Лу Яньвэнь немного недооценил силу феромонов Сюй Ичи.
Концентрация распространявшихся сейчас омега-феромонов ещё не сказать чтобы сильно превышала норму, но его собственный браслет уже почти исчерпал лимит и от усердной работы ощутимо нагрелся.
В поле зрения изящный в профиль омега наполовину тонул в блекнущих и вспыхивающих световых бликах за опущенным стеклом машины, а мягкие линии его лица размывались темнотой в нежное сияние.
Чуть порозовевшие щеки и слегка сдвинутые брови придавали его лицу выражение, разительно отличающееся от его обычной невозмутимости.
Было похоже, что Сюй Ичи и впрямь устал.
Но всё же не до такой степени, чтобы выказывать слабость.
Наверное, он и в самом деле вот так шёл один уже очень долго и давно к этому привык.
Лу Яньвэнь помолчал, а затем вдруг произнес: — Ичи, если вдруг случится что-то, в чём я смогу пригодиться... я был бы очень рад хоть чем-нибудь помочь.
8.
— Давай! Жми! О-о-о!
— Братуха, иди задай ему жару! Я в тебя верю!
— Эй, те, с другого конца! Наш Сюй — самый лучший! Сюй, сделай его!
— …
Тренировочная площадка Военной академии Альянса.
Громкие ободряющие крики неслись со всех сторон, ударяясь о стены просторного открытого пространства и порождая эхо, похожее на оглушающий гул целой армии.
У ограждения толпилась шеренга курсантов в темно-синей тренировочной форме, к которым примешивались люди из других учебных заведений в гражданской одежде.
Лу Яньвэнь затесался среди них.
Он стоял в самом хвосте толпы.
Город Х находился вовсе не близко к городу С, да и собственная жизнь Лу Яньвэня трепала его на убой, делая занятым до безумия.
Но ему всё время казалось, что если он не приедет взглянуть на Сюй Ичи, то попросту помрёт.
Поэтому он, не раздумывая, щедро потратил свои время и деньги и при первой же возможности мчался в Военную академию Альянса.
Лишь бы издалека посмотреть на Сюй Ичи.
В позапрозрашлый, в прошлый и в позапрошлый раз он неизменно видел омегу с синяками на лице.
А в этот раз посчастливилось застать Сюй Ичи за дракой прямо на тренировочном поле.
На омеге была белая футболка, наполовину пропитанная потом и плотно облегавшая тело, а на предплечьях рельефно выделялись мышцы со вздувшимися бугорками вен.
На его длинной изящной шее красовался черный ошейник, пряди волос со лба были зачесаны назад влажными от пота, а на затылке красовалась аккуратная короткая стрижка.
В светлых глазах сейчас угасли блики, выдавая свирепый и безжалостный взгляд.
Лу Яньвэнь также заметил, что в стороне толпилась какая-то компания, явно пришедшая специально ради Сюй Ичи.
Человек семь-восемь, среди которых затесались даже двое Омег хрупкого телосложения.
Лу Яньвэнь чуть-чуть подвинулся в ту сторону.
Для маскировки.
На поле Сюй Ичи, сжав кулак и резко качнувшись, приблизился для удара и заставил соперника-Альфу судорожно отшатнуться.
Альфа взревел, а затем с дикой силой замахнулся рукой, но Сюй Ичи без всякого труда увернулся. Быстро среагировав, он перехватил руку Альфы, согнул ногу в колене и со всего маху врезал тому в живот.
Сопротивлявшийся Альфа зло цыкнул, выбросил кулак и вдруг мертвой хваткой вцепился в плечо омеги.
Природная разница в телосложении позволила этой крупной ладони полностью обхватить кажущиеся хрупкими плечи омеги.
Толпа на мгновение затихла.
А затем, словно от пружины, взорвалась шквалом беспорядичных криков.
Этот ублюдок порвал одежду Сюй Ичи.
Воротник вместе с половиной верха треснул по шву и расползлся.
Ткань врезалась в белую кожу, оставив хаотичные красные полосы, а покрытые капельками пота мышцы нелепо и наполовину прикрывались лохмотьями порванной одежды.
Сюй Ичи свирепо уставился на противника.
— Бьешься с Омегой, а еще хватает совести использовать грязные приемчики.
— Сюй! Сюй! Сюй!
— Какой же горячий Омега.
— Не дави феромонами, твою мать, бесхребетный ублюдок!
Альфа напротив, задрав подбородок, искоса глянул на свирепого Омегу перед собой и презрительно усмехнулся: — Прости уж, не специально.
Сюй Ичи тоже оскалился в улыбке, после чего резко рванул вперед и снова со злости врезал этому парню.
В поднявшемся шуме Лу Яньвэнь нахмурился.
Похоже, ощутив боль, Альфа на поле отступил на два шага.
А поскольку он проигрывал раз за разом, ему явно стало стыдно признавать поражение, и, охваченный слепой яростью, он с низким рычанием начал без всяких правил использовать свое преимущество в комплекции, чтобы зверски избить противника.
Движения были до предела уличными и грязными, и хватило пары мгновений, чтобы наряд Сюй Ичи окончательно превратился в рванье.
Концентрация альфа-феромонов на площадке тоже неуклонно росла. Настолько плотная, что даже сидевшие на трибунах Альфы начинали чувствовать себя дурно от взаимного отторжения.
Брови Лу Яньвэня сходились все ближе, он заметил, что дыхание Сюй Ичи стало тяжелым и частым.
Он выбежал вперед.
В мыслях Сюй Ичи уже раз восемьсот отымел своего противника.
Но под напором феромонов такой интенсивности он просто физически не мог противостоять их влиянию.
Кровь закипела, словно потекла в обратном направлении, голову налило свинцом, а руки и ноги сделались ватными.
Однако он не мог выпустить собственные феромоны в ответ, чтобы подавить чужие.
Он Омега, и его феромоны лишь разозлили бы соперника еще сильнее. В конце концов в проигрыше остался бы он сам.
Глухо выругавшись, он неожиданно получил еще один мощный удар в живот.
От отдачи его отбросило назад, он чуть не упал.
— Сюй! Мы больше не будем с ним драться! Эта тварь играет нечестно!
— Слишком грязно! Эй, парень! Даже победив, смотреть тошно!
Соперник и не думал останавливаться, преследуя его по пятам и снова бросаясь вперед с диким ударом.
Увернуться не удалось, последовал тяжелый удар в грудь, и острая боль мгновенно пронзила все тело.
— Вы что творите?!
— Твою мать, это инструктор!
— Кто разрешал вам самовольно занимать площадку и устраивать драку? А ну прекратите!
Зеваки бросились врассыпную, и тот Альфа, что почти потерял рассудок в приступе ярости, мгновенно спрыгнул с площадки и умчался прочь.
Загреметь под дисциплинарное взыскание никому не улыбалось, и уж точно никто не хотел тратить законный выходной на пробежку в несколько десятков километров вокруг плаца.
У Сюй Ичи отупели руки и ноги, а от пропущенного удара в глазах заплясали искры. Одной рукой вцепившись в ограждение, он с трудом перевел дыхание.
Инструктор бросил на Сюй Ичи мимолетный взгляд и с криками бросился в погоню за разбегающимися курсантами.
Вскоре на площадке остались лишь ошеломленно переглядывающиеся студенты из других вузов да те несколько курсантов академии, что только что вовсю поддерживали Сюй Ичи.
Какой-то парень с короткой стрижкой под ноль с первой же секунды появления инструктора бросился вперед с криком: — Твою мать, Сюй, ты в порядке?
Толпа ребят, пришедших ради Сюй Ичи, тоже засуетилась вокруг него, наперебой выражая беспокойство, протягивая воду и полотенца. Это лишило Лу Яньвэня, только что укрывшегося среди них, всякой маскировки.
Тогда он тоже подороге протиснулся ближе, неуклюже и притворно протягивая заготовленную им заранее воду.
Вид у Сюй Ичи сейчас был крайне непрезентабельный.
Под воздействием феромонов у него явно началась физиологическая реакция.
А когда вокруг него еще и столпились люди, раздражение закипело с новой силой; он выхватил первую попавшуюся бутылку с водой и бросился прочь, рявкнув: — Я сам пойду к инструктору за наказанием, не тащитесь за мной!
— Сюй!
— Да какое наказание… Сдается мне, инструктор всерьез не воспримет.
Лу Яньвэнь опустил руку, из которой только что выхватили бутылку, и еще не до конца пришел в себя.
Сообразив, в чем дело, он быстренько побежал следом.
Выбежав наружу, он не обнаружил и следа Сюй Ичи. Завернув к лестничной клетке, он прошел мимо полуприоткрытой кладовой для спортивного инвентаря.
Чей-то голос внезапно донесся изнутри: — Эй, парень...
Лу Яньвэнь от неожиданности сильно вздрогнул.
Сюй Ичи, должно быть, прислонился к самой двери, и голос прозвучал пугающе близко. К тому же он почувствовал сладковатый запах омега-феромонов.
— О, о! — протупив несколько секунд, Лу Яньвэнь обернулся и, вспомнив странное выражение лица Сюй Ичи, спросил: — Я могу чем-нибудь помочь?
Сюй Ичи тоже не стал церемониться с ним — то ли от невесть откуда взявшегося доверия, то ли еще почему, но заговорил он быстро: — Ты ведь не здешний студент? Знаешь, где тут медпункт? Выходишь на ту дорогу, идешь прямо, он как раз в самом конце.
— Сбегай купи мне блокатор, нужен в ампулах.
— У меня сейчас при себе нет денег, я потом отдам.
— Хорошо, — бросил Лу Яньвэнь и опрометью бросился прочь.
То бегом туда, то бегом обратно, в конце концов он запыхавшийся постучал в затворенную дверь кладовой.
Дверь приоткрылась, и он протянул шприц с ампулой назад.
В щели показалась лишь белая точеная рука, на запястье которой красовался заметный синяк.
Блокатор перекочевал к нему в ладонь.
Дверь осталась приоткрытой на узкую щель.
Лу Яньвэнь не уходил.
Внутри долго стояла тишина.
Тишина длилась так долго, что Лу Яньвэнь уже собрался снова справиться о его самочувствии, когда Сюй Ичи наконец заговорил хрипловатым голосом: — Мне уже лучше, спасибо.
— Не за что, — Лу Яньвэнь сглотнул, сердце в груди готово было выпрыгнуть наружу.
Он поднял руку и нащупал на затылке пластырь-нейтрализатор, проверяя, не просачиваются ли его собственные феромоны. Подумав, он снова робко спросил: — Тебе случайно... случайно не нужны мази от ушибов?
— М?
— Я... я тут попутно прихватил кое-какие целебные мази.
— Не нужно. Но раз уж купил, я верну тебе деньги вместе сcost блокатора.
Сюй Ичи замолчал, а затем внезапно сменил тему: — Это ты позвал инструктора?
Лу Яньвэнь опешил: — Я... прости, я вовсе не думал, что ты...
— Да за что ты извиняешься? — послышалось, как Сюй Ичи усмехнулся. — Разве ты не из лучших побуждений меня спас?
— У меня нет привычки так жалко проигрывать. К тому же я шел туда драться не для того, чтобы лишний раз получать тумаки.
Он понятия не имел, кто этот парень, но заметил его среди той компании болельщиков, что именовали себя группой поддержки Сюй Ичи.
Выровняв дыхание, он опустил взгляд на брошенную на пол коробку с лекарствами — блокатор действительно пришелся как нельзя кстати.
Тогда Сюй Ичи решил вернуть этот долг вежливости и произнес: — Хочешь оставить мои контакты?
— А? — Лу Яньвэнь чувствовал, что сейчас в присутствии Сюй Ичи его мозг отказывается нормально соображать. Импульсы в нейронах обрывались один за другим, не давая голове никаких сигналов к работе.
Сюй Ичи: — Не хочешь?
Лу Яньвэнь запнулся и торопливо выпалил: — Хочу! Хочу!
Сюй Ичи снова хмыкнул, после чего безо всякой запинки продиктовал набор цифр и добавил: — При случае как-нибудь отдам тебе деньги.
http://bllate.org/book/39895/5055941
Готово:
