Значит, все попытки изменить сюжет не только провалились, но и обернулись тем, что он сам в итоге оказался в больнице с кучей травм?
К тому же, Ся Чжиюнь от начала и до конца так и не назвал его по имени. Неужели... он его совершенно не узнал?
Когда приехала скорая, Лин Цзыю, чувствовавший полное опустошение, отправился в больницу вместе с остальными. Глядя на человека, лежащего без сознания на каталке, Лин Цзыю в очередной раз дал себе зарок: проявлять милосердие к врагам — значит проявлять жестокость к самому себе.
***
Ся Чжиюня быстро доставили в реанимацию. Лин Цзыю, немного придя в себя, сидел у дверей операционной и ломал голову над тем, как бы убрать свидетеля, не оставив следов.
Из дверей вышла медсестра с озабоченным видом:
— Кто здесь родственники пациента?
Лин Цзыю, сидевший на стуле, тупо уставился на пришедших вместе с ними коллег Ся Чжиюня, но те в ответ синхронно перевели взгляд на него.
— Я?
Стоило Лин Цзыю подняться, как ему в руки сунули квитанцию на огромную сумму.
— Родственник, идите в приемный покой на первом этаже и оформите все необходимые процедуры.
Лин Цзыю взял счет и уже собирался кивнуть, как вдруг его взгляд упал на итоговую сумму, и рука сама собой застыла.
— Пятьдесят тысяч? — и это только предоплата!
Лин Цзыю пошарил по карманам, которые были пусты, как после ограбления, и начал лихорадочно выуживать из памяти воспоминания нынешнего владельца тела. Пару дней назад оригинал забрал у Ся Чжиюня зарплату за прошлый месяц — десять тысяч юаней. Оставив лишь несколько сотен на еду, он спустил всё на брендовую одежду и сумки, чтобы прихорошиться. И где ему теперь взять пятьдесят тысяч?
Медсестра быстро затараторила:
— Сюда входят расходы на операцию, содержание в реанимации и все обследования. И еще подпишите вот это согласие на хирургическое вмешательство, здесь указаны все риски.
Сказав это, она протянула еще один документ и добавила:
— Кем вы приходитесь пациенту?
«Я — его главный лох, которого он облапошил!» — подумал про себя Лин Цзыю. Он быстро прикинул: друг? Брат? Какой статус позволит ему распоряжаться судьбой Ся Чжиюня так, чтобы это было максимально выгодно для него самого?
— Считайте, что я его семья. Но что с ним? Разве он не просто потерял сознание? — спросил Лин Цзыю.
— Ситуация такова: пациент упал с высоты, вероятно, ударился головой, что привело к острой черепно-мозговой травме. Он в глубокой коме. Необходима срочная операция, иначе он может остаться «овощем».
— «Овощем»? — рука Лин Цзыю с документами снова замерла. — Так вы хотите сделать ему трепанацию? Вы ничего не перепутали? Он не падал и не ударялся, не станет он никаким «овощем»!
Делать операцию на мозге здоровому человеку? Это же варварство!
Медсестра протянула Лин Цзыю листы с результатами обследований. И, как ни странно, он в них разобрался. Энцефалограмма показывала хаотичные волны, сердечный ритм был понижен. Такие показатели свидетельствовали о серьезном повреждении коры головного мозга и нарушении сознания — классические признаки того самого состояния.
Медсестра снова начала объяснять всю тяжесть положения, но Лин Цзыю перебил её:
— Невозможно!
Операция в любом случае ничего не даст. Это просто странное явление, связанное с перерождением души главного героя, нет смысла тратить деньги!
Медсестра, с нахмуренным лицом и серьезным тоном, продолжала настаивать, но Лин Цзыю вновь холодно и бесцеремонно её прервал:
— Я не могу принимать решение об операции! Можно отложить? Подождать до завтра? Завтрашнего дня хватит? Я свяжусь с его родителями.
Лин Цзыю знал, что если будет просто отрицать, врач не отстанет. Но только он закончил фразу, как вперед вышел старик Чжан, один из коллег:
— Парень, у него нет родителей, он вырос в приюте. Слушай, ты правда член его семьи?
На лице Лин Цзыю промелькнуло смущение — он не ожидал, что Ся Чжиюнь делился с коллегами своим прошлым. Он уже собрался выдумать правдоподобную причину, но старик добавил:
— Ты мне до боли знаком, прямо как на фото в телефоне у Ся-цзы. Ты его жених, да? Точно! Именно ты! Ся-цзы каждый месяц отдавал тебе всю зарплату, говорил, что копит на твое обучение.
Голос старика Чжана внезапно стал громче, в нем закипал гнев:
— Ся-цзы говорил, что ты его единственный родной человек в этом мире, как ты можешь выдумывать ему каких-то родителей? Ты что, не хочешь подписывать бумаги?
Все взгляды скрестились на Лин Цзыю, в глазах людей читался немой допрос. Даже медсестра теперь смотрела на него так, будто готова была вызвать полицию.
Лин Цзыю не знал, как оправдаться:
— Он не ударялся головой!
— Вы с Ся-цзы что, расстаетесь? — старик Чжан вдруг многозначительно и с угрозой добавил: — Паренек, совесть надо иметь!
Старик Чжан, работавший с Ся Чжиюнем в одной бригаде, знал всё лучше всех. Он часто упрекал Ся Чжиюня за то, что его партнер слишком холоден — звонит раз в месяц, если не реже. Старик советовал ему думать о себе, чтобы в итоге не остаться у разбитого корыта. Видя, как Лин Цзыю отпирается, старик решил, что тот просто не хочет возиться с Ся Чжиюнем и мечтает, чтобы тот никогда не проснулся.
***
Старик Чжан принялся во всеуслышание распекать Лин Цзыю, прямо и косвенно обвиняя его в том, что он привык жить за чужой счет. Столкнувшись с обвинениями, Лин Цзыю не стал спорить, но и не сдвинулся с места. Чтобы он, человек, который сам пострадал ни за что, вдруг почувствовал угрызения совести? Да это просто смешно.
Двери операционной снова открылись, врач вышел и торопливо спросил о решении. Все вновь уставились на Лин Цзыю. Хотя он и не был кровным родственником Ся Чжиюня, он считался самым близким человеком, так что подпись в согласии была делом логичным.
Увидев, что Лин Цзыю всё еще не подписал бумагу, врач спросил, не в деньгах ли дело. У Лин Цзыю дернулся уголок губ — этот вопрос попал прямо в цель.
Старик Чжан про себя подумал: «И правда, жадный до денег тип!»
Втайне пожалев Ся Чжиюня, он тут же выгреб всё содержимое своих карманов и сунул деньги Лин Цзыю в руки. Остальные, увидев это, тоже начали скидываться. Через пару минут растерянный Лин Цзыю держал в руках целую пачку банкнот. Люди еще и добавили, что у Ся Чжиюня есть медицинская страховка, так что с оплатой проблем не будет!
Лин Цзыю был слегка тронут, но всё равно отказался подписывать согласие на операцию.
Тут уж люди по-настоящему разозлились. Будь на его месте нормальный человек, он бы давно согласился после таких уговоров.
http://bllate.org/book/40705/5173675
Готово: