×
⚠️ Внимание! Если вы оплатили через Payoneer, получили на почту второе уведомление о доставке средств по инвойсу, но баланс на сайте не пополнился — пожалуйста, напишите мне в ЛС. Сейчас уведомления об успешном поступлении средств до нас не доходят.
💳 Написать мне в ЛС ↗
Важно: обращайтесь после получения именно второго письма — о доставке средств, а не первого подтверждения оплаты.

Готовый перевод Strong Alpha Forced to Play the Perfect Wife / Имперский Альфа в роли покорной супруги: Глава 3

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Ты не соответствуешь моим предпочтениям в выборе партнера, но сейчас мне срочно нужен послушный и покладистый омега в качестве парня.

Улыбка Бай Юньчжи тут же погасла, во взгляде на мгновение промелькнул холод, а следом появилось легкое раздражение. И надо же такому случиться: вроде бы с виду приличный альфа, а несет такую чушь?

Такого типажа в самый раз отправить на Планету Юнь, чтобы он там вместе с сотней других молодых альф выплескивал свою бьющую через край энергию на тренировочном полигоне. Бай Юньчжи раньше обожал такие штуки: молодые альфы — народ активный, особенно в преддверии периода повышенной восприимчивости, когда они так и норовят проявить агрессию и затеять драку. В таких случаях он просто стравливал их между собой. К концу дня они ходили с разбитыми носами и синяками, выли от боли и уж точно не помышляли ни о чем другом.

Этот альфа... такой высокомерный, наверняка будет очень забавно довести его до слез.

Цзян Наньюй, стоявший напротив, не догадывался о мыслях омеги. Заметив, что улыбка на лице того исчезла, он ничуть не смутился и не посчитал нужным прикусить язык:

— В повседневной жизни ко мне ближе, чем на десять шагов, не приближаться.

Услышав это, Бай Юньчжи, еще погруженный в воспоминания, почувствовал, как зачесались руки. Ему нестерпимо захотелось проучить этого наглеца. На Планете Юнь он натерпелся предостаточно, и с того самого дня, как покинул её, он решил — с него хватит. Никаких страданий, и уж точно он больше не позволит никому вытирать об себя ноги!

Бай Юньчжи решил: даже если у него разболится голова, он обязан преподать этому невежде урок!

— Жилье и питание за мой счет, дневная зарплата — миллион монет Голубой Планеты.

В тот же миг Бай Юньчжи, уже собиравшийся нанести удар, спрятал руку в карман фартука и часто заморгал. На Планете Юнь ему вообще не нужны были деньги, но с тех пор, как он оказался на Голубой Планете, каждый шаг требовал трат. Обычная зарплата Бай Юньчжи здесь составляла около тысячи монет, что считалось весьма неплохим уровнем. Альфа перед ним, конечно, невыносим, но он сказал... миллион монет в день!

Это значило, что если он согласится, то за один месяц заработает столько, сколько на Голубой Планете пришлось бы копить почти сто лет!

Для больного альфы — а именно так приходилось скрываться Бай Юньчжи — с кучей проблем со здоровьем, без собственного жилья и с доходом, которого едва хватало на аренду и еду, да что там, даже восстановительные сыворотки приходилось покупать с опаской, — предложение было до неприличия заманчивым.

Миллион в день... как же этот альфа богат!

Подумав о деньгах, Бай Юньчжи быстро пробил информацию об этом альфе в сети. Увидев фотографию его матери, он мгновенно всё понял. Альфа не лгал — он действительно был сказочно богат.

Не торопя Бай Юньчжи с ответом, Цзян Наньюй взял со стойки бара напиток с подавителями и осушил его одним глотком. А затем, не удержавшись на ногах, едва не рухнул на пол.

Изначально Цзян Наньюй хотел продемонстрировать омеге свою силу и невозмутимость, но после того, как проглотил напиток, почувствовал, что горло будто склеилось — он даже слова сказать не мог, едва не задохнувшись от такой концентрации.

Как раз в тот момент, когда Цзян Наньюй решил, что успел умереть от удушья, не успев даже договориться о содержании своего соперника в любви, перед ним возник стакан воды. Опираясь на барную стойку, он судорожно ухватился за запястье подавшего воду человека, выхватил стакан и залпом выпил всё до дна.

Подняв глаза, он встретился с мягкой улыбкой омеги.

— Господин, с вами всё в порядке?

Смотря на него с такого близкого расстояния, Цзян Наньюй отметил, что у того очень красивые глаза, а в улыбке сквозит нежность, но... в нынешней ситуации ему почему-то показалось, что в глубине этих глаз читается насмешка.

Будто он говорит: «Ну и слабак же ты!»

Бай Юньчжи действительно посмеивался над тем, кто так вцепился в его запястье. Когда Цзян Наньюй выпрямился, он мягко напомнил:

— Господин, здесь остался еще один ваш напиток.

Цзян Наньюй: «...»

Подавив желание скривиться, он с каменным лицом холодно ответил:

— Этот — для моего друга. Так что насчет моего предложения?

— Звучит неплохо.

В этот момент Цзян Наньюй был полон уверенности: он знал, что тот не откажется. Платить миллион в день, чтобы заполучить в «содержание» соперника в любви и заодно решить проблему, которую подкинула мать, — Цзян Наньюй считал себя выдающимся дельцом. А сейчас он немедленно, сию же секунду заберет этого омегу отсюда, чтобы демонстративно пройтись перед теми двумя, что ему отказали, и похвастаться перед закадычными друзьями, которые над ним подшучивали!

— Дзинь, ваш перевод на миллион монет Голубой Планеты зачислен.

— Твое жалованье за сегодня.

Бай Юньчжи улыбнулся так, что глаза превратились в полумесяцы:

— Благодарю, господин.

Миллион монет Голубой Планеты — Бай Юньчжи считал, что полностью отработал эти деньги! В конце концов, ему уже доводилось играть роль «золотой птички». Вспомнив своего предыдущего спонсора, который к тому времени уже разорился, он философски вздохнул о превратностях судьбы.

— Тогда идем вниз.

Когда эти слова прозвучали, он увидел, что омега не двигается. Цзян Наньюй нахмурился. Он только что заплатил, неужели этот собирается брать деньги, ничего не делая?

Смерив Бай Юньчжи мрачным взглядом, Цзян Наньюй подумал: если так, он обязательно преподаст этому омеге суровый урок.

— Господин, спуститься можно, но, может быть, вы для начала... отпустите мою руку?

Проследив за взглядом Бай Юньчжи, Цзян Наньюй, который уже собирался было устроить разнос, внезапно замер и тут же разжал пальцы.

Кожа омеги была бледной, и оттого, что Цзян Наньюй держал его слишком крепко, на запястье остались красные следы. Глядя на оставленный им след, Цзян Наньюй впервые за долгое время плотно сжал губы, чувствуя неловкость.

Бай Юньчжи, вырвав руку, вышел из-за стойки и первым взял своего «спонсора» под локоть.

— Пойдем...

Заметив, что Цзян Наньюй не реагирует, Бай Юньчжи на мгновение задумался и подался ближе к его уху:

— Милый?

Цзян Наньюй: «...»

Неужели все такие мягкие и покорные омеги ведут себя подобным образом? Цзян Наньюй сдержал раздражение, подумав, что этот омега ведет себя довольно нагло. Ведь ясно же было сказано: не приближаться без необходимости, а он всё равно лезет!

Впрочем... обведя взглядом зал и с удовлетворением заметив, как те двое омег скривились от злости и обиды, он не стал отстраняться.

Однако, когда дело касалось содержания партнера, он был не особо искушен.

— Когда встретимся с моими друзьями, не смей им рассказывать, что я тебя содержу.

Цзян Наньюй давал подробные инструкции, но после того, как он выложил всё как на духу, в ответ услышал лишь холодное «угу».

Цзян Наньюй тут же вспыхнул:

— Ты вообще играть умеешь?!

Бай Юньчжи промолчал. За все годы работы спецагентом никто еще не ставил под сомнение его актерские способности! Он не отвечал лишь потому, что уровень «содержания» спонсора был слишком низким, а портить отношения с «кошельком» не хотелось.

— Господин.

Встретившись с вопросительным взглядом Цзян Наньюя, Бай Юньчжи произнес:

— Теперь я ваш «омега», и вам не стоит постоянно называть меня «ты». Может, будете звать меня Чжи-чжи? Или «жена», «милый» — как пожелаете.

В глазах Цзян Наньюя, где отчетливо отражалась фигура Бай Юньчжи, внезапно мелькнуло чувство, будто на фоне этого нежного омеги он сам выглядит каким-то глупым.

Однако...

Цзян Наньюй, которого до этого пассивно тянул за собой Бай Юньчжи, услышав это, решил не сдавать позиций и положил руку на талию омеги.

Первая мысль, пришедшая в голову в тот же миг: «Черт возьми, какая тонкая, до чего приятно трогать!»

Но он не какой-то там похотливый альфа, он — человек с хорошим воспитанием и принципами. Поэтому он подавил желание погладить его сильнее, вместо этого крепко обхватил талию, притянул человека к себе и с суровым лицом предупредил:

— Следи за собой. Помни, что ты сам сказал: ты должен постоянно называть меня «муж».

Нарочито выделив слово «муж», Цзян Наньюй повел Бай Юньчжи вниз по лестнице.

Друзья-приятели сидели позади лестницы, и когда Цзян Наньюй начал спускаться по резным деревянным ступеням, они хихикали, перешептываясь.

— Наньюй, ты ведь не собираешься в самом деле пугать омег до слез? Ты что, совсем псих? Трудно признать, что у тебя есть только холодные деньги?

Цзян Наньюй молча изогнул губы в усмешке и, на глазах у друзей, протянул руку к выходу с лестницы.

В ярком свете ламп в его ладонь легла холодная белоснежная рука. Длинные тонкие пальцы, изящные движения — одна лишь эта рука казалась подарком небес.

Не только друзья Цзян Наньюя, но и все гости на первом этаже замерли, провожая фигуру взглядом.

Он был прекрасен, словно роза в дворянском поместье, но при этом от него веяло холодом и загадочностью. А когда все перевели взгляд на его лицо, то невольно затаили дыхание.

О, боже.

Несправедливо! Как же несправедливо! Почему его лицо словно вылеплено идеально, а мы будто куски грязи, брошенные с неба?

Хотя Цзян Наньюю и не нравился типаж Бай Юньчжи, вид изумленных друзей, у которых отвисли челюсти, доставил ему огромное удовольствие.

Спустившись, Цзян Наньюй сразу притянул Бай Юньчжи к себе, обнял за талию и с гордым видом обратился к друзьям:

— Представляю вам Бай Юньчжи, мою жену.

— Будь паинькой, скажи им «муж».

***

После того как он приказал Бай Юньчжи назвать его мужем, у самого Цзян Наньюя покраснели уши.

Называть «мужем» — это же так стыдно, он бы ни за что не осмелился назвать Бай Юньчжи своей женой.

И еще... стоя рядом с Бай Юньчжи, Цзян Наньюй только сейчас заметил, что для «слабого» омеги тот слишком высокий!

Они оказались почти одного роста. Что, нынешние омеги теперь так хорошо питаются?

— Муж. — Бай Юньчжи произнес это слово с игривыми нотками в голосе.

Чтобы продемонстрировать свои профессиональные навыки, Бай Юньчжи не только выполнил просьбу Цзян Наньюя, но и протянул руку, чтобы ухватиться за его одежду.

Это был жест, полный доверия. Глаза Бай Юньчжи влажно блестели, как у любого обиженного омеги, а уголки глаз покраснели.

Цзян Наньюй, глядя на него с такого близкого расстояния, моментально растерял весь свой спесивый вид «спонсора, который заплатил деньги», и почувствовал, как сердце смягчается.

http://bllate.org/book/40704/5173558

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода