Фигуру Юй Синьюаня узнать проще простого: от макушки до пят от него веяло породистой статью, и даже его затылок отличался от чужих.
Обычно среди толпы самым приметным оказывается именно он, и Хань Чжэнь еще ни разу не ошибался.
Юй Синьюань обернулся и, как и ожидалось, увидел Хань Чжэня, который тоже был без школьной формы. Затем он перевел взгляд на Гу Чжэнъяна и чуть приподнял подбородок:
— Как заходить будем?
— Черт, забыл форму, — Хань Чжэнь прижал к груди мотоциклетный шлем, бегло окинул всё взглядом, выругался, а затем потрепал себя по свежо завитым мелким кудряшкам. — Впрочем, с такой красотой я вполне могу рассчитывать, что старшекурсницы сжалятся и пропущу меня.
Юй Синьюань молча зашагал в противоположную от школы сторону. Шел он неторопливо, покачиваясь, а от всего его облика исходила усталость.
— Ты еще поразмышляй, — бросил он на ходу.
— Юань-гэ, говорю же, я отлично знаком с вице-президентом совета, проскочить внутрь вообще не проблема, — продолжал тараторить Хань Чжэнь.
Услышав в ответ лишь невнятное мычание Юй Синьюаня, который так и не повернул головы, Хань Чжэнь снова глянул на школьные ворота и встретился взглядом с Гу Чжэнъяном. Его лицо тут же искривилось:
— С чего это этот демон Гу Чжэнъян тут трется? И как теперь пробираться внутрь?
Пробормотав это, Хань Чжэнь вдруг сообразил:
— Стоп, Юань-гэ, за отсутствие формы снимают всего два балла! Не стоит же из-за этого прогуливать! За прогул-то четыре балла влепят!
А за сорок набранных штрафных баллов вызывают родителей.
Юй Синьюань не оборачивался. Он лишь махнул рукой, продолжая шагать вперед.
Добравшись до перекрестка, он остановился.
Зажав во рту леденец зубами, он озадаченно нахмурился.
Он прогуливал школу впервые в жизни и понятия не имел, куда теперь податься.
Возвращаться домой исключено: там наверняка околачивается пара людей его дядюшки — стоило бы ему переступить порог, как те доложили бы о прогуле.
Но куда же тогда податься?
***
Тем временем Хань Чжэнь разрывался между тем, чтобы составить компанию Юй Синьюаню в его побеге, или все-таки пойти на занятия. Юй Синьюаню-то нечего бояться баллов: захоти он хоть целый год не появляться в школе, и слова никто не скажет.
Но у Хань Чжэня ситуация иная — дома имелся батюшка, который невероятно трепетно относился к его успеваемости.
Разве может какой-то там друг сравниться с отцом?
Конечно же, нет!
Поразмыслив над этим, Хань Чжэнь решительно развернул мопед.
Отец в худшем случае отлупит, но если он бросит друга во время прогула, какой он после этого товарищ?
Хань Чжэнь задрал подбородок и только сделал шаг вперед, как кто-то налег на руль его мотоцикла.
Взглянув на ледяное лицо Гу Чжэнъяна, Хань Чжэнь огляделся:
— Мы вроде бы еще за пределами школы, не твоего ума дело.
— Еще четыре штрафных балла, и в эту пятницу на классном часу тебе придется вызывать родителей, — в голосе Гу Чжэнъяна не было ни единой эмоции, а говорил он так, будто зачитывал служебную инструкцию.
Хань Чжэнь всё еще сомневался: разница между двумя и четырьмя баллами была невелика, а два балла — дело наживное.
Гу Чжэнъян убрал руку с руля, совершенно не опасаясь, что тот попытается сбежать.
— Юй Синьюаня я тоже верну. Ступай внутрь.
Услышав это, Хань Чжэнь послушно повернул в сторону школы.
Он не боялся Гу Чжэнъяна — он просто ненавидел лишнюю волокиту.
Гу Чжэнъян был старостой их класса, признанным гением Первой городской старшей школы и, выражаясь прямо, ее главным сокровищем.
Для самого Хань Чжэня подобные люди от макушки до пят были сплошной ходячей головной болью.К тому же, если речь шла о Гу Чжэнъяне, Юй Синьюань обычно всё же проявлял хоть капельку уважения.
Гу Чжэнъян был далеко не так спокоен, как казалось на первый взгляд. Глядя на спину Юй Синьюаня всего в нескольких шагах от себя, он нахмурился.
Стоило не увидеться всего одну ночь, как ему показалось, что тот ещё сильнее похудел.
Непонятно было, то ли он не позавтракал, то ли даже вчерашний ужин пропустил.
В мыслях Гу Чжэнъяна роилось множество дум, но он быстро вернул своему лицу бесстрастное выражение, шагнул вперёд и произнёс:
— Сегодня утром будет церемония поднятия флага.
— Какое мне до этого дело? — Юй Синьюань обернулся. В мыслях он много раз репетировал встречу с Гу Чжэнъяном, но стоило ему по-настоящему увидеть этого человека, как некоторые слова вопреки воле сорвались с языка.
Хотя он был тронут тем, что в самый последний момент появился Гу Чжэнъян, он также затаил на него обиду: как же было бы хорошо, приди этот человек искать его чуть раньше.
Они так долго друг другу нравились, почему же он не пожелал вымолвить ни единого признания?
Уставившись на него и затаив в груди обиду, Юй Синьюань прямо продолжил:
— Что, без меня флаг поднять не смогут?
Кожа у него была очень светлой, и с того места, где стоял Гу Чжэнъян, на всём лице не было заметно ни единого изъяна — напротив, оно излучало красоту подобно бараньему жиру в нефрите, от которой невольно хотелось протянуть руку и погладить.
Назло всему черты лица несли в себе некую остроту, а в паре чёрных глаз таилась улыбка, но при этом всё равно сквозила отстранённость, заставив Гу Чжэнъяна вновь успокоиться.
Он уставился на светлые губы Юй Синьюаня, немного рассеянно, но по-прежнему сохраняя на лице напряжённое выражение.
— Если дело в том, что ты не взял верхнюю одежду, можешь взять мою.По правилам школьного дресс-кода требовалось носить форму, но у ворот достаточно было накинуть сверху куртку, чтобы пройти проверку.
Поскольку штаны от формы обычно волочились по земле или были донельзя широкими и мешковатыми, за исключением главного толстяка в каждом классе, мало на ком они сидели как влитые.
Учителя просто закрывали на это глаза и пускали учеников.
Гу Чжэнъян говорил, попутно сдёргивая с плеч школьную куртку и обнажая серый лонгслив.
Тонкая толстовка почти плотно прилегала к его телу, и от каждого порыва ветра прорисовывались очертания фигуры Гу Чжэнъяна, под которой то и дело угадывались сильные, крепкие мышцы.
Юй Синьюань скрестил руки на груди, дюйм за дюймом обводя его взглядом. В отличие от тех мешковатых штанов, в которые можно было бы поместить две пары ног, сине-белые брюки формы сидели на Гу Чжэнъяне идеально — и по длине, и по ширине, словно их сшили на заказ.
Просто ходячая реклама школьной формы.
Фигура... в общем-то неплохая.
— Прошу прощения за вторжение. — Гу Чжэнъян прервал его мысли и, шагнув вперёд, накинул куртку на плечи Юй Синьюаня, в душе облегчённо выдохнув.
— Вторжение? Ты всегда так разговариваешь? — Юй Синьюань взбросил брови. Куртка была лёгкой, но когда она легла ему на плечи, от неё ещё исходило тепло тела Гу Чжэнъяна — горячее, парное.
То самое тепло, которое он по идее должен был ненавидеть.
Произнеся это, он взглянул на Гу Чжэнъяна и только теперь заметил, что тот был на пару сантиметров выше него, так что теперь приходилось чуть-чуть задирать голову.
В Юй Синьюане тут же взыграл природный барский характер, и он невольно нахмурился:
— Мне ещё никогда не доводилось надевать чужие куртки.
http://bllate.org/book/39747/5035921
Готово: