Возможно, это покрыло их отношения лёгким инеем, заставив умолкнуть при встрече.
На лужайке то тут, то там ходило множество людей — судя по всему, коллеги Солейса. Все они двигались решительной походкой, не обмениваясь друг с другом ни словом, и лишь тихий шорох шагов по траве оставался после них.
У Лю Цинси замёрзли руки, емуут хотелось взяться за руки, а потом ещё и обняться.
Раньше он бы просто попросил об этом прямо, но сейчас слова давались с трудом. Солейс теперь казался ему скорее знакомым из прошлого, с которым они случайно встретились, чем просто игровыми данными. Он испытал нечто вроде робости, какую чувствуют возвращающиеся домой странники.
— Пойдём. Нам туда, — Солейс указал на серебряную дверь, неожиданно высившуюся впереди.
Это была та самая серебряная дверь, через которую Солейс когда-то приводил его в палаточный лагерь: без створок, но с размытым пейзажем внутри, будто затянутым прозрачной плёнкой. Неизвестно, для чего предназначалась эта зона.
Подумав немного, Лю Цинси всё же ткнул Солейса указательным пальцем в бок и тихонько произнёс:
— Я пришёл. Теперь можешь мне рассказать?
Солейс тоже посмотрел на него, его тонкие губы слегка приоткрылись, но прежде чем он успел произнести хоть звука, их прервал всхлипывающий плач какого-то мальчика лет пяти-шести.
Оба обернулись на звук.
Неподалеку маленький мальчик, казалось, был с силой отброшен той самой серебряной дверью. Утирая слёзы тыльной стороной ладони, он поднимался с земли и с благоговейным страхом снова и снова отвешивал поклоны воротам, умоляя:
— Пожалуйста, умоляю.
Как раз в этот момент из двери вышел Спайн. Услышав мальчика, молившего о помощи, он бросил на него взгляд и, привычным жестом не сбавляя шага, бросил:
— Прости, у меня смена закончилась. Я принципиально не перерабатываю.
Покрасневший мальчик растерянно огляделся вокруг, а затем, бережно сжав что-то в кулачке, побежал к Молдеру, стоявшему впереди них.
Молдер даже не удостоил его взглядом:
— Проваливай.
Мальчик обратился еще к нескольким людям, но везде натолкнулся на глухую стену. Солейс беспомощно вздохнул и поманил его рукой:
— Что случилось? Малыш, иди сюда.
Мальчик обернулся и побежал к ним так, будто они были его спасительным соломинкой. Лю Цинси тоже присел на корточки и услышал, как ребёнок сквозь детские слёзы бормочет:
— Папа заб... заболел, ему очень плохо, у меня больше не будет папы, я не хочу, чтобы у меня не было папы. Говорят, лекарь может его спасти, я хочу увидеть лекаря, я хочу увидеть лекаря...
Опять этот лекарь.
Мальчик говорил урывками, слова путались во рту, и он никак не мог перейти к сути, но Солейс всё равно терпеливо дослушал до конца, время от времени ободряюще кивая, а под конец погладил его по голове и сказал:
— Не плачь. Оставь свой адрес, если представится возможность, я передам всё лекарю. Но сейчас уже слишком поздно, иди домой, хорошо?
Мальчик никак не ожидал, что тот согласится. Широко распахнув покрасневшие от слёз глаза от удивления, он изо всех сил потёр лицо, взял из рук Солейса предложенную ручку и аккуратно, чётко вывел очень точный номер адреса:
— С-спасибо, братец. Спаси папу.
— Мм, пока, — произнёс Солейс. — Будь осторожен по дороге домой.
Перед тем как уйти, мальчик уттер руки о свою одежду и вытащил из кармана все свои немногие конфеты, протянув их целиком Лю Цинси, который стоял ближе.
Лю Цинси проводил взглядом одинокую маленькую фигурку, скрывшуюся вдали, и, опустя глаза на пять разноцветных леденцов в ладони, спросил Солейса:
— Мы сейчас вернемся искать лекаря?
— Нет. Это просто способ оставить малышу надежду, крошечный огонёк веры, — ответил Солейс. — Лекаря он всё равно не увидит.
У Лю Цинси упало сердце:
— Почему... не увидит?
Не знал он, мерещилось ли ему, но в некоторые мгновения ему казалось, что за мягким складом характера Солейса скрывается нотка непреклонной, бесчувственной жестокости.
Солейс протянул руку и помог ему подняться:
— Потому что мы — убийцы. У лекаря свои дела, мы не можем брать заказы за него.
Лю Цинси:
— ...Убийцы?
— Угу, — подтвердил Солейс. — Разве ты не хотел узнать, чем я занимаюсь? Я убийца из организации, специализируюсь на заказных убийствах. Сегодня вечером мы работаем вместе.
Лю Цинси остолбенел и переспросил:
— Мы... убийцы?
Оставим пока вопрос о том, почему лекарь и убийца состоят в одной организации. Если Солейс и впрямь убийца, то, кажется, многое встаёт на свои места.
Например, что истинная природа Солейса вовсе не жестока и не кровожадна, а его решительность и готовность пожертвовать близкими ради высшего блага — не более чем профессиональные навыки, в то время как сам по себе он человек мягкий. Иными словами, система вовсе не ошиблась, подобрав ему такого бойфренда.
И всё же спина мальчика казалась такой крошечной, конфетки — такими маленькими, и бегать повсюду, выпрашивая помощи у всех подряд, было так жалко. Лю Цинси внезапно захотелось подать заявку на роль того самого легендарного лекаря, а не тащиться за Солейсом в убийцы.
Эх.
Лю Цинси попытался положить конфетки в рюкзак, но, сняв его с плеч, только тогда почувствовал, как сильно ныли мышцы. И кто знает, что именно система напихала ему в сумку.
Уложив леденцы в боковой карман, он протянул рюкзак Солейсу:
— Тяжело. Понеси за меня.
Солейс закинул сумку на одно плечо, и из-за разницы в росте рюкзак не только казался на размер меньше, но и словно совсем потерял в весе.
Они направились к серебряной дверной раме, и когда Лю Цинси перешагнул через парящий в воздухе порог, поясная бирка в его кармане легко вибрировала, и в тот же миг он наконец разглядел то, что скрывалось внутри.
Здесь не существовало понятия времени, небо всегда оставалось белым. Прямо перед входом рядами стояли излучающие голубое свечение аппараты, похожие на врата времени и пространства из фантастических фильмов — поистине удивительное зрелище. В свой первый игровой заход он стоял к ним спиной и ничего не увидел.
Солейс подошел к одному из приборов и улыбнулся:
— Помоги мне случайным образом получить задание.
Следуя его указаниям, Лю Цинси приложил ладонь к пустому месту в самом центре экрана. По нему побежали рябью слои синих волн, являя взору крупные иероглифы:
[Идет подбор пары...]
[Пара успешно найдена.]
[Система: Поздравляем Игрока с открытием подземелья — автобус маршрута № 188 с пересадкой на ветку метро № 21.]
[Система: После прохождения подземелья вы получите соответствующий опыт. По предварительным расчетам, вы подниметесь до второго уровня и откроете функцию системного магазина.]
Судя по всему, это подземелье изначально было одной из мини-игр компании Сэньцзэ, просто в Приложении «Кастомный бойфренд» его можно было проходить как инстанс.
С учетом задания Солейса в сухом остатке получалось, что им предстояло прикинуться игроками, затаиться внутри мини-игры и устранить некоего NPC.
В названии подземелья значились два загадочных числа, но Лю Цинси не придарил им особого значения. Он впервые проходил подземелье и чувствовал некоторое разочарование от столь банальной повседневной обстановки, ведь ему хотелось увидеть что-нибудь поинтереснее.
После генерации задания Солейс изучил подробную информацию о миссии и, слегка удивленно приподняв брови, перевел взгляд на Лю Цинси.
Лю Цинси в недоумении посмотрел в ответ, моргнул и посоветовал:
— Зачем быть убийцей? По-моему, в индустрии полноформатной голографии тебе было бы намного лучше.
Солейс ответил:
— Потому что я...
[Пожалуйста, выберите вход.]
Звуковое сопровождение прибора прервало их разговор, и перед ними внезапно возникли три сияющие голубым светом двери —
Дверь А, дверь В и... дверь О?
Лю Цинси: ?
Он растерянно моргнул. Он знал только А, В и С, но... что такое ABO? Опять что-то перепутали?
Не став долго раздумывать и подчиняясь настойчивому сигналу прибора, он наугад выбрал самую странную и нетипичную дверь, после чего втащил Солейса в дверь О.
— ...Потому что в моей семье все поколения были убийцами, — договорил начатую фразу Солейс, когда они уже переступили порог.
И пока Солейс произносил эти слова, запоздавшая системная справка по ABO синхронно хлынула в сознание Лю Цинси, отчего у того мгновенно потемнело в глазах.
Пропал дом. Он превратил наследника потомственных убийц в N-м поколении, обладателя моделирования безупречного альфа-самца, безжалостно резавшего братьев по крови, в мягкого и нежного Омегу.
Окружение вновь затянуло черной пеплом тумана, Лю Цинси потеребил пальцы и сделал вид, что случайно отводит глаза в сторону:
— Сколько еще ждать?
Солейс ответил:
— Идет передача данных, еще две-три минуты.
Раньше, при каждом входе в игру и телепортации между пространствами, Лю Цинси всегда оставался один на один с темнотой, окруженный лишь потоками данных, и, словно страдающий аутизмом, в одиночку беседовал с системой.
Впервые рядом стоял кто-то, кто нёс за него рюкзак, кто собирался провести с ним всю ночь напролёт, и на душе у него почему-то стало удивительно спокойно.
Лю Цинси скользнул взглядом по Солейсу и тут же поспешно отвел глаза:
— Кто наша сегодняшняя цель?
Солейс провел подушечками пальцев по лямке рюкзака:
— Четкого портрета цели нет, известен лишь один признак — самый странный человек.
Лю Цинси:
— И что мне делать после того, как мы его найдем?
Солейс:
— Тебе ничего делать не нужно, я сам.
Осколки пространства один за другим складывались в единую картину, и интерьер вагона метро собрался воедино больше чем наполовину.
Наверное, он возлагал слишком много надежд на эту ночь, и теперь в душе Лю Цинси нарастало разочарование. Было бы куда лучше, окажись окружение более фантастическим.
В следующую секунду его ноги коснулись пола, тело резко дернуло назад невидимой силой, он оступился на полшага и едва не рухнул на землю, но чья-то сильная рука вовремя подхватила его за тонкую и узкую талию.
[Система: Игра началась. Данная игра является одиночной, то есть за исключением самого Игрока, все остальные являются NPC под управлением искусственного интеллекта.]
Прорисовка локации завершилась, двери поезда метро со щелчком захлопнулись, состав стремительно набрал скорость, и пассажиров внутри качнуло из стороны в сторону.
В лицо пахнуло жаром, а в нос ударил солоновато-сладкий запах.
Ускорение этого поезда намного превосходило реальный мир, но, к счастью, Солейс крепко ухватился за поручень и за счет невероятной силы мышц живота и поясницы уверенно сохранял равновесие, умудряясь при этом удерживать еще одного человека.
Из-за инерции Лю Цинси лишился всякой опоры и мог держаться на ногах лишь благодаря поддержке Солейса.
Поблизости не было поручней, и такая близкая, но не тесная дистанция создавала для Солейса сложную задачу по удержанию равновесия. Словно скалолаз, Лю Цинси изо всех сил подался вперед на полшага, резко сократив расстояние между ними. Не зная, за что схватиться, он пару раз взмахнул руками в воздухе и в конце концов вцепился в развевающуюся лямку рюкзака.
Они прижались друг к другу настолько близко, что Лю Цинси даже не смел поднять голову, опасаясь удариться лбом о подбородок Солейса. Уставившись на ткань на груди Солейса, он выдавил:
— Эм... опираясь на тебя.
— У тебя уши покраснели, — Солейс опустил голову, его дыхание почти касалось уха Лю Цинси. — Почему ты смущаешься? Ты же совсем недавно прямо говорил, что хочешь со мной переспать.
Шея Лю Цинси под шарфом буквально пылала:
— Это другое...
Теперь он решил играть в эту игру чуточку серьезнее.
http://bllate.org/book/39968/5067100
Готово: