыносимая духота в груди.
Аксель не умер — значит, он год горевал, просто выставляя себя дураком?
Северус дёрнул уголком губ и сухо отвернулся.
Едва войдя в зал, Аксель с любопытством принялся озираться: он увидел плывущие над головой, словно звёздное море, огни свечей, увидел и роскошные, диковинные рельефы на куполе над головой.
И что важнее — когда на него упал чей-то взгляд, он резко обернулся и увидел —
Северуса!
На лице Акселя вдруг вспыхнула радость, он резко протянул руку и яростно замахал ею в сторону Северуса, сияя, словно цветок.
Немало слизеринцев заметили того новичка в строю первокурсников, который с особенно весёлой улыбкой махал в сторону Слизерина.
Кто-то тихо переглянулся.
— Это кто? Вы его знаете?
Кто-то ткнул Северуса:
— Мне кажется, или тот младший смотрит на тебя?
Северус дёрнул уголком губ и опустил голову.
— Может быть.
Проклятье, как он ещё жив!
Конец главы
#
http://bllate.org/book/40725/5299165
Готово:
