Готовый перевод The Continent's Only Healing Cub / Единственный целитель на всём континенте: Путь пушистого чуда: Глава 7

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Оба переглянулись, не сговариваясь, и больше ничего не сказали.

В глубине пещеры Сяо Ци долго стоял столбом, а когда наконец пришел в себя, спрятавшийся черноволосый брат уже вышел.

Он повернулся и посмотрел на Мо Цина, который выбирал вещи из кучи одежды, не издавая ни звука, а его взгляд неотступно следовал за тем, кто двигался перед ним.

Мгновение спустя Сяо Ци подошел и, словно маленький хвостик, молча увязался за Мо Цинем, который собирал вещи.

Он молчал, Мо Цин тоже ничего не говорил, и они так и бродили по пещере в полном молчании.

Долгое время спустя Сяо Ци крепко сжал в руках одежду. Глядя на брата, который уже упаковал часть плодов лунного света и одежды, он тихо позвал:

— Брат.

Мо Цин не откликнулся.

Сяо Ци подошел, обнял Мо Цина за левую ногу и задрал голову, глядя на него снизу вверх.

Мо Цин, чью ногу словно приковали к месту, опустил взгляд на этого маленького котенка:

— Что тебе?

— Куда ты идешь? — спросил Сяо Ци.

— Ухожу отсюда.

— Почему? — Сяо Ци ужасно испугался. — Снаружи очень опасно, они ловят людей, не уходи.

— Ты действительно думаешь, что они только что не заметили меня в пещере? — с холодным лицом произнес Мо Цин. — Среди тех людей один обладал сильным контролем, а другой — сильной поддержкой. Они обнаружили меня с того самого момента, как вошли в пещеру, и не разоблачили лишь потому, что здесь был такой ребенок, как ты.

Мо Цин усмехнулся:

— В один прекрасный день ты уйдешь, а вернувшись, возможно, увидишь только мой труп. Если я не сбегу сейчас, неужели мне ждать здесь смерти?

От его слов лицо Сяо Ци побледнело как полотно, но он не разжал рук на ноге Мо Цина. Закусив губу, он почувствовал, как глаза постепенно застилает пелена слез, уткнулся лицом в ногу старшего и тихо захныкал.

— Ты что делаешь? — Мо Цин нахмурился и попытался оттащить его.

Сяо Ци вцепился мертвой хваткой и яростно затряс головой:

— Не бросай Сяо Ци, брат, возьми Сяо Ци с собой!

— Исключено.

Мо Цин никак не мог оторвать от себя эту прилипчивую банную пластырь-напасть. Он глубоко вздохнул и свирепо пригрозил:

— Если ты сейчас же не отпустишь меня, я вытащу тебя наружу и скормлю диким волкам, веришь нет?!

Сяо Ци до смерти перепугался. Оцепенефшими руками он все же разжал хватку, но Мо Цин сам оттолкнул его.

Он замер рядом — одинокий, жалкий, неподвижный. Он не смел смотреть на Мо Цина, но безумно обиженный, с жалким видом принялся разглядывать чужие тупоносые сандалии.

Мо Цин собрал кое-какие полезные вещи. Все эти пожитки принадлежали вовсе не ему — включая те несколько одежек, которые кое-как на нем сходились, всё это было добром маленького котенка.

Честно говоря, на душе у него скребли кошки. Ощущение угрызений совести из-за того, что он отобрал вещи у ребенка, расползалось по всему телу, постепенно раздражая всё сильнее.

Но, подумав немного, он вспомнил, что те зверолюди, которые приходили недавно, собирались подыскать этому котенку дом, и вряд ли этот ребенок в будущем будет страдать от голода или нужды. Эта мысль немного успокоила его неспокойную совесть.

Долгое время не слыша никаких звуков от котенка, Мо Цин, уже готовый уходить, оглянулся и увидел, что этот грязный малец по-прежнему торчит на прежнем месте. Уткнув голову в колени и не шевелясь, он прижал кошачьи ушки так, что их почти не было видно, а хвост зажал между ног. Было очевидно, что малыш сейчас смертельно расстроен.

— … — Мо Цин снова почувствовал раздражение. Глубоко вздохнув, он скрепя сердце отвернулся, зашагал большими шагами вперед и постепенно скрылся во мраке ночи.

Пройдя довольно далеко, Мо Цин словно по наитию остановился и оглянулся на пещеру, где мерцал слабый огонек костра.

Он увидел, что внутри загородки тот самый черный котенок стоит у входа в пещеру, крепко зажав в руках одежду, и неотрывно смотрит на него своими полными слез глазами.

Мо Цин протирал котенка влажной тряпкой целых четыре раза, так что теперь он был уже не таким грязным малышом. Вспомнив тот самый первый комочек уголька, который он увидел, когда очнулся в первый раз, Мо Цин на мгновение испытал растерянность и жалость.

Лицо котенка было очень белым, щекастым, но вот само тело — тощим-претощим, и выглядел он гораздо меньше и худее сверстников.

Это же бродячий кот, — мысленно задал себе вопрос Мо Цин. Если бы те зверолюди не собирались найти семью, которая приютит этого кота, смог бы этот котенок выжить на самом деле?

Он вдруг поразился тому, что в его голове роятся подобные мысли, опустил голову и потер переносицу, а раздражение вспыхнуло с новой силой.

Да это же всего лишь зверолюд, какое ему дело до того, жить тому или умереть?

Безжалостно подумал Мо Цин, снова поднял голову, встретился взглядом с затуманенными слезами глазами Сяо Ци, цыкнул языком, развернулся и в несколько шагов вернулся обратно. Присев на корточках перед Мао Сяоци, он допытывался:

— Почему ты только что не согласился, когда он предложил найти тебе приемную семью?

Сяо Ци сжал одежду еще крепче и всхлипнул:

— Я не хочу. Черные кошки — дурное предзнаменование, я не могу доставлять им хлопоты.

Мо Цин замер. Он никак не ожидал услышать такую причину.

— Какое к черту дурное предзнаменование? Почему в вашей Стране Оборотней до сих пор живы столь отсталые предрассудки?

Мо Цин решительно не мог смотреть, как этот малыш проливает слезы. Он протянул руку и стер с лица Сяо Ци следы от слез:

— Плакать запрещаю.

— У-у… я не могу сдержаться. — Сяо Ци шмыгнул носом, прижал лапки к запястью Мо Цина и изо всех сил старался сдержаться, но слезы лились всё сильнее, их было не остановить, словно прорвало плотину.

Кожа у ребенка была нежная, от пары движений покраснела, а из-за того, что он плакал слишком горько, глаза вмиг опухли.

Лицо Мо Цина окаменело, и он задал себе вопрос: ненавидит ли он зверолюдей? Ответ был однозначным.

Он ненавидел зверолюдей лютой ненавистью, он готов был перебить всех зверолюдей на этом свете.

Но если спросить дальше: ненавидит ли он этого ребенка?

Нет, вовсе нет. Он ненавидел лишь собственную беспомощность, ненавидел себя за то, что не смог спасти близких, а очнувшись, выплеснул бессильную ярость на ни в чем не повинного маленького котенка.

Ему было жаль этого ребенка, точно так же, как жалко было его самого в прошлом, когда он остался без крыши над головой.

Брови Мо Цина разгладились. По-прежнему сохраняя суровый вид, подушечкой большого пальца он стер оставшиеся слезы с лица Сяо Ци и молча дождался, пока малыш выплачется, после чего произнес:

— Наплакался? Раз наплакался, иди собирай вещи.

Сяо Ци остолбенел. Его покрытые влагой пушистые ресницы медленно моргнули пару раз, и вид у него был совершенно растерянный:

— Собирать… вещи?

— Если хочешь идти со мной, шевелится быстрее. — Мо Цин поднялся на ноги и бросил косой взгляд на небо снаружи. — Мы должны уйти подальше от этого места до рассвета.

Сяо Ци сглотнул слюну, внезапно широко раскинул руки, обнял Мо Цина за талию и уткнулся головой в его одежду, ласкаясь.

— Ты что делаешь? — Мо Цин не выносил подобной нежности, ему было невероятно неловко. — Отпусти!

— Обниму, ну дай обнять… — Макушка котенка упиралась в талию Мо Цина, и ему приходилось слегка приподнимать руки, чтобы удержать старшего. Его ушки елозили туда-сюда по одежде Мо Цина, и он мягким голоском произнес: — Сяо Ци любит брата.

— Ты… — Руки Мо Цина зависли в воздухе, не зная, куда их пристроить. Потерпев какое-то время, он отвернулся: — Если ты сейчас же не пойдешь собирать вещи, сегодня мы оба никуда не уйдем.

Сяо Ци тут же перестал ластиться, выпрямился, в панике бросился вглубь пещеры, но, нервно оглянувшись, вернулся обратно, схватил Мо Цина за руку и потянул за собой:

— Брат, зайди внуток, снаружи холодно.

— Прямо так и скажи, что боишься, будто я сбегу.

Мо Цин с каменным лицом уселся на каменный табурет и протянул ладонь к черному котенку:

— Снимай оптический мозг с запястья и неси сюда, а сам иди собирай вещи.

Сяо Ци послушно снял оптический мозг и отдал ему, оборачиваясь на каждый шаг:

— Брат, подожди меня здесь.

— Угу, иди.

Мо Цин опустил голову на детское запястье, прищурился, засунул браслет под камень и дважды сильно надавил, а отпустил лишь тогда, когда увидел трещину. Взяв его в руки, он некоторое время разглядывал вещицу и усмехнулся:

— На этом свете и впрямь бывают настолько добросердечные люди?

Он в это ни капли не верил.

Мо Цин посмотрел на Сяо Ци, который суетился в пещере, собирая вещи, и покрутил в руке оптический мозг:

— Малыш, я тут сломал эту штуку, ты ведь не сердишься?

Сяо Ци на мгновение замер, посмотрел в его сторону и покачал головой:

— Не сержусь.

— Правда? — Мо Цин приподнял бровь.

— Правда, — кивнул Сяо Ци. — Это ведь не вещи Сяо Ци, я думаю, ее следовало вернуть, а раз она теперь сломана, значит, нужно…

— Что нужно? — спросил его Мо Цин.

— Нужно извиниться перед хозяином этого красивого браслета, — очень серьезно ответил Сяо Ци.

— Какая жалость, хозяин этой вещи хочет меня убить, так что я не могу пойти и извиниться. Что ты собираешься делать? — снова спросил Мо Цин.

Котенок поморгал, долго думал, а затем пододвинулся ближе к Мо Цтину:

— Хотя не извиниться — это неправильно, но Сяо Ци не хочет, чтобы брата убили.

Мо Цин тихонько хмыкнул — очень тихо. Он снова сунул оптический мозг под камень:

— Ладно, считай, что соображаешь быстро.

Оптический мозг был раздавлен. Мо Цин поднялся:

— Собрался?

— Подожди, я не могу найти свой клубок ниток.

Сяо Ци ролся в шкафу. Тот самый шкаф он когда-то подобрал на помойке — выглядел он довольно ветхим, но зато был огромным и мог вместить почти двух таких Сяо Ци.

Маленький котенок залез внутрь почти с головой и, порывшись добрую половину дня, наконец извлек на свет огромный, покрытый катышками клубок ниток.

Мо Цин нахмурился, глядя на клубок:

— Возьми что-нибудь полезное, это мы не берем.

— Нельзя, это лучший друг Сяо Ци! — Сяо Ци крепко прижал к себе клубок и яростно затряс головой, так что кошачьи ушки замелькали с бешеной скоростью.

Мо Цин подошел и безжалостно отобрал его клубок.

Сяо Ци глазами полными слез уставился на свой шарик и снова чуть не заплакал, но послушно промолчал.

— … — Мо Цин с досадой вернул ему клубок. — В последний раз.

— Спасибо, брат! — Сяо Ци прижался щекой к клубку.

— Сам держи, не рассчитывай, что я стану его таскать. — Мо Цин отвернулся.

— Угу-угу! Брат лучше всех! — язычок у Сяо Ци был на редкость сладким.

Мо Цин:

— …

Он внезапно начал взвешивать в уме, правильным ли решением было взять с собой этого кота.

С наступлением темноты и до самого рассвета Сяо Ци, шагавший позади Мо Цина, продвигался все медленнее и медленнее, а под конец и вовсе выбился из сил, так что Мо Цин подхватил его под мышку и понес дальше.

Мо Цин тащил на себе мешки: свой собственный и вещи Сяо Ци. При этом правой рукой он прижимал к себе маленького котенка, а в левой держал тот самый покрытый катышками грязный клубок ниток. До самого рассвета он так и не смог взять в толк, почему он, раненый человек, должен и пожитки тащить, и ребенка на руках носить, а больше всего бесило то, что котенок, которого он протащил на себе всю дорогу, ухитрился уснуть у него подмышкой да еще и пустить слюни!

Мо Цин опустил взгляд на Мао Сяоци, который висел у него на руке, болтая в воздухе руками и ногами, и почувствовал легкое раздражение.

Он остановился, грубо сунул клубок ниток из другой руки в заплечный мешок и свободной рукой ущипнул котенка за ухо:

— Эй, вставай.

http://bllate.org/book/40411/5129032

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода