И тогда началась резня людей.
Многолетнее попустительство человечества по отношению к эволюционировавшим привело к тому, что перед лицом внезапного нападения люди оказались совершенно беспомощны. Очень быстро это превратилось в сцену односторонней бойни, устроенной эволюционировавшими.
Шумный и оживленный город опустел, и над ним воцарилась мертвая тишина.
Говоря это, Янь Хань даже горько заплакал.
Хотя в сочетании с его безобразными чертами лица это выглядело несколько неестественно, плакал он явно от всей души.
Когда десять лет назад у меня началась деформация, я только тогда понял, что у трансформации тоже есть предел по времени. У меня осталось примерно пять лет до того, как я превращусь в такое же лишенное человечности чудовище.
Янь Хань уттерся слезами, его голос прерывался от одышки.
Ши Чэн смотрел на него с полным равнодушием. Дождавшись, пока тот отдышится и успокоится, он холодно произнес:
— Так это из-за тумана люди «эволюционируют»?
Янь Хань всхлипнул и кивнул.
Фу Юаньань тут же спросил:
— Тогда почему одни эволюционируют рано, а другие поздно?
Янь Хань поджал губы:
— Если бы мы знали, то не вымирали бы так быстро.
Ши Чэн не дал ему перевести дыхание:
— Кроме тебя, кто-нибудь еще выжил?
Янь Хань сначала покачал головой, а потом кивнул:
— Кажется, существует некое подземное убежище, там вроде бы должно остаться немного людей. Они поднимаются наверх только в самый последний день каждого месяца.
Ши Чэн:
— Тогда почему ты не спустишься туда?
Выражение лица Янь Хань стало крайне унылым:
— У меня слишком низкий статус, нет права идти туда.
Ши Чэн и Фу Юаньань переглянулись.
Ши Чэн спросил:
— Какое сегодня число?
Фу Юаньань покачал головой:
— До сих пор не нашел ничего, что было бы связано с датой и временем в этом мире.
Сказав это, они оба одновременно устремили взгляд на местного жителя.
Янь Хань: «……» Ну ладно, он уже догадался, чего эти двое хотят.
У него из носа надулся пузырь, и он послушно произнес:
— Сейчас двадцать первое декабря.
— Откуда ты знаешь? — Фу Юаньань приподнял бровь.
Янь Хань поджал губы и оттянул кусок кожи со своего живота — неизвестно, был ли это вообще живот, — и достал из-под покрытой слизью кожи наручные часы:
— На них указана дата.
Ши Чэн тут же отступил далеко назад и нахмурился:
— Фу Юаньань, посмотри.
Фу Юаньань: «……»
Он не стал брать часы, а взглянул на них прямо в руке Янь Хяня:
— Там действительно двадцать первое декабря.
— И еще один вопрос, — обратился Ши Чэн издалека к Фу Юаньаню.
Не дожидаясь, пока тот договорит, Фу Юаньань подхватил его мысль и, опустив взгляд на Янь Ханя, произнес:
— Почему ты оказался в ящике?
Янь Хань, казалось, заранее ожидал этого вопроса, и ответил:
— Я думал, этот туман ускорит процесс моей деформации, а я предпочел бы проспать до смерти, чем превратиться в не пойми кого, вот и запер себя.
Ши Чэн:
— Этот замок висел снаружи. Как ты сам себя запер?
Янь Хань издал звук «а» и вдруг вытянул руку.
Его округлые и тонкие конечности начали прямо у них на глазах трансформироваться, пока не превратились в длинный и плоский пласт, тонкий как цикадиновое крыло.
— Видите, мои конечности уже начали фиброзироваться.
Ши Чэн и Фу Юаньань молча смотрели на это зрелище.
Янь Хань с некоторым неудобством пошевелился и льстиво произнес:
— Два старших брата, теперь вы можете меня отпустить?
Ши Чэн только хотел что-то сказать, как увидел, что Фу Юаньань убрал ногу:
— Разумеется.
Янь Хань поспешно встал и поблагодарил их.
Ши Чэн приподнял бровь, но в итоге ничего не сказал.
Фу Юаньань указал на ящик:
— Лезь обратно, запирайся сам.
Янь Хань: «?»
Фу Юаньань:
— Повторить? Туман ведь еще не рассеялся, верно?
Он поспешно вернулся в ящик и ловко, привычным движением запер себя изнутри.
Ши Чэн посмотрел на снова опустевший и затихший ящик и тихо спросил:
— Что думаешь?
Фу Юаньань привычным движением отвел взгляд:
— Наверняка он рассказал нам далеко не всё.
— Пустой звук, — Ши Чэн зевок сдержал, направляясь в сторону библиотеки. — Ты даже расспрашивать больше не стал и просто отпустил его, где ты теперь еще кого-то найдешь, чтобы спросить?
Фу Юаньань с улыбкой последовал за ним, чуть повысив голос:
— Хочешь, я вытащу его обратно, и ты сам у него спросишь?
Янь Хань, смутно услышавший это: «……»
Ши Чэн бросил на него равнодушный взгляд.
Фу Юаньань развел руками:
— Я понял.
Это значило — не надо.
Ши Чэн оборвал тему с Янь Хань и перевел разговор на другое:
— Ты так ловко вскрываешь замки, неужели загремел в тюрьму за воровство?
Фу Юаньань удивился:
— Ты даже это смог угадать? Какой же ты умный!
Ши Чэн: «……»
Он мгновенно отвесил резкий удар ногой с разворота.
Фу Юаньань вскрикнул «твою мать» и с невероятной реакцией заблокировал этот удар локтевым сгибом, да вдобавок еще и нагло перехватил чужую щиколотку обратным хватом.
До чего же тощий этот парень, одной рукой можно почти всю щиколотку обхватить.
Мысленно сетуя на это, он со странным выражением мнительной заботы сжал пальцами косточку на чужой ноге и вздохнул:
— Только начал говорить — и сразу в драку, какой же ты свирепый.
— Если бы в твоих словах хоть раз прозвучала правда, я бы, пожалуй, подумал о том, чтобы относиться к тебе получше, — в глазах Ши Чэна не было и следа улыбки. — Отпусти руку.
Фу Юаньань криво улыбнулся уголкам губ и без малейшего сожаления разжал пальцы:
— Чтобы говорить правду, нужно делиться этим от чистого сердца. Посмотри на себя, ты ведь тоже не сказал мне ни единого искреннего слова.
Ши Чэн ничего не ответил. В его глазах нельзя было прочесть никаких эмоций; помедлив немного и пристально глядя на собеседника, он развернулся и пошел прочь.
Судя по всему, продолжать общение с этим человеком у него желания не было.
Позади Фу Юаньань потрогал запястье, которое приняло на себя тот удар и до сих пор подрагивало и онемело, и прищурился.
Столь крутая фигура… Из какого она Павиша?
http://bllate.org/book/40267/5109340
Готово:
