Цзян Ву долго-долго стоял в оцепенении, а в голове у него эхом отдавалась одна и та же фраза: Ты хоть помнишь, кому ты обязан своим мастерством игры на барабанах? Цзян Ву не мог найти ответ.
Он даже не догадывался, что бабушка тихо стояла за дверью и видела всё, что произошло, через узкую щелку. Старушка тайком смахнула слезы с глаз, сгорбилась и медленными, шаркающими шагами удалилась прочь.
Её сын оказался подонком, зато внук вырос замечательным человеком. Старушка опустилась на кресло-качалку, которое когда-то сделал для неё младший внук, и начала мерно раскачиваться, погрузившись в тяжелые думы.
Мама Цзян Ву когда-то тоже была участницей музыкальной группы и невероятно талантливой барабанщицей. У неё могло быть блестящее будущее, если бы она не встретила этого мерзавца — отца Цзян Ву.
В свое время Цзян Хай налгал, что работает профессиональным менеджером, и обвел маму Цзян Ву вокруг пальца. Она отдала ему и сердце, и себя, а когда забеременела, узнала, что у него нет ни связей, ни перспектив, а её группа из-за его вмешательства распалась.
Мать Цзян Ву впала в глубокую депрессию. Одинокая и сломленная, она хотела уйти из жизни вместе с ребенком, но об этом узнала бабушка Цзян Ву. Будучи женщиной старой закалки, она понимала: раз её сын — подонок, она не может снять с себя ответственность за происходящее.
Она уговорила мать Цзян Ву вернуться, долго утешала её и даже спросила, чего она хочет на самом деле, предложив сделать аборт, если та не готова к материнству — все расходы на операцию и последующее восстановление старушка брала на себя.
Мама Цзян Ву изначально собиралась избавиться от ребенка, но, лежа на операционном столе, передумала. Она плакала и твердила старушке, что ей страшно. Срок был уже приличный, маленький Цзян Ву начал шевелиться, и мать просто не смогла с ним расстаться.
Старушка стиснула зубы и твердо решила: пусть рожает, они вдвоем как-нибудь справятся, не страшно вырастить одного ребенка. А про того негодяя, своего сына, она решила забыть, будто его никогда и не существовало.
Так Цзян Ву благополучно появился на свет, и какое-то время они втроем жили вполне счастливо. Но когда мальчику исполнилось пять лет, этот подонок вернулся. Началась ссора из-за денег, в ходе которой он толкнул мать Цзян Ву, она упала с лестницы, ударилась головой и скончалась по пути в больницу.
Цзян Хая посадили за непредумышленное убийство, и с тех пор бабушка в одиночку тянула Цзян Ву.
Она бережно хранила барабанную установку, оставшуюся от матери, и протирала её до блеска, чтобы малыш мог играть. Цзян Ву унаследовал талант матери, и, когда это стало очевидно, бабушка была вне себя от радости. Даже несмотря на скудный семейный бюджет, она настояла на том, чтобы Цзян Ву ходил на занятия в городской Дворец пионеров.
Преподаватель, которому достался такой талантливый ученик, души в нем не чаял. Увы, судьба Цзян Ву была горькой: вскоре после выступления на фестивале искусств у бабушки обнаружили смертельную болезнь.
Требовалась срочная операция. Родственников у них почти не было, пришлось выгрести все накопления, а потом и продать барабаны, чтобы набрать нужную сумму.
Как только болезнь заявила о себе, деньги из семьи начали утекать в больницы нескончаемым потоком. О каких мечтах Цзян Ву мог после этого думать?
Учитель, который занимался с Цзян Ву, был глубоко опечален судьбой талантливого мальчика и даже выделил немного денег на экстренные нужды. Позже учителя перевели работать в город, и Цзян Ву так и не смог найти его, чтобы вернуть долг.
В своей маленькой комнате Цзян Ву глубоко вздохнул, отгоняя тяжелые мысли. Сейчас его единственная цель — хорошо учиться и зарабатывать деньги, чтобы бабушка поправилась. Всё остальное — суета, которая не имеет значения.
В двухуровневой квартире семьи Ся Цзян Яньюй ворочалась в своей постели с боку на бок, пытаясь придумать, как же всё-таки уговорить Цзян Ву.Заменить человека было невозможно, ведь маленькая товарищ Ся Цзюцзю зациклилась именно на Цзян Ву, а в некоторых вещах Ся Няо проявлял небывалое упрямство.
Из-за учебы телефон обычно стоял на беззвучном режиме или вибровызове, и в этот момент телефон Ся Няо, который неизвестно когда откатился под него, несколько раз подряд завибрировал.
Подумав, что это какое-то школьное оповещение, Ся Няо достал его и взглянул — это было сообщение от Вэй Иин.
В тот день во время ужина они обменялись контактами в Вичате, и теперь на телефоне, помимо сообщения от Вэй Иин, висел еще и общий чат.
YING: Ся Няо, я создала беседу, пусть это будет наш внутренний чат группы.
Вэй Иин прекрасно адаптировалась к новой школе и очень быстро освоила роль менеджера, сразу же взвалив на себя соответствующие обязанности. Девочка подошла к делу весьма солидно, и Ся Няо проникся к Вэй Иин уважением.
Чат уже ожил, в него даже добавился У Юйшэн и, отправив картинку с лотосом в стиле пожилых людей, поприветствовал всех.
Ся Няо бросил в чате несколько точек и написал в личку Ци Сехоу.
Bird: Эй, У Юйшэн ведь еще не утвержден окончательно? С чего это ты его сюда притащил?
Meet: Да ладно тебе, я же говорил, что завтра отведу тебя в одно местечко. Когда увидишь контраст в нашем маленьком зубриле, ты уже ни за что не откажешься. Поверь брату, ты еще возьмешь свои слова назад!
Bird: Смотри мне! Если нет — принесу тебя в жертву!
Ся Няо отправил угрозу, и вскоре экран телефона изменился — это Ци Сехоу позвонил и спросил, что делать с Цзян Ву.
Что мог сделать Ся Няо? Конечно же, продолжать преследовать его и брать в осаду. Он не верил, что такого человека, как Цзян Ву, в чьем сердце тлеют искры, нельзя зажечь.
Провалявшись в постели почти целый час, Ся Няо повесил трубку после разговора с Ци Сехоу, вдруг резко сел на кровати, взял телефон и принялся что-то искать.
Ища информацию, он одновременно размышлял: у Цзян Ву сейчас нет ударной установки, и если затащить его в яму, тьфу ты, в долевой состав, то отсутствие барабанов станет проблемой.
В Средней школе Чанъян пианино, гитары и тому подобное еще имелись, а вот других инструментов не было, так что ему придется поломать голову над тем, как раздобыть для Цзян Ву комплект ударных.
Маленький товарищ Ся Цзюцзю выглядел полным боевого духа, абсолютно уверенным, что Цзян Ву уже присоединился к группе, и давно выбросил из головы все отказы Цзян Ву.
В их семье карманными деньгами всегда управляли самостоятельно, к тому же Ся Цин и Цзян Яньюй регулярно давали ему деньги на расходы. Ся Няо подсчитал: хотя набрать сумму на ударную установку для Цзян Ву было немного накладно, ее всё же хватало.
Однако выбор самих барабанов представлял проблему: та старая установка Цзян Ву служила ему очень долго. Хотя Ся Няо примерно помнил ее внешний вид, он не знал бренда. Если бы Цзян Ву увидел точно такие же барабаны, его сердце, должно быть, дрогнуло бы еще сильнее.
Погруженный в раздумья, Ся Няо не заметил, что его мама уже давно наблюдала за ним из щели в двери — начиная с того момента, когда он вернулся унылым и лишенным сил, и до того, как он начал повсюду рыться в поисках сберегательной книжки, чтобы проверить баланс.
Цзян Яньюй нахмурилась, интуитивно чувствуя неладное: хотя они с Ся Цин не были против того, чтобы сын добивался объекта своей симпатии, судя по такому размаху, он собирался выложить последние кровные!
Это было серьезное дело, нужно было посоветоваться с отцом мальчика и разведать обстановку — не забрался ли их сын в интернет смотреть стримы и не охмурил ли его какой-нибудь бессовестный стример?
http://bllate.org/book/39762/5038056
Готово: