Врач, закончив давать указания, поспешно ушел готовить жаропонижающий укол, оставив Рейно наедине с мыслями, в которых эхом звучали слова доктора.
Шея, подмышки, локтевые сгибы, пах…
Разве это не значит, что придется раздеться полностью? Шкала эмоционального прогресса внезапно взлетела, словно ракета.
В лазарете.
Результаты анализов уже пришли, и врач недоверчиво потер глаза.
В отчете значилось, что у пациента действительно имеются симптомы вирусной простуды, но в своей основе они были вызваны гормональным сбоем и эндокринными нарушениями. Проще говоря, текущее состояние пациента являлось последствием периода повышенной чувствительности. До и после него организм омеги становится особенно слабым, и болезнь, проникнув внутрь, вызвала сильный жар и бред.
Для омеги это весьма распространенный симптом, однако…
Взгляд врача сместился на графу пола, где в регистрационной информации черным по белому было написано: мужчина-бета.
Конец, полный конец, кажется, он раскрыл невероятный секрет. И что еще хуже, он позволил какому-то альфе обтирать омегу!
Врач в панике вскочил на ноги, быстро приготовил лекарство и помчался обратно в палату.
— Эй ты, стой, оставь это мне! — запыхавшись, крикнул врач Рейно.
— Сделать укол? Давайте, — Рейно убрал с головы Асы уже нагревшееся полотенце, собираясь пойти в ванную, чтобы смочить его заново.
Врач мысленно возмутился: он вовсе не это имел в виду, но, судя по всему, этот альфа так и не понял, что перед ним омега?
Врач перевел дыхание, сделал Асе жаропонижающий укол, а затем повесил капельницу с антибиотиком и бутылку с питательным раствором.
— Скоро комендантский час, возвращайся в общежитие, ночью я сам о нем позабочусь, — врач принялся вежливо выпроваживать парня.
Возможно, сказывалось то, что они оба были омегами, и врач живо представил себя на месте Асы. Окажись он в беспомощном состоянии, когда любой незнакомый альфа может делать с ним что вздумается, ему бы захотелось найти кирпич и расшибить себе лоб.
Рейно поинтересовался:
— А вы разве не дежурите?
— У меня как раз смена меняется, ночью дел нет. Возвращайся быстрее, а то опоздаешь, и тебя запрут снаружи, — врач отмахнулся, показывая, что вполне справится с круглосуточным уходом.
Однако Рейно с невозмутимым видом уселся на стул у больничной койки:
— Тогда я останусь дежурить здесь, всё равно я за него переживаю.
— Нельзя! — рефлекторно возразил врач.
— Почему нельзя? — уголки губ Рейно изогнулись в игривой улыбке. — Разве лишний человек рядом — это плохо?
— Э-э, я специалист, делай как я говорю! — врач уже даже не пытался придумать разумное объяснение.
— Ох, а я-то думал, вы переживаете из-за того, что альфам и омегам не положено сближаться, — спокойно ответил Рейно.
— Конечно нет… — врач внезапно сообразил, что только что сболтнул Рейно, и в испуге вздрогнул. — Ты знаешь, что он омега!
— Не знал, — Рейно пожал плечами. — Разве не вы мне только что об этом сказали?
Врач мысленно выругался: черт, меня провели! Неужели горожане такие изворотливые? Ему захотелось сбежать.
Тогда врач решил принять строгий вид:
— Между альфами и омегами недопустимо близкое общение. Раз уж тебе всё известно, не мог бы ты уйти?
— Хорошо, я ухожу, — Рейно бросил на Асу долгий взгляд, а затем повернулся к врачу: — У него простуда или… последствия расстройства периода повышенной чувствительности?
Если второе, то, скорее всего, причиной тому послужил он сам.
Врач не стал скрывать и вздохнул:
— И то, и другое, но второе — главная причина. Для таких, как мы, кто постарше и у кого нет пары, это настоящее мучение, а злоупотребление блокаторами делает только хуже. Пройдет еще несколько лет, и я, наверное, тоже послушаю семью и найду кого-нибудь, чтобы остепениться. Как же это обидно, ведь я…
— Могу я добавить вас в контакты? Когда у него спадет жар, пожалуйста, сообщите мне.
— Без проблем, — врач с готовностью обменялся с Рейно контактами.
— Спасибо, извините за хлопоты с ним, — Рейно слегка поклонился врачу. — Завтра утром я принесу вам еду, скажите, что бы вы хотели.
— Тогда я не буду церемониться, — врач улыбнулся, обнажив пару милых клычков.
Пять минут спустя.
Врач закатил глаза:
— Ты чего опять вернулся? Я же не собираюсь его съедать.
Рейно протянул большой пакет:
— У него руки холодные от капельницы, внутри грелка, я уже налил горячую воду, положите ему под ладонь. И еще немного фруктов и снеков, если проголодаетесь среди ночи, перекусите.
Врач отмахнулся:
— Понял, до свидания, провожать не буду.
Достаньте из пластикового пакета грелку идеальной температуры, врач аккуратно приподнял руку Асы и положил ее поверх.
Уходя, Рейно еще раз взглянул на Асу. То ли от жаропонижающего, то ли от обтираний лицо Асы выглядело уже лучше, жар наверняка скоро спадет. Успокоившись, Рейно благополучно вернулся в общежитие, успев проскользнуть внутрь в самую последнюю секунду перед закрытием дверей.
— Добряк, ты вернулся, — Шон только что вышел из душа, прогуливаясь по комнате с птичкой на плече.
Рейно слегка нахмурился:
— Ты бы постыдился.
— Да ладно, чего тут такого, мы же все альфы. Я раньше в отряде вечно соревновался с парнями, кто дольше может писать, и всегда побеждал, — гордо выпятил грудь Шон.
— Хочешь посоревноваться? Ты и я, — Рейно указал сначала на Шона, а потом на себя. — Если выиграю я, ты будешь нормально одеваться в комнате.
Результатом соревнования стала безоговорочная победа Рейно. С тех пор Шон больше никогда не разгуливал голышом в общественных местах общежития.
После выключения света стоило Рейно закрыть глаза, как перед ним тут же возникало раскрасневшееся лицо Асы, прильнувшего к его груди, а в памяти всплывали картины его нежной белой кожи. Внутреннее возбуждение нарастало с каждой минутой.
Просто напасть: раньше он и не подозревал, что он такой банальный альфа, ведь его явно полностью захватили феромоны.
Рейно взъерошил свои растрепанные волосы, приказывая себе проявить сдержанность и не действовать слишком поспешно, чтобы не испугать Асу.
Следующее утро, лазарет.
Рейно принес две порции завтрака: булочки и кашу. Кашу он специально выбрал пшенную с тыквой — нежную, мягкую, с легким сладковатым привкусом, которая точно должна была прийтись по вкусу омеге.
Едва переступив порог палаты, Рейно увидел следующую картину: Аса сидел, прислонившись к изголовью кровати, и о чем-то оживленно беседовал с врачом, а на его губах даже играла легкая улыбка.
Рейно впервые видел, как Аса улыбается. Словно таял первый снег и на землю возвращалась весна, весь мир вокруг оживал. Выстроенная им с таким трудом прошлой ночью психологическая защита зашаталась.
Но стоило Асе заметить вошедшего, как улыбка исчезла с его лица, и мир снова погрузился в ледяной панцирь.
Рейно почувствовал легкое сожаление, но напустил на себя шутливый вид:
— О чем это вы тут болтаете, так весело?
В конце концов, на гостеприимного хозяина не сердятся.
Врач поблагодарил его, принимая завтрак, и между делом ответил на вопрос Рейно:
— Говорили про блокаторы, Нокси собирается подарить мне один. Но эта вещь слишком дорогая, я не могу ее принять.
— Эта вещь дорогая? — удивился Рейно. — Разве правительство не выдает их бесплатно?
Поскольку в период повышенной чувствительности пластыри-фиксаторы часто теряют эффективность, правительство бесплатно выдавало каждой омега-семье специальные устройства-блокаторы, чтобы защитить омег и помочь им безопасно пережить этот период.
— Помилуй, это же самая простая базовая модель, у нее уровень блокировки даже до семидесяти процентов не дотягивает, — в глазах врача читалось отчаяние. — К тому же ее внешний вид… из-за него я чувствую себя каким-то животным в течке. Уж лучше заприте меня дома, чем заставлять носить такое на людях.
Базовые модели были громоздкими и уродливыми, ничем не отличаясь от звериного ошейника. Большинство омег предпочитали запираться в безопасных домах до и после периода повышенной чувствительности, лишь бы не пользоваться ими на улице.
— Понимаю, я бы тоже не стал носить намордник в период повышенной чувствительности, — Рейно выразил понимание. От этого намордника у него возникало ощущение, что он ничем не отличается от собаки.
— Как же хорошо быть бетой, но у меня нет выбора, — врач свирепо втянул ложку каши. — Когда меня утвердят в должности, я обязательно накоплю денег и куплю себе что-нибудь красивое в награду.
На рынке представлено множество моделей блокаторов, но стоили они баснословно дорого. Взять хотя бы ту красивую модель с уровнем блокировки выше 70% — она обошлась бы почти в месячную зарплату рядового работника. От одной мыслей об этом у врача начинало болеть сердце.
— А сколько стоит такой блокатор, как у преподавателя? — внезапно вспомнив, Рейно вспомнил, как порвал один из блокаторов Асы.
— Что, студент Стерлинг собирается возместить ущерб? — Аса сделал небольшой глоток каши. — Одной этой порцией завтрака тут не отделаешься.
Будучи бедным как церковная мышь и привыкший делить каждую монетку пополам, Рейно, разумеется, не смог бы выплатить такую сумму.
Рейно нервно усмехнулся:
— Э-э, я тут вспомнил, что у меня тренировка, пожалуй, пойду. Если что-то понадобится, обращайтесь, в любой момент на связи, — после чего поспешил унести ноги от своего кредитора.
Врач проводил Рейно многозначительным взглядом и сплетнически протянул:
— Даю стопроцентную гарантию, он к тебе неравнодушен. И кстати, это он сломал твой блокатор?
Врач не договорил еще одну фразу: если это так, то не означало ли это, что альфа давным-давно знал, что Нокси — омега? И что вчера он снова пытался его обмануть?
Аса отвел взгляд:
— Можно и так сказать. Он уже давно знал, что я омега, Мур, тебе правда не стоит из-за этого переживать.
Врача звали Мур, он учился на медицинском факультете Академии Гелиоса и как раз добивался постоянного зачисления в штат.
Самыми первыми словами, которые Аса услышал, когда пришел в себя прошлой ночью, были бесконечные извинения Мура. Видимо, напуганное выражение лица Мура было настолько сильным, что Аса всерьез решил, будто врач перепутал лекарства и жить ему осталось совсем недолго.
Разобравшись в первопричине и следствии, Аса понял, что Мур прошлой ночью ненароком позволил Рейно прикоснуться к его телу и к тому же выдал Рейно секрет его пола.
Сам Аса не видел в этом большой проблемы, так что в итоге всё свелось к тому, что уже Аса успокаивал Мура.
Вспомнив события прошлой ночью, Мур разозлился еще сильнее, зубами скрича от досады:
— Он снова меня обманул, все эти альфы — сплошное разочарование!
У дверей послышался глухой звук падения тяжелого предмета.
— Кто там?! — насторожился Аса.
Мур тут же выскочил в коридор проверить и увидел лишь опрокинутую стойку для капельницы рядом со скамейкой — вокруг ни души. Вспомнив недавний разговор, он охватил паникой:
— Нокси, кто-то только что слышал, о чем мы говорили! Если это всплывет наружу…
Аса взял Мура за руку, прерывая его:
— Ничего страшного, я с этим разберусь. Но мне нужна твоя помощь.
Глава 11
Закончив утреннюю тренировку, Рейно внезапно получил сообщение на коммуникатор.
[Дикая лоза: Младшекурсник, ты свободен в обед? Я хочу угостить тебя и того простофилю обедом]
Рейно замер на три секунды, пытаясь сообразить, кто такая эта Дикая лоза — та самая бета-девушка со встречи первокурсников, у которой он тогда расспрашивал про Асу.
В обед делать было нечего, и Рейно поинтересовался мнением Шона. Глаза Шона тут же загорелись, и он, схватив Рейно за руку, потащил его к месту встречи.
— Младшекурсник, мы здесь!
http://bllate.org/book/40514/5143787
Готово:
