Готовый переклад My Boyfriend Will Pick You Up / Пусть мой парень заберет тебя, мистер Линь: Розділ 8

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Не успели они сделать и пары шагов, как Ли Юньсян услышал раскатистый рев моторов. Он бросил взгляд на Чэн Жана и, заметив, что тот по-прежнему идет глядя прямо перед собой, ничего не стал говорить и просто молча последовал за ним. И верно, стоило им завернуть за поворот, как прямо в лицо ударил ослепительный свет фар. Ли Юньсян инстинктивно шагнул за спину Чэн Жану, а краем глаза заметил, как Чэн Жань, казалось, взмахнул рукой вперед — после чего эти слепящие лучи, словно по нажатию общего выключателя, вмиг погасли.

На горной дороге остался лишь свет под плафонами уличных фонарей, смолк даже ровный гул моторов, и вокруг сразу воцарилась тишина. Впрочем, эта тишина продлилась всего мгновение, и вскоре впереди зазвучали голоса нескольких людей. Ли Юньсян тогда снова поднял голову и огляделся: вдоль горной дороги в ряд стояло пять или шесть тяжелых мотоциклов. Сами владельцы уже слезли с байков и толпились перед ними, причем несколько человек направлялись прямо к ним.

Когда те подошли ближе, Ли Юньсян вскинул взгляд и оценил их: возрастом они были примерно с него и Чэн Жана, лет семнадцати-восемьнадцати. Одежда на них была по большей части простой и легкой — надо полагать, ради удобства вождения. Только позади всех выделялся невысокий парень, с ног до головы одетый в черную кожаную курку и кожаные штаны, что смотрелось несколько чужеродно на фоне пестрой толпы в футболках и джинсах.

— Эй, разве ты не говорил раньше, что не приедешь? — зачинщик первым поприветствовал Чэн Жана, и, пока он говорил, они уже сошлись вплотную. Тот парень выглядел симпатично, с крашеными волосами глубокого каштанового оттенка и широкой улыбкой на лице, излучая солнечное и лихое обаяние. Каштанововосый, судя по всему, был отлично знаком с Чэн Жаном: на ходу приблизившись к обоим, он хлопнул Чэн Жана по плечу и уже собирался сказать что-то еще, как вдруг разглядел стоявшего рядом Ли Юньсяна. Тут же последовал целый каскад преувеличенных возгласов: — Ого! Какая красивая малютка, откуда ты его сбежал? Уж не твой ли это школьный поклонник?

Стоило ему это выкрикнуть, как взгляды остальных тут же обратились на Ли Юньсяна.

— Что ты несешь за чушь, это мой одноклассник. Как раз объявились школьные каникулы, ему скучно, вот я и привел его развеяться, — судя по всему, отношения Чэн Жана с каштанововосым действительно были неплохими. Он лишь отмахнулся от чужой руки и не стал раздувать скандал из-за не слишком вежливых слов приятеля, однако улыбка, до того игравшая на его губах, исчезла.

Каштанововосый стоял близко, так что, разумеется, не пропустил перемену в его настроении. Он тут же сбросил дурашливый вид и вполне серьезно обратился к Ли Юньсяну:

— Приветствую, одноклассник. Только что я пошутил, пожалуйста, не принимай это близко к сердцу, а не то мне не поздоровится. Я Ху Хуан, сосед Чэн Жана.

— Привет, Ли Юньсян, — кивнул Ли Юньсян, который и впрямь не собирался обижаться на те слова. Он обладал удивительной чуткостью к чужим эмоциям — иначе бы не раскусил истинную натуру Чэн Жана в первый же день. То, что сказал Ху Хуан, и правда было обычной шуткой, в которой не таилось ни капли дурного умысла. Что же думали остальные — Чэн Жань, судя по всему, был с ними знаком, и если возникнут проблемы, он наверняка разберется сам, так что к нему это отношения не имело.

— Привет-привет, Юньсян, значит? Чэн Жань ведь впервые кого-то с собой приводит, вы, должно быть, очень близки! Кстати, умеешь водить мотоцикл? Хочешь, я дам тебе свой попробовать? — Ху Хуан отличался легким нравом, и, убедившись, что Ли Юньсян и впрямь не сердится, он успокоился и уже протянул руку, намереваясь увлечь Ли Юньсяна к месту стоянки байков.

Заметив его движение, Чэн Жань сделал полшага вперед, отводя руку Ху Хуана в сторону, а затем притянул Ли Юньсяна за запястье ближе к своей спине и произнес:

— Он не умеет. Я сегодня тоже кататься не буду, прокачу его с ветерком и сразу назад.

Ху Хуан замер, машинально оглянувшись назад, но не успел ничего произнести, как его опередили.

— Молодой господин Чэн, даже если вы сегодня не собираетесь кататься, нельзя же катать одноклассника с ветерком, тут же моя сестра! — подал голос тот самый веснушчатый парень в коже, что стоял за спиной у Ху Хуана. Лицо его густо усыпала юношеская сыпь, сам он был невысок и слегка горбился, а манера говорить звучала донельзя язвительно. Среди этой компании избавительных мажоров и наследниц он выглядел чужеродно и нелепо.

Услышав это, Ли Юньсян глянул на Чэн Жана и заметил, что уголки губ того снова изогнулись в улыбке — только на сей раз она отличалась от той вежливой маски, что была раньше, и казалась насквозь издевательской?

Он что, разозлился?

Веснушчатый был невысок, и Чэн Жань лишь бросил на него сверху вниз ленивый взгляд, после чего перевел глаза на Ху Хао и с полуулыбкой процедил:

— Кого это он имеет в виду?

Ху Хао сгорел со стыда, отвесил веснушчатому свирепый подзатыльник, после чего слегка кашлянул, прочищая горло, и выдал:

— Это Е Синь. Когда ты позвонил, мы как раз все вместе тусовались, а узнав, что ты едешь в горы, она увязалась следом. А этот тип — его притащила Е Синь, говорит, какой-то ее двоюродный братец.

Семья Е входила в тройку ведущих монополий Хайши, специализируясь на недвижимости, а Е Синь приходилась ей старшей наследницей. То, что Е Синь влюблена в Чэн Жана, было секретом Полишинеля в их тусовке золотой молодежи. Чэн Жань к Е Синь ничего не испытывал, и все хранили молчание по этому поводу. А ум Е Синь заключался именно в том, что, даже зная о ее чувствах — и зная, что сам Чэн Жань в курсе, — она не произносила вслух ни слова и никогда не делала признаний. Логика ее была предельно проста: Чэн Жань сейчас не питает к ней чувств, но ведь и к остальным равнодушен; пока она не раскрывает карт, у Чэн Жана нет повода открыто ее отвергнуть, а раз он по сей день прямо ей не отказал, значит, у нее всегда остается шанс.

— О? — отозвался Чэн Жань, и на его лице застыла неопределенная усмешка. — Не припомню, чтобы мне требовалось чье-то одобрение, если я хочу кого-то прокатить.

С этими словами, не дожидаясь реакции остальных, он решительно повел Ли Юньсяна к месту стоянки.

Ху Хао обернулся и бросил взгляд на Е Синь, стоявшую неподалеку: та замерла на полпути, собираясь сделать шаг вперед, а поднятые уголки ее губ окаменели. Ху Хао лишь пожал плечами, показывая, что ничем не может помочь. Если кого и винить, так только ее саму — какая муха ее укусила притащить с собой этого идиота? Он развернулся и побежал вслед за Чэн Жаном, на ходу поясняя:

— Человека привела Е Синь, называет его каким-то там кузеном, но по мне, так он забыл мозги на собственной тумбочке, когда выходил из дома. Не позволяй всяким ничтожествам портить тебе настроение, я велел пригнать твою тачку, вон она припаркована. Захочешь — погоняешь пару кругов, не захочешь — просто покатайся с ветерком.

С этими словами он протянул Чэн Жаню какой-то предмет. Ли Юньсян мельком глянул — это был ключ.

— Спасибо.

Мотоцикл Чэн Жана представлял собой серебристо-белый Harley-Davidson. Перекинув длинную ногу через седло, он уселся на байк, качнул Ху Хао ключом в знак благодарности, а затем вотвил ключ в зажигание и завел мотор. Двигатель издал глухой рокот, Чэн Жань снял с руля шлем и знаком велел Ли Юньсяну подойти ближе.

Ли Юньсян и так стоял рядом, поэтому ему потребовалось лишь сделать шаг, чтобы оказаться перед Чэн Жаном. Он протянул руку, собираясь взять шлем, но Чэн Жань отстранился. Недоуменно подняв глаза, Ли Юньсян увидел, что губы парня тронута улыбкой, полной неприкрытого лукавства:

— Ты не умеешь, я сам надену.

С этими словами, пользуясь тем, что Ли Юньсян слегка запрокинул голову, он бережно водрузил на него шлем, с заботливой тщательностью застегнул ремешок и отрегулировал посадку, после чего хлопнул по сиденью позади себя, приглашая забраться.

Ли Юньсян не сдвинулся с места. Он, кажется, что-то произнес, но Чэн Жань не расслышал. Остальные мотоциклы уже завели, и рев моторов в сочетании с галдежом толпы стоял слишком громкий, так что Ли Юньсяну пришлось прижаться к самому уху Чэн Жана и выкрикнуть:

— А твой?!

Опасаясь, что Чэн Жань опять не разберет слов, он даже ткнул пальцем в сторону его головы. Однако Чэн Жань лишь отмахнулся, снова призывая сесть. Делать было нечего: Ли Юньсян легко опустил руки ему на плечи, закинул длинную ногу и надежно устроился позади.

— Я никогда не возил пассажиров, так что пока побудешь в моем шлеме, а в следующий раз выберем тебе что-нибудь по вкусу, — убедившись, что тот уселся правильно, через плечо бросил Чэн Жань и крикнул: — Крепче держись!

Ощутив, как пара рук обхватила его за талию, он резко выжал газ и сорвался с места, мгновенно уносясь вдаль.

Ли Юньсян никогда раньше не ездил на мотоциклах, и от инерции его откинуло назад. Руки, обвивавшие талию Чэн Жана, инстинктивно сжались сильнее, а сам он всем телом вжался в спину впереди сидящего парня — плотно-плотно. Скосив глаза, он завороженно смотрел на мелькавшие по сторонам пейзажи, а спустя пару мгновений поднял руку и приподнял защитное визор-стекло.

Мгновенно усилившийся в несколько раз ветер ударил в лицо, заставив прищурить глаза. Ли Юньсян чуть прижался щекой к плечу Чэн Жана, но возвращать визор на место не стал. Он ведь пассажир, и даже если ветер режет глаза — ничего страшного.

Проехав какое-то расстояние, Чэн Жань сбросил скорость. Поток воздуха ослаб, и Ли Юньсян вновь широко распахнул глаза.

— Посмотри налево, — голос Чэн Жана прорвался сквозь свист ветра.

Ли Юньсян слегка отклонился назад и, повернув голову, прильнул щекой к левому плечу Чэн Жана.

Справа тянулась каменная стена горного склона, а слева раскинулся ночной Хайши во всей красе. В Хайши он прибыл еще в июне, но город не казался ему чужим: здесь родилась его мать, Сюй Цин, и каждое лето он приезжал сюда навестить дедушку с бабушкой. Единственное отличие заключалось в том, что в этот раз он остался, и если всё пойдет как надо, то и старшую школу он закончит здесь.

И хотя город был ему знаком, он еще никогда не видел его ночной изнанки. На самом деле, зрелище оказалось не таким уж и волшебным. Пестрые мириады огней усыпали мегаполис, создавая суетливую, хаотичную картину, источающую при этом дикую, пульсирующую энергию. Этот город был чертовски хорош. В конце концов, здесь он встретил Чэн Жана.

Мотоцикл вывез их на самую вершину горы. Наверху располагалась смотровая площадка, обнесенная деревянной оградой; земля была выстлана деревянными досками, а неподалеку стояло несколько скамеек, где можно было с комфортом любоваться ночным видом. Чэн Жань припарковал байк на первом попавшемся свободном пятачке и, потянув за собой Ли Юньсяна, усадил его на ближайшую скамью.

— Холодно? — спросил Чэн Жань и, перехватив его вторую руку, пощупал пальцы. Убедившись, что те не слишком озябли, он успокоился, но выпускать чужую ладонь из своей не стал, словно позабыв про это.

Ли Юньсян за последнее время уже привык к тому, что тот то и дело берет его за руку, а потому сейчас даже не обратил на это внимания. Оглянувшись на дорогу, по которой они сюда поднимались, он прислушался к тишине и поинтересовался:

— А они не поднимутся?

Он ведь ясно слышал, как в момент их отъезда остальные байки тоже тронулись с места, но сейчас не было видно ни фар, ни звуков. Куда же они уехали? Неужели на гору ведет больше одной дороги?

Словно разгадав его сомнения, Чэн Жань пояснил:

— Там есть другая дорога, они развлекаются на том конце.

http://bllate.org/book/39768/5038829

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу