— Во всяком случае, не твой тип. Такие прилипчивые, как ты, меня просто выворачивают. Если уж обязательно выбирать...
На этих словах в её голове внезапно всплыла пара светло-карих, безмятежных, словно древний колодец, глаз и до смерти напугала её. Взяв себя в руки, она бросила:
— Короче говоря, не слишком навязчивые! Я этого не вынесу!
Стоило ей закончить, как Юй Тин первой не выдержала и хихикнула.
Ся Ся тоже хотела улыбнуться, но, стоило ей взглянуть на лицо Янь Цань, как она тут же смущенно опустила голову, закусила нижнюю губу и сдержала смешок.
Услышав эту тему, Чжан Жу внезапно перевела взгляд на Ся Ся:
— Младшая сестрёнка, расскажу тебе одну забавную историю. Знаешь, в девичьем кругу наша староста Янь Цань пользуется куда большей популярностью, чем у парней. Когда она только поступила в старшую школу, многие наводили о ней справки. Всякие там Дни святого Валентина, Рождество — у неё в парте вечно горы подарков...
Тут она усмехнулась:
— Только вот наша благородная барышня Янь — та ещё ледышка. Строит из себя ходячий айсберг. После того как она безжалостно отшила парочку старшеклассников и старшеклассниц, признаваться ей в любви больше никто не смел.
Ся Ся бросила взгляд на Янь Цань, подумав, что никакая она не ледышка. В тот день она говорила с ней очень мягко, да и сейчас улыбается.
— Эй, Су Цы, они тут обсуждают старосту Янь Цань! Говорят, ей девчонки в любви признавались?
Чжао Паньпань, которая всё это время навостряла уши, откинувшись назад и чуть ли не прилипая к задней парте, поспешила поделиться подслушанными сплетнями с соседкой.
Но Су Цы, судя по всему, это нисколько не интересовало. Она лишь хмыкнула и продолжила есть с прежним, чрезвычайно элегантным видом.
От начала и до конца она соблюдала правило: во время еды не разговаривай.
Видя такое, Чжао Паньпань благоразумно замолчала и снова навострила уши, прислушиваясь к тому, что происходит за спиной.
— Я доела, пойду, — внезапно поднявшись, произнесла сидевшая рядом девушка. Чжао Паньпань бросила взгляд на её тарелку — рис был тронут едва ли на треть.
Мысленно она отметила, что Су Цы не зря такая худая: её порция изначально составляла лишь половину порции самой Чжао Паньпань. С таким крошечным желудком... рассеянно кивнув, она продолжила подслушивать чужой разговор.
На этот раз тема зашла об учителях. Кто-то говорил, что среди преподавателей третьего года обучения есть учитель физики, который страсть как любит вызывать учеников к доске, а за неправильный ответ заставляет бегать кросс. Что это за учитель-садист такой? Чжао Паньпань уже заслушалась, но тема вдруг оборвалась на самом интересном месте.
Она рассеянно повернула голову на сорок пять градусов и заметила, что столик позади неё уже закончил трапезу и собирается расходиться.
Чжао Паньпань глянула на собственную остывшую еду, к которой почти не притрагивалась, крикнула удаляющейся Су Цы: «Подожди меня!» — наспех закинула в рот пару ложек и тут же бросилась следом.
Выйдя за ворота столовой, Чжао Паньпань принялась вспоминать только что подслушанные сплетни. Вспомнив, что Су Цы и Янь Цань подруги, она неожиданно заинтересовалась и не удержалась от вопроса:
— Су Цы, а вы со старостой как познакомились?
Она не уточнила, о какой именно старосте речь, но Су Цы прекрасно поняла, кого та имеет в виду.
Глядя прямо перед собой, Су Цы безэмоционально ответила:
— С чего это ты вдруг заинтересовалась?
— Да так, просто любопытно, — отозвалась Чжао Паньпань.
По правде говоря, Су Цы и сама этим интересовалась. Эта девчонка несла какую-то чушь о том, что она для неё очень важна, что она ей нравится, а потом они вдруг стали подругами — Су Цы и сама находила это странным.
— Возможно, — холодным тоном произнесла Су Цы, — она ко мне...
Вторую половину фразы она договаривать не стала.
Чжао Паньпань ничего не поняла:
— Она к тебе как?
Су Цы покачала головой.
Может, Янь Цань симпатизирует ей потому, что все её привычные друзья принадлежат к тому же кругу, а такая нищая и бесправная ученица, как она, кажется ей чем-то новеньким?
Или же, увидев, как над ней измываются и как она падает на дно, та решила спасти её, чтобы потешить собственное самолюбие?
Но как бы то ни было, Су Цы верила лишь в одно:
Человек никогда не начинает сближаться с кем-то просто так, без задней мысли.
Какова же её цель? Даже Су Цы, круглая отличница параллели, не могла найти ответ.
Сдавать все экзамены за один день — дело суматошное. Лишь к семи часам вечера в первом классе выпускного года закончились занятия, и, когда Янь Цань наконец добралась до дому, над головой уже покачивался серп луны.
Завтра пятнадцатое число — смертоносный вторник. Она хотела забрать Су Цы к себе под присмотр, но та, очевидно, идти к ней домой не собиралась: отправленное вчера сообщение «Приходи завтра ко мне в гости!» так и осталось без ответа.
Всё, казалось, вернулось к исходной точке.
Хотя в тот раз, стоило ей попросить составить ей компанию в день рождения, та сразу согласилась, поехала с ней и провела с ней целый день.
Почему же на этот раз не сработало?
Поразмыслив, она вспомнила, что в прошлый раз добилась согласия с помощью угроз и давления на совесть.
Неужели и теперь придется действовать так же?
Конечно, это изрядно портит репутацию прежней хозяйки тела, но если ради спасения человека...
Прости, барышня Янь, твоё лицо уже столько натворило всяких непотребств.
Мысленно покаявшись, она тут же отправила Су Цы сообщение:
Завтра после уроков идёшь со мной домой! Составишь мне компанию! Я тебе помогала, так что и ты должна мне помочь! И попробуй только отказаться!
А-а-а-а-а-а, почему я такая гадина?!
Янь Цань даже постеснялась перечитывать написанное второй раз и просто ударила по удалению чата, чтобы глаза не мозолили.
……
Су Цы на отправленное сообщение так и не ответила. Ни пока Янь Цань дописывала уроки, ни за ужином, ни после душа — ответа не было.
Янь Цань...
Она начинала подозревать, что та добавила её в чёрный список.
До чего же обидно!
В шесть часов утра, едва солнце показалось из-за горизонта, дядя Чэнь уже поджидал у машины.
Школа в такую рань ещё даже не открылась, и он понятия не имел, куда собралась юная госпожа. Пока он размышлял об этом, барышня захлопнула дверцу автомобиля и назвала адрес.
В этот час на дорогах было пусто, магазины по обе стороны улиц ещё не открылись, у дверей забегаловок с завтраками сновали прохожие. Машина остановилась у знакомого переулка.
— Возвращайся, — бросила Янь Цань и зашагала вперед.
Дядя Чэнь посмотрел на утреннее солнце у горизонта и подумал: неужели юная госпожа снова поссорилась со своей младшей подружкой и теперь отправилась мириться?
Эх, подумать только, такая гордая и надменная барышня, а сколько раз уже переступала через собственную гордость ради того, чтобы первой пойти на сближение.
Янь Цань ещё не успела узнать новый адрес Су Цы и знала лишь то, что в прошлый раз та свернула именно в этот переулок, поэтому сегодня она подорвалась ни свет ни заря, чтобы подкараулить её.
Был конец лета, стояла духота. Вооружившись феном, она ждала в тенистом местечке.
Красивые девушки всегда привлекают внимание. Проходящие мимо то и дело бросали на Янь Цань любопытные взгляды, но та лишь гневно зыркала на них в ответ: «Че уставились?! Цыц!»
Без четверти семь в поле зрения наконец мелькнула знакомая форма.
Она тут же подбежала к ней короткими шажками, окликая Су Цы по имени.
Су Цы мысленно повторяла слова. Она принадлежала к числу тех людей, кто дорожит каждой секундой учебы; даже когда она шла по улице в полном одиночестве, её мозг неустанно перебирал и систематизировал учебный материал.
Услышав оклик Янь Цань, она поначалу даже подумала, что ей послышалось.
Пока, обернувшись на голос, не заметила в её глазах мимолётное, едва заметное удивление.
Должно быть, догадавшись о цели визита, Су Цы выглядела так, будто её это ни капли не удивило. Скользнув взглядом по её лицу, она просто продолжила свой путь.
Оставленная без внимания Янь Цань тут же подскочила и поравнялась с ней:
— Су Цы, ты так и не ответила на моё сообщение, поэтому я пришла сама, — пояснила она причину своего появления.
Заметив, что та никак не реагирует, она продолжила:
— Су Цы, пойдем сегодня после уроков ко мне, а?
Раз уж в мессенджере та не отвечает, ей не оставалось ничего другого, кроме как высказать всё лично в лицо.
Но говорить ей что-то в лицо, судя по всему, было бесполезно — Су Цы хранила молчание. Не зная, что и делать, Янь Цань пришлось стерпеть унижение и плестись следом, жужжа над ухом точно назойливая пчела всю дорогу, пока у неё не охрип голос.
И всё же Янь Цань не сдавалась. Когда они обе остановились на автобусной остановке, она по-прежнему продолжала нашептывать Су Цы на ухо уговоры пойти с ней домой.
То ли изрядно устав от этого шума, то ли наконец сломленная её упорством, Су Цы всё же подала признаки жизни. Её светло-карие глаза устремились на Янь Цань, и она бесстрастно произнесла:
— Ты хочешь, чтобы я составила тебе компанию?
— Угу-угу-угу! — добившись своего, Янь Цань решила ковать железо, пока горячо. — Ага-ага, ведь мы же подруги! К тому же ты знаешь, у меня почти нет друзей, дома вечно никого нет, я остаюсь совсем одна, и это так одиноко.
Украдкой бросив на неё взгляд, она добавила:
— Мне хочется, чтобы подруга побудила меня. Я понимаю, что учёба превыше всего, я имею в виду — делать уроки вместе.
Окончив тираду, она с замиранием сердца заглянула в лицо Су Цы:
— Можно? Ты согласна составить мне компанию? Если ты молчишь, я буду считать, что ты согласилась, — и услужливо протянула фен ближе к Су Цы. — Жарко?
— Прости, — Су Цы отстранилась от её фена и бесстрастно произнесла: — После уроков у меня дела, я не смогу пойти с тобой.
Дела сегодня? Янь Цань подозрительно прищурилась.
Неужели та задумала что-то насчет самоубийства?
Испугавшись собственной догадки, Янь Цань тут же прижала её расспросами:
— Что еще за дела?
Су Цы ничего не ответила. Видя, что та снова ушла в глухую оборону, Янь Цань принялась мысленно костерить её за бессердечие и холодность: она тут уже перед ней так унижается, а этой хоть бы хны.
Поворчав про себя, она решила до конца цепляться за неё мёртвой хваткой.
Ухватившись за краешек её рубашки, она слегка качнула её и впервые в жизни применила женские чары:
— Нуу, пошли-пошли, пожалуйста, ты же моя подруга!
Стоявшие на остановке люди обратили внимание на их возню и начали коситься в их сторону. Лицо Су Цы тут же помрачнело, и Янь Цань испуганно замерла под её взглядом.
Но, не дождавшись от той ни слова, осмелела вновь. На этот раз она ухватилась за её рукав и принялась мягко покачивать туда-сюда, произнося жалобным, сладким голоском:
— Ну пожалуйста? Ну пожалуйста-пожалуйста? Составь мне компанию!
Она знала, что внешность прежней хозяйки тела хороша собой, и знала, что капризам красивой девушки обычно трудно противиться.
Но она забыла, что Су Цы — совсем другая. Эта девчонка холодна, сурова и начисто лишена сердца.
Мимо прогрохотал автобус и скрылся из виду. Глядя прямо в лицо стоящей перед ней девушки, Су Цы холодно обронила:
— Такой избалованной барышне, как ты, наверное, не привыкать быть одной.
Глаза Янь Цань налились кровью с пугающей быстротой, покраснение поползло от уголков глаз. Не успела она сама опомниться, как с ресниц сорвались и покатились по щекам предательские слёзы.
Су Цы явно не ожидала такой реакции от Янь Цань: наряду с мелькнувшим в её глазах удивлением на душе у неё вдруг неприятно и тревожно защемило.
Неужели она выразилась слишком резко? Су Цы даже пожалела о сказанном, но слова уже были произнесены.
http://bllate.org/book/39728/5033330
Готово: