Федерация Хуацзун, окраина.
Осенний ветер пробирал до костей.
— Мать! — отчаянно закричал Вэнь Юэ, рухнув от тяжелой пощёчины на землю.
В следующую секунду он собственными глазами увидел, как двое рослых рабов затаскивают Вэнь Ли в машину, в то время как неподалеку дедушка Вэнь Кан уже лежал без чувств.
Ледяной взгляд аристократа-альфы скользнул по старику и юноше, он отдал рабам знак разделаться с обоими, захлопнул дверцу и уехал.
Под рев мотора Вэнь Юэ услышал, как крики матери о помощи затихают вдали. Прежде чем он окончательно потерял сознание, язык ощутил привкус крови, а в ушах зазвучал приглушенный разговор двоих рабов:
— Этот старик уже отдал концы, глянь-ка, что с малым.
— Живой. — Раб перевернул парня на спину и проверил дыхание, а разглядев его лицо, судорожно втянул воздух. — Ты что, сдурел, олух? Сказано же было вырубить, нахера ты ему всю физиономию разворотил?
— А чо такого?
— Ты погляди на его мордашку, вылитая сучка-лисица! Большая лисица родила маленькую, и ты еще спрашиваешь, чотакого! Глянь, как ты его отделал...
— Тьфу! Следи за тем, что у тебя в штанах! — Оба были альфами, так что чужие мысли им были понятны без слов. — Не думай о том, о чем не положено! Живо в работорговый рынок, сбыл с рук и забыл!
— Чего это мы прошлого покупателя завернули, цена-то какая была? Совсем рехнулся? Какой бы красивый ни был чернокожий раб, дороже светловолосого его всё равно не купят.
Раб А, тощий и долговязый, с завистью поглядывал, как в соседней лавке одна за другой идут сделки, и нетерпеливо притоптывал — ему совершенно не хотелось ждать.
— Да что ты понимаешь, заткнись! — Раб Б тоже перевел взгляд на соседнюю лавку.
Не прошло и двух часов, а там уже продали пятерых рабов, и прохожие вечно останавливались у входа, чтобы поглазеть. Причина была только одна.
Эта лавка торговала исключительно рабами со светлыми волосами.
В Федерации Хуацзун цвет волос издавна служил мерилом происхождения: аристократы обязаны быть золотовласыми, причем чем чище золото в прядях, тем выше благородство крови. Ниже по ступеням — чем темнее шевелюра, тем ниже социальный статус человека, и черные волосы стали клеймом низшего сословия, таких людей звали черными рабами.
Поскольку цвет волос в Федерации Хуацзун тесно переплетался с чистотой крови и положением в обществе, за последние два десятка лет краска для волос превратилась в одно из самых строго контролируемых химических веществ в стране, и власти даже приняли ряд законов, ограничивающих ее производство, продажу и покупку.
Увы, принятые законы не возымели особого сдерживающего эффекта.
Привилегии, которые давала маскировка под нужную расу, перевешивали всё остальное, и краска по-прежнему оставалась одним из самых ходовых товаров на черном рынке, несмотря на все облавы.
Когда Вэнь Юэ пришел в себя, его щеки горели огнем. В нос ударил отвратительный смрад, словно он оказался на бойне. У него жутко кружилась голова, и он снова провалился в темноту.
Когда Вэнь Юэ привели на рынок рабов во второй раз, его черные волосы уже были перекрашены в золотой цвет, и меньше чем за двадцать минут нашелся покупатель, готовый выложить за него огромные деньги.
Его привязали к коленям на земле; он не видел лица покупателя и не мог уловить его запах — возможно, это был бета, подумал он. Из воспоминаний того дня в памяти осталось лишь то, что мужчину звали управляющий Ху. Тот был облачен в безупречный, сшитый на заказ фрак, а на левой стороне груди красовалась вышивка: парящий орел.
Семейный герб с орлом — в Федерации не было никого, кто не знал бы этого знака.
Мужчина был человеком из Семьи Лу в Федерации Хуацзун.
Его продали в Семью Лу.
— Вэнь Юэ, открой! Вэнь Юэ! Быстро открой, открой же!
Вэнь Юэ очнулся от воспоминаний. Не успев даже накинуть верхнюю одежду, он схватил со стула кепку, нахлобучил на голову и бросился к двери:
— Что случилось?
— Живей! Общий сбор во внутреннем дворе! Говорят, в сад забежала кошка!
Пришедшего звали Гу Тэ, он был бетой-мужчиной и первым другом Вэнь Юэ после попадания в Семью Лу. Ходили слухи, что предки Гу Тэ служили в доме Лу на протяжении трех поколений.
— Ну забежала кошка, и что? — недоумевал Вэнь Юэ.
Это был уже третий раз за ту недолгую неделю, что он провел в доме Лу, когда его поднимали среди бела дня. Стоило кому-то «наверху» в Семье Лу выказать малейшее недовольство, как вся усадьба от мала до велика начинала ходить по струнке.
Тоже мне, вечно у них куча проблем из ничего.
Хотя волосы у Вэнь Юэ были черными, рос он вовсе не рабом и еще не успел до конца привыкнуть к своему новому положению прислуги Семьи Лу, поэтому мысленно позволил себе пару ворчливых реплик.
— Черная полосатая кошка! Ты понимаешь, к чему это?! — Гу Тэ потащил Вэнь Юэ за собой, с преувеличенным ужасом вытаращив глаза. — Черная! У нее большая часть шерсти черная!
http://bllate.org/book/40175/5097897
Готово: