Запах дезинфицирующего средства едва уловимо витал в воздухе, а в пространстве не кружилось ни единой пылинки. Белоснежные матовые стены и пол были безупречны, без малейшего намёка на стыки и швы.
Несколько строго упорядоченных прямоугольных блоков были вмонтированы в потолок, имитируя лазурное небо, а исходивший от них свет ровно заливал помещение.
Донован подсознательно понимал, что за прямоугольными блоками нет настоящего неба — при отключении энергии эти искусственные конструкции обнажают собственные жесткие мертвенно-белые экраны, но они все равно обманывали зрительное восприятие, заставляя его чувствовать себя так, будто он купается в лучах природного солнца.
Яркий искусственный свет падал на мужчину, полуприсевшого перед Донованом, из-за чего весь его силуэт казался окутанным легким, мягким сиянием, а от самого человека исходила неземная, умиротворяющая мягкость.
Каштаново-золотистые волосы средней длины с легкими волнами небрежно спадали на плечи мужчины, а их пряди были мягкими, как лучший шелк. Его надбровные дуги были высокими и отчетливыми, обрамляя глубокие глазницы естественной тенью и делая его темно-синие зрачки еще более чистыми. Это был почти предельно чистый синий цвет — словно расколотый лед, смешавшийся с глубоким океаном, полным звезд, где вся ночная высь и безбрежная морская гладь слились в водоворот, скрытый на самом дне глаз.
Его губы были четко очерчены и полны, уголки рта изогнулись в улыбке, а в глубоких синих глазах плескалась нежная усмешка. Он пристально смотрел на Донована, отчетливо проговаривая каждое слово:
— По-че-му ты не спас меня?
— По-че-му ты у-шел?
Голос звучал зловеще и вязко, источая пробирающий до самого сердца холодок. Донован мгновенно заледенел от макушки до пят, его сердце забилось чаще.
В то же время раздался отрывистый звук пиканья — точно так же тикает отсчет времени перед взрывом смертоносной бомбы.
Бах!
Посреди этого пиканья раздался оглушительный взрыв, разлетевшийся на осколки пространство, и перед глазами Донована внезапно погрузилось во тьму.
Сон рухнул, сознание вернулось.
В следующую секунду Донован резким движением приподнялся, сел и распахнул глаза.
Вокруг по-прежнему царила кромешная тьма, и лишь слабый свет, отраженный искусственными спутниками, пробивался сквозь щель в шторах.
Спина Донована промокла насквозь, со лба скатывался холодный пот, а назойливое пиканье всё еще звучало где-то рядом, сливаясь в барабанных перепонках со стуком учащенного сердцебиения.
Он протянул руку, взял непрерывно звенящий персональный коммюнайзер и взглянул на него. Приняв вызов, он заговорил голосом, в котором уже восстановилась прежняя ледяная выдержка:
— Алло.
Из коммюнайзера послышался голос женщины средних лет: [На ресурсной звезде V-605b сегодня около 02:23 ночи секретным грузом должна прибыть партия важных материалов в звездный порт Веспа, но у одного из исполнителей возникли проблемы. Ты не мог бы лично заняться этим?]
— Хорошо.
Не делая никаких лишних предисловий, под стать лаконичности женщины средних лет, сразу перешедшей к делу, Донован тоже не стал тратить слова на пустой разговор и, коротко ответив, завершил вызов.
Спустя несколько секунд информация об операции поступила на коммюнайзер Донована по зашифрованному каналу, а расписание действий было выверено с точностью до секунды.
Донован взял с прикроватной тумбочки герметичную коробочку, открыл её, достал контактные линзы и надел их на глаза. Прямо в поле его зрения наложилась различная вспомогательная информация о реальном мире, включая отображаемый в правом верхнем углу таймер: Обратный отсчет операции 1:00:00, который в следующую секунду автоматически сменился на Обратный отсчет операции 0:59:59.
……
Веспа, будучи главным городом планеты Нибраса, являющейся крупным торгово-экономическим узлом, даже глубокой ночью не снижала нагрузки своей восьмиуровневой транспортной сети: за исключением самого верхнего яруса, где транспортный поток был редки́м, все остальные наземные и подземные транспортные уровни поддерживали лишь плавную, размеренную циркуляцию.
Обычный на вид белый фургон тихо выехал из звездного порта и затерялся в потоке машин на третьем наземном летном коридоре, ничем не привлекая к себе внимания.
Белый фургон постепенно свернул из портового пригорода в черту города, оказавшись под защитным куполом внутренней сети городской безопасности, отчего водитель невольно немного расслабился.
Хотя он понятия не имел, что за груз перевозит, один лишь уровень секретности уже достигал пяти звезд. Даже проработав больше десяти лет, он перевозил пятизвездочные секретные грузы меньше десяти раз.
Такие перевозки имели колоссальное значение, и каждый раз, берясь за подобную задачу, его нервы были натянуты струной от начала и до конца, а сам он каждую минуту испытывал страх и трепет. К счастью, в прошлые разы всё обходилось без сбоев, и он надеялся лишь на то, что и в этот раз всё благополучно доберется до пункта назначения и будет передано получателю.
Глядя на то, как по карте транспорт приближается к цели, его напряженное сердце немного успокоилось.
02:41:35 ночи.
Рука Донована уже легла на запасную ручку ручного открытия дверцы автомобиля.
Двадцать минут назад он встретился с напарником по прозвищу Фейлин. Избегая любых любезностей и знакомств, они в назначенный час просто запрыгнули в заранее подготовленный для операции транспорт.
Частный автомобиль с поддельными номерами двигался по четвертому наземному летному коридору, удерживая скорость по интеллектуальному маршруту в соответствии с планом продвижения к намеченной точке.
02:41:52 ночи.
Донован и Фейлин молча приоткрыли двери машины.
02:41:54 ночи.
Оба одновременно и без малейших колебаний выпрыгнули наружу.
Два глухих удара — бум! бум! — раздались по металлической крыше кузова белого фургона, заставив всю машину содрогнуться.
Водитель испуганно вздрогнул, и по его телу мгновенно выступил холодный пот.
Он не знал, что именно упало на крышу фургона, но телесная память от долгих тренировок подсказала ему решение почти без раздумий: он моментально перевел автомобиль в режим ручного управления, резко прибавив газ и тут же сбросив скорость, пытаясь сбросить посторонний предмет с крыши.
В то же время в разных частях некогда мирной многоуровневой транспортной сети завыли сирены, а машины скрытой охраны с проблесковыми маячками красного цвета начали сближаться с белым фургоном.
Внутри автомобиля перевозился важный груз, поэтому они не могли действовать опрометчиво и открывать огонь без раздумий — сначала им требовалось поравняться с фургоном, а затем, оценив обстановку, запрыгнуть на него или принудительно остановить транспорт.
Однако обычные машины вокруг, заметив потерю управления белым фургоном и отовсюду доносящиеся сирены, также пришли в смятение, заблокировав нормальные воздушные коридоры, ведущие к фургону.
Донован и Фейлин, запрыгнувшие на крышу вместе, разделились.
Фейлин прыгнул на кабину водителя и, перемахнув через неё, ударом ноги выбил лобовое стекло, задев сидевшего внутри водителя так, что тот мгновенно потерял сознание от удара в висок. Подхватив обмякшего водителя, Фейлин перебросил его на пассажирское сиденье и сам взял управление машиной в свои руки.
Весь этот процесс занял считанные секунды: лишенный контроля водителя фургон не врезался ни в кого, лишь слегка сместившись вправо, до полусмерти напугав пассажиров в автомобиле сзади громкими криками. Как только Фейлин перехватил штурвал, машина сразу выровнялась, разве что её скорость только возросла.
Донован же намертво вцепился в мчащийся белый фургон, закрепляя привезенные с собой устройства в различных точках кузова.
Приборы были небольшими, а на их вершине красовались заостренные металлические штыри, похожие на гвозди. Донован не пользовался никакими молотками — он просто вбивал заостренные концы устройств в прочный металлический корпус фургона ударом ладони, словно канцелярские кнопки.
Его действия были стремительны, и к тому моменту, как Фейлин полностью взял под контроль весь фургон, он уже завершил большую часть работы по установке.
Но в тот же самый миг сверху, по четвертому летному коридору, подъехал автомобиль, поравнявшись скоростью с белым фургоном.
Хлоп!
Кто-то выпрыгнул из четвертого яруса прямо на крышу фургона, отчего машина снова тяжело качнулась.
Не переставая вколачивать устройства в обшивку кузова, Донован бросил взгляд туда, откуда раздался глухой удар, сотрясший всю машину.
Прибывший оказался вовсе не сотрудником службы безопасности, ответственным за сопровождение. Он был облачен в парадный мундир офицера с безупречным кроем — по всей видимости, он возвращался с какого-то военного мероприятия.
Его короткие каштаново-золотистые волосы развевались на сильном ветру, поднятом мчащимся фургоном, а правильные черты лица выглядели так, будто их высекли из камня: волевые брови и яркие глаза источали благородную решимость. А те самые темно-синие глаза, напоминающие ледник и бездонный океан, в упор смотрели на Донована.
Зрачки Донована сузились, движения рук на мгновенье замерли — это лицо было ему до боли знакомо.
Асриан.
Его прежний хозяин.
Тот, о ком он тосковал день и ночь.
А заодно — генерал-майор империи и меч, поддерживающий в ней порядок.
http://bllate.org/book/39721/5032696
Готово:
