— Лиса… — Взгляд Ли Ли проследил за подрагивающими лисьими ушками раз семь или восемь, и он пробормотал это тихим, похожим на бред во сне голосом.
— Лисица… нравится…
Лишь когда та пара бархатистых ушек настороженно прижалась, он снова перевёл взгляд на лицо Цуй Юньсиня.
— За последние сто лет… это первый Король Демонов, которого я вижу…
Цуй Юньсинь вежливо изогнул уголки губ, однако в этой улыбке не было тепла — от него по-прежнему веяло той утонченной отчужденностью.
В этот самый момент корни под ногами Ли Ли внезапно начали бешено расти, вылезли из цветочного горшка и переплелись на стене рядом, образовав форму двери, рама которой слабо светилась.
Когда закончила вырисовываться последняя черта древесного массива рун, из вихря духовной энергии вышагнули две фигуры: одна высокая, другая пониже.
Высокой фигурой оказался Хэ Яньшэнь, в руках которого была зажата стопка документов, ну а что до той, что пониже…
Цуй Юньсинь опустил взгляд и невольно тоже изогнул губы, а его холодные броли смягчились, тронутые нежным изгибом.
Это был хомяк, ростом не достающий ему и до пояса.
Этот малыш был одет в сшитый на заказ маленький деловой костюм, его щеки надулись — сразу видно, что он спрятал за ними немало добра, но при этом он все равно старательно делал суровое мохнатое лицо.
Маленькие лапки нервно теребили штанину Хэ Яньшэня, а глаза-бусинки напоминали два чистых источника.
— Начальник отдела? — Хэ Яньшэнь никак не ожидал, что Цуй Юньсинь сам отыщет дорогу к дверям архива и даже заговорит с начальником отдела Ли, который годами намертво прописался в туалете и витал где-то в облаках.
— Мм. — Цуй Юньсинь даже не удостоил его полным взглядом, продолжая с любопытством разглядывать хомяка, который уже обрел разум, но еще не мог принять человеческий облик.
Хомяк робко отступил на два шага назад и, спрятавшись за спину Хэ Яньшэня, задрожал от страха.
— Это… — слова представления застряли у Хэ Яньшэня в горле.
Он увидел, как начальник отдела Ли, обычно отличавшийся весьма отстраненным выражением лица, приподнял подол ветровки и присел на корточки, а его красивый пушистый хвост за спиной живо и мелко замахал.
В темно-зеленых зрачках лисьего демона заиграл теплый свет, и он ласково попытался коснуться лапки малыша:
— Как тебя зовут? Не бойся, у меня есть орехи…
Стоило ему только протянуть руку к хомяку, как ветки Ли Ли внезапно пошли в рост.
Аромат грушевых цветов, смешанный с волнами духовной энергии, безоговорочно отделил руку Цуй Юньсиня от хомяка. Ветки легли между ними преградой, и их уже покрыли трещины от испускаемого Цуй Юньсинем на подсознательном уровне защитного ледяного холода.
— Начальник отдела Цуй, — голос Ли Ли оставался ровным и неторопливым, но на его корнях проступили острые шипы. — Рабочее время, Управление по подавлению аномалий. Запрещено заниматься безмотивной кормежкой коллег.
Цуй Юньсинь с легким сожалением убрал руку, и его хвост тоже поник.
Только тогда Хэ Яньшэнь нашел возможность поскорее представить всех:
— Начальник отдела, это Ми Туань из архивного отдела, он отвечает за систематизацию дел. А это начальник отдела Ли, тоже из архивного отдела, и он — старейший ёкай во всем Управлении, не считая Вас. За архивом присматривает он лично.
— Мм, запомнил. — Цуй Юньсинь поднялся на ноги, его взгляд скользнул по документам в руках Хэ Яньшэня, мгновенно возвращаясь к своему обычному деловому и равнодушному выражению. — Все, что мне было нужно, собрано?
Хэ Яньшэнь тяжело кивнул.
Цуй Юньсинь повернулся:
— Идем, допросим Собачьего демона.
Однако в тот самый миг, когда они разминулись, он подмигнул хомяку, и на его густых ресницах заискрился мелкий золотистый свет.
Ми Туань с хлопком взорвался облачком пушистых одуванчиковых ворсинок, розовыми ладошками закрыл вмиг покрасневшее лицо и, шлепая лапками, спрятался за спину Ли Ли, выстави наружу лишь крошечный дрожащий уголок своего костюма.
Пока Хэ Яньшэнь бегом догонял удаляющегося Цуй Юньсиня, Ли Ли молча вытянул тонкую нежно-зеленую ветвь и с родительской заботой нежно погладил Ми Туаня по голове.
— Ничего страшного… — глухо произнес он. — Потерять сердце из-за лисицы — это нормально…
В его юном голосе звучала житейская мудрость человека, повидавшего виды.
Хэ Яньшэнь плелся на полшага позади, неотступно ступая след в след по тени Цуй Юньсиня, точь-в-точь как глупый гусь, у которого душу вытянул лисий хвост.
В этот момент он изучал прядку волос на затылке начальника отдела — ту самую, что забавно торчала вверх.
Если бы взглядом можно было высечь искру и разжечь пламя, Хэ Яньшэнь был уверен, что от степени своей нынешней концентрации эта прядь уже давно должна была вспыхнуть тройственным истинным огнем, и заодно, пожалуй, можно было бы попутно открыть лавочку по продаже печеного батата — дела бы шли бойко.
Как ни крути, а написанные учеными людьми сборники историй о нечисти все-таки слишком консервативны: настоящий лисий демон, культивировавший тысячелетие, способен очаровать человека даже слегка торчащим кончиком волос.
— Начальник отдела Цуй… похоже, вы очень любите хомяков?
Цуй Юньсинь не сбавил шага:
— Точнее говоря, я люблю детенышей.
Особенно пушистых, лучше всего светлых, совсем как он сам.
— Когда я много лет назад был горным божеством на Горе Хуэйюэ, все маленькие ёкаи в горах любили сворачиваться калачиком и дремать в моем хвосте. Был там один бельчонок, так он извалялся так, что весь мой пух был забит шелухой от кедровых орешков, пришлось потом долго вычищать…
Цуй Юньсинь вовсе не скрывал своего прошлого и не таил истинных предпочтений, совершенно не находя странным, что человек с его осанкой произносит фразы вроде люблю детенышей.
Хэ Яньшэнь посмотрел на его профиль и подумал, что сейчас начальник отдела Ли до боли напоминает затянутое изморозью дерево, усыпанное пушистыми комьями снега, на холодных ветках которого прячется пухлый и мягкий секрет.
— Комната для допросов находится внизу? — Цуй Юньсинь придержался за перила из сандалового дерева, заглянул в лестничный пролет и повернулся с вопросом.
Хэ Яньшэня аж передернуло от неожиданности — он только сейчас резко сообразил, что Цуй Юньсинь здесь впервые, а он, проводник, все это время плелся сзади!
И все из-за того, что аура этого Короля Демонов была слишком мощной, а шаг — слишком уверенным, из-за чего он бессознательно примерил на себя роль какого-то императорского стражника, забыв про прямые обязанности гида.
Он торопливо бросился вперед, чувствуя, как у него слегка горят кончики ушей:
— Начальник отдела, сюда, пожалуйста.
Но оказалось, что в допросную кто-то уже прибыл раньше них.
Через монитор системы наблюдения Цуй Юньсинь мог видеть молодого человека лет тридцати, который сидел за столом, обнимая мечом грудь.
Напротив же него съежился полувзрослый желтый пес со свалявшейся шерстью, прижатыми ушами и страхом, написанным на каждой шерстинке.
Точно так же, как и хомяк Ми Туань, он обрел разум и постиг человеческую природу, но еще не успел принять человеческий облик.
У парня были мечевидные брови и звездные глаза, а на бесстрастном лице читалась какая-то беспричинная резкость.
— Это Ци Гуфан, знаменитый холодный и неприступный цветок нашего управления, — указал Хэ Яньшэнь на экран монитора. — Я часто слышу от коллег-женщин, что у него холодный взгляд, холодный меч и холодное сердце…
— Этот парень что, замерз? — Цуй Юньсинь небрежно отодвинул стул и уселся перед компьютером.
— …Главное, что у него высокая сила и потрясающая внешность!
— Не заметил, до твоего лица ему далеко. — Цуй Юньсинь даже не поднял головы, бросив это с беззаботным видом.
В голове у Хэ Яньшэня гулко зазвенело.
Н-начальник отдела это он сейчас его похвалил? От этих слов кончики его ушей мгновенно вспыхнули.
Хлобысь!
На экране видеонаблюдения ножны меча в руке Ци Гуфана не слишком легко и не слишком тяжело стукнули по металлическому краю стола.
Сидящая напротив собака-ёкай испуганно взвизгнула, мгновенно взмыв в воздух. Ее уши плотно прижались, превращаясь в подобие крыльев самолета, после чего она с глухим стуком вреглась в низкую потолочную люстру, поднимая тучи собачьей шерсти и пыли.
Хэ Яньшэнь воочию наблюдал, как клочок желтой шерсти прилип к раскачивающемуся плафону, и вдруг подумал, что по сравнению с тем холодильником внутри, их собственный начальник отдела Ли казался просто невероятно мягким, словно весенний родник.
В этот самый момент Ци Гуфан на экране резко поднял взгляд и безошибочно уставился прямо на объектив камеры.
Палец Цуй Юньсиня легко постучал по подбородку, а его лисьи ушки мгновенно встали торчком:
— Он знает, что мы смотрим.
Не успели слова затихнуть, как в допросной комнате стряслась неожиданная перемена!
Пес-ёкай, неизвестно от чего пришедший в ужас, внезапно поджал хвост и принялся отчаянно лаять.
Ци Гуфан с каменным лицом швырнул талисман, наглухо залепив собаке пасть. Все его движение было безупречно плавным, словно он проделывал это уже сотен раз.
— Прекрати! — Цуй Юньсинь резко вскочил из-за стола, и в мелькании развевающихся одежд он уже оказался у входа в допросную — Хэ Яньшэнь даже не успел ухватить его за полу.
Плохо!
Хэ Яньшэнь вдруг сообразил, что допрашиваемый пес-ёкай тоже был всего лишь несовершеннолетним детенышем.
Глава 5
Меч Ци Гуфана завис в трех дюймах от носа пса-ёкая, а удерживаемый острием парализующий талисман осыпался крошками киновари.
Ледяная ци меча бурливым потоком неслась вдоль клинка, готовая сокрушительным ударом обрушиться на дрожащий пушистый комок, однако в самый последний момент ее надежно заблокировал возникший из ниоткуда барьер из чистейшего льда.
Текстурные узоры морозной белизны неожиданно поползли вверх по спинке меча, стремительно распространяясь с животной живостью прямо на того, кто сжимал рукоять!
— Начальник отдела, успокойтесь! Ци Гуфан люто ненавидит клан демонов! — Хэ Яньшэнь, влетев в распахнутую железную дверь допросной, как раз застал тот момент, когда лисий хвост Цуй Юньсиня обвился вокруг рукояти меча.
От трения хвоста о древний стальной меч полетели мелкие искры, озаряя то ярким, то тусклым светом лозунг «Повинная смягчает наказание», висящий на стене.
Этот неожиданный врыв Хэ Яньшэня словно нажал на какую-то кнопку паузы.
Цуй Юньсинь и Ци Гуфан одновременно ослабили нажим и отступили на шаг каждый, но атмосфера от этого лишь сильнее натянулась.
Ощетинившийся щенок прятался под подолом ветровки Цуй Юньсиня, а его влажный нос осторожно тянулся к опустившейся прядке волос мужчины.
Темляк на мече Ци Гуфана качался без всякого ветра. Он бесстрастно убрал меч и с омерзением посмотрел на лисьи уши, венчающие макушку Цуй Юньсиня:
— Стандарты приема на работу в Управление по подавлению аномалий теперь, судя по всему, равняются на зоопарк.
— У мечник из Горы Чжуннань такая тяжелая аура убийства? — Цуй Юньсинь провел пятью пальцами по спине песика, не выказывая ни капли гнева. — И у тебя хватило совести применить Метод меча Поющего Источника против детеныша, который даже не способен принять человеческий облик?
— Детеныш? Какая разница, старый или молодой, когда демоническая тварь калечит людей! Тот, кого этот ублюдок ранил на днях — всего лишь шестнадцатилетний старшеклассник! — холодно усмехнулся Ци Гуфан, тяжело ударив ножнами о пол.
Температура в допросной мгновенно рухнула ниже нуля.
Выдыхаемый воздух сгущался в парящие в пространстве ледяные кристаллы, а работавший на обогрев центральный кондиционер тут же сошел с дистанции.
Ци Гуфан резко отпрыгнул на три шага назад, занеся длинный меч перед грудью:
— Колдовство!
Цуй Юньсинь опустил взгляд, аккуратно опустил маленького желтого щенка на пол и стряхнул пыль с подола:
— Нет, это физическое явление.
Едва он договорил, как по безупречно гладкой плитке под ногами с его центра беззвучно побежали морозные узоры, в мгновение ока заполняя каждый угол допросной: стены, потолок и даже ту самую покачивающуюся люстру — все покрылось тонким слоем льда.
Это было вовсе не какое-то заклинание, а холод, испускаемый самим Цуй Юньсинем, который попросту заморозил молекулы воды в воздухе.
— Начальник отдела, одумайтесь! — снова завопил Хэ Яньшэнь. На этот раз он пошел ва-банк и, закусив удила, бросился вперед, пытаясь ухватить Цуй Юньсиня за рукав. — Все же коллеги, каждый день на глаза друг другу попадаемся, к чему до такого доводить…
http://bllate.org/book/39849/5049999
Готово: