Недавно он подписался на все аккаунты Цзянь Нинь в соцсетях.
Сегодня он весь день провёл дома, долго колебался и никак не решался постучаться в дверь соседней квартиры, чтобы пригласить её вместе приготовить ужин. Даже реплику заранее продумал — и всё равно мучился сомнениями.
Но как только заметил, что Цзянь Нинь вышла из дома и вскоре вернулась с двумя своими артистами, он сразу отказался от этой затеи.
Значит, ей нравятся те, кто умеет готовить?
Он пристально смотрел на те две фотографии, с трудом подавляя ревнивую кислинку, и, создав фейковый аккаунт, оставил комментарий под её постом в вэйбо.
Цзянь Нинь, прочитав эти комментарии, весело рассмеялась и почувствовала лёгкое самодовольство.
Пролистывая ленту дальше, она наткнулась на один комментарий, который среди прочих, источавших завистливую кислоту, выделялся своей наивной искренностью:
«Я научился готовить. Можно меня полюбить?»
За такую необычность его быстро подняли в топ. Под ним посыпались смехотворные отклики:
«Поймали одного чистосердечного фаната нашей менеджерши, ха-ха-ха!»
«Какой жалобный тон, ахаха!»
«Сестрёнка, не обращай на него внимания! Наш брат готовит намного вкуснее!»
«Сестрёнка, не отвлекайся! Обращай внимание только на нашего брата!»
Жун Шаоянь, уставившись в экран телефона, нахмурился ещё сильнее. Эти фанаты разве не должны любить своих айдолов? Откуда такая щедрость? Ясно дело — просто «пластиковые» фанаты!
Он забыл, что менеджер распоряжается ресурсами, а фанаты прекрасно это понимают и всячески стараются угодить ей ради своих кумиров.
Цзянь Нинь тоже не могла сдержать смеха над этими фанатами. А тот комментарий показался ей особенно милым. Откуда у неё такой наивный и забавный поклонник?
Она не знала, сколько ещё пролистывала ленту, но вдруг аромат еды, доносившийся со стола, стал настолько настойчивым, что полностью вырвал её из мира соцсетей.
Чжоу Янь принёс последнее блюдо и, опершись руками на край стола, сказал:
— Сестрёнка, ты нас тайком фотографировала.
Цзянь Нинь приподняла бровь:
— Я фотографировала совершенно открыто.
Просто вы не замечали.
Она встала, чтобы помочь донести последние тарелки из кухни. Когда всё было расставлено, трое уселись за стол.
Цзянь Нинь достала из шкафа бутылку красного вина, которую когда-то «позаимствовала» из дома, и разлила по бокалам.
Тем временем Жун Шаоянь сидел в своём кабинете, пытаясь сосредоточиться на документах, но никак не мог. Спустя некоторое время он подошёл к стене, разделявшей их квартиры, и приложил ухо к поверхности.
Недовольно нахмурившись, он постучал по стене и тихо пробормотал:
— Звукоизоляция никудышная.
Но он ничего не услышал — не знал, чем они там занимаются.
Хотя… он знал наверняка: рядом с этими двумя парнями Нинь Нинь радостна. Он даже мог представить себе её сияющую, ослепительную улыбку.
Жун Шаоянь вернулся к своему рабочему столу и задумался.
Завтра, пожалуй, стоит заглянуть домой и попросить тётю Чжан научить его готовить.
Авторские заметки:
Первая глава сегодня.
Собака слишком озорная. У кого-нибудь есть проверенный способ научить её ходить в туалет в нужное место? Я уже отчаялась.
Бью её несколько раз в день — всё равно не запоминает.
В этой главе разыграю пять красных конвертов. Спасибо ангелочкам, которые с 2020-02-02 01:22:39 по 2020-02-02 17:03:22 бросали мне «бомбы» или поливали питательной жидкостью!
Особая благодарность за «бомбу»:
Мо Цзя Шицзюй — 1 шт.
Благодарю за питательную жидкость:
Цзюй Да — 1 бутылка.
Огромное спасибо за вашу поддержку! Я продолжу стараться!
Цзянь Нинь, Гу Шэнгэ и Чжоу Янь ужинали и вели непринуждённую беседу — о жизни, о будущем.
Вечер прошёл вполне приятно, не считая небольшого инцидента с порезом у Гу Шэнгэ ранее.
После ужина Гу Шэнгэ по привычке собрался убирать со стола.
Цзянь Нинь, увидев гору тарелок и блюд, поспешила его остановить:
— Эй! Не трогай ничего! Завтра вызову уборку.
Гу Шэнгэ надул щёки, упрямо глядя на неё чёрными, блестящими глазами:
— Нельзя так. То, что начато сегодня, нужно закончить сегодня.
Он всё ещё держал в руках тарелку и не собирался её отпускать.
Цзянь Нинь удивилась — обычно он с ней не так разговаривал.
Пока она растерянно молчала, Гу Шэнгэ продолжал смотреть на неё, явно ожидая указаний.
Очнувшись, она слегка усмехнулась:
— Ладно-ладно, убираем, убираем. Давайте вместе.
Она переглянулась с Чжоу Янем и тихо спросила:
— Как думаешь, он пьян?
Но ведь не похоже! Лицо совсем не покраснело, глаза ясные.
Чжоу Янь пожал плечами:
— Возможно.
Едва он это произнёс, как из кухни вышел Гу Шэнгэ и, видимо, услышав их разговор, нахмурился:
— Я не пьян.
Ладно. Теперь Цзянь Нинь поверила, что он действительно пьян: ведь пьяные всегда утверждают, что трезвы.
Интересно, что, будучи «пьяным», он двигался уверенно и даже мыл посуду быстрее обычного. Цзянь Нинь даже восхитилась.
Когда всё было вымыто и убрано, Цзянь Нинь собралась позвонить Чжао Хуэю, чтобы тот отвёз ребят домой.
Но Чжоу Янь вдруг остановил её:
— Сестрёнка, ты ещё не ответила на мой вопрос.
Он засунул руки в карманы толстовки и, склонив голову набок, улыбнулся ей.
Цзянь Нинь растерялась:
— Какой вопрос?
Чжоу Янь ещё не успел ответить, как Гу Шэнгэ быстро вставил:
— Чьё блюдо вкуснее?
Этот вопрос всё ещё терзал его, поэтому он запомнил его.
Чжоу Янь многозначительно взглянул на Гу Шэнгэ, а затем снова перевёл взгляд на Цзянь Нинь.
Цзянь Нинь цокнула языком, потёрла лоб и вздохнула:
— Оба вкусные! У каждого свой стиль!
Ответ получился официальным и явно уклончивым.
Ранее оба мальчика неотрывно смотрели на неё, ожидая ответа, но теперь их глаза потускнели.
Цзянь Нинь моргнула и, склонив голову набок, сказала:
— Вы же сами знаете, что я именно так и отвечу, верно?
Она — менеджер обоих артистов и всегда будет держать баланс, не отдавая предпочтения никому.
С этими словами она улыбнулась:
— Пойдёмте, провожу вас вниз.
Они ещё не дошли до двери, как Гу Шэнгэ вдруг сжал её руку и тихо, почти детски, произнёс:
— Сестрёнка…
— Да? — Цзянь Нинь посмотрела на него, чувствуя лёгкое предчувствие.
Чжоу Янь внимательно взглянул на Гу Шэнгэ, почесал затылок и усмехнулся:
— Малыш Шэнгэ, я подожду тебя внизу.
Выйдя из квартиры, он закрыл за собой дверь и, повернувшись к соседней двери напротив, на несколько секунд задержал на ней взгляд, после чего лёгкая улыбка тронула его губы.
Оставшись наедине с Гу Шэнгэ, Цзянь Нинь слегка нахмурилась:
— Что случилось?
Гу Шэнгэ опустил глаза на неё и, сжав губы, спросил:
— А какой твой настоящий ответ?
Цзянь Нинь почувствовала под пальцами пластырь на его руке — такой же, как у него вчера вечером. Ей стало одновременно и досадно, и жалко. Всё ещё думает об этом!
Она слегка улыбнулась:
— Как ты думаешь, какой у меня ответ?
Гу Шэнгэ покачал головой, осторожно обнял её и тихо сказал:
— Спасибо, сестрёнка.
Цзянь Нинь поняла, за что он благодарит, и мягко улыбнулась:
— За что благодарить? Я твой менеджер. Раз подписала контракт, значит, сделаю всё, что должна.
— Я знаю… — Гу Шэнгэ опустил глаза, незаметно щекотнул ладонь Цзянь Нинь пальцем и поднял на неё взгляд, полный упрямства и лёгкой обиды. — Любить тебя — моё личное дело. Пожалуйста, не мучайся из-за этого.
Он знал: сестрёнка умна, а его чувства слишком очевидны. Она наверняка всё поняла.
Цзянь Нинь замерла, хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Хотелось резко отрезать, чтобы он забыл об этом, но сердце не позволяло. Ведь он был с ней так долго, и она действительно воспринимала его как младшего брата, заботилась о нём.
К тому же она и сама давно подозревала, что у него к ней особые чувства. Просто он молчал — и она не стала поднимать эту тему.
Она похлопала его по плечу:
— Ты пьян. Иди домой, отдыхай.
Гу Шэнгэ послушно отпустил её и возразил:
— Я не пьян.
Цзянь Нинь усмехнулась:
— Хорошо-хорошо, знаю, что не пьян. Но тебе пора домой.
Забавно: вина было всего одна бутылка на троих, а он так быстро опьянел.
Выходя из квартиры, Гу Шэнгэ с сожалением оглянулся на Цзянь Нинь.
Цзянь Нинь прислонилась к дверному косяку, скрестив руки на груди:
— Пока ты мой артист, я сделаю всё, чтобы сделать тебя топ-айдолом. Это я тебе гарантирую.
Подтекст был ясен: большего она, возможно, дать не сможет.
Гу Шэнгэ на мгновение замер, а затем ослепительно улыбнулся:
— Понял, сестрёнка.
В выходные закончились, и Цзянь Нинь вышла из дома. Как и следовало ожидать, она снова «случайно» столкнулась с Жун Шаоянем. Она уже начала подозревать, не установил ли он в её квартире камеру слежения.
Но сегодня Жун Шаоянь держал в руках коробку — неизвестно, что в ней.
Как обычно, он мягко улыбнулся ей:
— Доброе утро, Нинь Нинь.
Цзянь Нинь бросила на него взгляд, полный притворного высокомерия, и, не ответив, вошла в лифт.
В тесном лифте воцарилась гнетущая тишина.
Жун Шаоянь, держа термос, слегка прикусил губу, затем повернулся к ней и, стараясь выглядеть спокойным, мягко сказал:
— Ты ведь ещё не завтракала?
Он знал её привычки: ещё со школьных времён она терпеть не могла завтракать и всегда брала еду с собой.
Цзянь Нинь промолчала, лишь закатила глаза про себя. Какой глупый вопрос! Каждый раз, приезжая в офис, она завтракала только там, когда Чжао Хуэй приносил еду.
Её реакция уже была ответом. Жун Шаоянь чуть приподнял уголки губ и протянул ей коробку, стараясь скрыть волнение:
— Это для тебя. Возьми с собой в офис.
Цзянь Нинь косо взглянула на коробку и замешкалась. Что он задумал на этот раз?
Жун Шаоянь слегка кашлянул, пытаясь взять себя в руки:
— Я вчера учился у тёти Чжан.
Цзянь Нинь широко раскрыла глаза от изумления и невольно вырвалось:
— Это ты сам приготовил?
— Да, — тихо ответил Жун Шаоянь, опустив глаза.
Это был единственный более-менее удачный результат после множества неудачных попыток.
Цзянь Нинь не знала, что чувствовать. Он ведь никогда не стал бы учиться готовить просто так. Наверняка увидел её вчерашний пост в вэйбо.
Её взгляд невольно скользнул по его пальцам — на них было несколько свежих порезов и царапин. Такие же, как у Гу Шэнгэ вчера вечером.
Сердце её дрогнуло. Она приподняла уголки губ:
— Это тоже забота соседа?
Жун Шаоянь на мгновение замер, потом покачал головой:
— Это для девушки, за которой я ухаживаю.
— Ох, — Цзянь Нинь отвела взгляд, затем подняла на него глаза и, прикрыв рот ладонью, усмехнулась: — Съедобно хоть?
То, что такой человек вдруг начал готовить, поразило её до глубины души. Безотносительно их прошлого — она просто не могла представить его за плитой. Ей казалось, это ему совсем не идёт.
Конечно, она была тронута, но больше всего ей было забавно.
Её слова больно кольнули Жун Шаояня в сердце, но он сохранил спокойное выражение лица и мягко улыбнулся:
— Попробуй, Нинь Нинь, и узнаешь.
— Не буду, — Цзянь Нинь отвела взгляд. В этот момент двери лифта открылись, и она, цокая каблуками, вышла наружу.
Жун Шаоянь сжал губы, но без колебаний последовал за ней.
Цзянь Нинь вышла из лифта и сразу села в машину — на сей раз не в привычный «Бентли», а в более броский «Макларен».
Она думала, что на этот раз Жун Шаоянь точно не поедет на такой же машине: он всегда был сдержанным и элегантным, а такие кричащие авто ему не свойственны.
Но рядом с её местом стоял точно такой же автомобиль, а рядом с ним — Жун Шаоянь в строгом костюме, и это выглядело совершенно уместно.
Цзянь Нинь мельком взглянула на него и больше не обращала внимания, завела двигатель и выехала.
Два одинаковых, дорогих и вызывающих восхищение автомобиля, мчащиеся по дороге, неизбежно привлекали внимание.
Цзянь Нинь думала, что, как обычно, Жун Шаоянь свернёт на том же перекрёстке, что и раньше.
Но сегодня они давно проехали этот поворот, а он всё так же неторопливо следовал за ней.
Под пристальными взглядами прохожих, любопытно разглядывающих эту пару машин, Цзянь Нинь сквозь зубы процедила:
— Да ненормальный он!
Если так они приедут в Чэнь Юй, весь офис всё увидит! Сейчас Гу Шэнгэ в моде, и за ней самой пристально следят. Ей совсем не хотелось, чтобы с Жун Шаоянем связывали какие-то слухи.
http://bllate.org/book/4033/423042
Готово:
