— Старшекурсник, — Ли Ань заговорил тем же обыденным, спокойным тоном, что и всегда. Спокойно улыбаясь, он смотрел куда-то мимо дымящейся чашки. — Латте с тремя кусочками сахара. Всё как ты любишь.
— Спасибо, — выдавил Вэй Чжэ, но садиться не спешил.
Десятый час — время ни то ни сё. Народу в заведении собралось немного, занято от силы четыре-пять столиков. В основном — студенты из соседней Академии кинематографии.
— Обязательно было встречаться именно здесь? — понизив голос едва ли не до шёпота, спросил Вэй Чжэ.
Ли Ань сдержанно усмехнулся и чуть приподнял подбородок:
— А что в этом такого? Или старшекурснику есть что скрывать?
Тон его оставался безупречно вежливым, словно в светской беседе, однако за этой мягкостью отчётливо слышалась угроза:
— Если промешкаешь ещё немного, людей станет только больше.
Ли Ань сидел, а Вэй Чжэ стоял — казалось бы, смотрел на него сверху вниз. И всё же именно Вэй Чжэ не выдержал, ссутулился под давлением его твёрдого, подавляющего взгляда.
Он опустился на стул и на автомате сделал глоток. Лицо тут же перекосило от отвращения.
Горько. Невыносимо, омерзительно горько...
Напротив раздался тихий смех. Ли Ань хохотал открыто и ехидно, даже не пытаясь скрыть ядовитой насмешки.
Лицо Вэй Чжэ налилось краской. С трудом сдержав позыв выплюнуть эту дрянь, он пересилил себя и сглотнул жгучую жидкость.
— Лучше смерть, чем позор, — проговорил он дрожащим от ярости голосом. — Ли Ань, ты переходишь границы.
— Я перехожу границы? Из-за того, что подал тебе горький кофе без сахара? — Улыбка медленно сошла с лица Ли Аня. В полумраке кофейни его янтарные глаза потемнели, став тяжёлыми, точёными и острыми, словно клинки. — А когда ты взялся прислуживать Ли Цзяци и привёл его ко мне, ты о границах думал? Какую выгоду ты тогда выторговал?
Не окажись рядом Вэй Чжэ, Ли Цзяци вовек не пробрался бы в круг его близких. Ли Аня не выставляли бы дураком, не изучали бы методично каждую его слабость, чтобы потом так же методично изничтожить. Он мог принять гибель, но только не такое утончённое издевательство.
— Ты ведь лично твердил мне, какой Ли Цзяци добрый, как ему тяжело пришлось, сколько у него невидимых миру слёз, — Ли Ань едва заметно ухмыльнулся. — До чего же глупо... Я пустил его к себе лишь потому, что верил тебе.
— «Лучше смерть, чем позор»... — чеканя каждое слово, повторил Ли Ань. — И у тебя хватило наглости бросить мне это в лицо?
Вэй Чжэ судорожно вздохнул. Сжатые кулаки, лежавшие на столе, задрожали — на поверхности кофе пошла мелкая рябь.
Когда-то он надеялся, что Ли Цзяци перерос свои детские замашки. Но жестоко обсчитался.
Вэй Чжэ больше всех интересовало, почему Цзяци — а точнее Синь Цзяци, ведь тогда он ещё носил фамилию приёмных родителей, — так отчаянно рвётся к Ли Аню. Что за болезненная навязчивость заставляла его идти на любые ухищрения, лишь бы оказаться рядом?
Поначалу Вэй Чжэ наивно полагал, будто парня просто заворожила яркая внешность Ли Аня — ведь красота неизменно притягивает взгляды. Но реальности не было дела до его наивности.
Именно из-за детских травм и пристального внимания к Синь Цзяци Вэй Чжэ узнал тайну семьи Ли раньше остальных. Когда выяснилось, что Синь Цзяци — подлинный наследник, пазл наконец сложился. Но какова же глубина этой тьмы!
Притворяться другом почти целый год, чтобы затем содрать с Ли Аня кожу, загнать в глухой тупик и столкнуть в преисподнюю... Вэй Чжэ не знал, что именно питало эту ядовитую ненависть — возможно, созерцание чужого падения доставляло Ли Цзяци изощрённое удовольствие. Но одно он понимал чётко: то, что он совершил сейчас, ничем не отличалось от его давней подлости в приюте. Всё то же леденящее душу предательство.
Вэй Чжэ знал за собой трусость. Когда вокруг семьи Ли разразился скандал, он не смел взглянуть Ли Аню в глаза. В отличие от прочих, он прекрасно понимал, что за тварь скрывается под маской Ли Цзяци, и осознавал, к какому финалу всё идёт. А сам он стал верным пособником чудовища.
Прислуга дьявола — сам дьявол. Муки совести, страх и раскаяние грызли его изнутри. Он жаждал расплаты от руки Ли Аня и одновременно до смерти боялся её. Ему с таким трудом удалось выбиться в люди! Нельзя допустить, чтобы всё рухнуло... В конце концов, он просто познакомил Ли Аня с человеком. А что было дальше — не его ума дело!
— У тебя ведь есть сестра? — Бархатный, безупречно мягкий голос Ли Аня мгновенно оборвал его душевные метания. — Кажется, она сейчас в Центральной больнице Цзиньчэна?
— Что ты задумал?! — Вся растерянность и стыд мигом испарились. Вэй Чжэ подскочил с места, дико уставившись на собеседника.
— Вот теперь узнаю тебя, старшекурсник, — Ли Ань вальяжно откинулся на спинку стула и лениво похлопал в ладони. — Хоть на мужчину стал похож.
Вэй Чжэ сжал зубы до хруста, задыхаясь от унижения.
— Ты мне угрожаешь? Прикрываешься больной девчонкой? Не слишком ли подло даже для тебя?
— Стоим друг друга, — ничуть не обиделся Ли Ань, улыбаясь с полнейшим хладнокровием. — Будь я благороднее, как бы я смог уравновесить тебя на этих чашах весов?
Вэй Чжэ бессильно опустился обратно на стул — полностью разбитый, загнанный в угол. Он вновь взялся за чашку и стал глоток за глотком вливать в себя горькое пойло.
— Ладно, — отставив кофе, он уставился в стол. — Сначала Ли Цзяци действительно пытался выйти через меня, но я отказал. Потом пришёл Фан Чуаньи. Сунул мне сто тысяч юаней и велел во что бы то ни стало подвести Цзяци к тебе.
— Фан Чуаньи?
— Мелкий актёришка, — пояснил Вэй Чжэ. — Мы росли в одном приюте.
— И что потом? — спросил Ли Ань.
— Обещали ввести в индустрию и делиться связями.
Заметив, что Ли Ань молча смотрит на него с недоброй ухмылкой, Вэй Чжэ заёрзал на месте:
— Я выложил всё. Я могу идти?
— А кто сказал, что мы ограничимся допросом? — Ли Ань усмехнулся и сделал размеренный глоток. — У меня есть для тебя поручение.
Вэй Чжэ насупился:
— Какое ещё поручение?
Ли Ань не стал объяснять на словах. Набрав несколько строк в телефоне, он повернул экран к собеседнику.
— Исключено! — Вэй Чжэ мгновенно побледнел. — Меня же выгонят со скандалом! А если начнут мстить, о карьере вообще можно забыть!
— Сделаешь всё, как я скажу, и никакого выговора не будет. А если перекроют дорогу — я сам расчищу тебе путь. К тому же ты держишь его за горло компроматом, он не решится открыто пойти против тебя, — Ли Ань смотрел на него ровно, без тени сомнения. — Но вот если твоя сестра узнает, что деньги на её лечение заработаны продажей души... Как думаешь, станет она лечиться?
Вэй Чжэ онемел, кадык его нервно дёрнулся. Он смотрел на Ли Аня как на сумасшедшего.
— Дорогой старшекурсник, — Ли Ань снова мягко улыбнулся. — Забудь про бесплатный сыр. За всё приходится платить.
Вэй Чжэ тяжело опустил взгляд и долго, очень долго сидел неподвижно.
— Моя сестра...
— На операцию и реабилитацию тебе не хватает тридцати тысяч. Я дам их, — Ли Ань поднялся. — У тебя есть пара дней на размышления. Надумаешь — пиши. Как только согласишься, переведу половину в качестве аванса.
Он направился к выходу, но возле Вэй Чжэ замер и слегка наклонился:
— И запомни: ты у меня не единственный вариант. Я лишь даю тебе шанс искупить грехи — исключительно из уважения к твоей привязанности к семье.
Шаги Ли Аня стихли в ненавязчивой музыке кофейни. Вэй Чжэ только сейчас смог перевести дух и расправить одеревенелые плечи.
Триста тысяч...
Ли Ань оказался куда щедрее Фан Чуаньи и Ли Цзяци.
С такими деньгами сестре быстрее назначат операцию. Каждые сутки на счету — и теперь у неё появился реальный шанс выжить.
***
В полумраке уютного чайного дома адвокат Чжао Юнь внимательно изучала бумаги, переданные Ли Анем.
— Госпожа Чжао, — подался вперёд Чжан Хэ. — Как быстро смогут перечислить средства?
Чжао Юнь перевела взгляд на Ли Аня, неторопливо потягивавшего чай из пиалы, и улыбнулась:
— Если с документами всё чисто, то дней за три–пять. Ну, в крайнем случае через неделю.
— Благодарю вас, госпожа Чжао, — Ли Ань с мягкой улыбкой поставил пиалу.
Холодная жёсткость, с которой он ещё недавно давил на Вэй Чжэ, испарилась без следа. Перед адвокатом снова сидел безупречно воспитанный, обаятельный юноша:
— Я забронировал столик в ресторанчике по соседству. Не составите нам компанию за обедом?
— Знать бы заранее, насколько ты хорош собой, я бы обязательно подвинула график, — шутливо отозвалась Чжао Юнь. — Увы, сегодня в обед у меня важная встреча по текущему делу.
— Тогда я вас провожу, — не стал настаивать Ли Ань и поднялся.
Они вышли на улицу. Проводив взглядом отъезжающий автомобиль адвоката, Ли Ань и Чжан Хэ направились в ресторан.
Устроившись в отдельном кабинете, Чжан Хэ протянул Ли Аню телефон:
— По Ли Пину пока ничего интересного, крутится среди съёмочной группы. А вот Ли Тяньэнь...
Чжан Хэ сделал паузу, многозначительно прищурившись:
— Этот почтенный глава семейства, похоже, тот ещё ходок. Кобелирует направо и налево. Правда, мужик хитрый, прячет концы в воду, так что неопровержимых улик у меня пока нет.
Ли Ань пролистывал снимки на экране, искренне удивляясь.
И в прошлой жизни, и в этой Ли Тяньэнь и Сяо Цюжун казались образцовой парой. Властная жена и кроткий, уступчивый муж, прощавший ей любые капризы. Сяо Цюжун при каждом удобном случае хвасталась своей идеальной любовью со школьной скамьи...
Ли Ань тихо усмехнулся и качнул головой. В этот миг фальшь окружающего мира показалась ему совсем уж гротескной.
— Ничего, — ровно произнёс он. — Не спеши. Соберём всё до капли.
Ли Ань затормозил ленту.
— Тот, что в очках, — кастинг-директор проекта «Лиюань», Гао Шэн, — пояснил Чжан Хэ.
— Понятно, — кивнул Ли Ань.
— Знаешь, сколько Ли Тяньэнь ему отвалил? — Чжан Хэ показал два пальца и качнул головой. — Я за всю жизнь таких денег не видал.
— Ещё увидишь, — улыбнулся Ли Ань, дойдя до снимка с логотипом конного клуба Баньшань.
— Я разузнал: господин Гуань по вторникам ездит на лошадях в Баньшань, а по пятницам бывает в стрелковом клубе в восточных пригородах.
— В стрелковом? — задумчиво переспросил Ли Ань.
— Там всё строго, огнестрел же. Без рекомендаций проверенных членов клуба не пробиться, — ответил Чжан Хэ. — А вот на ипподром в Баньшане шанс пробраться есть, если сумеешь затесаться на внешнее поле.
В этот момент телефон на столе коротко завибрировал. На экране появилось сообщение от Вэй Чжэ:
«Я сделаю, как ты просил. Но триста тысяч — до последнего юаня».
Ли Ань чуть заметно улыбнулся, и напряжение окончательно сошло с его лица. Он не сомневался, что Вэй Чжэ сдастся — не столько ради денег, сколько спасаясь от загрызшей его совести. Удивило лишь то, как быстро тот принял решение.
— Как только оформят кредит, съездишь по двум адресам, — Ли Ань вернул смартфон Чжан Хэ. — В Баньшань и в больницу.
— Сделаю, — Чжан Хэ на секунду замялся. — Ты говорил с адвокатом Чжао про регистрацию новой компании?
Новой фирме неизбежно предстояло схлестнуться с гигантами семейств Жэнь и Ли — «Лэймин» и «Тяньгун». Ли Аню светиться пока не следовало, поэтому он просил Чжао Юнь подыскать подставного управляющего.
— Да, — Ли Ань вопросительно взглянул на него.
— Возьми меня! — Чжан Хэ ударил себя кулаком в грудь. — Меня в их кругах никто не знает. Чужой человек — это всегда риск, да и платить ему придётся немало, а тебе сейчас каждая копейка дорога.
Ли Ань молча посмотрел на него. В горле встал ком.
— Не боишься вляпаться из-за меня в неприятности?
— Да терять-то мне всё равно нечего! — оскалился Чжан Хэ, но тут же остепенился. — Ты для нас с сестрой столько сделал, я давно искал случай отблагодарить.
Для Ли Аня то прошлое благодеяние было пустяком, но жизнь Чжан Хэ и его сестры оно перевернуло полностью. К тому же за каждую услугу Ли Ань платил щедрее любого заказчика. Чжан Хэ был предан ему беззаветно, но пафоса не любил.
— Разбогатеешь — и я с тобой на вершину взлечу, — пошутил он. — С какой стати отдавать такой лакомый кусок чужому дяде?
Ли Ань помедлил и тепло кивнул.
— Договорились. Взлетим вместе.
http://bllate.org/book/39815/5140294
Готово: