Всё то же лицо, любимое фальшиво улыбаться, во взгляде на каждого — ни капли искренности, но тон при этом куда вежливее, чем у кого бы то ни было.
Гэ Жун изобразил крайнее изумление: — Ой, неужто это мой брачный партнёр соизволил лично выйти к лестнице и встретить меня?
Юй Минчжоу очень хотелось содрать с этого человека фальшивую шкуру и посмотреть, какое выражение лица скрывается под ней.
Он легко усмехнулся: — Куда уж мне до искренности господина Гэ, который решил въехать лично с чемоданом — это поистине озаряет мой скромный дом сиянием.
— Что за разговоры про твоё моё? — Гэ Жун опустил чемодан и широко взмахнул рукой: — Отныне мы одна семья. Твоё — это моё, и думаю, этот особняк тоже должен стать нашим общим имуществом, верно?
Юй Минчжоу приподнял бровь: — И правда, у господина Гэ неплохой вкус.
Гэ Жун поднял большой палец в знак одобрения: — Вкус генерального директора Юя тоже неплох, раз он сумел выбрать среди стольких кандидатов одарённого, умного и прилежного меня. Выбор поистине важнее усилий.
Юй Минчжоу выдавил из себя улыбку: — У господина Гэ память дырявая от множества забот, это вы сами не тот документ подписали.
Выражение лица Гэ Жун стало ещё более многозначительным: — Выбор свыше — превыше всего. Оказывается, наша с генеральным директором Юем судьба была предопределена свыше.
Сказав это, он даже сам едва не сдержал подступивший позыв к тошноте.
Но, руководствуясь принципом довести Юй Минчжоу до полного белого каления и вынудить его расторгнуть помолвку, он пошёл ва-банк!
Юй Минчжоу с улыбкой, в которой не было и намёка на веселье, смотрел на Гэ Жун. Непонятно было, что творится у него на душе, он просто неотрывно буравил Гэ Жун взглядом.
Время в этот миг будто нажало кнопку замедленной съемки, и ровно тогда, когда Гэ Жун уже почти перестал справляться с фальшивой улыбкой на лице, Юй Минчжоу легкомысленно бросил: — Господин Гэ абсолютно прав, это и впрямь воля небес. Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату.
Гэ Жун подхватил чемодан и с улыбкой последовал за ним.
Их силуэты, двигаясь друг за другом, скрылись в коридоре, и дворецкий, напряжённый с самого появления Гэ Жун, наконец смог перевести дыхание.
Он с сомнением посмотрел вслед спине молодого господина, смутно догадываясь — неужели игра в подыгрывание, затеянная молодым господином, преследует цель заставить юного господина семьи Гэ отступить перед трудностями?
Вспомнив недавний запах пороха, он невольно утёр пот.
— Ну и битва равных по силе противников.
Дворецкий только собрался спуститься вниз, чтобы предупредить кухню и слуг, как ушедший Юй Минчжоу вернулся.
— Женитьба со мной выглядит настолько лёгким делом?
Ошеломляющий вопрос сходу заставил дворецкого замереть: — А?
Юй Минчжоу нахмурил брови, в его глазах промелькнуло раздумье, смешанное с лёгким раздражением.
— В его глазах жениться на мне даже легче, чем уступить акции?
Дворецкий не уловил логической цепочки Юй Минчжоу: — ?
У вас что, какие-то заблуждения насчёт себя? Или насчёт брака?
Дворецкий ощутил себя оглушённым и принялся изо всех сил контролировать выражение лица, чтобы на нём не появилась трещина: — Что вам от меня требуется?
Юй Минчжоу скрестил руки на груди, мысль упрямо крутилась вокруг только что озвученного вопроса, и он приказал: — Приготовь для гостевой спальни комплект постельного белья.
Дворецкий кивнул: — Господин Гэ будет жить здесь? Не нужно ли распорядиться, чтобы на кухне приготовили для господина Гэ ночной перекус?
— Не обращай на него внимания, — Юй Минчжоу приходил и уходил стремительно, отдав приказания, он направился в кабинет: — Захочет есть — сам попросит.
Дворецкий: — Хорошо, молодой господин.
-
Чтобы было удобнее работать, кабинет Юй Минчжоу при ремонте объединили со спальней.
Он с бесстрастным лицом изучал новые поправки отца, Юй Шэна, к уставу совета директоров. Практически каждая изменённая статья была направлена против него.
Это было наказанием отца за сопротивление фиктивному браку и нежелание следовать его воле — имитировать собственную смерть ради передачи полномочий главы Клана Юй.
Прошло десять лет, а отец по-прежнему желал видеть в нём лишь послушное лезвие в своих руках, неутомимый рабочий инструмент.
Стоило возникнуть малейшей угрозе, и даже собственного родного сына он был готов изгнать и прогнать прочь.
Мелкие чёрные буквы на документах рябили в глазах пятнами, а Юй Минчжоу равнодушно скользил по ним взглядом постороннего наблюдателя, даже несмотря на то, что чаще всего там встречалось его собственное имя.
Гэ Жун вошёл именно в этот момент. Он был одет в розовую шёлковую пижаму, а к груди прижимал плюшевую игрушку-подсолнух.
— Приходить в такой час — не помешаю ли я генеральному директору Юю?
Юй Минчжоу поднял голову, и ледяное выражение на его лице на мгновение рассеялось: — Что-то случилось?
Гэ Жун продемонстрировал дружелюбную улыбку: — Отныне мы партнёры по жизни, хочу дать вам привыкнуть заранее: дома я обычно не расстаюсь со своими любимыми игрушками.
Эта его выходка развеяла изрядную долю раздражения Юй Минчжоу. Взгляд мужчины скользнул по не срезанной бирке в нижней части игрушки, но ему было лень разоблачать гостя.
— Вот как.
Юй Минчжоу перевёл взгляд обратно на экран компьютера.
Заметив, что на лице собеседника не дрогнул ни один мускул, Гэ Жун мысленно скрипнул зубами, назвав себя недооценившим противника. Этот едкий, язвительный, бездушный и хладнокровный тип действительно оказался не из тех, с кем легко справиться, судя по всему, придётся пустить в ход тяжёлую артиллерию.
Его глаза зашарили по комнате: — Где здесь ванная?
Юй Минчжоу бросил на него взгляд: — Слева от спальни, в гостевой тоже есть.
Гэ Жун выдал фразу, способную потрясти любого: — Раз уж мы теперь одна семья, то незачем церемониться и скрываться, я буду мыться в твоей комнате.
Юй Минчжоу: — ?
Он на редчайший миг растерялся, и его взгляд на секунду задержался на лице Гэ Жун.
Узрев наконец хоть какой-то результат, Гэ Жун с видом человека, предвкушающего отличное зрелище, протянул: — Что? Генеральный директор Юй считает это неуместным?
— Да нет, пожалуй, — выражение лица Юй Минчжоу мгновенно вернулось к спокойствию, словно только что промелькнувшая на нём буря была лишь галлюцинацией.
Он поднялся с кресла, вошёл в спальню и достал полотенце: — Оно новое. В ванной есть инструкция к набору, если что-то непонятно — зови.
Гэ Жун никак не ожидал, что Юй Минчжоу согласится. Разве в студенческие годы у этого парня не было ярко выраженной мании чистоты?
Такая прямота поставила его в тупик — неужели и правда мыться здесь собрался?
Юй Минчжоу постоял в комнате с полотенцем в руках, так и не дождавшись Гэ Жун, и высунул наружу половину туловища: — Чего застыл? Передумал мыться, просто красовался?
— С чего бы вдруг? — улыбнулся Гэ Жун. — А вот и я.
Ладно, ладно, Юй Минчжоу, парень, ты что, решил сыграть со мной в дурачка? Думаешь, я и вправду не осмелюсь помыться в твоей комнате?
http://bllate.org/book/39920/5059712
Готово:
