Весь склад выглядел очень старым. В кромешной тьме лучи света, пробивавшиеся через несколько узких окон, служили единственным источником освещения, в котором смутно угадывались неправильные очертания сваленной в кучу рухляди.
Миндалевидные глаза Е Цзяму слегка сузились, и он быстро привык к столь мрачной обстановке.
С самого первого шага вовнутрь можно было почувствовать устремленные со всех сторон взгляды, наполненные насмешливым любопытством — очевидно, здесь собралось немало людей.
Стоило кому-то разглядеть его внешность, как кто-то тихонько присвистнул.
Е Цзяму перевел взгляд и в конце концов остановился на том, что было прямо перед ним.
На высокой куче хлама сидел человек. С того ракурса, под которым он смотрел, в поле зрения как раз попадала одна нога.
Черные длинные сапоги из хорошей кожи, правда, забраться на такую высоту было явно непросто, так что они немилостиво покрылись слоем пыли. Накинутое на плечи пальто свисало вниз, а его полы бессистемно раскачивались на ветру.
Верхняя половина тела этого человека полностью тонула во тьме, и даже при прекрасном зрении Е Цзяму мог разглядеть лишь смутный силуэт.
Собеседник просто тихо смотрел на него, и когда этот едва ощутимый взгляд скользнул по нему, он вдруг легко усмехлся:
— Похоже, в этом году игра пользуется довольно большой популярностью.
Уже по одному лишь тону можно было представить, насколько превосходным было у него настроение.
Вскоре остальные тоже дружно засмеялись.
Е Цзяму по-прежнему стоял на прежнем месте, не двигаясь, однако на его лице промелькнуло некоторое выражение задумчивости.Проводить подобное мероприятие, чтобы помочь такому новичку, как он, и при этом так радоваться — неужели люди снаружи и правда все сплошь такие добрые и отзывчивые?
То, что он молчал, в глазах окружающих выглядело, пожалуй, немного растерянным. К тому же этот безобидный омега обладал врождённым послушным и милым нравом, из-за чего вышедший вперёд высокий парень невольно посмотрел на него ещё раз, испытывая нечто вроде жалости, и его тон даже смягчился:
— Малыш-первокурсник, ты готов?
— Угу, готов, — кивнул Е Цзяму, долго шарил в сумке и наконец выудил оттуда стозвёздную монету, которую протянул сопернику. — Простите за беспокойство, старший!
Всё это время на его лице застыло предельно серьёзное выражение, словно он совершал какой-то священный ритуал.
Высокий парень: «……» Впрочем, не обязательно было относиться к этому с такой торжественностью.
Он небрежно бросил монету в карман, где она звякнула о другие лежавшие там монеты.
Подняв взгляд на человека, сидевшего выше всех, он спокойно объявил:
— Итак, время пошло.
В тот самый момент, когда прозвучали эти слова, стихли даже едва слышные перешёптывания.
Е Цзяму не знал, что произойдет дальше, поэтому крепко прижал к груди свою наплечную сумку и со всеми признаками настороженности следил за происходящим вокруг.Высокого парня звали Сюй И. Сегодня он от нечего делать пришёл сюда за компанию, чтобы поглазеть на представление. В этот момент он, скрестив руки на груди, прислонился к стене и с любопытством ждал, сколько секунд продержится этот симпатичный младшекурсник. Однако секунда за секундой уходили, а во всём складе по-прежнему царила полная, мирная тишина.
В глазах Сюй И мелькнуло удивление, и он невольно поднял взгляд на человека, находившегося в темноте.
В чём дело, неужели он не собирается нападать?
Хотя этот младшекурсник-омега действительно выглядел милым и послушным, судя по тому, как Сюй И знал своего друга, тот вовсе не принадлежал к числу людей, способных легко проникнуться жалостью.
Сидевший на возвышении человек в тот же миг поднялся на ноги.
Е Цзяму и без того был настороже и, услышав шум, тоже поднял глаза.
Он увидел, как тот человек легко соскользнул с груды руин и шаг за шагом направился к нему.
Пылинки кружились в лучах тусклого солнечного света и наконец замерли перед ним.
Бессознательно подняв голову, он наконец смог разглядеть лицо собеседника.
Чёрные растрёпанные волосы в полумраке отливали едва заметным светло-серым блеском. Рядом с узкими ледяно-голубыми глазами притаилась соблазнительная родинка под глазом, а чёрная обсидиановая сережка в мочке уха на фоне чрезмерно бледной кожи излучала пронзительную, болезненную красоту.
Этот человек явно был альфой, но Е Цзяму почему-то показалось, что он выглядит ярче и красивее всех виденных им омег.
Он невольно задержал на нём взгляд.
А этот парень снаружи и правда чертовски хорош собой.
Заметив, что новичок так пристально, не мигая, смотрит прямо в глаза Гу Ешэнгу, остальные давно растеряли свои ухмылки и дружно втянули воздух.
По их прошлым меркам, такое поведение можно было назвать разве что проявлением желания поскорее умереть.
Однако Гу Ешэн о чём-то размышлял и сейчас не обратил на это особого внимания. Столкнувшись взглядом с большими круглыми глазами вновельца, он слегка нахмурил брови.
Спустя мгновение он вполне искренне поинтересовался: — Ты меня не боишься?
Даже его голос звучал мягко и округло, будто цепляя за душу — чарующе и неповторимо.
Е Цзяму растерянно моргнул: — А я должен тебя бояться?
Гу Ешэн задумался и понимающе улыбнулся: — Пожалуй, верно.
Сюй И от такого диалога невольно выпрямился, его брови сошлись от крайнего недоумения — он явно совершенно не ожидал такого развития событий, в котором они заговорили о каких-то глупостях без всякой видимой причины.
Он прекрасно знал, какова аномальная способность Гу Ешэна. И раз уж они заранее договорились прийти и немного поразвлечься с новичком, то ладно ещё, что тот до сих пор не тронул младшекурсника, но что это вообще за сказочный сценарий?
Видя, что те по-прежнему продолжают смотреть друг на друга, он не выдержал и напомнил сбоку: — Осталась всего минута.Услышав, что время почти вышло, Е Цзяму, как человек, бросивший вызов, естественно, пришел в восторг и не удержался от размышлений о том, как лучше потратить заработанные девятьсот звездных монет. Однако, с другой стороны, прошлый опыт научил его, что чем ближе конец испытания, тем осторожнее нужно быть, поэтому его и без того напряженные нервы натянулись еще сильнее.
Именно в этот момент человек перед ним внезапно протянул руку и мягко приподнял его за подбородок.
По идее, Е Цзяму следовало бы уклониться, но в выражении лица собеседника, помимо любопытства, не читалось никакой враждебности, и он в недоумении позволил тому продолжить.
Эта рука была изящной и бледной, а от кончиков пальцев исходила странная прохлада. Скользя по щеке, они ощущались словно лишенная тепла змея, медленно ползущая по лицу.
Принимая подобные попытки прощупать почву, Е Цзяму, по-видимому, всё понял. Взглянув на задумчивое выражение лица того, кто стоял перед ним, он невинно моргнул.
Очевидно, этот красивый альфа перед ним обладал аномальной способностью ментального типа, неудивительно, что в правилах было специально оговорено отсутствие драк. Люди, способные пробудить такие способности, встречаются крайне редко, но их эффективность в реальном бою невероятно высока, и у обычных студентов практически нет способов противостоять им. Жаль только, что конкретно на него такая способность не оказывала ровным счетом никакого эффекта.
Двое стояли, не обращая ни на кого внимания, а вокруг воцарилась гробовая тишина.
Кто бы мог подумать, что Гу Ешэн, который всегда терпеть не мог, когда к нему кто-то приближается, на самом деле возьмет и… коснется его прямо на глазах у всех?!
Чжоу Вэй тоже опешил, глядя на происходящее. Случайно бросив взгляд на цифры таймера, он спохватился: — Время вышло.
Услышав его слова, Гу Ешэн невозмутимо убрал руку, а на его лице внезапно появилась довольно игривая улыбка: — Поздравляю, младшекурсник, у тебя получилось.
Эта его улыбка заставила всех присутствующих почувствовать, как по спине пробежал холодок.
Чжоу Вэй подошел, выудил из кармана горсть монет и вложил их в руку Е Цзяму: — Это награда, держи.
— Спасибо, старшекурсник, — ответил Е Цзяму и, пересчитав монеты одну за другой, в конце одобрительно кивнул: — Сумма верна.
Чжоу Вэй: «...» Это всего лишь девятьсот звездных монет, неужели они выглядят как люди, которые будут уклоняться от уплаты таких грошей?
Е Цзяму вежливо попрощался с ними, даже не спросив их имен, и радостно удалился.
Ему еще нужно было идти встречать своего Цыцы.
Чжоу Вэй проводил взглядом спину уходящего, исчезнувшую в дверях, и повернул голову. Он увидел, что Гу Ешэн, повернувшись боком, откинулся на спинку стула, наполовину спрятав лицо в длинных пальцах, и с неясным выражением о чем-то размышлял.
Почти все студенты в академии боялись Гу Ешэна, и Чжоу Вэй был одним из немногих, кто мог нормально с ним общаться.
В то время как остальные затаили дыхание, не смея пошевелиться, он, ничуть не смущаясь, подошел к нему и спросил шепотом, так, чтобы слышали только они двое: — Что с тобой происходит? Неужели ты положил глаз на этого омегу?
Гу Ешэн бросил на него взгляд сквозь щель между пальцами, и уголки его губ изогнулись в загадочной усмешке: — Ты так думаешь?
Чжоу Вэй, который изначально лишь бросил колкость невзначай, замер от такого ответа: — Ты серьезно?
Гу Ешэн, казалось, был погружен в свои мысли и некоторое время молчал. Лишь спустя долгое время он опустил руку, прикрывавшую лицо, и, опустив взгляд, посмотрел на свои кончики пальцев, на которых, казалось, все еще сохранялись ощущения от недавнего прикосновения.
Внезапно он издал негромкий смешок с неопределенной интонацией: — Этот омега-младшекурсник и правда весьма интересен...
Кафе «Блюз» в западном кампусе было излюбленным местом отдыха студентов Чунсина.
Гу Сюэчэн небрежно потушил окурок и медленно выдохнул облако сизого дыма. Такое поведение повесы создавало резкий контраст с его образом прилежного студента. Его голос, полный равнодушия, был пропитан презрением: — Гу Ешэн снова решил припугнуть первокурсников? В его духе — полагаться на статус основной ветви семьи, чтобы вершить бесчинства в школе.
Говоря это, он усмехнулся: — Впрочем, чего еще ждать от человека без роду и племени. Посмотрим, как долго он еще сможет так кичиться.
Даже среди множества семей Иноразмерных мастеров семья Гу занимала видное положение. В таких древних кланах, охватывающих множество сфер, междоусобная борьба всегда была неизбежной частью жизни. Если уж на то пошло, Гу Сюэчэн и Гу Ешэн приходились друг другу двоюродными братьями, однако Гу Сюэчэн, будучи представителем боковой ветви, обладал огромными амбициями и никогда не скрывал их, даже перед лицом будущего главы основной ветви семьи — Гу Ешэна. То, что они были в ссоре, давно перестало быть секретом в Чунсине.
Студент, принесший донесение, стоял перед ним с прямой спиной, но под гнетом этих холодных слов его тело невольно вздрогнуло.
— Подумать только, каждый год разыгрывать один и тот же спектакль, неужели ему не надоело? — Гу Сюэчэн холодно рассмеялся и, заметив, что собеседник не собирается уходить, слегка прищурился: — Что, есть еще новости?
Студент помедлил, а затем произнес: — Сегодня... кое-кто вышел из того склада совершенно невредимым.
Гу Сюэчэн, поднесший чашку кофе ко рту, замер: — Кто именно?
Под его пристальным взглядом голос студента стал тише: — Это омега-первокурсник, остальное... пока не совсем ясно.
Гу Сюэчэн задумчиво потер кончиками пальцев ручку чашки: — Выясни.
http://bllate.org/book/40030/5076654
Готово:
