Е Кэчэнь выбрал столик с краю, заказал полпорции отварной курицы и фаршированный тофу. Посетителей было много, еду подавали медленно, но он никуда не спешил, достал телефон и принялся отвечать на сообщения и письма, накопившиеся за эти дни.
Этому дню Хэ Цинцэнь изначально не должен был появляться в больнице: в учреждении собирались закупить новую партию медицинского оборудования, а продукция Чжуншунь, вне всяких сомнений, отличалась самыми быстрыми темпами обновления и передовыми технологиями, поэтому ректор попросил его заглянуть и высказать своё экспертное мнение.
Хэ Цинцэнь и Ректор Ма были знакомы благодаря его тёте Хэ Юэ. Хэ Юэ горячо поддерживала благотворительность, постоянно жертвуя материалы больницам и школам в отстающих регионах. В большинстве мест всем занимались её помощники, но делами Яньчэня она всегда интересовалась лично, и со временем Хэ Цинцэнь тоже познакомился с Ректором Ма.
Хэ Юэ очень высоко ценила Ректора Ма, говоря, что с его способностями он вполне мог бы найти куда более перспективные возможности для трудоустройства, однако по собственной воле пустил корни в этом небольшом городке. И если Хэ Цинцэнь согласился приехать в Народную больницу по приглашению Ректора Ма для обмена опытом и консультаций, то исключительно из уважения к его чистому сердцу медика.
Простое совещание по закупкам затянулось едва ли не на полдня из-за разногласий между начальником отдела закупок и заведующими несколькими отделениями. Начальник отдела закупок обладал подвешенным языком и долго рассуждал о ценовом вопросе.
Хэ Цинцэнь был человеком крайне решительным и на дух не переносил подобные затянутые совещания, но присутствие Ректора Ма удерживало его от ухода посреди встречи.
После окончания совещания Ректор Ма вышел вместе с ним на улицу.
— Цинцэнь, друг из городского управления общественной безопасности, которого я попросил тебя разыскать, вчера сказал мне, что они ещё не вышли на какой-либо чёткий след. Но они постараются изо всех сил и обязательно найдут, так что не переживай.
Хэ Цинцэнь ответил:
— Ректор Ма, извините за беспокойство и вам, и вашему другу.
Уже около шести часов вечера они вернулись из больницы в Деревню Наньлан. Войдя в дом, Хэ Цинцэнь дважды нажал на помпу с дезинфицирующим гелем, стоявшую на тумбочке у входа, чтобы обработать руки. Су Шаньань сидел на диване и играл в телефон. Заметив, что тот вернулся, он швырнул смартфон на диван:
— Старина Хэ, погнали! Сяо Ли посоветовал мне тут одно заведение, говорят, их отварная курица невероятно аутентична, давай сходим отведать.
Хэ Цинцэнь достал из мини-холодильника, купленного для него Е Чжэнем, бутылку минеральной воды, скрутил крышку и разом приложился к горлышку, осушив половину.
— Где находится?
Су Шаньань подхватил телефон и бросил взгляд на экран:
— На западной окраина. Отсюда ехать на машине всего минут двадцать.
Хэ Цинцэнь взял домашнюю одежду, собираясь в душ:
— Слишком далеко, никуда не поеду.
На лице Су Шаньаня отразилось глубокое душевное страдание:
— Я же завтра уезжаю от тебя, неужели ты не проводишь меня за прощальным ужином?
Хэ Цинцэнь видел его насквозь:
— Наверное, твой старик отдал тебе жёсткий приказ?
Су Шаньань недовольно покосился на него:
— Тьфу! Не раскрывать чужих секретов — это элементарное правило взрослого этикета, неужели не знаешь?
После смерти Хэ Юэ настроение Хэ Цинцэня в последнее время было вовсе не таким безмятежным, каким казалось на первый взгляд. То, что этот толстокожий молодой господин Су Шаньань додумался приехать сюда и посидеть с ним несколько дней, дорогого стоило. В конце концов Хэ Цинцэнь всё-таки сел в машину Су Шаньаня.
По дороге болтун Су Шаньань ни на минуту не затыкался:
— Знаешь, а у маленьких городов тоже есть свои плюсы. Посмотри, каждый сам выращивает овощи у дома — экологически чистые, органические, самообеспечение, чистейшая первозданная природа! А ещё эти зелёные горы и чистые воды, минимум заводов и машин. Каждое утро распахиваешь окно — какой же там свежий воздух...
— Старина Хэ, а давай я попрошу своего старика вложиться здесь в какой-нибудь курортный комплекс? Когда мы состаримся, переедем сюда встречать старость — глядишь, доживем до ста лет...
— Впрочем, забудь. Развлечений тут ноль. Приехать пожить на пару дней ещё куда ни шло, но остаться надолго — я же сойду с ума...
К счастью, ехать оказалось недалеко. Когда Хэ Цинцэнь уже был готов выпрыгнуть из машины на ходу и повернуть обратно из-за бесконечной болтовни Су Шаньаня, они наконец прибыли на место. Выйдя из автомобиля, Хэ Цинцэнь понял, что это вовсе не ресторан, а скорее крестьянская усадьба. На деревянных воротах красовалась вывеска: Трактир Е Сань.
Справа от входа располагалась открытая парковка, а за воротами открывался огороженный бамбуковым плетнём двор, по которому вились зелёные побеги лиан с какими-то безымянными цветами. Слева во дворе стояло несколько домиков под серой черепичной крышей, из труб которых вился беловатый дымок — судя по всему, там находилась кухня. Справа тянулась деревянная галерея, вдоль которой расставили около десятка обеденных столов. Неподалёку плескался пруд, окруженный разнообразными овощными грядками и фруктовыми деревьями. В лучах заходящего солнца всё это выглядело невероятно умиротворенно.
Все дюжина столов были заняты. За каждым сидело по несколько человек — в основном семьи, коллеги или компании друзей, которые увлечённо трапезничали и беседовали, создавая оживлённую атмосферу.
— Мест нет? Да ладно, неужели в таком глухом заведении тоже нужно бронировать столики заранее? — изумлённо протянул Су Шаньань, окинув взглядом дворик и не заметив ни одного свободного места.
Они потратили почти полчаса на дорогу ради ужина, и уезжать просто так он не собирался. Уже намереваясь отыскать хозяина и попросить придвинуть ещё один стол, он вдруг замер, а его взгляд прояснился.
За столиком в самом дальнем углу северо-западной стороны сидел молодой мужчина. Пряди его челки свободно спадали на лоб, почти касаясь бровей, а простая белая футболка придавала ему мальчишеский вид. Он уткнулся в телефон, полностью игнорируя окружающий шум и любопытные взгляды, которые люди бросали на него время от времени. Мягкий свет заката пробивался сквозь щели бамбуковой изгороди, падая на его красивый профиль. В этот момент закат, изгородь и симпатичный парень слились воедино, создавая живописную картину.
Хэ Цинцэнь заметил Е Кэчэня ещё раньше Су Шаньаня. В этой шумной обстановке, пропитанной простой повседневной жизнью, утонченный Е Кэчэнь, сидевший в одиночестве в тихом уголке, привлекал слишком много внимания.
Указав пальцем на Е Кэчэня, Су Шаньань возбужденно воскликнул:
— Погоди-ка, это же тот самый красавчик, которого я видел на больничной парковке!
С этими словами он быстрыми шагами направился к Е Кэчэню. Хэ Цинцэнь не стал его останавливать и молча последовал следом.
Су Шаньань обладал врождённым даром легко сходиться с людьми: его голос опережал шаги, и, не доходя до Е Кэчэня каких-то два шага, он уже громко окликнул его:
— Красавчик, какая встреча! Опять ты.
Услышав голоса, Е Кэчэнь рефлекторно поднял голову и увидел стильно одетого мужчину, стоящего перед его столом. Он уже собирался сказать, что тот ошибся человеком, как вдруг заметил Хэ Цинцэня, отставшего от Су Шаньаня на пару шагов. Е Кэчэнь удивленно отложил телефон, поднялся на ноги и произнес:
— Заведующий Хэ, какая неожиданность.
Затем он перевёл взгляд на парня, который только что так эмоционально к нему обратился, и мысленно подтвердил, что видит его впервые. Заметив замешательство на лице Е Кэчэня, Су Шаньань поспешил объясниться:
— Пару дней назад я заезжал в больницу к старику Хэ и заметил тебя на парковке из окна его кабинета. Привет, меня зовут Су Шаньань: «Су» как в фамилии персонажа романа, «Шаньань» — тихо и мирно.
http://bllate.org/book/40562/5151558
Готово:
