Ци Аньяо: [Идет.]
Чему это ты тут улыбаешься, уставившись в телефон? — слушая лекцию по западному искусству, Чжун Чжан чуть не заснул, но, заметив улыбающийся уголок рта Лу Цина, уловил в этом нечто странное.
Лу Цин унял невольно проступившую в улыбке сладость и тихо ответил Чжун Чжану:
— Сегодня вечером в нашей комнате будет ужин.
— Как здорово! — Чжун Чжан тут же изобразил зависть. — Твои соседи просто счастливчики! Могут одновременно смотреть на Ци Аньяо и на твое лицо во время еды — настоящее визуальное наслаждение!
Лу Цин тоже подпер рукой щеку, повернувшись к Чжун Чжану, и виновато произнес:
— Чжан-Чжан, сегодня вечером я не смогу составить тебе компанию.
— Тебе все равно не пришлось бы меня сопровождать, мне самому нужно съездить домой, — сказал Чжун Чжан. — Похолодало, одежды не хватает. А ты разве не едешь домой?
— Завтра поеду к сестре, она сказала, что купила мне несколько комплектов одежды, — ответил Лу Цин.
Услышав это, Чжун Чжан аж глаза вытаращил:
— Позвони мне завтра, ладно? Я тоже хочу навестить богиню.
Лу Цин не удержался от смеха:
— А ты не боишься, что моя сестра заставит тебя танцевать и нарядит в женское платье?
Чжун Чжан редко когда смущался, но тут выдал:
— Подумаешь, танцы и женское платье! Ради богини я готов на что угодно.
Вернувшись в комнату, Лу Цин застал трех новых соседей полностью одетыми — те сидели в телефонах и играли.
Услышав звук открывающейся двери, Ци Аньяо поднял голову первым. Лу Цин шел немного быстрее обычного, дыхание еще не выровнялось, а на его белоснежной коже играл легкий румянец.
Руки Ци Аньяо на мгновение непроизвольно замерли.
Янь Цзыюй быстро бросил на Лу Цина взгляд:
— Лу Цин, вернулся? — и снова уткнулся в экран, отчаянно командуя: — Аньяо, не останавливайся, давай-давай-давай! Атакуй!
Ци Аньяо пропустил слова Янь Цзыюй мимо ушей, еще с полминуты изучал лицо Лу Цина, а затем произнес:
— Собирайся не спеша, мы подождем.
И лишь после этого неторопливо опустил голову, продолжая играть.
С такого ракурса Лу Цин отлично видел черные ресницы и высокий нос Ци Аньяо. Его сердце вновь предательски забилось, после чего он поспешно развернулся и ушел в ванную.
Собираться ему было особо и не нужно: он просто ополоснул лицо, вымыл руки, переоделся в чистую одежду взамен испачканной краской и надел белую повседневную куртку. Крой у куртки оказался превосходным, подчеркивая стройную фигуру Лу Цина.
Как раз в этот момент остальные закончили партию. Янь Цзыюй поднялся на ноги и, цокая языком, закружил вокруг него:
— Красота! Лу Цин, у тебя не осталась ссылка на эту вещь?
— Нет, в торговом центре покупал, — ответил Лу Цин.
— В каком именно? Я ведь тоже смогу выглядеть в ней так же круто, верно? — Янь Цзыюй уже начал воображать, как прогуливается по кампусу в этой куртке и сражает всех наповал.
Ци Аньяо насмешливо фыркнул.
— Ци Аньяо, это к чему сейчас было? — Янь Цзыюй уставился на него с вызовом.
Тот оставил его вопрос без внимания.
Шэнь Вэй весело хмыкнул:
— Угадай с трех раз. Молчание Е-гэ звучит оглушительно.
Лу Цин тоже сдержанно улыбнулся и все же честно подсказал Янь Цзыюю название нужного магазина:
— Только это модель из прошлогодней коллекции.
Ци Аньяо повернулся, окинул Лу Цина взглядом и заметил:
— Твоя куртка капельку тонковата.
Лу Цин слегка растерялся, посмотрел на него и тихо ответил:
— Нормально. Завтра съезжу домой и захвачу еще теплых вещей.
Ци Аньяо кивнул и больше ничего не сказал.
Вчетвером они направились к восточным воротам, по пути привлекая множество удивленных взглядов. Парочка девушек тут же сгрудилась вместе, зашушукавшись о сплетнях.
Смотри, это же Ци Аньяо и Лу Цин! Боже мой, как они оказались вместе? Какая потрясающая картина!
Лу Цин, кажется, раньше жил в красных домиках на западе, а теперь его перевели к нам в общежитие. Неужели он в одной комнате с Ци Аньяо?
Похоже, что так! А-а-а! Я вдруг так возбудилась! Можно мне начать их шипперить?
Лу Цин услыхал это и чуть склонил голову набок, мысленно соглашаясь: конечно можно, шипперите сколько влезет, я и сам не прочь. Но все эти тайные душевные порывы разрешалось лишь глушить на самом дне сердца, не вынося на суд общественности.
Он едва заметно улыбнулся.
Девушки на секунду замерли, а затем вновь восторженно заверещали вполголоса:
— Боже, как красиво он улыбается!
Лу Цин отвернулся. Пройдя еще несколько шагов, он все же не совладал с собой и украдкой скосил глаза вверх, бросив вороватый взгляд на Ци Аньяо.
Тот немедленно повернулся к нему, и Лу Цин с невозмутимым видом устремил взгляд вперед.
Опять от меня прячется?
подумал Ци Аньяо.
Профиль Лу Цина был поистине безупречен: прямой изящный нос, чуть светловатые губы с еле приподнятой верхней губой, казавшиеся такими мягкими.
Задержав на них взгляд на пару мгновений, Ци Аньяо отвел глаза и хмуро свел брови, внутренне удивляясь, с какой стати он вдруг уставился на чужие губы.
— Будешь леденец на палочке? — предложил Янь Цзыюй, обращаясь к Лу Цину.
— Спасибо.
Лу Цин взял конфету и принялся разворачивать обертку.
У самого Янь Цзыюй тоже торчал изо рта леденец:
— Только мы вдвоем тут сладкоежки, а Аньяо с Шэнь Вэем терпеть не могут сладкое.
Лу Цин сунул леденец в рот, и взгляд Ци Аньяо снова невольно соскользнул в его сторону.
Эти губы обхватили карамельку, слегка сжавшись, отчего их бледноватый оттенок стал чуть насыщеннее, напоминая бутон нежно-розового цвета на грани распускания.
Ци Аньяо судорожно сглотнул.
Надо же, бывают и такие геи... Неудивительно, что Ю Мин на него запал, раз даже он сам, вечно испытывавший отвращение к подобному, не чувствует особого отторжения.
Тц.
Ци Аньяо просто пониже надвинул бейсболку, загораживаясь от собственных блуждающих взглядов.
Поймав такси у главного входа, спустя двадцать минут они добрались до нового ресторана морепродуктов в центре города. Обстановка там и впрямь оказалась роскошной, а в пятницу вечером все почти было забито до отказа — к счастью, Янь Цзыюй еще днем забронировал отдельный кабинет по телефону.
Обладая огромным опытом в поедании даров моря, Янь Цзыюй поинтересовался у Лу Цина, нет ли у того каких-то особых предпочтений, после чего быстро и привычно сделал заказ.
— Лу Цин, мы будем пить пиво, а ты что предпочитаешь? — спросил Янь Цзыюй.
Лу Цин пил из рук вон плохо, но портить общее веселье не хотел:
— Я тоже буду пиво.
— Идет, — усмехнулся Янь Цзыюй. — А какова твоя норма?
— Одна бутылка, — ответил Лу Цин.
— Чего?
Лу Цин с улыбкой качнул головой:
— Всего одна бутылка. Уж извините.
Морепродукты стали постепенно заполнять весь стол. Новые соседи заставили Лу Цина выпить целый бокал только во время общего первого тоста, а дальше разрешили ему пить в своем темпе.
http://bllate.org/book/40615/5158890
Готово:
