Готовый переклад Failed Reformation / Неудачная попытка стать паинькой: Розділ 16

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

— Хочу.

Суй Фэнсинь резко взбежал по ступенькам, короткими быстрыми шагами подбежал к невозмутимому Ян Гэ и крепко обнял его за упругую талию. Он был ниже Ян Гэ на голову. Охпив руками его крепкий торс, Суй Фэнсинь выронил из кармана школьных брюк спрей, который со стуком покатился по полу, описывая идеальный полукруг, и с грохотом сорвался со второго этажа прямиком на первый.

Глухой удар эхом разнесся по холлу. Как раз в этот момент дворецкий проводил внутрь Сюй Цин, и они оба стали невольными свидетелями этой сцены. Дворецкий, широко улыбаясь, поднял с пола спрей и, жизнерадостно помахав им, произнес: — Уронили! — а затем обратился к Сюй Цин: — Сяо Синь и молодой господин очень привязаны друг к другу.

Сюй Цин ничего не ответила на слова дворецкого. Запрокинув голову, она увидела, что Ян Гэ положил правую руку на плечо и спину Суй Фэнсиня, а сам повернул голову и смотрит на нее с задумчивым видом.

И снова этот оценивающий, почти леденящий кровь взгляд.

Встретившись с ним глазами, Сюй Цин высоко взметнула брови в модной манере, но даже не улыбнулась. Пошарив рукой в заднем кармане джинсов и не обнаружив там желанной коробочки, она опустила руку. Ей снова почти захотелось рассмеяться. Особенно глядя на то, как Суй Фэнсинь ни о чем не подозревает, боготворит этого парня и липнет к нему так отчаянно, что его и калачом не выманишь домой.

Услышав слова дедушки, Суй Фэнсинь тут же отпустил Ян Гэ. С покрасневшей шеей он вежливо бросил Ян Гэ: — До завтра, брат, — сбежал по лестнице, попрощался с дедушкой-дворецким и последовал за Сюй Цин. Дядя Ян проводил их до самой двери и, по-отечески положив руку на плечо Суй Фэнсиня, ласково спросил: — Сяo Синь, ты завтра придешь?

Суй Фэнсинь с абсолютной уверенностью кивнул: — Приду.

— Они так привязаны друг к другу, я даже не ожидал. Ян Гэ редко к кому привязывается, я вообще почти не видел у него друзей, — подчеркнул Янь Фэнлинь, обращаясь к Сюй Цин. Незадолго до этого дворецкий повторял то же самое. Сюй Цин мягко улыбнулась и отвела взгляд; на этот раз она, вопреки обыкновению, промолчала. Суй Фэнсинь переводил взгляд то на Сюй Цин, то на Янь Фэнлиня, и в его сердце зародилось редкое, но сильное желание.

Вот бы дядя Ян женился на Сюй Цин! Тогда Ян Гэ действительно стал бы его настоящим братом.

Ставлю в плейлист Песню идущего за чужим добром.

Прошу прощения... Навалилось столько работы, я постараюсь увеличить частоту обновлений, но тут уж ничего не попишешь.

Суй Фэнсинь с уверенными результатами — четвертого с конца в младшей школе — был зачислен без экзаменов в средние классы. В день объявления результатов дядя Ян вручил ему красный конверт на шестьдесят шесть тысяч юаней. Хотя в итоге все эти деньги все равно перекочевали в карман Сюй Цин, сумма подарка оказалась в десять раз больше, чем у третьего папы, но дядя Ян так и не стал его четвертым папой.

Суй Фэнсинь ломал над этим голову, но так ничего и не понял.

Он вовсе не считал дядю Яна в чем-то хуже остальных. Если говорить чисто о лице, то дядя Ян уж точно не уступал старшему папе.

Этим летом, перед поступлением в среднюю школу, Сюй Цин часто пропадала на работе ночами и не успевала забирать его, однако по-прежнему требовала, чтобы он ночевал дома и не докучал семье Ян. С детства Суй Фэнсинь привык к ее строгому контролю, но на этот раз взбунтовался сильнее прежнего: ничего не сказав Сюй Цин, он остался ночевать у Ян Гэ. Самое смешное, что, хотя он ночами не появлялся дома, Сюй Цин этого даже не заметила. Не считая первых пары дней каникул, он вообще ее больше не видел. И не только Сюй Цин: хотя их виллы стояли совсем рядом, за все время своего отсутствия он даже сестрицу Цуйцуй не встретил ни разу.

Примерно в середине августа, в один из вечеров, дядя Ян ужинал вместе с ними.

Под светом люстры четверо сидели попарно друг напротив друга. На столе стояло восемь блюд, причем все кушанья с добавлением мелко нарезанного перца чили стояли между ним и Янь Фэнлинем. Перед Суй Фэнсинем также красовался стакан с матча-шоколадным парфе, который приготовил для него дедушка.

Дядя Ян ел острое так, что лицо его раскраснелось. На его полосатой рубашке красовалось несколько незаметных брызг красного масла, пока он, уткнувшись в телефон, отвечал на сообщения. Ян Гэ сидел по правую руку от Суй Фэнсиня, и они с дедушкой-дворецким ели очень легкую пищу.

Юй И в очках для чтения поел лишь до полусытости и отложил палочки, но продолжал без устали накладывать еду в тарелки Суй Фэнсиня и Янь Фэнлиня. Янь Фэнлинь одной рукой печатал в телефоне: — Клади только Сяо Синю, я сам справлюсь. Юй И подтянул указательным пальцем очки на переносице, вздохнул и с воодушевлением продолжил накладывать угощения в пустую пиалу Суй Фэнсиня: — Сяо Синь, давай дедушка еще тебе положит. Суй Фэнсинь в последнее время сильно вытянулся, и кормить его доставляло Юй И особое удовольствие. Если преувеличить, казалось, что чем больше он ест, тем быстрее растет — даже быстрее, чем созревал урожай на полях в их родной деревне.

— Спасибо, дедушка. — Воспользовавшись перерывом, когда не нужно было усердно работать палочками, Суй Фэнсинь выждал подходящий момент, поднял голову и долго смотрел на Янь Фэнлиня.

Строго говоря, Янь Фэнлинь и Ян Гэ были похожи разве что общими чертами лица.

У дяди Яна складка на веке была двойной лишь наполовину, а у Ян Гэ веко было одинарным, хотя временами казалось двойным. Дядя Ян иногда улыбался, но чаще всего уголки его губ по привычке были опущены вниз; когда же он улыбался, на щеках появлялись едва заметные ямочки, а искорки улыбки в уголках глаз мгновенно исчезали, стоило ему заговорить. И хотя порой он выглядел несколько странно, в большинстве случаев от него веяло теплом.

Ян Гэ же, будь то в школе или дома, почти всегда носил плотно застегнутые рубашки с длинным рукавом холодных оттенков, тугие и плотные. Дядя Ян, напротив, неожиданно пренебрегал внешним видом и одевался предельно просто: чаще всего на нем можно было увидеть поло и футболки преимущественно теплых тонов.

Сходство между отцом и сыном ограничивалось разве что линией скул и костной структурой, однако у дяди Яна черты казались чуть более мягкими и округлыми, тогда как Ян Гэ выглядел едва ли не воплощением холодного безразличия.

Пока Юй И накладывал ему рис, Суй Фэнсинь продолжал пялиться на Янь Фэнлиня — настолько откровенно, что Янь Фэнлинь не удержался и поддразнил его: — Ну как? Как тебе твой дядя? Красивее тебя?

— Конечно красивее меня, — тут же отпарировал Суй Фэнсинь. Впрочем, спроси его то же самое старший, второй или третий папа, ответ был бы точно таким же.

Зажатые палочками Ян Гэ полупрозрачные кусочки рыбных щечек соскользнули обратно в соусник, и капли соевого соуса брызнули с края блюдечка прямо на манжету рубашки, оставив темное масляное пятно.

Суй Фэнсинь позабыл, что хотел сказать, и переключил всё внимание на испачканный левый рукав рубашки Ян Гэ. Ухватившись за испачканную ткань как раз там, где она соприкасалась с кожей руки Ян Гэ, он услужливо предупредил: — Ян Гэ, ты испачкался.

— Потом выбросишь. — Ян Гэ не стал отмахиваться и позволил Суй Фэнсиню держать его за грязную манжету, совсем не напоминая человека, страдающего манией чистоты. Янь Фэнлинь на мгновение растерянно замер, чувствуя себя здесь чужаком. Попытавшись сгладить неловкость, он уже протянул палочки к жареным свиным почкам, как Ян Гэ внезапно вытянул со стола салфетку, протянул ее отцу и произнес: — Еда сегодня слишком жирная. В результатах медосмотра написано, что у тебя повышен холестерин.

Цзянская кухня, приготовленная Юй И сегодня, пришлась Янь Фэнлиню по вкусу, но после слов сына он послушно положил палочки обратно на пиалу, взял салфетку, чтобы вытереть рот, и скосил глаза на Ян Гэ: — Это Сяо Вэй прислал тебе мои результаты?

— Я сам попросил. — Выражение лица Ян Гэ почти не изменилось. Янь Фэнлинь шевельнул губами, комкая салфетку в комок, и с открытой улыбкой посмотрел на Юй И: — Я спокоен, раз Ян Гэ такой заботливый сын. Не зря он мой преемник.

Он улыбнулся, Юй И тоже улыбнулся в ответ, и только Ян Гэ остался серьезным. Продолжая разговор, он добавил: — Я попросил их, потому что дядя справлялся о твоем здоровье — я уж испугался, что с тобой что-то случилось. Кстати, дядя еще спрашивал, почему ты не берешь трубку?

Суй Фэнсинь тем временем продолжал аккуратно придерживать манжету Ян Гэ и, видя, что тот не улыбается, тоже сохранял серьезность.

Тот ужин завершился в молчании. Суй Фэнсинь смутно помнил, что дядя Ян так и не ответил на вопрос Ян Гэ и в тот вечер не остался ночевать — поел и сразу уехал.

Однако мальчик сделал для себя вывод: дядя Ян определенно не стал его четвертым папой вовсе не из-за проблем с внешностью.

Сам же он проблем не испытывал. После того как Сюй Цин занялась бизнесом, времени на свидания у нее стало заметно меньше, и в ответ на это каждый день у их входной двери вырастали горы цветочных букетов самых разных брендов — прямо как оцинкованные мусорные баки у офисных зданий в День святого Валентина. Суй Фэнсиня помогал дяде Яну — он просто выбрасывал их все.

Всю первую половину лета жизнь Суй Фэнсиня протекала по прямой между комнатой Ян Гэ и столовой.

Дедушка-дворецкий несколько раз звал его готовить сладости вместе и даже купил ему игрушечный автомат самой новой модели. Суй Фэнсиню было неудобно отказываться, и дедушка отвел его в недавно обновленный «арсенал». Стоя на пороге кладовой и глядя на комнату, забитую детскими игрушками, Суй Фэнсинь почувствовал, как у него мурашки бегут по коже, а подошвы словно приклеились к полу — переступить порог он был просто не в силах.

— Заходи же, Сяо Синь. — Дедушка как раз наклонился, распаковывая коробку. Суй Фэнсинь замялся, собираясь с мыслями, издав невнятное «эм», а неловкость, словно тяжелая ветка, тянула его трепещущую душу на дно, но почва ускользала из-под ног, оставляя его в растерянности и молчании.

К счастью, проходивший мимо Ян Гэ заслужил право голоса.

Хотя было непонятно, почему Ян Гэ, сидевший только что в комнате за уроками с репетитором-иностранцем, вдруг решил сделать перерыв.

Ян Гэ бросил взгляд на Сяо Синя, чье лицо переливалось всеми оттенками неловкости, встретился взглядом с дворецким у дверей кладовой и сухо бросил: — Суй Фэнсинь вступил в переходный возраст, приготовься морально.

Дворецкий вдруг всё понял и выпрямился: — Вот оно что, оказывается, он просто подрос. — Улыбнувшись, он снова повернулся к Суй Фэнсиню: — Хочешь, дедушка купит тебе несколько красивых вещей? — Суй Фэнсинь легонько потянул Ян Гэ за рукав и молча умоляюще перевел взгляд на него: понятия не имея, что дедушка считает красивым, он чувствовал, что их вкусы явно не совпадают.

Ян Гэ еще пару секунд всматривался в лицо Суй Фэнсиня и без малейших колебаний произнес: — Он хочет такие же кроссовки, как у меня. Дворецкий нашел это забавным и улыбнулся: — Значит, кое-что всё-таки остается неизменным.

Суй Фэнсинь слегка прикусил пересохшие губы, а затем быстро провел по ним кончиком языка, оставляя влажный след.

Суй Фэнсинь очень любил кроссовки AJ, но поскольку карманных денег у него почти не было, а Сюй Цин не разрешала ему сорить деньгами, покупать новую обувь получалось лишь пару раз в год, да и то на вырост. При этом он выбирал преимущественно классические низкие модели на каждый день, вроде оливковых или бело-серых.

Обувь у Ян Гэ была самая простая: кеды, кроссовки и туфли — совершенно ничем не примечательная, безликая. На пяточных вставках не было даже тиснения, и какой это бренд, Суй Фэнсинь выяснить так и не смог. По правде говоря, раньше он не обращал на них особого внимания, но в последнее время они попадались на глаза всё чаще и чаще. Ян Гэ носил их так здорово, что и самому захотелось примерить.

Если бы не тот факт, что Ян Гэ был выше его сантиметров на восемь и носил обувь на размер больше, Суй Фэнсинь давно бы спросил, можно ли одолжить его кроссовки.

Кто бы мог подумать, что Ян Гэ и сам всё заметил.

— Скажи им, чтобы в следующий раз пришли снять мерки. — Подумав пару секунд, Ян Гэ поднял руку и, опустив ладони на макушку Суй Фэнсиня, пригладил торчащие вихры. — Видимо, придется вызывать их чаще, он в последнее время быстро растет. Суй Фэнсиню показалось, что это слишком хлопотно, да и насчет того, действительно ли ему так нужны точно такие же кроссовки, как у Ян Гэ, он уже сомневался — толком и сам не понимал.

— Когда я дорасту до твоего роста, я же смогу просто носить твои? — немного поразмыслив, прямо выпалил Суй Фэнсинь. Одеждой и кроватью Ян Гэ он и так пользовался как попало, так зачем разделять еще и обувь? Зачем тратить лишние деньги. Ян Гэ взъерошил ему волосы: — Делай что хочешь.

Однажды вечером, за четырнадцать дней до начала учебы, примерно в половине одиннадцатого, Суй Фэнсинь лежал на кровати и без наушников смотрел запись матча всех звезд НБА. Звук он включил тихий, так что мешать Ян Гэ, который рядом читал книгу, это не должно было.

http://bllate.org/book/39992/5071330

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Вы не можете прочитать
«Глава 17»

Приобретите главу за 5 RC

Вы не можете прочитать Failed Reformation / Неудачная попытка стать паинькой / Глава 17

Для покупки авторизуйтесь или зарегистрируйтесь

100 гл. на все книги · 350 RC Главы открывают любые книги этого автора. Не сгорают. Новая покупка прибавляет главы.
Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу