Чэнь-гэ. Она услышала собственный голос: Кажется, мне уже намного лучше.
Чэнь-гэ, Линь Сянмянь порекомендовала мне сходить в её компанию на прослушивание на роль солистки группы. Как думаешь, стоит попробовать? Она притворилась, будто равнодушно смотрит в окно, и попыталась озвучить мысль, которая уже так долго крутилась у неё в голове.
Конечно, я всеми руками за.
Она никак не ожидала, что Чэнь-гэ не станет ничего расспрашивать и сразу же согласится.
Настолько серьёзно?
Угу.
Тогда… я уйду, а что же будешь делать ты? — осторожно спросила она.
Продолжу крутиться по барам с начинающими перспективными певцами, брать коммерческие заказы. Хань Сян, твоё продвижение наверх обрадует меня куда больше, чем если ты останешься под моим крылом.
Далеко не каждый барный певец получает шанс пробиться на большую сцену, и Чэнь-гэ прекрасно понимал, как это трудно и тяжело. Но раз Хань Сян хотела попытаться, у него не было причин её удерживать.
А что, если они меня не возьмут? — она не забывала и о другом исходе, а потому с тревожной надеждой посмотрела на Чэнь-гэ.
Тогда вернёшься и продолжишь спокойно батрачить скромной барной певицей, подумаешь. Ты отлично помогаешь мне зарабатывать, я буду только рад, если ты вернёшься.
Чэнь-гэ, спасибо, что помог мне вылечить уши. Ты мой благодетель, я перед тобой в огромном долгу. — Хань Сян искренне поблагодарила его.
Не забудь, я вроде ещё кое о чём забыл тебе сказать? — Чэнь-гэ посмотрел на выходящую из машины Хань Сян и окликнул её.
Твоя прекрасная девушка-врач всё ещё не согласна с тобой расставаться.
Спустя неделю Хань Сян, приведя себя в порядок, отправилась в компанию Линь Сянмянь на встречу с её менеджером.
В знак уважения к лету Хань Сян надела новое платье и перед входом в здание компании купила в ларьке стаканчик фруктового льда.
Шагая по улице, прислушиваясь к цикадам и подставляя себя лучам солнца, она чувствовала себя так, будто родилась заново.
Когда она ушла от Сяо Ивань, ещё не наступила весна, а теперь уже вовсю хозяйничало лето.
Линь Сянмянь появилась перед ней в шортах и шлёпанцах, уверенно провела наверх и доставила прямо к дверям кабинета менеджера.
Медиагруппа Чэньсин полностью оправдывала статус крупной компании: по сравнению с гримёрками заурядных баров здесь всё было куда солиднее и официальнее.
Здравствуйте, учитель, я Хань Сян. Я отправляла вам резюме ранее. — Она постучала в дверь и, набравшись храбрости, вошла внутрь.
Привет-привет, наконец-то я дождался тебя. — Мужчина за рабочим столом поднял голову, и его проницательный взгляд критически оценил её.
Сегодня ты с макияжем, после встречи сотри его, хочу посмотреть на твоего естественное лицо. Можешь звать меня Хай-гэ.
С лицом что-то делала?
Нет.
Чисто натуральное?
Угу.
Я уже посмотрел видео твоих выступлений на сцене: ты прекрасно справляешься с песнями самых разных жанров, а твоя сценическая харидра просто приковывает к себе внимание.
Хань Сян сидела на маленьком диванчике в кабинете, чувствуя себя невероятно напряжённо.
Я составил для тебя предварительный план карьеры на ближайшие пять лет после вступления в Чэньсин, можешь ознакомиться. — Хай-гэ протянул ей документ, и она приняла его обеими руками.
Как и говорила Линь Сянмянь, компания вовсе не собиралась забрасывать группу. После ухода прежней солистки проект заморозили, и Хай-гэ хотел поставить Хань Сян на её место, чтобы перезапустить коллектив.
Хай-гэ, я… на самом деле я никогда не выступала в группах, всегда пела соло, и мне ближе сольная карьера. — Поколебавшись, Хань Сян всё же выразила глухое сопротивление подобному раскладу.
Группа — это команда, и в сравнении с сольным плаванием здесь гораздо проще столкнуться с проблемами, стабильности никакой. Она лишь хотела спокойно зарабатывать деньги, чуть-чуть улучшив своё прежнее положение, и не более.
Думаю, присоединиться к группе — это огромный вызов, — произнесла она.
Я понимаю твои опасения, но на текущий момент у нашей компании действительно нет планов по продвижению новых независимых вокалисток. Проект музыкальной группы — наш ключевой вектор на ближайшие пять лет. — Хай-гэ с улыбкой извлёк на свет другую папочку.
Вот наш предварительный проект контракта, я уже всё подготовил. Забери этот договор домой, хорошенько обдумай, а как решишься — приходи ко мне.
Хань Сян взяла контракт, поблагодарила менеджера и повернулась к выходу.
Выйдя из кабинета, она тяжело выдохнула.
Ну как! — Линь Сянмянь, прождавшая всё это время, нетерпеливо набросилась на неё с расспросами.
Хай-гэ задал мне пару вопросов и дал на руки договор, но я ещё ничего не решила. — Хань Сян криво улыбнулась.
В крупной компании всё и правда устроено иначе: когда она работала с Чэнь-гэ, у них вообще всё держалось на устных договоренностях — Чэнь-гэ сказал делить доходы четыре к шести, значит, так тому и быть.
Чего тебе тут думать? Разве это не в тысячу раз лучше, чем и дальше горланить песни по барам? — недоумённо протянула Линь Сянмянь.
Она прямиком после консерватории подписала с компанией кабальный контракт и дебютировала в составе группы, дела шли как по маслу — вплоть до ухода солистки, из-за которого все их выступления встали на паузу. Но даже тогда компания исправно платила ей оклад, так что стабильность была налицо.
Я ведь никогда не выступала в группе и понятия не имею, справлюсь ли. К тому же позиция солистки накладывает на меня колоссальную ответственность. — Хань Сян всё ещё сомневалась.
Ты отлично поёшь, даже лучше нашей прежней вокалистки, — возразила Линь Сянмянь. — Знаешь ведь, Хай-гэ прослушал уже целую кучу солисток, но все уходили с пустыми руками — и только ты забрала контракт. В душе он уже давно тебя утвердил.
Хань Сян полистала страницы договора: от мелкого шрифта множества пунктов у неё слегка рябило в глазах.
После подписания компания ещё и снимет тебе квартиру, — продолжала убеждать Линь Сянмянь. — У тебя огромный потенциал, ты обязана дать себе шанс. У нашей группы уже есть неплохая фанатская база, тебе остаётся лишь объединить усилия с нами и шагнуть на новую ступень.
А я-то думала, меня заставят что-нибудь спеть или вроде того, но в итоге вообще ничего не потребовали. — Сжимая в руках контракт, Хань Сян шла вместе с Линь Сянмянь к выходу из здания. Обернувшись, она бросила взгляд на высотку, ощущая странную нереальность происходящего.
Я тогда тоже ничего не показывала, Хай-гэ сказал, что просто наткнулся в сети на запись моего выпускного концерта и так меня и завербовал.
Кстати… а ты в курсе, что Хай-гэ хочет раскручивать нас как пару из шоу? — Вспомнив график карьерного роста, который она только что видела, Хань Сян крайне удивилась столь неожиданному пункту.
Знаю. Мы же с тобой ещё на съёмках варьете начали создавать этот образ, а после выхода выпусков как раз объявим о новом альбоме нашей группы. Хай-гэ всё-таки матёрый продюсер, хитроумный план составил.
Линь Сянмянь не переставала восхищаться: ну настоящий старый лис, на каждого найдётся по восемьсот скрытых мотивов.
Вернувшись домой, Хань Сян дотошно, строчка за строчкой, изучила все условия договора. Сама она принять решение так и не смогла и, поломав голову, всё же решила обратиться за помощью к Чэнь-гэ.
Чэнь-гэ в делах разбирался мастерски и помог ей вычеркнуть несколько откровенно кабальных пунктов.
Она почтительно угостила Чэнь-гэ ужином, чувствуя себя жутко неловко: мало того, что ей пришлось утруждать его подобными мелочами, так ведь больше и обратиться было не к кому — она просто не представляла, с кем ещё могла бы посоветоваться.
Ничего страшного, — махнул рукой Чэнь-гэ. — Вообще-то тебе стоило показать бумаги своей девушке-врачу, она у нас барышня умная, помогла бы всё толково взвесить.
Хань Сян занесла палочки для еды над тарелкой и замерла.
Она пристально посмотрела на Чэнь-гэ.
Она больше не моя девушка. Мы расстались, — произнесла она.
Такое одностороннее расставание — это свинство с твоей стороны. С чего это ты решила бросить человека просто потому, что тебе так захотелось, она ведь раньше не соглашалась, — Чэнь-гэ закатил глаза, но тут же заметил ещё один кабальный пункт и яростно обвёл его кругом.
Хань Сян умолкла.
Её настроение помрачнело на глазах.
Стоило заговорить об Сяо Ивань, как в душе вновь поднялась привычная, тупая боль.
Как же больно, Сяо Ивань. Прости меня. Тебе, должно быть, ещё больнее, чем мне.
К тому же, если ты надумала расстаться, иди и скажи ей об этом в лицо. С какой стати ты заставляешь меня с ней встречаться, это же подло. Я… когда виделся с ней в последний раз, мне и слова-то выдавить не удавалось. — Вспомнив их прошлую встречу с Сяо Ивань, Чэнь-гэ почувствовал тоску. Ему было невыносимо её жаль.
Хань Сян сидела молча, уткнувшись взглядом в экран телефона.
Она у меня расспрашивала, как ты поживаешь, очень за тебя переживает. Ты уверена, что не хочешь передумать?
Слушай сюда: если уж пойдёшь в эту группу, обязательно выстрой нормальные отношения с остальными участниками, — озабоченно напутствовал её Чэнь-гэ. — Прошлая солистка ушла от них с вероятностью девять из десяти из-за внутренних конфликтов. Они об этом не треплют языками, но ты должна держать это в уме.
Что же мне делать, Чэнь-гэ? Мне даже подписывать контракт расхотелось. — Она жалобно уставилась на него. Без поддержки Чэнь-гэ она всё ещё чувствовала себя неуверенно: он заменял ей старшего брата и был единственным человеком в Биньчэне, которому она могла доверять.
Если в дальнейшем у тебя возникнут любые проблемы, можешь смело обращаться ко мне за помощью, в конце концов, ты принесла мне немало денег, — ответил Чэнь-гэ.
К слову, мне ведь уже выплатили гонорар за участие в том шоу? — неожиданно вспомнив о чём-то, спросила она. Озабоченная переживаниями из-за разрыва с Сяо Ивань, она совершенно упустила из виду важнейшую вещь.
Она забыла вернуть долг.
Деньги уже перевели тебе на счёт, — сказал Чэнь-гэ.
Вот я дура, совсем закружилась в последнее время и забыла, что должна людям деньги. — Бормоча это, Хань Сян в спешке схватила телефон, собираясь сделать перевод.
Подожди-ка. — Чэнь-гэ перехватил её руку. — Твоя девушка, доктор Сяо, разве она тебе ничего не говорила?
О чём?
Чэнь-гэ удивленно вытаращил глаза.
Она давным-давно за тебя всё выплатила.
Хань Сян казалось, будто чьи-то невидимые руки погружают её с головой в воду, лишая возможности дышать.
Сяо Ивань погасила её остаток долга.
Она видела, как шевелятся губы Чэнь-гэ, но его голос доносился до неё как сквозь толщу воды.
Слёзы неудержимо хлынули из глаз, и весь мир вокруг расплылся в пелене.
Зачем же ты так, Сяо Ивань?
Я не стою этого.
На следующее утро Хань Сян с опухшими глазами и отредактированным контрактом прибыла в медиагруппу Чэньсин.
И что, одумалась за одну ночь? А я-то думал, ты вернёшься не раньше чем через дней десять-полмесяца. — Хай-гэ встретил её с довольной улыбкой, ведь он так долго ждал и наконец дождался подходящую солистку для группы. — Ого, сегодня без макияжа. Хоть глаза и припухли, всё равно красавица.
http://bllate.org/book/39682/5028357
Готово:
