Дэн Цзя остановил движение руки, с которой лил воду, и с беспомощным видом произнес:
— Этот вопрос ты задавал уже раз сто, разве я тебе всё не объяснил?
— Н-но... в мире так много другой работы, почему ты обязательно должен...
— Потому что здесь быстрее платят, — ответил Дэн Цзя. — Понимаешь ты это или нет, но маме нужно лечь в больницу, а тебе — учиться. Я не брошу эту работу, если только не найду место с большей зарплатой. — Он сделал глоток воды. — Ладно, иди спать. Я тоже помоюсь и лягу.
Ван Сяочэнь посмотрел на него пару секунд, затем развернулся и большими шагами направился в ванную. Вскоре Дэн Цзя услышал звук смываемого бачка. Ван Сяочэнь вышел из туалета и с громким стуком захлопнул дверь спальни.
Дэн Цзя облокотился на стол, допил воду, а затем, взяв смену чистой одежды, отправился мыться.
Когда он проснулся, было уже часа три-четыре пополудни. Дэн Цзя потер немного затекшую шею. Ван Сяочэнь давно ушел в школу: у учеников девятого класса вечерняя самоподготовка длится до восьми вечера, так что их графики с сестрой как раз удачно расходились.
Дэн Цзя наскоро перекусил тем, что нашлось под рукой, после чего снова натянул тот самый пуховик и вышел на улицу.
Недавно он целиком выкупил в рассрочку маленький электроскутер. Раньше Дэн Цзя был студентом и не имел постоянных источников дохода, но, устроившись на работу, потратил часть сбережений на эту покупку.
Расцветка у скутера была свежей и приятной, резко контрастирующей с окружающими старыми домами. Дэн Цзя даже почувствовал, как на душе стало легче. Надев шлем, он запрыгнул в седло и тронулся в путь.
Третья городская больница находилась ближе всего к их дому, Дэн Цзя доехал до нее всего минут за десять.
Припарковав транспорт, он в два счета взбежал по ступенькам. Больничная палата матери располагалась на третьем этаже, и сегодня предстояла последняя на этой неделе процедура диализа.
Войдя в палату, Дэн Цзя услышал шум и галдеж. Мать, Дэн Чжилань, лежала на самой дальней койке и, заметив его, расплылась в улыбке.
— Цзя-цзя, — тихо позвала она.
Дэн Цзя отозвался и присел рядом. Дэн Чжилань выглядела совершенно обессиленной — она только что перенесла диализ.
В молодости Дэн Чжилань была признанной красавицей, и Дэн Цзя с Ван Сяочэнь унаследовали именно ее черты лица. И хотя говорят, что годы не властны над красотой, болезнь способна сломить любого, кем бы ты ни был.
В прошлом году у нее обнаружили уремию. Дэн Цзя бросился занимать деньги у родственников, но помочь могли только те, что по линии покойной бабушки. Его тетки и дяди жили небогато, так что собрать удалось самую малость. Достигнув совершеннолетия, Дэн Цзя бросил школу и отправился на собеседование в Юньци, где успешно устроился официантом.
Будучи единственным мужчиной в семье, он естественным образом взвалил на свои плечи тяжесть ее содержания.
Дэн Чжилань догадалась, о чем он думает, и покачала головой:
— Мне не больно. — Сменив тему, она спросила: — А ты как? Устаешь на работе? Сильно ли нагружают учебой Сяочэнь?
— Не устаю, там всего-то работа — чай подавать да воду разливать. А Сяочэнь учится отлично, девочка стабильна в успехах, вы же сами знаете.
Он так и не сказал Дэн Чжилань, что работает в клубе, отделавшись общими словами о должности простого официанта.
Поболтав с матерью еще немного, Дэн Цзя ушел. Выйдя из палаты, он достал телефон и проверил баланс банковской карты — там осталось чуть больше пятидесяти тысяч.
Хотя зарплата Дэн Цзя приближалась к десяти тысячам в месяц, больница и процедуры диализа съедали львиную ее долю. Добавим к этому покупку учебных пособий для младшей сестры и повседневные расходы — в сухом остатке почти ничего не оставалось.
Господин Ян выкупил его время и иногда давал небольшие чаевые, но это капля в море.
Словно потеряв душу, Дэн Цзя вышел из больницы и поехал домой на скутере.
Зимнее солнце казалось размытым и далеким, от него не исходило ослепительного сияния, и Дэн Цзя мог смотреть на него прямо, не жмурясь.
Как же было бы здорово найти высокооплачиваемую работу, где не важны ни уровень образования, ни специальные навыки.
Глава 3
Ян Нинсюань приходил стабильно пять раз в неделю, и сегодняшний визит был предпоследним, так что Дэн Цзя требовалось прийти в Юньци пораньше.
Он встретился с этим человеком всего через несколько дней после поступления на работу.
Ян Нинсюань отличался от тех, кого принято называть истинными покровителями. Хотя он и оплатил время Дэ Цзя, он никогда не прикасался к нему — каждый раз Дэн Цзя просто составлял ему компанию за выпивкой и беседой.
Ян Нинсюань сам объяснил причину: Дэн Цзя был лицом невероятно похож на его погибшего возлюбленного. Тронутый чужим горем и милосердием, Дэн Цзя выкладывался на службе изо всех сил.
Погода стояла ужасно холодная, и Дэн Цзя замотал шею шарфом. Юньци находился слишком далеко от дома: после того случая, когда на обратном с работы пути у его электроскутера прямо посреди дороги сели аккумуляторы, Дэн Цзя завязал с поездками на двух колесах и пересел на метро.
Ради экономии он проезжал на подземке лишь часть пути, а остаток преодолевал пешком.
Добравшись на место незадолго до шести, Дэн Цзя отметил приход, переоделся в служебной раздевалке в рабочую форму и слегка припудрил лицо. Природа щедро одарила его внешностью, так что для ежедневного макияжа хватало капли румян и блеска для губ.
Ровно в шесть он уже стоял у парадного входа, встречая гостей. Вскоре у крыльства остановился роскошный автомобиль неизвестной ему марки. Водитель выскочил из-за руля, обошел капот и распахнул дверцу.
Из машины выбрался мужчина в деловом костюме и пальто. Выпрямившись во весь рост, он неспешно двинулся вперед. Заметив его, Дэн Цзя стремглав бросился навстречу. Мужчина тоже остановился и улыбнулся.
— Господин Ян! — Дэн Цзя задрал голову.
Ян Нинсюань коснулся его волос, и Дэн Цзя покорно подался навстречу чужой ладони. Заметив, во что одет парень, Ян Нинсюань нахмурился и приобнял его за плечи:
— Пойдем внутрь.
Послушно семеня следом, Дэн Цзя поднялся с ним на второй этаж. У Ян Нинсюаня здесь имелся отдельный кабинет, предназначенный исключительно для него и Дэн Цзя; войти туда можно было, лишь когда система распознавала лица обоих.
В комнате уже вовсю работал кондиционер, было очень тепло, и напряжение в теле Дэн Цзя наконец спало. Он помог Ян Нинсюаню снять пальто и аккуратно повесил его на вешалку за дверью.
На журнальном столике уже красовались всевозможные напитки и алкоголь. Закончив с одеждой, Дэн Цзя замер у столика и спросил:
— Господин, что вы будете пить или, может быть, закажете что-нибудь поесть? — Он указал на лежавшее на столе меню.
Ничего не ответив, Ян Нинсюань потянул Дэн Цзя за руку, усаживая рядом с собой. На секунду сердце Дэн Цзя испуганно ёкнуло, но тут же отпустило, и он тихо прижался к мужчине.
Спустя мгновение Ян Нинсюань произнес:
— Я принес тебе подарок.
Дэн Цзя поднял голову:
— Какой подарок?
Выпрямившись, Ян Нинсюань взял с пола коробку и протянул Дэн Цзя. Тот принял ее и заглянул внутрь: там лежал тортик.
— Вишневый торт, — глухим голосом пояснил Ян Нинсюань.
Выглядела выпечка изысканно. Дэн Цзя во все глаза рассмотрел ее, а затем перевел взгляд на Ян Нинсюаня:
— Это мне?
— Угу, ты ведь любишь вишню.
Дэн Цзя не знал разницы между крупной черешней и обычной вишней, считая их просто синонимами. Открыв коробку, он извлек торт — сверху его украшали крупные ягоды. Дэн Цзя взял одну и надкусил сочную мякоть.
Кожица оказалась хрустящей, мякоть — нежной, а сок — невероятно сладким, совсем без кислинки, не то что та вишня, что он покупал на рынке.
— Вкусно? — спроил Ян Нинсюань.
— Очень! — Дэн Цзя тут же отправил в рот вторую ягоду. — Спасибо, господин.
— Как ты меня назвал? — мужчина слегка нахмурился.
Дэн Цзя торопливо отставил торт:
— Брат Ян.
Именно так возлюбленный Ян Нинсюаня обращался к нему, поэтому Дэн Цзя тоже послушно использовал это прозвище.
Вообще-то Ян Нинсюань относился к нему отлично. Он выкупил его время, избавив от необходимости отправляться на минус первый этаж, как тот мальчишка в прошлый раз, да и каждый визит сопровождался небольшими подарками или вкусняшками. Иногда он приносил то, что нравилось самому Дэн Цзя, но чаще — угощения, любимые его погибшим партнером.
В прошлый раз, например, достался манговый слоеный торт, а у Дэн Цзя на манго была аллергия, но он всё равно съел его до конца.
Ян Нинсюань оставался его клиентом, а клиент — это бог.
К счастью, та аллергическая реакция оказалась не слишком тяжелой: на лице и носу выступили лишь мелкие красные точки, которые Цзи Цюцзэ ловко замаскировал красивыми маленькими наклейками.
— Брат Ян, — подал голос Дэн Цзя. — Я тут освоил новый карточный фокус, хотите посмотреть?
— Не хочу, — отозвался Ян Нинсюань. — Лучше налью себе выпить.
Дэн Цзя послушно наполнил бокал и поднес к его губам, но Ян Нинсюань поднял взгляд:
— Разве я не говорил, что не нужно меня кормить с рук?
Дэн Цзя последние дни крутился как белка в колесе, да и после того случая, когда он подливал алкоголь господину Шэню, у него выработался мышечный рефлекс — рука сама потянулась.
Ян Нинсюань с самого начала предупредил, что в этом нет нужды: его возлюбленный никогда бы не стал унижаться ради угодничества.
— Непослушный мальчишка, — мягко пожурил он.
Дэн Цзя пришлось отвести бокал подальше. Он уже собирался извиниться, как Ян Нинсюань сам перехватил его и осушил залпом.
— По пустякам извиняться не нужно. Просто запомни на будущее.
Они провели время в кабинете за выпивкой и разговорами — пил по большей части Ян Нинсюань, а Дэн Цзя выполнял свою роль: примостившись в его объятиях, он говорил утешительные слова.
Трудно сказать, сколько прошло времени, но во рту у Дэн Цзя пересохло, а в голове шумело от алкоголя.
Наконец Ян Нинсюань поднялся — судя по всему, собираясь уходить. Дэн Цзя помог ему достать пальто, и Ян Нинсюань, тихо поблагодарив, облачился в него.
Миновав тусклый коридор, они спустились на первый этаж в сияющий золотом холл. Машина Ян Нинсюаня уже ждала у входа. Проводив его до дверей, Дэн Цзя остановился, но Ян Нинсюань, сделав несколько шагов вперед, вдруг вернулся и коротко обнял его.
Объятие продлилось всего пару секунд. Пощекотав Дэн Цзя за нос, Ян Нинсюань пообещал:
— Скоро снова приду.
Дэн Цзя озарил его сладкой улыбкой:
— Я буду ждать вас, брат Ян.
Он уже собирался повернуться и уйти, как чей-то голос окликнул его:
— Господин Ян?
Они с Ян Нинсюанем синхронно обернулись: со стороны лестницы поднималась темная фигура, постепенно приближаясь к зоне света.
Только теперь Дэн Цзя разглядел его лицо — это был тот самый заносчивый мужчина с тяжелым характером из прошлых раз.
Узнав его, Ян Нинсюань слегка кивнул:
— Цзюэфэй, давно не виделись.
— Здравствуй, господин Ян, — ответил Шэнь Цзюэфэй, однако глаза его то и дело косились в сторону Дэн Цзя.
Черты лица Шэнь Цзюэфэя казались холодными и резкими, а облик в целом излучал сильную агрессию. Дэн Цзя почувствовал беспричинный страх и чуть сильнее прижался к Ян Нинсюаню.
— Раньше ты вместе с Мин Шу звал меня братом, а теперь, когда мы почти родственники, к чему вдруг такая вежливость?
Шэнь Цзюэфэй лишь загадочно улыбнулся, не отвечая на вопрос, и перевел взгляд исключительно на Дэн Цзя:
— А это кто?
— Это Дэн Цзя, сотрудник нашего заведения.
— Вот как. Господин Дэн хоть и молод, но внешностью обладает поистине выдающейся. У господина Яна отличный вкус.
Дэн Цзя почтительно склонил голову:
— Вы мне льстите, господин.
http://bllate.org/book/39964/5066612
Готово: