Сидящий посередине Лу Сюнь тоже не остался в долгу и отпарировал:
— По-моему, это у тебя в голове одна шелуха!
Не прошло и нескольких минут после его ухода, как объявился Линь Юнь. По мнению Лу Сюня, простодушный Е Ань совершенно не мог тягаться с красноречивым Линь Юнем — кто знает, не успел ли тот за эти несколько минут затереть беднягу до дыр.
При одной этой мысли Лу Сюню стало зябко спите: Сюй Юнь поручил Е Аня его заботам, и если Линь Юнь обидит гостя, его самого наверняка ждёт гнев хозяина.
К тому же, хотя оба знали друг друга куда дольше, товарищами они не были. Поэтому чаша весов в голове Лу Сюня качнулась далеко вбок, и, холодно фыркнув и скрестив руки на груди, он свысока покосился на Линь Юня:
— Сдаётся мне, ты на Е Аня заришься зря. Кого Сюй Юнь любит — его личное дело, кого хочет пригласить — того и приглашает, прекрати свои грязные манёвры. Иначе даже если разгонишь сотню его ухажёров, толку ноль: Сюй Юнь всё равно к тебе не пылает чувствами!
Линь Юнь, которого оттеснили в сторону, и так кипел от злости, а услышав это, даже растерялся на мгновение.
Повернувшись к Е Аню, Лу Сюнь сменил свирепый тон на успокаивающий:
— Не слушай его бредни, я же говорил: Сюй Юнь к нему равнодушен!
Линь Юнь был умом остер, поэтому в мгновение ока восстановил всю расстановку сил и перевёл взгляд на Е Аня:
— Так это ты — тот самый ухажёр, которого пригласил Сюй Юнь?!
Все говорят, что соперники по любви при встрече люто ненавидят друг друга, и Лу Сюнь вполне закономерно истолковал этот взгляд именно так.
Он заслонил Е Аня собой, словно наседка, защищающая цыплёнка, — так, будто в следующую секунду Линь Юнь собирался сотворить с Е Анем нечто ужасное.
Глядя, как Е Ань с широко раскрытыми невинными и мягкими глазами робко выглядывает из-за спины Лу Сюня, Линь Юнь подумал, что его и впрямь, должно быть, приложило головой при ударе — он вдруг поймал себя на мысли, что этот соперник по любви выглядит очень даже мило.
Это было слишком пугающе, и тогда он ускользнул прочь, словно неприкаянная душа.
В этот момент Лу Сюнь испытывал жуткую гордость за себя — стоило помнить, что Линь Юнь всегда отличался острым языком, и увидеть его в таком подавленном состоянии удавалось редко, так что он не удержался от триумфа:
— Не бойся, пока я здесь, он тебе спуску не дасть.
— Спасибо, но... — Хоть Е Ань и отличался некоторой заторможенностью, он всё же умел чувствовать, добрые или злые намерения кроются в человеке, поэтому всё же замолвил за Линь Юня словечко: — Он меня не обижал.
Лу Сюнь посмотрел на него с жалостью, полным участием:
— Похоже, ты настолько простодушен, что даже не расслышал его подначек. Ничего, твоей вины тут нет, небольшая наивность — это даже мило.
Е Ань, неожиданно подвергшийся нападению:
— ...
Конечно, здесь сказывались предвзятость и стереотипы: прежде Линь Юнь не раз сыпал насмешками в адрес ухажёров Сюй Юня, да с таким придирчивым видом, что незнающий человек мог подумать, будто добиваются самого Линь Юня; по меньшей мере пару человек он тогда довёл до слёз. Лу Сюнь никак не мог поверить, что боевой дух Е Аня способен сравниться с линьюневским.
Впрочем, обычно всё это касалось лишь чересчур назойливых поклонников, от которых порой уставал даже сам Лу Сюнь. Поэтому временами, когда Линь Юнь случайно сталкивался с ними и осаживал на месте, Лу Сюню это казалось жутко забавным, но к Е Аню подобное точно не относилось.
По сравнению с прочими, Лу Сюнь чувствовал, что с Е Анем ему куда проще найти общий язык, тогда как у Линь Юня нрав такой, что стоило им перекинуться параю слов, как они уже лезли в драку.
И Лу Сюнь тут же принялся ябедничать:
— Ты и не знаешь, я отошёл всего на миг, а Линь Юнь тут как тут. Уж не знаю, что он наговорил нашему Малышу Е, но явно ничего хорошего.
— Разве я не просил тебя за ним приглядывать? — Сюй Юнь прищурился.
Лу Сюнь перевёл стрелки:
— Разве в этом дело?
Е Ань посчитал долгом пояснить ещё раз — его тон был искренним, а на лице не отражалось ни тени фальши:
— Линь Юнь правда ничего мне не сделал, он просто хотел со мной подружиться...
Непонятно почему, но обычно бойкий на язык Линь Юнь в этот момент странно замолчал.
Лу Сюнь, конечно же, не упустил из виду эту странность. У человека вроде Линь Юня, который всегда прав и во всём уверен, такое смущение может означать лишь одно: его задели за живое!
— Малыш Е, не оправдывай его, посмотри сам — ему даже говорить совестно.
Чтобы оградить Е Аня от чужих «нападок», Сюй Юнь старался держать его при себе, но даже так случались моменты упущений, и Е Ань вздрогнул, когда Линь Юнь, неизвестно когда снова замаячивший рядом, бесшумно вырос у него за спиной.
— ...У тебя что, совсем нет шагов?
— ...
Е Ань кашлянул:
— Почему ты только что ничего не объяснил?
Линь Юнь, долго сверкавший взглядом в его сторону, наконец шевельнулся, холодно фыркнул и отвернулся:
— Плевать, что он там думает, какое мне до него дело?
— Но ты же любишь Сюй Юня? Раз любишь, разве тебе всё равно, что он о тебе думает?
Линь Юнь подавился:
— Ты ведь тоже от него без ума, какого чёрта ты тогда со мной болтаешь?
— Ой, так это же ты первый ко мне подошёл.
— ... — Линь Юнь рассвирепел от стыда. — Да потому что я поначалу не знал, что мы соперники! Понял?!
— Получается, нам теперь нужно удалить друг друга из контактов? — честно осведомился Е Ань.
— Ты что, так сильно по нему сохнешь?
Е Ань удивился:
— Разве не ты сам только что назвал нас соперниками?
— О чём это вы? — Е Ань почувствовал тяжесть на плече и, подняв голову, увидел рядом Сюй Юня. Тот нахмурился и почти демонстративно проигнорировал Линь Юня: — Пойдём, угощу тебя кое-чем вкусным.
Е Ань думал, что даже соперникам по любви перед уходом стоило бы хотя бы поприветствовать друг друга из вежливости, но не успел он вымолвить и слова, как Линь Юнь снова молча растворился в тени.
С чего бы это... у Сюй Юня все ухажёры такие странные?
Это вообще стандартный порядок вещей?
Он припомнил один случай, когда за Е Анем одновременно ухаживало несколько человек, и двое из них столкнулись лбами. Хотя он тогда отказал им обоим, видимо, это и есть та самая легендарная слепая ярость при встрече соперников — неведомо почему те двое сцепились прямо на месте чуть ли не до драки.
Или же... В голове Е Аня промелькнули те редкие телесериалы, что ему доводилось смотреть. Даже там всё выглядело иначе, а этот процесс... да, Е Ань находил его крайне мирным. Пусть Линь Юнь под конец и впрямь казался не таким дружелюбным, как в начале, а Лу Сюнь только что успел расписать ему «боевые заслуги» Линь Юня, Е Ань всё равно не испытывал к нему неприязни.
Наверное, дело было в его характере: если разобраться, Е Ань считал жизнь прекрасной штукой, и почти ни один человек в мире не казался ему достойным ненависти.
По крайней мере, такой «соперник по любви», как Линь Юнь, вовсе не казался ему противным, от него даже исходило какое-то странное дружелюбие, из-за чего Е Ань порой даже сомневался в собственном чутье.
Глядя на пухлые губы Е Аня, которые тот то и дело забавно поджимал, Лу Сюнь едва сдерживался, чтобы не протянуть руку и не ущипнуть его — проверить, такие ли они мягкие на вид, какими кажутся. Но стоило ему сделать едва заметное движение, как на него уже устремился ледяной взгляд собеседника.
— И правда очень вкусно, ты разве не будешь? — Е Ань с энтузиазмом подтолкнул угощение к Сюй Юню.
— Сам ешь.
Попытка Е Аня поделиться потерпела крах, и ему пришлось продолжать трапезу в одиночестве. Однако когда кто-то напротив смотрит на тебя столь пристально, любой аппетит неизбежно улетучится наполовину, и Е Ань предпринял вторую попытку:
— Ты точно не хочешь попробовать?
Под таким настойчивым предложением Сюй Юнь будто бы с неохотой отщипнул кусочек. Е Ань рассчитывал, что тот возьмет себе отдельную порцию, но никак не ожидал, что парень протянет руку прямо к его тарелке. На глазах у остолбеневшего Е Аня Сюй Юнь надкусил лакомство и вынес вердикт:
— Сойдёт.
— Вообще-то это из моей тарелки.
— Я не брезгую. — Сюй Юнь сделал всего один укус, после чего отложил ложечку в сторону — вид у него был такой, будто лакомство ему и вправду не особо интересно.
Е Ань поперхнулся. Стоило ему умолкнуть, как Сюй Юнь сузил глаза опасным взглядом и задал вопрос на засыпку:
— Брезгуешь мной?
— Нет-нет-нет... совсем нет.
Лицо Сюй Юня мгновенно посветлело, он слегка хмыкнул:
— Если нравится, можешь забрать с собой, попроси завернуть.
— От сладкого быстро устаёшь, — покачал головой Е Ань. — Ты подарок, что я тебе принёс, уже распаковал?
— Какой ещё подарок?
По этому вопросу Е Ань сразу понял, что ничего ещё не открывали.
— Сам увидишь, когда распакуешь.
Сюй Юнь поднялся наверх и принёс свёрток вниз. Е Ань уточнил:
— Прямо сейчас откроешь?
— Разве не ты только что спрашивал про подарок? Без распаковки я никак не узнаю.
Эх, на самом деле Е Ань задал этот вопрос просто к слову.
Устроившись рядом с Сюй Юнем, он заранее постелил соломку:
— Я понятия не имел, что тебе подарить, поэтому в конце концов остановился на этом. Возможно, тебе не понравится, но я правда старался!
Он помнил, как во время визитов в общежитие Сюй Юня постоянно видел на его столе раскрытый ноутбук и рабочую мышку. Подарить что-то по-настоящему дорогое он был не в силах, но эта вещица как раз вписывалась в его возможности.
Только вот стоило вспомнить уровень самого Сюй Юня, у которого дома, пожалуй, лучших мышек складировать было негде, не говоря уже о таком скромном подарке...
К удивлению Е Аня, Сюй Юню, судя по всему, подарок пришёлся по душе. Он долго вертел его в руках, разглядывая со всех сторон:
— Спасибо. Мне очень нравится.
На лице Е Аня расцвела чуть простоватая улыбка. В этот момент он ощутил едва уловимое прикосновение к щеке — рука Сюй Юня метнулась назад так стремительно, словно ничего и не было.
Даже если Сюй Юнь сказал это лишь из вежливости, чтобы порадовать гостя, Е Аню и того было с лихвой. Когда пришло время резать торт, Сюй Юнь автоматически протянул ему первый отрезанный кусочек:
— Это тебе должно понравиться.
Сам Сюй Юнь не особо жаловал сладости, но, наблюдая, как уплетает торт Е Ань, он вдруг почувствовал, что лакомство стало словно бы чуточку вкуснее.
Во второй половине вечера Е Ань больше не видел Линь Юня. Впрочем, они с самого начала были лишь случайными встречными, чья связь ограничивалась разве что статусом соперников по любви. К тому же, если верить рассказам Лу Сюня, Линь Юнь постоянно учился за границей и заглянул сюда проездом, а через несколько дней улетал обратно, так что Е Ань больше не забивал себе голову этим знакомством.
В следующий раз, оказавшись в комнате Сюй Юня, Е Ань заметил, что тот заменил мышь на ту самую, что он подарил. В этот момент до него вдруг дошло, что́ чувствовали его собственные ухажёры, даря ему подарки: желание понемногу заменять чужие вещи в чужом пространстве своими собственными и впрямь дарило странное, ни с чем не сравнимое чувство удовлетворения.
Но стоило Е Аню представить масштаб подобных расходов, как эта мысль тут же испарилась сама собой.
Надо сказать, день выдался для него на редкость неудачным. Выйдя из общежития Сюй Юня, он заметил на обочине ребёнка и, среагировав быстрее, чем успел подумать, схватил малыша за шиворот, чудом увернувшись от вылетевшего из-за поворота автомобиля, который явно не соблюдал правила. Поначалу ему показалось, что он снова подвернул ногу, но обошлось — на теле осталась лишь пара царапин.
http://bllate.org/book/40304/5114407
Готово:
