Готовый перевод Urgent Alert: Min Fish / Срочный вызов: Когда чувства требуют перемен: Глава 4

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Почувствовав напор, с которым он наступал, Чэн Чжисун обмяк. Пальцы больше не могли удерживать ручку, и её кончик двигался вверх-вниз в такт поцелуям Суй Цунъаня, в конце концов легко скользнув по спине его делового костюма.

Чэн Чжисун замер на мгновение, не уверенный, оставит ли чёрная шариковая ручка след на тёмно-синей ткани.

Заметив, что он отвлёкся, Суй Цунъань отстранился. Всё ещё сжимая подбородок Чэн Чжисуна, он несильно похлопал его по щекам и, тяжело дыша, произнёс:

— Ты витаешь в облаках.

Чэн Чжисун, чей ритм дыхания сбился из-за поцелуя, слегка высунул кончик языка. Услышав слова партнёра, он пришёл в себя и напомнил:

— Тебе стоит переодеться перед работой.

Однако взгляд Чэн Чжисуна по-прежнему был прикован к его губам. Он ожидал, что Суй Цунъань снова поцелует его, но тот лишь отвернулся, избегая прямого взгляда, и сухо напомнил:

— Только один раз.

Чэн Чжисун, осознав сказанное, недовольно буркнул:

— Жадина.

Впрочем, после поцелуя атмосфера перестала напоминать расставание. Чэн Чжисун решил воспользоваться моментом: он приподнял подбородок и чмокнул его ещё раз.

— Иди уже на работу, мне нужно заниматься.

Суй Цунъань никак не прокомментировал этот краденый поцелуй. Перед тем как взять мусор и выйти, он задержал взгляд на Чэн Чжисуне. Тот не заметил внимания со стороны партнёра и уже удивился, почему он до сих пор не ушёл, как вдруг, обернувшись, увидел, что Суй Цунъань закрыл дверь, даже не оглянувшись.

Чэн Чжисун чувствовал себя неважно, постоянно зевал, а перед глазами всё плыло. Влияние внезапного предложения расстаться оказалось сильнее, чем он предполагал. В полдень он забрался на кровать и, не стесняясь, проспал тридцать минут, укрывшись одеялом Суй Цунъаня, прежде чем снова сесть за подготовку к экзаменам.

В общем чате троих друзей кипела жизнь: там уже накопилось больше сотни сообщений, даже без участия Чэн Чжисуна. Во время перерыва он отправил короткое сообщение:

— Как успехи?

Цзян Ливэй и Фан Юань закончили сниматься в выпускной фотосессии в конце мая и сейчас путешествовали за границей. Лишь Чэн Чжисун, в отличие от сверстников, всё ещё сидел за учебниками, готовясь к финалу семестра.

Имбирь: О, наш великий занятой человек объявился.

Круглый: Всё плохо. Цзян Ливэй — идиот, умудрился угробить камеру, которую я привёз.

Чэн Чжисуну было лень печатать, и как раз в этот момент они позвонили по видеосвязи, настаивая, чтобы он посмотрел на огромную морскую черепаху, выплывшую на берег. Чэн Чжисун ответил.

К тому времени, как соединение установилось, черепаха уже отчаянно пыталась вернуться в море, активно работая ластами. Цзян Ливэй и Фан Юань хором вздохнули и перевели взгляды на экран, где появилось лицо Чэн Чжисуна.

Оба охнули, и Цзян Ливэй спросил:

— Что с тобой такое?

Чэн Чжисун приподнял голову:

— Что не так?

Фан Юань посоветовала:

— Посмотри в зеркало.

Кожа Чэн Чжисуна была бледной, и тёмные круги под глазами выглядели так, будто его кто-то безжалостно избил. Он редко обращал внимание на свою внешность, но сейчас сам испугался собственного отражения.

Шила в мешке не утаишь. Чэн Чжисун вырос вместе с этими двумя проницательными ребятами, они учились в одной школе с начальных классов до университета, поэтому стоило ему отвести взгляд, как они тут же уловили неладное. На том конце экрана Цзян Ливэй и Фан Юань начали обсуждать, не стесняясь его присутствия:

— Скорее всего, это из-за любовных дел.

— Верно, иначе с чего бы наш Чэн Чжисун, который вечно ни во что не вмешивается, был таким раздражительным?

Чэн Чжисуну нечего было возразить. В конце концов, когда они обсуждали в чате, куда отправиться в выпускное путешествие — на юг или на север, — они спрашивали мнение Чэн Чжисуна. А когда после его выбора в пользу севера они составили маршрут и позвали его с собой, Чэн Чжисун лишь удивлённо спросил в трубку:

— М? Вы куда-то собрались?

Всё, что не вызывало его интереса, Чэн Чжисун быстро забывал, не проявляя ни капли заботы. Как его друзья детства, они привыкли к такому Чэн Чжисуну.

Единственное, к чему они не могли привыкнуть, — это то, что он начал встречаться с кем-то, причём уже больше года. Поначалу Цзян Ливэй даже спорил с Фан Юань, что это просто игра, и дольше двух месяцев отношения не продлятся. Ведь Чэн Чжисун никогда раньше не состоял в отношениях, а тогда, когда Суй Цунъань начал за ним ухаживать, он просто принял его чувства на горячую голову.

Фан Юань относилась к этому оптимистичнее, но даже она была удивлена, что они продержались больше года.

Теперь же, услышав, что Суй Цунъань предложил расстаться, оба замолчали. Это было неожиданно, но… вполне ожидаемо.

Фан Юань прищурилась:

— Почему ты не у себя в квартире?

Чэн Чжисун ответил прямо:

— Я дома у Суй Цунъаня.

Имя Суй Цунъаня редко упоминалось в их переписке, поэтому Фан Юань и Цзян Ливэй часто забывали о том, что Чэн Чжисун вообще состоит в отношениях. Лишь изредка он писал что-то подобное: Мы поссорились, у нас снова неприятности. Почему Суй Цунъань злится? Я не знаю, почему он так себя ведёт.

Однако, не успевали Фан Юань и Цзян Ливэй дать совет, как Чэн Чжисун сухо добавлял:

— Всё в порядке.

На уточняющие вопросы о том, что случилось и почему они поссорились, он отвечал отказом:

— Ничего особенного, просто поругались.

Разве ссоры в отношениях — это не нормально? Фан Юань и Цзян Ливэй не придавали этому значения: в конце концов, у настоящих пар даже расставания бывают проявлением чувств, что уж говорить о ссорах. К тому же, они видели, как общаются Суй Цунъань и Чэн Чжисун — они однажды вместе обедали.

Чэн Чжисун оставался верен своему характеру: влюблённость не изменила его на сто восемьдесят градусов, а уж сюсюканье или слабость — тем более. Он распоряжался всем вокруг, запрещая Суй Цунъаню есть то одно, то другое:

— Ты же знаешь, что заболел, верно?

Он пододвигал нарезанный стейк к Суй Цунъаню, ворча, что тот снова простудился и не умеет за собой следить. Его тон был неизменно резким, звучал как обвинение, будто он досадует на лишние хлопоты.

За весь обед друзья испытали настоящий шок, но, поскольку дружили с Чэн Чжисуном с самого рождения, они прекрасно понимали: это просто его манера, даже без злого умысла он всегда звучит грубо. Они привыкли, но для Суй Цунъаня, который встречался с ним всего несколько месяцев, это было странно.

К их удивлению, Суй Цунъань принимал всё спокойно, словно не замечал острого тона Чэн Чжисуна, и покорно выполнял все его указания. Суй Цунъань был невозмутимым и молчаливым, как огромная мягкая губка: даже если Чэн Чжисун был полон колючек, они оба умудрялись оставаться целыми и невредимыми.

— Терпеливый человек, — оценивала Фан Юань Суй Цунъаня. — У него потрясающая выдержка и стрессоустойчивость. Он ни разу не вышел из себя. Не думала, что парень Чэн Чжисуна окажется таким хорошим.

Цзян Ливэй недоумевал:

— Ты уверена, что он не просто недалёкий?

Как бы то ни было, недалёкий Суй Цунъань не давал Фан Юань и Цзян Ливэю повода придраться. Время стёрло старые сомнения, накрыв их слоем добрых пожеланий. Видя, что личная жизнь Чэн Чжисуна вошла в нормальное русло, они втихаря переговаривались: Пускай всё так и идёт, пожелаем им счастья.

Фан Юань спросила:

— Как же всё дошло до такого?

Чэн Чжисун выложил всё как есть, и на его лице впервые промелькнуло недоумение:

— Я не думаю, что он всерьёз хочет расстаться. Тон, которым он это сказал, нелогичен… — Чэн Чжисун чувствовал смутное раздражение. Вчерашнее предложение расстаться прозвучало слишком внезапно, а причина была такой чуждой — Чэн Чжисун никогда раньше не сталкивался с подобными проблемами.

Он считал, что расставание должно быть хотя бы официальным, а не…

На полуслове Чэн Чжисун с удивлением заметил, что две головы на той стороне экрана давно застыли. Однако их глаза продолжали двигаться — явно не из-за плохого интернет-соединения, а из-за того, что они нарочно замерли.

Чэн Чжисун был не дурак, он сделал паузу на несколько секунд:

— Вы тоже считаете, что мой тон… или характер — проблема?

Двое наконец зашевелились.

Фан Юань:

— На самом деле… расставаться можно в любой момент, это нормально. И несовместимость характеров — частая причина.

Частая? Он никогда не думал о том, совместимы ли они. Этот вопрос впервые был поставлен перед ним так остро. Он тихо произнёс:

— Если не совместимы, можно же измениться.

Такая простая логика, почему же первой реакцией Суй Цунъаня было расставание? Он хотел что-то сказать, но, проявив несвойственную ему заботу о своём якобы скверном характере, решил промолчать.

Цзян Ливэй с опозданием поддакнул:

— Ну да, да, ты же не знаешь, что у человека на уме. То, что кажется тебе нормальным, другого может ранить в самое сердце.

Чэн Чжисун с трудом произнёс:

— Значит, с моим характером действительно что-то не так… А если так, почему вы мне раньше не сказали?

Цзян Ливэй судорожно вздохнул.

Фан Юань подхватила:

— Хочешь услышать правду?

Чэн Чжисун раздражённо ответил:

— А как иначе?

Фан Юань глубоко вздохнула:

— Честно говоря, мы привыкли. Если бы ты хоть раз не стал нам возражать, мы бы сами почувствовали себя неловко.

Чэн Чжисун поднял бровь, уцепившись за ключевое слово:

— Возражать? Я когда-нибудь вам возражал?

Цзян Ливэй, увидев это, возбуждённо отступил на два шага и указал на него пальцем:

— Вот! Вот этот тон! Теперь всё на своих местах.

Фан Юань:

— Сейчас — точно да.

Чэн Чжисун не мог с этим согласиться:

— Я не сказал ни одного агрессивного слова.

Фан Юань принялась объяснять:

— Есть тип людей с подсознательно контрастной личностью. Они возражают, даже не осознавая этого. Не говорят прямо: нет, это не так, я считаю иначе, — но создают ощущение дискомфорта, потому что человек, общаясь с тобой, ждёт подтверждения, а получает отрицание. Я считаю, что такую осознанную коррекцию можно провести: уменьшить количество отрицательных ответов и риторических вопросов, чтобы окружающим было приятнее с тобой говорить.

Чэн Чжисун замолчал на несколько секунд:

— Я всё равно не понимаю.

Часто он говорил что-то совсем не с целью отрицать чужое мнение, но сейчас выходило, что он только этим и занимался.

Цзян Ливэй выпалил:

— Да ладно тебе, ты больше двадцати лет вёл себя так, странно было бы измениться в одночасье.

— Спасибо, что не бросили меня, — Чэн Чжисун отключил видеосвязь.

Фан Юань и Цзян Ливэй заботливо прислали голосовое сообщение:

— Ничего, мы ведь оба за спиной тебя обсуждали.

Чэн Чжисун хмыкнул и полез в интернет искать информацию. Обнаружив, что всех тех симптомов, которые они описали, у него нет, он с облегчением выдохнул.

Тщательно подбирая тон, он отправил в чат сообщение:

— Ваши доводы нелогичны, у меня нет этих симптомов, доказательства недостаточны, я не могу принять вашу точку зрения. И к тому же, когда я вам возражал? Часто мне кажется, что вы ведёте себя по-детски, и мне не очень-то хочется с вами разговаривать.

http://bllate.org/book/39783/5041329

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода