Е Цзяму раньше никогда не интересовался подобными вещами, но, выслушав восторженный ликбез Сан Бея, наконец-то немного во всём разобрался. Вскоре он подвергся настоящей бомбардировке со стороны соседа по комнате:
— Му-Му, ты даже не представляешь, до чего же хорош пейринг Бог-наставник! Что за божественная любовь эти отношения между двумя Альфами? Особенно когда староста — это такой неприступный прокурорский тип, а старшекурсник Гу — просто невероятный соблазнитель, уууууу, слов нет, короче говоря, это просто потрясающе!
Е Цзяму взглянул на названия тем в специальном разделе вроде «банна-плей», «знающие поймут» и «мужская поп-группа века», на мгновение задумался и с одобрительным кивком произнес:
— Кажется… и вправду неплохо.
Сан Бэй, будучи яростным фанатом этого пейринга, явно остался не в восторге от столь холодного выражения лица друга. Опасаясь разбудить Гу Ешэна, который как раз был главным героем их фантазий, он откопал заветную ссылку, скинул ее на терминал Е Цзяму и шепотом подзуживал:
— Я как раз читаю эту вещь, божественный автор, оно того стоит! Может, тоже взглянешь?
Е Цзяму бросил взгляд на название:
《Добровольный плен》, причем в историческом сеттинге.
Под полными ожидания взглядом Сан Бея он кивнул:
— Ладно, гляну.
В любом случае предстоящая лекция обещала быть скучноватой, а ему как раз стало любопытно, что из себя представляют эти фанатские романы — сойдет время убить.
Увидев, что Е Цзяму и впрямь тихонько углубился в чтение, Сан Бэй испытал мощнейшую волну удовлетворения от того, что его рекомендации оценили по достоинству. Украдкой бросив взгляд на виднеющуюся макушку спящего рядом парня, он от избытка чувств сжал кулачки.
Это же сам Ночной Бог! Ему наконец-то посчастливилось увидеть живую легенду!
Во время лекции в аудитории стояла абсолютная тишина. Унылый голос профессора, доносившийся до ушей, походил на звуки старинного органа и в такой теплый полдень обладал мощным снотворным эффектом.
《Добровольный плен》 оказался масштабным историческим романом о любви и ненависти, где сплелись воедино жестокая страсть, насильственный захват, безответная любовь и взаимное истребление.
Е Цзяму читал подобную литературу впервые и незаметно для себя погрузился в водоворот столь драматичных событий, пока в самом конце с удивлением не обнаружил, что произведение находится в процессе написания.
Его взгляд на мгновение задержался на строчке «продолжение следует», после чего он молча добавил текст в закладки.
Е Цзяму повернулся, намереваясь спросить Сан Бея, нет ли у того еще каких-нибудь рекомендаций, но заметил, что тот уже вышел из фэндома и с самым серьезным видом изучает новости:
— Что опять случилось?
Сан Бэй пододвинулся ближе и понизил голос:
— Свежие новости: в Третьем секторе снова произошла механическая авария!
Е Цзяму проследил за направлением его пальца и увидел, что заголовок кричал о «восьми погибших и тринадцати пострадавших», причем в примечании особо подчеркивалось, что среди восьми погибших трое обладали сертификатами иноразмерных мастеров уровня А и выше.
Очевидно, речь шла об очень серьезном происшествии.
— Третий раз за этот месяц, между прочим! — возмущенно заявил Сан Бэй. — И что себе позволяет Объединенное правительство? Разве они не обещали усилить контроль и проводить более строгие тесты для всех механических разработок? Если подобное ЧП повторяется одно за другим, это ясно доказывает, что те механики при создании новинок допускают колоссальные скрытые угрозы! У меня в Третьем секторе учится знакомый, говорит, в момент аварии этот мех взбесился и потерял всякий контроль. Вот несколько фотографий с места происшествия, глянь — их заявляли как прошедшие проверку изделия, а программы у них перемкнуло до такой степени!
Скользнув взглядом по снимкам, Е Цзяму озадаченно нахмурился:
— Это снято на месте?
— Ага, кто-то успел запечатлеть момент, когда мех сорвался с катушек, — ответил Сан Бэй. — А что, что-то не так?
— Да нет, просто... — задумался Е Цзяму. — Показалось, что мех на фото выглядит как-то странно.
— Еще бы ему не выглядеть странно, когда он пошел вразнос! — хмыкнул Сан Бэй, убирая терминал. — По-моему, Объединенное правительство слишком снисходительно к этим механикам. Они только и делают, что вопят на каждом углу: технологии — главная движущая сила звездного развития! — а потом от их поделок проблем выше крыши. Если они и вправду так хороши, как хвастаются, пусть потом не заставляют Ассоциацию Мастеров Иронивеков отправлять людей расчищать за ними авгиевы конюшни!
Е Цзяму знал, что Сан Бэй — убежденный фанат аномальных способностей, поэтому оставил его столь пристрастное мнение без комментариев.
Однако подспудное влияние семьи сформировало у него иное видение: хотя обладатели аномальных способностей уже долгое время занимали господствующее положение в этом мире, это вовсе не значило, что можно сбрасывать со счетов стремительный прогресс технологий. В мире существовало немало вещей, которые невозможно воплотить в жизнь исключительно за счет аномальных способностей.
Е Цзяму помнил слова отца и старшего брата, обменивавшихся мнениями: нынешнему Объединенному правительству явно не хватает баланса, и лишь гармоничное сосуществование аномальных способностей и механики способно привести мир к его совершенной форме.
Раньше он, пожалуй, не до конца это понимал, но теперь, глядя на позицию Сан Бея, внезапно прозрел: пропасть между одаренными и механиками оказалась куда глубже и острее, чем он себе представлял.
Выходило, что для достижения столь грандиозных идеалов двум его самым близким людям потребуется приложить куда больше усилий.
Подумав об этом, Е Цзяму достал комникатор и тихонько отправил обоим по сообщению с одинаковым содержанием: «Держись».
Ответы пришли практически одновременно.
【И Хан: Малыш, на карманные расходы не хватает?】
【И Цзяцинь:? Обижает кто?】
Е Цзяму поразмыслил и решил, что пускаться в объяснения слишком долго и хлопотно, поэтому просто дописал еще одно:
【Не туда отправил.】
【И Цзяцинь: Понял. Если что-то случится, обращайся.】
【И Хан: Му-Му, ты изменился.】
【И Хан: Ты больше не любишь ПАПУ!】
【И Хан: Му-Му, у тебя нет сердца!】
«……» Созерцая всплывающее одно за другим сообщения, Е Цзяму молча убрал комникатор в рюкзак, решив избавиться с глаз долой источник раздражения.
Под звуки звонка с урока задремавший рядом Гу Ешэн наконец проснулся.
Он осоловело зевнул, разглядел сидевшего рядом парня, и в его взгляде промелькнуло недоумение:
— Малыш, а ты тут какими судьбами?
Е Цзяму:
— ……Ты задавал этот вопрос перед началом пары.
— Серьезно? — Гу Ешэн потрепал себя по волосам, постепенно собираясь с мыслями. — А, точно, кажется, так и было.
Сан Бэй выглянул из-за соседнего ряда:
— Здравствуйте, старшекурсник.
Гу Ешэн опустил взгляд на протянутую было руку и с загадочной улыбкой приподнял веки:
— Ты уверен, что хочешь со мной здороваться за руку?
Сан Бэй вспомнил о способностях этого человека, инстинктивно втянул голову в плечи и поспешно ретировался:
— Моя вина, моя вина, поторопился.
Гу Ешэн усмехнулся и уже собирался отпустить парочку шпилек, как вдруг случайно бросил взгляд на знакомый интерфейс терминала Е Цзяму и с любопытством подался вперед:
— Малыш, неужели ты сидишь на таких скучных ресурсах, как студенческий форум?
В этот момент, когда они сблизились, Е Цзяму отчетливо почувствовал теплое дыхание, коснувшееся его шеи, а в памяти сами собой всплыли не совсем подходящие для несовершеннолетних сценки из прочитанного романа.
Внезапный намек на двусмысленность.
Его лицо слегка порозовело, взгляд в растерянности метнулся в сторону, и он резким движением захлопнул экран:
— Просто так просматриваю.
Гу Ешэн:
— ?
Поведение мальчишки показалось ему несколько подозрительным, но расспрашивать дальше он не стал, лишь бегло глянул на время:
— Не составишь компанию пообедать?
Е Цзяму:
— Не нужно, я не голоден.
— А вот я голоден.
У Гу Ешэна была странная причуда: он терпеть не мог есть в одиночестве. До того как он познакомился с Сюй И и Лу Цзэсю, он частенько ловил на дороге первого попавшегося студента и заставлял того бледнеть от страха, сидя напротив и наблюдая за его трапезой. Теперь же, выбирая между незнакомцами и Е Цзяму, он определенно предпочитал общество последнего.
Он проспал весь день и к этому часу еще ничего не ел, поэтому голод давал о себе знать.
Заметив на лице Е Цзяму выражение полнейшего равнодушия, Гу Ешэн призадумался и зашел с козырей, учитывая слабости юноши:
— Пять стаканов чая с молоком.
Е Цзяму:
— Восемь.
Гу Ешэн:
— Шесть.
На лице Е Цзяму расцвела улыбка:
— По рукам.
Гу Ешэн впервые в жизни столкнулся с тем, что его собственная компания ценится ниже молочного чая. В его глазах мелькнуло легкое разочарование, но стоило ему взглянуть на эту очаровательную физиономию, как раздражение тут же испарилось, уступив место невольной улыбке.
Этот малец оказался донельзя падким на подкуп: пожалуй, появись какой-нибудь злоумышленник с чашкой чая, он бы так же послушно увязался за ним хвостиком.
Наблюдавшему за этой сценой Сан Бею едва не перехватило дыхание при виде лучезарной улыбки Гу Ешэна, от которой впору было ослепнуть.
Ах-ах-ах-ах, что за невероятный, сногсшибательный Альфа!
Е Цзяму собрал вещи и, как добросовестный подрядчик, приготовился составить Гу Ешэну компанию за обедом.
В этот момент их окликнул холодный голос:
— Е Цзяму, Сан Бэй, это материалы к сегодняшней самостоятельной работе.
Ни один из них лекцию не слушал, поэтому известие о задании застало обоих врасплох.
В безупречно чистых белых перчатках Вэй Ланьбин держал стопку документов. Раздав материалы студентам с первых рядов, он подошел ближе, обошел Гу Ешэном стороной, протянул бумаги парням и не преминул напомнить:
— Как закончите, пожалуйста, отправьте всё разом на мой почтовый ящик.
Е Цзяму и Сан Бэй:
— ……
Гу Ешэн к тому времени уже умирал от голода:
— Ладно, закругляйтесь, идем есть.
Когда он поднялся, Вэй Ланьбин как раз отдергивал руку, и в этот миг его пальцы едва слышно скользнули по чужому запястью.
Гу Ешэн не обратил внимания на столь незначительную деталь, подхватил Е Цзяму за руку и зашагал к выходу, даже не оглядываясь.
Сан Бэй, хоть и не противился возможности лишний раз полюбоваться красотой Гу Ешэна, навязываться третьим лишним не рискнул. Тяжело вздохнув, он перевел взгляд на лицо Вэй Ланьбина и невольно вздрогнул:
— Староста? Ты... ты в порядке?
В одно мгновение некогда невозмутимое лицо Вэй Ланьбина покрылось испариной, краски полностью сошли с его лица, а глаза стали пугающе пустыми.
Лишь услышав голос Сан Бея, он словно вернулся к реальности, слегка задрожавшими пальцами упершись в край парты, чтобы не потерять равновесие:
— Я в порядке.
Будучи обладателем способностей Пассивного типа, при любом физическом контакте с чужой кожей Вэй Ланьбин получал доступ к чужим воспоминаниям. Он носил перчатки именно для того, чтобы оградить себя от лишних проблем, но даже в таком случае, когда чувствительность дара достигала пика, сквозь ткань порой прорывались случайные обрывки чужих мыслей.
С момента пробуждения способности Вэй Ланьбину довелось повиснуть в самых разных эмоциональных красках: страстно-красных, нежно-розовых, элегантно-спокойных синих... Казалось бы, он давно привык к подобным невольным информационным потокам, но еще никогда его не настигал столь сокрушительный срыв.
Стоило чужому касанию лишь легчайшим крылом мотылька коснуться его кожи, как лавиноподобный кровавый мрак затопил его сознание, а следом накатила абсолютная, пожирающая всё на своем пути тьма.
Эта негативная энергия оказалась настолько мощной, что даже простого проводника едва не разорвало на части.
Остаточный трепет ужаса продолжал сжимать сердце тисками. Глядя на давно опустевший дверной проем, Вэй Ланьбин крепко сжал побелевшие губы.
Этот мужчина смертельно опасен.
http://bllate.org/book/40030/5076662
Готово:
