Пока четверо не выплевнули последнюю капле крови, не извергли собственные внутренности, черты их лиц не вжались внутрь, уши не втянулись в ушные каналы, а кожа не стянулась в сухой пергамент, хозяйка дома не опустила крышку котелка и не повернулась, чтобы по кусочку бросать их внутренности в свой суп.
Вы засомневались, вы отказались от меня, — пробормотала она. — Это вы нарушили правила.
Ты принцесса, — маленькая девочка сунула в руку Мэн Жаню сломанную куклу. — Придумай себе титул.
…Ах, — Мэн Жань уставился на куклу в руке. — Какой еще титул?
Не знаю, я их не называла, — девочка сунула Линь Цэню еще одну куклу. — Ты вторая принцесса.
Всех, кого оставили за пределами кухни, заставили играть с девочкой в дочки-матери. Распределение ролей выглядело крайне нелепо: беременная женщина стала королем, сопровождавший ее мужчина — шутом, а другая женщина — королевой.
Закончив распределять роли, она подняла голову и посмотрела на Мэн Жаня:
— Придумал титул?
Эта мелкая соплячка даже про титулы знает.
Много чего понимает.
Я зовусь… — Мэн Жань замолчал. — Принцесса Го-ба-га-ба-га-ле-па-па.
Девочка на мгновение остолбенела:
— Го… го-ба…
Принцесса Го-ба-га-ба-га-ле-па-па, — повторил Мэн Жань.
Девочка немного помолчала, сжав в руке куклу, бросила на Мэн Жаня свирепый взгляд и выпалила:
— Принцесса Го!
— Ладно, — согласился Мэн Жань.
Девочка подергала куклу за волосы, перевела взгляд на остальных и, по очереди записав их имена, отправилась в путешествие по дочкам-матерям. Весь процесс был настолько скучным, будто она и вправду просто хотела поиграть.
Но вместо обычной детской игры все это больше походило на то, как девочка рассказывает им какую-то историю. Говорила она очень тихо, что выглядело необычно чинно среди толпы npc, которые только и ждали их смерти.
Сжимая свою куклу, Мэн Жань по требованию девочки улегся на самый край журнального столика.
Принцесса этого королевства упала с вершины горы, — девочка положила свою куклу под столик. — Теперь рыцарь должен ее спасти.
Вершина горы такая высокая, как же рыцарю туда забраться? — девочка задала вопрос и сама же с удовольствием на него ответила. — Ему остается только карабкаться.
Кукла-рыцарь принялась карабкаться по столику. Обычно дети в такой ситуации просто перепрыгивают двумя шажками наверх, чтобы воссоединиться с принцезой, но у этой девочки были свои планы. Она подняла рыцаря и, когда тот уже почти добрался до края столика и должен был увидеть принцессу, внезапно разжала пальцы. Рыцарь шмякнулся на пол, после чего она снова подняла его и принялась по сантиметру тащить наверх по ножке столика.
Весь этот процесс тянулся бесконечно долго. Когда все уже начали отвлекаться, девочка вдруг произнесла:
— Зачем рыцарь отправился на поиски принцессы?
Ей не нужен был чей-либо ответ — остальные уже успели насмотреться на ее разговоры с самой собой, а потому никто не произнес ни слова.
— Думал ли он о том, что за время столь долгого восхождения принцесса на самом деле… — девочка замолчала и вдруг подняла глаза на Мэн Жанца: — …уже умерла?
Рыцарь терпел неудачу за неудачей, раз за разом продолжал поиски. Задумывался ли он о том, что посреди столь долгого ожидания, бесконечных повторов и лишенных всякой надежды попыток спасения принцесса давно мертва?
Когда рыцарь наконец добрался до вершины, тело принцессы уже разложилось и источало зловоние, так что он даже не узнал свою принцессу.
Ее не спасти, — произнесла девочка. — Принцесса была мертва с самого начала, рыцарь не сможет ее спасти.
Девочка замолчала надолго. Время, казалось, растянулось из-за этой паузы, и она, уставившись на Мэн Жаня своими черными, лишенными жизни глазами, отчетливо произнесла по словам:
— Он уже мертв.
— Ох, — бесстрастно отозвался Мэн Жань. — Написать им тогда парные погребальные надписи?
— Пора есть, чем вы тут занимаетесь? — хозяйка вышла из кухни с огромным котлом супа. — Идите скорее ужинать.
Все тут же пришли в себя, бросили куклы и направились к обеденному столу. Беременная женщина, еще не успев сесть, спохватилась и бросила взгляд в сторону кухни:
— …А где те люди?
— Они непослушные гости, — хозяйка сохраняла привычное выражение лица. — Они отказались от меня.
Беременная торопливо захлопнула рот, уселась за стол и больше не смела задавать вопросов. Последствия отказа от участия были такими, о которых они боялись даже думать.
Заметив, что девочка бросила куклы и ушла к обеденному столу, Линь Цэнь понял, что этот инцидент подошел к концу. Он с облегчением выдохнул и сказал Мэн Жаню:
— Пойдем поедим.
Мэн Жань помолчал немного, прежде чем откликнуться, и разжал ладонь — она вся была в крови.
— Твоя рука! — тихо воскликнул Линь Цэнь.
— Пустяки, — поморщился Мэн Жань. — Внутри куклы была игла, я слишком сильно сжал ее.
Слишком сильно.
Фраза девочки о том, что он уже мертв, звучала так, будто она говорила вовсе не о принцессе, а пыталась что-то донести до самого Мэн Жаня. Осознав это, он невольно вцепился в игрушку изо всех сил.
Мэн Жань прикрыл глаза. Образ в его памяти становился все более размытым, а сердце словно кто-то схватил и яростно дернул, да так сильно, что хрустнул позвоночник. Глубоко вздохнув, он поднялся, сел вместе с Линь Цэнем за стол и съел совсем чуть-чуть.
После ужина следовало ложиться спать. У Цзин Имина оставалось совсем мало времени, однако до самого подъема на второй этаж он так и не показался, а маленький мальчик по-прежнему торчал прямо в замочной скважине.
Он уже мертв.
Шаги Мэн Жаня замерли. В голове эхом отдавался голос девочки.
Рыцарь не сможет его спасти.
Голос девочки внезапно заглушило, и тут же грубо ворвался другой:
— Он уже мертв! Мэн Жань, ты черт с два рехнулся?! Он умер, больше полугода назад умер! Ты собрался тащиться на Границу Сансары ради мертвеца?!
— …Он не умер, — услышал Мэн Жань собственный ответ. — Его оставили на последнем испытании, я иду вернуть его домой.
Мэн Жань резко повернулся и широкими шагами направился к комнате в правой части второго этага. Торчавший в замочной скважине мальчик выпрямился и посмотрел в его сторону. В голове Мэн Жаня промелькнули тысячи вариантов действий, но ни один из них не годился.
Обязательно нужно вернуть его.
Даже если это Цзин Имин, который лишь похож на того человека, его все равно нужно спасти. Все, что хоть как-то связано с тем человеком, должно жить, все они обязаны выжить!
— Ты что удумал? — мрачно уставился на него мальчик.
Мэн Жань проигнорировал его. Сердце колотилось так громко, будто взрывалось прямо у самого уха. Он нащупал ледяную дверную ручку, но не успел ее повернуть, как дверь распахнулась изнутри.
Цзин Имин стоял на пороге целым и невредимым. Увидев его, он сперва опешил, а затем улыбнулся:
— Чего это ты пришел?
Он поднял руку и протянул маленькому мальчику стеклянный шарик:
— Держи, твоя бусина. Больше не раскидывай где попало.
Мэн Жань во все глаза уставился на него. Призрак того человека постепенно таял перед взором, хаотичный шум в голове утихал, оставляя лишь стоявшего здесь Цзин Имина.
Он внезапно пришел в себя, только сейчас осознав, что́ натворил.
— Ты что делаешь? — мальчик принял шарик, не сводя с Мэн Жаня глаз.
Мэн Жань не смог вымолвить ни слова.
— Он вечно путает право и лево, не обращай внимания, — Цзин Имин легко толкнул Мэн Жаня плечом и с улыбкой произнес: — Пошли спать, еле отыскал этот проклятый шарик, умаялся до смерти.
Мэн Жань не сдвинулся с места и лишь спустя долгое время глухо переспросил:
— …Ты и вправду его нашел?
Голос звучал как-то отрешенно — ему требовалось хоть с кем-то заговорить, чтобы вернуть ощущение реальности.
Дурные голоса рассеялись, но чувства, что он действительно находится здесь, у него так и не появилось.
— Ага, какая удача! Я уж думал, что ни за что не отыщу эту бусину, и просто разлегся на полу отдохнуть, как вдруг заметил что-то внутри абажура, — затараторил Цзин Имин. — Пришлось повозиться, чтобы снять его, а шарик как раз там застрял.
Мэн Жань заглянул внутрь комнаты.
Вся утварь была переломана, стены разбиты вдребезги, казалось, помещение подверглось чьему-то жестокому погрому. Даже упаковочные мешки кто-то разодрал на бесчисленные тонкие полоски, а в самом дальнем углу валялись обрывки проводов, которыми были связаны два кровавых месива. У одного из них глазницы зияли пустотой — похоже, глаза были безжалостно вырваны.
Мэн Жань перевел взгляд на стеклянный шарик в руке мальчика, а затем опустил глаза на испачканные свежей кровью руки и одежду Цзин Имина.
— Что такое? — улыбнувшись, спросил Цзин Имин.
— …Ничего, — ответил Мэн Жань.
Пища
Комната, где прятался шарик, была практически уничтожена.
Цзин Имин потратил весь день на то, чтобы перевернуть ее вверх дном, и он вовсе не просто лежал на полу, разглядывая абажур, как утверждал ранее.
Вернувшись в комнату и прилегла на кровать, Мэн Жань прикрыл глаза. В памяти снова всплыли те два кровоточащих комка, с трудом угадываемые очертания их лиц и пустые глазницы, а следом — шарик, в конце концов оказавшийся в руках мальчишки, и… кровь под ногтями Цзин Имина.
Стеклянный шарик вовсе не прятался в абажуре.
По всей видимости, шарик был глазом той штуки, что стянули проводами, и Цзин Имин выковырнул его собственными руками.
В коридоре вновь послышались шаги хозяйки. Начался ночной обход: острие ножа снова заскребло по полу. Линь Цэнь на соседней кровати судорожно вздохнул, пытаясь унять дрожь. Мэн Жань тихонько перевернулся на бок, лицом к постели Цзин Имина, от которого все еще исходил отчетливый запах крови.
Дверь тихонько постучали, и с той стороны раздался голос хозяйки:
— Извините, вы уже спите?
Никто ей не ответил.
Она неспешно двинулась к следующей комнате. Сделав круг почета, в эту ночь никто больше не откликнулся на вопрос о сне, и все постояльцы остались живы.
В голове Мэн Жаня царил полный кавардак, будто его раскололи пополам: левая половина твердила о странностях Цзин Имина, а правая — о словах маленькой девочки о том, что он уже мертв. Эти мысли перемешались, и он еще долго не мог уснуть.
— Не спится? — раздался рядом тихий вопрос.
Мэн Жань поднял глаза — Цзин Имин смотрел прямо на него. Негасимый ночник продолжал гореть, и в его свете Мэн Жань неожиданно разглядел на дне глаз Цзин Имина легкую тень беспокойства.
— Все в порядке, — ответил Мэн Жань.
— Ты тогда шел к той комнате, чтобы спасти меня? — поинтересовался Цзин Имин.
— Нет, — Мэн Жань закрыл глаза. — Я просто путаю право и лево.
Цзин Имин улыбнулся:
— Спасибо.
http://bllate.org/book/40221/5103882
Готово: