Стоя перед умывальником, он вырвал всё выпитое ранее спиртное, а когда в желудке ничего не осталось, пошла одна желчь, обжигая горло от самого основания до корня языка.
За окном не прекращались вспышки молний и грохот грома, внезапно озарив зеркало перед ним. Подняв глаза, Лян Цзинь увидел собственное унылое отражение, которое тут же погрузилось в тусклый мрак — похожее на иссохшее дерево, лишённое малейших признаков жизни.
Кто ты? — задал вопрос голос в глубине души, но ответа он дать не мог, ведь даже он сам не знал, кто он в конце концов такой.
Вскинутая рука закрыла глаза человека в зеркале: стоило лишь перестать смотреть, как можно было легко обмануть самого себя.
Текущая вода смыла нечистоты, он с бесстрастным выражением лица уставился на них, выдвинул стоявшую рядом ящику тумбы, выудил оттуда обезболивающее и, не глядя на дозировку, ссыпал таблетки в рот.
Этот дождь лил ровно два дня и лишь потом утих, после чего в Линьду вовсю наступила самая знойная пора лета.
Когда машина выехала за ворота компании, Лян Цзинь принял звонок от Тао Бо: стоило этому пареньку заговорить, как он тут же принялся расспрашивать его о сплетнях вокруг семьи Сюй.
— Сюй Шэна ведь в ту ночь, после того как я ушёл, кто-то полоснул ножом? Говорят, из-за любовных интрижек, причём это был мужик? Ты же вроде ещё был там в тот момент? Видел всё своими глазами?
Лян Цзинь поправил наушник и откинулся на спинку сиденья:
— Угу.
— Значит, правда? Я слышал, он пострадал довольно сильно, ему из-за ранения даже левую почку удалили. Тц-тц, угораздить же его в день свадьбы в такую историю вляпаться, какой позор. Вроде бы невеста на следующий день прислала им домой соглашение о разводе, теперь он точно стал посмешищем для всего города, — весело щебетал Тао Бо.
— Ты злорадствуешь? — спросил его Лян Цзинь.
— Да нет, просто и сочувствовать как-то не получается, — честно признался Тао Бо. — Слышал, тот несчастный Старший господин Фу ещё и прикрыл его собой от удара. Вот ему я действительно сочувствую, на ровном месте в неприятности вляпался.
Лян Цзинь прислонился затылком к подголовнику и на мгновение погрузился в задумчивость, его расфокусированный взгляд упал за автомобильное стекло. Палящее солнце вместе с волной жара накатило на него, и дождь той ночи казался лишь плодом его воображения.
На другом конце провода Тао Бо продолжал болтать без умолку:
— Так что невеста мне свадебный букет не поймала — и не жаль вовсе. Только поженились — и сразу развелись, да ещё и кровью запахло, и впрямь дурное предзнаменование. Впрочем, тебе, старший кузен, переживать не о чем, ты ведь всё равно чист духом и лишён мирских желаний.
— Тао Бо, не мели чушь, — в голосе Лян Цзиня не прозвучало никаких эмоций.
— Да я же правду говорю! Когда тебя ни спросишь, хочешь ли завести отношения, ты вечно отвечаешь, что никогда об этом не думал. Раскусил я тебя, — не унимался тот.
Лян Цзинь был не в настроении продолжать разговор:
— Ладно, давай на этом закончим.
— Ну ладно-ладно, не буду отвлекать тебя, великого занятого человека.
Двадцать минут спустя машина прибыла к месту назначения — тихому жилому сыхэюаню в самом центре шумного района.
Взяв коробку с чаем, Лян Цзинь в одиночестве вошел внутрь, чтобы навестить хозяина дома.
— Чай, что ты приносишь, всегда приходится мне по вкусу, — с похвалой произнёс человек, попивая напиток. В его благожелательном тоне отчетливо сквозила манера держаться человека, стоящего у власти. — Твой дед, когда бы ни приходил ко мне раньше, всегда приносил с собой корочку такого чая. Именно этот вкус, в других местах не купишь.
Чай был заварен только что, из зелёных сортов высшего качества, выращенных на чайных плантациях Гэтай. Та часть урожая славилась отменным качеством, а годовой объем производства едва составлял несколько цзиней. Дед Лян Цзиня всегда оставлял его для себя или для подарков и никогда не продавал на сторону.
— Если глава Хэ доволен, в следующий раз я захвачу побольше, — Лян Цзинь удобно устроился на диване, держась непринужденно и ни капли не смущаясь.
Хозяин дома с улыбкой отмахнулся:
— Оставь, его всё равно кот наплакал, пускай твой дед сам пьёт. Он сейчас на пенсии, наслаждается заслуженным отдыхом дома, разве не проводит дни за чаепитиями да разведением цветов?
Лян Цзинь ответил:
— Дедушка тоже говорит, что это возможность украсть у суеты полдня покоя.
— Как же это прекрасно, я прямо-таки завидую белой завистью.
За непринужденной беседой Лян Цзинь напрямую заговорил о цели своего визита: правительство собирается выставить на общий тендер остров Юньцинь, расположенный к северу от Линьду, и этот проект станет ключевым для нового района развития Линьду в будущем. Гэтай нацелился на него безоговорочно.
Хэ Юминь и дед Лян Цзиня были старыми приятелями, поэтому он тоже не стал ходить вокруг да около:
— Я, конечно, прекрасно знаю, что у Гэтай есть на это силы, и я очень вам доверяю, но у вышестоящего руководства свои соображения. На этот участок земли слишком много претендентов, и в конце концов всё будет зависеть от результатов тендера. Сам знаешь, что произошло раньше: руководство всё ещё не до конца доверяет Гэтай.
Он имел в виду недавние политические бури в административных кругах Линьду. При смене руководства дед Лян Цзиня сделал ставку не на того человека, что немало ударило по позициям Гэтай. Его поспешная отставка официально объяснялась проблемами со здоровьем, но по сути преследовала цель уберечься от бури.
Приняв компанию, Лян Цзинь сразу же занялся спасательными мерами: в ответ на призыв правительства привлечь частный капитал он вложил в строительство нового аэропорта Линьду четыре миллиарда, что успешно позволило Гэтай избежать опасности.
Лян Цзинь кивнул:
— Очень надеюсь, что глава Хэ укажет нам верный путь.
Раз уж Хэ Юминь сегодня согласился пить его чай, значит, для урегулирования дела ещё оставалось пространство для маневра.
Хэ Юминь действительно был не прочь помочь: ему уже перевалило за пятьдесят, и было бы идеально продвинуться по службе благодаря этому проекту, а если не выйдет — ещё через пару лет всё равно придётся отправляться в ведомство на покой.
— Претендентов на этот участок земли и впрямь немало, но тех, у кого действительно есть реальные силы, всего пара компаний. Знаешь Хуаян? Они тоже хотят взяться за этот проект и нацелены на него так же решительно, как и вы, к тому же руководство относится к Хуаян более благосклонно.
Хэ Юминь сделал глоток чая и продолжил:
— Но по моему мнению, финансовая мощь вашей Гэтай определенно превосходит их, у вас больше конкурентных преимуществ. Однако вместо того, чтобы соперничать как равным противникам, лучше объединить сильные стороны. Если вы будете подавать заявку на тендер совместно, я даже могу дать голову на отсечение, что вы обязательно победите.
Это предложение оказалось неожиданным для Лян Цзиня. Он быстро просчитал в уме степень его жизнеспособности: в случае реального сотрудничества с кем-то еще придется обсуждать распределение доходов, но это всё же лучше, чем проиграть тендер. Убедить совет директоров компании было бы несложно, однако, если речь шла о Хуаян…
— Даже если мы будем согласны, в Хуаян ещё не факт, что захотят, — с улыбкой произнёс Лян Цзинь.
— Кстати говоря, я пригласил директора Фу из Хуаян на ужин, не хочешь составить нам компанию?
Фу Фэнчао прибыл получасом позже. Заметив сидевшего в непринужденной позе на диване в гостиной Лян Цзиня, он задержал на нём взгляд всего на секунду, а затем перевёл его на Хэ Юминя:
— Дядя Хэ.
Хэ Юминь кивнул, жестом приглашая его присесть.
Ранее Хэ Юминь обмолвился, что приходится Фу Фэнчао дальним дядей. Хотя Лян Цзинь и удивился, но придавать этому значения не стал: в конце концов, в обществе, построенном на связях и личных знакомствах, стоит только захотеть — и нужные отношения найдутся сами собой.
— Молодой директор Лян сказал, что вы знакомы, так что представлять вас друг другу я не буду. Раз уж выпала такая редкая встреча, давайте поужинаем у меня. Я как раз говорил ему насчет тендера по острову Юньцинь, и ты очень вовремя подоспел.
http://bllate.org/book/39693/5029693
Готово:
