На следующий день Цзян Е пришёл в школу с огромными тёмными кругами под глазами. Ма Вэнь испуганно ахнул:
— Охуеть, охуеть просто! Охренеть, братуха, ты что, опять всю ночь проторчал без сна?
— Какое там без сна, — буркнул Цзян Е. — Я к бессмертию приобщался.
Вернувшись вчера домой, он ворочался весь вечер напролёт и думал о том, как странно отнёсся к нему днём Сун Юй и с каким выражением, полным почти жалости, смотрел на него.
Что всё это значило?
Почему всего за сутки отношение к нему переменилось самым кардинальным образом?
Он ломал голову, но так ничего и не понял, и в итоге заснул только под утро.
— Охренеть, братуха Цзян, ты что, прямо сейчас спать собрался? — удивился Ма Вэнь. — Разве те, кто постигает бессмертие, тоже спят?
— Заткнись! — Цзян Е угрожающе взмахнул рукой возле собственной шеи, а затем пригрозил пальцем: — Не мешай мне. Даже если сам Небесный Владыка явится, и то не смей мне мешать спать. Не то сдохнешь сегодня.
Ма Вэнь провёл пальцем по своим губам и замолчал.
У этого молодого господина был тяжёлый характер спросонья, и в девятом классе об этом знали все. Школьные учителя тоже были в курсе его нрава, но поскольку за душой у парня стояло огромное состояние, учиться ему было необязательно или нет — никакой разницы не было, и на уроках к нему никто не лез.
Надев школьную форму, Цзян Е прикрыл учебник от солнечных лучей, выбрал подходящий угол и приготовился проспать мёртвым сном.
Он уткнулся лицом в скрещенные руки.
Кто-то неподалёку зашептался:
— Слышали? Говорят, из экспериментального класса кого-то сослали, вроде бы к нам в класс переводят.
— Кто это? Хотя я сам в этих задачах ни черта не смыслю, но этот экзамен вроде не был сложным?
— Да хрен знает, на уроке увидим.
Цзян Е было абсолютно наплевать на всё это — какое ему дело до того, кто там забредёт в их класс?
Ему нужно было восполнить недосып, а проснется — разберётся с Сун Юем.
Да-да, разберётся за то, что из-за него пришлось страдать бессонницей.
А тем временем Сун Юй шёл по коридору вслед за классным руководителем девятого класса.
Тот был мужчиной лет тридцати с небольшим, преподавал физику и на вид казался вполне добродушным:
— Ты ведь уже всё знаешь, так что я не буду долго распинаться. Я классный руководитель девятого класса, меня зовут Ван Юйтан. Можешь звать меня старина Ван, как и остальные ребята, или просто классный.
Сун Юй коротко кивнул.
— Как же это ты так съехал по оценкам на этот раз? — на ходу потряхивая распечаткой с результатами, поинтересовался Ван Юйтан. — Ошибся где-то или себя плохо чувствовал?
Сун Юй не знал, что ответить, сжал губы и промолчал.
Заметив состояние парня, Ван Юйтан уже протянул руку, чтобы утешить его, но Сун Юй отпрянул назад с почти рефлекторной быстротой.
— Ай, — смущенно замер с поднятой рукой Ван Юйтан. — А вы, ребята из экспериментального класса, и правда все такие неприступные холодняки.
Беседуя, они вошли в класс. Сегодня в помещении стояла необычная тишина, не было слышно даже толкотни и возни, что избавило Вана от лишних разговоров. Он слегка кашлянул:
— Сегодня в нашем классе пополнение, к нам перевёлся ученик из экспериментального класса.
Кто-то первый присвистнул с задней парты.
— Охуеть, охуеть, неужели всё так круто? Раз такой крутой, хрена ли его к нам занесло?
Сун Юю даже не нужно было смотреть, чтобы узнать этот голос: подобную манеру речи и лужёную глотку во всей школе можно было встретить только в единственном экземпляре.
Ван Юйтан стукнул по столу:
— Ма Вэнь, сколько раз тебе повторять: в классе не выражаться!
Ма Вэнь с развязанным видом не выказывал ни малейшего раскаяния:
— Виноват, старина Ван.
Ван Юйтан вздохнул:
— То-то я смотрю, исправляться ты и не думаешь.
Весь класс сдержанно прыснул, а Сун Юй спросил:
— Куда мне сесть?
Ван Юйтан окинул взглядом аудиторию: свободных мест оставалось всего два, выбирать особо не приходилось.
— Садись пока куда-нибудь, а если не подойдёт, скажешь мне, я потом пересажу. Хотя я бы посоветовал тебе сесть к... Лю Чэну...
Не дожидаясь ответа, Сун Юй направился прямиком к месту Цзян Е.
— ......
Все взгляды в классе сошлись на Сун Юе.
Лишь спустя добрую минуту Ван Юйтан произнёс:
— Здесь... в общем-то, тоже можно. Только у Цзян Е характер не самый простой, он не любит, когда рядом кто-то... сидит.
Он не успел договорить, как Сун Юй поднял руку и отвесил лёгкий шлепок по макушке школьного хулигана.
Хотя удар выглядел не слишком сильным, его оказалось вполне достаточно, чтобы разбудить спящего.
Ван Юйтан: «……»
Никто и никогда прежде не смел обращаться с Цзян Е подобным образом. Спросонья у него тут же разыгрался фирменный дурной нрав, и он поднял помрачневшее лицо:
— Жить надоело, что ли? Сдохнуть захотел?
Рассмотрев, кто перед ним, он замер:
— Сун Юй? Какого хрена ты тут забыл?
Сун Юй опустился на стул рядом с ним:
— Я пришёл к тебе.
Глава 8. Сладкий
Ма Вэнь соображал добрых несколько секунд.
— Охуеть, охуеть? Охренеть!
Стоило ему открыть рот, как на него тут же пал суровый взгляд Ван Юйтана, и все дальнейшие слова застряли у Ма Вэня в горле.
Кто ещё никак не мог прийти в себя, так это Цзян Е. Он машинально потрогал собственный затылок, а затем снова уставился на Сун Юя.
Это же чистой воды провокация.
Цзян Е смотрел в лицо Сун Юя и не сомневался: это наглый вызов.
— Ты что, нарываешься...
Ван Юйтан поспешно вмешался, прерывая его, легко кашлянул и произнёс:
— Цзян Е, Сун Юй пока посидит рядом с тобой. Ты же не против?
Сун Юй выдвинул стул и затолкал рюкзак под парту. Цзян Е, перехватив пламенный, полный надежды взгляд своего классного, подавил в себе яростное желание врезать кому-нибудь.
На всём его лице было крупными буквами написано «Я против», но слушать его никто не собирался. Цзян Е глубоко вздохнул, набросил школьную форму на плечи и злобно бросил соседу:
— Еще раз помешаешь спать — после уроков у меня огребёшь.
Сун Юй нахмурился, глядя на Цзян Е, от которого виднелся лишь один затылок.
За всё время учебы в старшей школе, за исключением уроков физкультуры, он почти никогда не слушал объяснений учителей.
В конце концов, каких бы результатов на экзаменах он ни добивался, отношение Цзян Байчуаня к нему оставалось неизменным: тот вечно презирал его и всегда считал никчёмной бездарностью.
Но теперь Сун Юй задавал себе вопрос: неужели перед самым перерождением, когда он дошёл до той жуткой черты, во всём был виноват лишь банкротство семьи Гу? Разве у него самого не было никаких изъянов?
Если бы тогда, в старшей школе, он прилежно слушал учителей, поступил в хороший университет, а после окончания института унаследовал компанию, неужели его семья всё равно скатилась бы в ту пропасть?
Он закусил губу, погрузившись в мысли.
— Хватит шептаться, — постучал по столу классный руководитель Ван Юйтан, а затем перевёл стук на классную доску. — Все на меня посмотрели. Вот результаты нашего класса, мы снова на последнем месте. Полюбуйтесь-ка на свои оценки.
Голос Вана вывел Сун Юя из задумчивости.
На возвышении классный руководитель повернулся к экрану и пару раз кликнул мышкой, выводя на мультимедийный дисплей школьную ведомость.
Сун Юй быстро отыскал в списке фамилию Цзян Е. Не успел его взгляд упасть на цифры, как тот самый парень, что ещё минуту назад спал мёртвым сном, вдруг ожил.
Лицо Цзян Е покрылось самыми разными оттенками изумления, он почти не верил своим глазам:
— Твой общий балл выше моего всего на два очка?!
Только теперь Сун Юй разглядел собственный результат — 340 баллов. Их строчки в рейтинге соседствовали: одна над другой.
Не успел Цзян Е договорить, как до него дошло нечто странное:
— Ты же из экспериментального класса, и набрал столько?! — Он прищурился, вцепившись в воротник школьной формы. — Ты что, сделал это специально?
Цзян Е учился не сказать чтобы блестяще, но и двоечником не был. Сун Юй обогнал его всего на два балла, но человек, способный учиться в экспериментальном классе, даже при самом неудачном стечении обстоятельств не мог так резко скатиться вниз.
Настороженно и с подозрением Цзян Е процедил:
— Ты случаем не увязался за мной следить? Из-за Гу Хая?
При упоминании этого имени в глазах Сун Юя на мгновение мелькнуло откровенное отвращение.
Исподлобья он бросил на Цзян Е косой взгляд.
От этого взгляда по спине Цзян Е пробежал неприятный холодок:
— Это что за взгляд такой? Ты вообще больной, что ли?
Сун Юй пропустил его слова мимо ушей и невозмутимо достал учебник.
Не дождавшись ответа, Цзян Е фыркнул и уткнулся носом в парню, намереваясь продолжить прерванный сон.
Однако стоило ему снова опустить голову, как та самая рука вновь приложилась к его затылку.
Глубоко вздохнув, Цзян Е приподнялся и прошипел сквозь зубы:
— Сун Юй, ты и вправду думаешь, что я не посмею тебя отметелить?
Сун Юй посмотрел на него во все глаза и задал вопрос с поистине искренним недоумением:
— С такими паршивыми оценками ты ещё и спать умудряешься?
Цзян Е: «……»
Он и сам толком не понимал, с какого перепугу человек, набравший всего на два балла больше него, мнит себя вправе его воспитывать.
Весь остальной день Цзян Е так и не удалось поспать, потому что этот невыносимый зануда словно прилип к нему невидимым призраком.
Учитель обществознания бубнил у доски монотонно, как мантру, но стоило Цзян Е только прикрыть глаза, как рука Сун Юя тут же опускалась на его затылок.
— Слушай урок, — холодно говорил Сун Юй.
Цзян Е перекосило от злости:
— Да ты задолбал! Сам материал не слушаешь, так что, у тебя глаза на моём затылке выросли?
— Угу, — кивнул Сун Юй.
Пожалуй, не только глаза.
Мысленно Сун Юй опустил взгляд чуть ниже, думая о том, что и его сердце теперь тоже приросло к Цзян Е.
Остальные слова Цзян Е разом застряли у него в горле. Он беззвучно похлопал ртом, после чего демонстративно выставил учебник перед собой, чувствуя себя донельзя угнетённым.
После звонка на большой перерыв Цзян Е с кислым видом поплёлся к выходу из школы.
Ма Вэнь шёл рядом, крутя в пальцах какой-то небольшой нож без заточки, раздобытый неизвестно где, и рассечённо махал им в воздухе:
— Слы ваши, братуха Цзян, мне аж тошно от безделья. Может, пойдём сегодня наебём этого Сун Юя? Что он вообще сегодня вытворял, это что, был вызов нам? Смотри, я сегодня же вгоню его в асфальт.
— Куда спешить? — Цзян Е опустил глаза с видом человека, замученного гранитными науками, сил на пустые разговоры у него не осталось. — Раз уж он сам приплёлся в наш класс, неужто сбежит куда-то?
Ма Вэнь подумал и согласился, после чего предложил:
— Бляха-муха, и что тогда делать сегодня вечером? Ренуху закатим в комп-клубе? Как насчёт зависнуть на всю ночь?
В этот момент телефон Цзян Е коротко вибрировал.
Опустив взгляд, он скользнул по экрану глазами, и его брови сошлись на переносице:
— Идите без меня, у меня сегодня дела.
— Дела? Какие ещё дела? Братуха Цзян, ты куда намылился?
Ма Вэнь хотел было ещё что-то крикнуть вслед, но молчавший до этого Чэнь Кай крепко прихватил его за плечо:
— Отстань, не лезь.
Сгорбившись, Цзян Е вглядывался в экран телефона.
Цзян Байчуань прислал ему сообщение сразу после школы.
Всего два слова: возвращайся домой.
И гадать не приходилось: наверняка явился тот самый придурочный братец, которого притащила его мачеха.
Цзян Е от этого зрелища и мысли воротило, но он всё же отписал в ответ: понял.
Не успел он подойти к самому дому, как до его слуха донёсся раскатистый, довольный смех Цзян Байчуаня.
При самом Цзян Е отец всегда держался строго и чопорно и никогда в жизни так не смеялся.
http://bllate.org/book/40540/5147229
Готово:
