Но беда не приходит одна: у матери Вэнь Цзиюя обнаружили рак, потребовалась госпитализация. Расходы были огромными, и Вэнь Цзиюй принялся хвататься за любую подработку, но этих денег едва хватало на покрытие капли в море.
И тут на сцене появился главный герой-атакующий Юань Цзинцзэ.
Юань Цзинцзэ влюбился в Вэнь Цзиюя с первого взгляда, когда увидел, как тот играет на фортепиано. При любой возможности он приходил в тот западный ресторан, где работал Вэнь Цзиюй, садился за столик и оставлял ему щедрые чаевые.
Так, слово за слово, они сблизились.
Вэнь Цзиюй постепенно начал испытывать зависимость от этого зрелого, галантного и красивого мужчины.
Спустя несколько месяцев состояние матери Вэнь Цзиюя резко ухудшилось, требовалась операция. Операция стоила двести тысяч, а у Вэнь Цзиюя таких денег не было и в помине.
Загнанный в угол, он попросил Юань Цзинцзэ одолжить ему денег.
Юань Цзинцзэ, разумеется, согласился. Он не стал пользоваться чужой бедой, чтобы принудить Вэнь Цзиюя стать его парнем, наоборот — даже помог найти для матери Вэнь Цзиюя хорошего врача.
Вэнь Цзиюй был настолько тронут самоотдачей Юань Цзинцзэ, что стал его парнем.
В этот момент на сцену вышел злобный второстепенный персонаж — оригинал.
Оригинал рос вместе с Юань Цзинцзэ с самого детства и всегда был тайно в него влюблен, однако Юань Цзинцзэ воспринимал его лишь как младшего брата и не питал к нему иных чувств.
Поэтому, увидев, что Юань Цзинцзэ увел Вэнь Цзиюй, оригинал начал открыто и исподтишка нападать на Вэнь Цзиюя, пытаясь разрушить их отношения.
Оригинал был коварным лицемером, мастером игры на публику: в присутствии Юань Цзинцзэ он притворялся послушным, рассудительным, живым и милым, а вот по отношению к Вэнь Цзиюю проявлял всяческое высокомерие, тиранию и словесно унижал его…
Более того, он даже нарочно причинял себе вред, чтобы Юань Цзинцзэ решил, будто это Вэнь Цзиюй его обидел. Юань Цзинцзэ питал теплые чувства к этому «младшему брату», из-за чего между ним и Вэнь Цзиюем то и дело вспыхивали конфликты.
В конце концов, сердце Вэнь Цзиюя было разбито, и он уехал за границу…
Три года спустя Вэнь Цзиюй вернулся. К тому времени он уже основал собственную транснациональную технологическую компанию и стал первоклассным новым богачом в своей отрасли.
Унижение маленького лицемера, попытки Юань Цзинцзэ вернуть жену через огонь и воду…
И, наконец, грандиозный счастливый финал.
666 подытожило: Это самый стандартный старомодный роман про президента с «бегством с ребенком в животе».
Сюэ Янь был в шоке: Вэнь Цзиюй что, родит ребенка?
666: …
Я просто привел пример.
Сюэ Янь успокоился.
Он точно не хотел, чтобы Вэнь Цзиюй вынашивал его лисят.
Уловив мысли Сюэ Яня, 666 отметило: …
С чего это носитель так уверен, что именно он будет в роли атакующего?
Зная, что у носителя тяжелый характер, система предпочла промолчать.
Сев в машину, Юань Цзинцзэ велел водителю сначала отвезти Сюэ Яня домой, а затем спросил его: Сяо Янь, откуда ты вообще узнал об этом человеке по имени А-Юй?Сюэ Янь смышлено перевёл взгляд.
Согласно сюжету оригинала, первоначальный владелец тела должен был появиться только после того, как Юань Цзинцзэ и Вэнь Цзиюй сойдутся.
Но поскольку задачей Сюэ Яня было завоевать главного героя-шоу, ему, разумеется, следовало немного ускорить своё появление. Иначе, когда главный герой-шоу окажется вместе с главным героем-гоном, откуда у него вообще возьмётся шанс?
Хотя и требовалось строго придерживаться своего образа, в рамках правил было вполне допустимо слегка добавить себе какую-нибудь небольшую черту.
Как же логично для злодейского второстепенного персонажа, заметив, что любимый человек в последнее время рассеянно смотрит в телефон, затаить подозрение и подослать кого-нибудь разузнать обстановку!
Сюэ Янь, подавив отвращение, озарил лицо сладкой улыбкой и снова капризно обнял Юань Цзинцзэ за руку:
— Братец А-Юань, в последнее время твое эмоциональное состояние совсем не в порядке, я просто переживаю за тебя, вот и попросил людей кое о чём расспросить...
Прочитав эту книгу от корки до корки, Сюэ Янь понял, что этот главный герой-гон — вовсе не какая-то хорошая штучка!
На словах он твердил, что воспринимает первоначального владельца тела как младшего брата, но, уже имея парня, всё равно позволял тому совершать с собой близкие действия — это же явное динамо!
К тому же, чувства первоначального владельца тела выражались так очевидно, а он всё равно ухитрялся притворяться, будто ничего не замечает...
Сюэ Янь, выросший среди лисьих интриг, с первого же взгляда раскусил истинные намерения главного героя-гона.
Юань Цзинцзэ явно хотел получить всё и сразу: он жаждал обладать Вэнь Цзиюй, этой сияющей лункой на небосклоне, но в то же время не желал расставаться с первоначальным владельцем тела, словно с аппетитным пирожным, и наслаждался тем, как эти двое борются за него!
Сюэ Яню так и хотелось прибить хвостом этого жадного людишку.
Однако, если прибить Юань Цзинцзэ, его образ рухнет...
Как же это бесит.
И впрямь, услышав капризы Сюэ Яня, Юань Цзинцзэ не стал его упрекать, а лишь протянул руку и ласково погладил по волосам:
— А-Юй — очень хороший человек, я надеюсь, вы станете друзьями.
Сюэ Янь мысленно усмехнулся, подумав про себя, что он не только подружится с Вэнь Цзиюй, но ещё и уведёт его, а этому проклятому мерзавцу в итоге не достанется даже рыбьей чешуйки!
Внешне же он лишь похлопал ресницами:
— Хорошо, братец А-Юань, я тоже очень хочу подружиться с братцем А-Юем.
Словно вспомнив о чём-то, он обиженно закусил губу и в манере зелёного чая принялся наговаривать на Вэнь Цзиюй:
— Но... но мне кажется, что братец А-Юй меня недолюбливает...
Юань Цзинцзэ заступился за Вэнь Цзиюй:
— У А-Юя просто холодный характер, на самом деле с ним очень легко ладить.— Знаю...
Сюэ Янь с ангельской наивностью посмотрел на Юань Цзинцзэ:
— Братец А-Юань, не мог бы ты дать мне контакты братца А-Юю? Я хочу с ним подружиться.
Юань Цзинцзэ на мгновение засомневался.
Сюэ Янь склонил голову набок и надул губы:
— Братец А-Юань, неужели ты не хочешь, чтобы мы с братцем А-Юю подружились?
— Нет. — Юань Цзинцзэ больше не колебался, достал телефон и скинул Сюэ Яню контактные данные Вэнь Цзиюя.
Сюэ Янь тут же открыл визитницу Вэнь Цзиюя, набросал пару строк и отправил запрос на добавление в друзья...
Пианист Вэнь Цзиюй работал неполный день — ему полагалось играть по три часа каждый день после полудня, а после окончания смены можно было идти домой.
Солнце еще не зашло за горизонт, когда Вэнь Цзиюй взял в руки телефон. Увидев на экране череду новых сообщений, он слегка нахмурил свои холодные брови.
Раньше, хоть Юань Цзинцзэ и привык сходиться с людьми без лишних церемоний, он все же знал меру. Но теперь эта грань стерлась, вызывая лишь раздражение...
Вэнь Цзиюй с равнодушным видом открыл чат.
[Юань Цзинцзэ]: А-Юй, прости, я не думал, что Сяо Янь придет трепать тебе нервы.
[Юань Цзинцзэ]: Наверное, он что-то не так понял, я уже все ему объяснил.
[Юань Цзинцзэ]: Сяо Янь очень послушный и славный парень. Он сказал, что хочет с тобой подружиться, уверен, вы отлично поладите.
[Юань Цзинцзэ]: Не знаю, понял ли ты... но ты мне нравишься. Однако я надеюсь, что это тебя не обременит, и ты сможешь по-прежнему относиться ко мне как к другу.
Вэнь Цзиюй уставился на экран, во взгляде промелькнула насмешка.
Этот зеленый чай такой послушный и славный? Ха.
Дальнейшие слова Юань Цзинцзэ выглядели еще более нелепо.
Если он не хочет никого обременять, зачем тогда признаваться в чувствах?
Будь у него хоть каплю наивности в мыслях, он вполне мог бы раскинуть умом из-за слов Юань Цзинцзэ, решив, что этот мужчина — настоящий джентльмен, и невольно проникнуться к нему симпатией.
Но, к сожалению, Юань Цзинцзэ его недооценил.
Вэнь Цзиюй с бесстрастным лицом принялся набирать текст.
[Господин Юань, у меня скучный и холодный характер, до того молодого господина мне далеко, так что вряд ли я гожусь ему в друзья.]
[К тому же я намерен целиком посвятить себя учебе и пока не помышляю о романтических отношениях, прошу прощения.]
Выйдя из диалога, он открыл вкладку входящих заявок в друзья.
Первым же делом в глаза бросилась донельзя наглая подпись к запросу.
[Я твой царь-лиис]: Паршивая лисичка, немедленно прими заявку в друзья от этого молодого господина!!!
От этого сообщения так и веяло бесцеремонностью, которую даже не пытались скрыть.
Вэнь Цзиюй внезапно усмехнулся.
...Послушный?
...Славный?
И с чего он это взял.
***
В спальне Сюэ Янь лежал на животе на кровати и смотрел телевизор, то и дело рассеянно теребя ушки лежащего рядом плюшевого мишки, полностью погруженный в экран.
И как он раньше не замечал, что эти пушистые ушки так приятно мять?
Жаль только, что его нынешнее тело — всего лишь созданная системой копия, и отрастить настоящие уши с хвостом не получится, иначе его собственные уши и хвост наверняка мялись бы куда приятнее, чем эта мягкая игрушка...
Три шестерки внезапно подали голос: [Хозяин, главный герой-пострадавший принял твой запрос в друзья.]
А?
Сюэ Янь с неохотой оторвал взгляд от телевизора, приподнялся и открыл мессенджер.
— Я уж думал, он не согласится.
[Тогда зачем хозяин отправил такое сообщение?]
Сюэ Янь фыркнул:
— Мой нынешний образ — неприятный черносердечный зелёный чай, который вечно цепляется к нему. Вэнь Цзиюй ведь не мазохист, с чего бы ему в меня влюбляться?
Три шестерки снова почувствовали себя неуютно: во всем виновата их дурацкая удача — надо же было подобрать хозяину такую роль, из-за чего сложность выполнения задания возросла многократно...
— Поэтому я должен сформировать у Вэнь Цзиюя определенное впечатление: черносердечный зелёный чай на самом деле капризный, но совершенно безобидный глупыш. Разве так не намного привлекательнее?
Сюэ Янь самодовольно изогнул губы.
Система опешила: [А?]
— Судя по всему, мой план сработал безупречно!
Не обращая внимания на систему, Сюэ Янь открыл чат с Вэнь Цзиюем и отправил стикер с сердитым лисенком.
Вэнь Цзиюй ответил быстро.
[Вэнь Цзиюй]: ?
Сюэ Янь ответил еще быстрее.
[Я твой царь-лиис]: ?
[Я твой царь-лиис]: ??
[Я твой царь-лиис]: ???
Глядя на эти возрастающие по количеству и аккуратно выстроившиеся в ряд знаки вопроса, Вэнь Цзиюй вдруг поймал себя на странном ощущении, будто он переписывается с младшеклассником. Помолчав немного, он даже растерялся и не знал, что ответить.
[Я твой царь-лиис]: Ха-ха, паршивая лисичка, не смей соблазнять моего братца А-Юаня!
По правде говоря, за всю свою жизнь Вэнь Цзиюй впервые слышал, чтобы его называли лисичкой. Но почему-то никакого гнева он не испытывал — возможно, потому, что собеседник казался слишком уж глупым.
http://bllate.org/book/40082/5085270
Готово:
