Глава 11. События в лесу (часть пятая)
В этот сезон на небе светила Сел — серебристо-белая луна. Её свет, похожий на ртуть, струился сквозь просветы между деревьями, словно серебряный водопад, заливающий поляну. Ночные растения, подсвеченные лунным сиянием, придавали лесу особое очарование.
Вокруг дупла стояла тишина. Можно было расслышать лишь шорох листвы при слабом дуновении ветерка, да изредка доносилось хлопанье крыльев ночных птиц.
С тех пор как Илань попал в этот мир, он впервые проводил ночь в лесу в одиночестве. Его одолевала тоска: Ну дела, стоило один раз решиться на авантюру, как сразу такую масштабную. Оказаться в первобытном лесу, где не ступала нога человека — это уж слишком.
В столь незнакомой обстановке он понимал, что даже при всей своей усталости ни в коем случае не должен засыпать.
Однако он забыл о том, что всё ещё остается пятилетним ребенком. Изможденное тело не могло противостоять дремоте, и ему приходилось сцепив зубы корить себя за неосторожность, одновременно изо всех сил щипая себя за нежную кожу на внутренней стороне предплечья — боль помогала взбодриться.
Он взглянул на Кроху. Этот беспечный малыш уже давно зарылся в его рюкзак и, обняв свой большой пушистый хвост, сладко спал. А молодой зверолюд, лежащий рядом, всё ещё пребывал в полубреду: его лицо, охваченное легким жаром, слегка покраснело, а дыхание было тяжелым.
Осторожно обойдя молодого зверолюда, Илань тихо подполз к выходу, раздвинул руками охапку диких трав и выглянул наружу.
Их убежище находилось на относительно открытом месте, так что в лунную ночь можно было разглядеть окрестности. Сейчас из зарослей доносилось лишь размеренное стрекотание насекомых — судя по всему, пока им ничего не угрожало.
Плотно прикрыв лаз травой, маленький Илань вернулся на прежнее место и, прислонившись спиной к стенке дупла, тяжело вздохнул: Сегодня я и правда натворил дел. Интересно, какой сейчас переполох дома? Вспомнив о Ландире, Рамосе и Имоле, которые всегда души в нем не чаяли, он почувствовал укол совести.
Сможет ли он завтра благополучно выбраться из леса? Он покосился на Кроху — судя по сегодняшнему дню, этот товарищ был не самым надежным спутником. Эх... если он действительно вернется домой целым и невредимым, то больше никогда не будет совершать таких безрассудных поступков.
Спать нельзя, и от нечего делать он снова перевел взгляд на молодого зверолюда.
Илань протянул руку, чтобы проверить лоб: жар почти спал.
Медовая кожа молодого зверолюда на ощупь была немного грубоватой. Его серебристые волосы, цветом напоминавшие лунный свет Сел, сейчас выглядели растрепанными. Илань смотрел на них, и его рука сама собой потянулась привести их в порядок. Глядя на плотно сомкнутые веки, он вдруг задался вопросом: а какого цвета у него глаза?
За пять лет, проведенных в Моламинте, он понял, что цвета волос и глаз у здешних людей самые невероятные. Он вспомнил, как в первый раз в деревне пытался научиться ходить, но засмотрелся на чьи-то необычные глаза, запутался в собственных ногах и расшиб коленки.
Тогда Ландир решил, что он просто поздно начал ходить, и в итоге до двух лет его повсюду носили на руках. А Рамос, не желая, чтобы любимое чадо ушиблось, устлал весь дом мягкими шкурами Чудесных зверей.
Вспомнив об этом недоразумении, Илань лишь мысленно закатил глаза. Только когда он однажды не выдержал и устроил бунт, чета родителей дрожащими руками позволила ему выйти из дома самостоятельно. Вспоминая их напряженные лица, когда он переступал порог, он мог лишь беспомощно вздыхать. У него были любящие родители, и он был счастлив, но такая гиперопека порой…
— А! — вдруг вскрикнул Илань. Пока он витал в облаках, рука, расчесывающая волосы молодого зверолюда, была перехвачена. Илань опустил взгляд: молодой зверолюд проснулся и теперь впился в него огненно-красными глазами, полными настороженности.
— …Хай, ты очнулся. Как себя чувствуешь? — Илань решил заговорить хоть о чем-то, стараясь разрядить обстановку.
— …
Не дождавшись ответа, Илань постарался изобразить свою самую обаятельную улыбку: — Слушай, меня зовут Илань, а тебя?
— …
Снова никакой реакции. Илань пробормотал про себя: Неужели даже моя фирменная улыбка, перед которой не устояла вся деревня, не действует? Такой маленький, а строит из себя крутого.
Запястье начало ныть от слишком сильного захвата. — Я нашел тебя у обрыва, у тебя был жар… поэтому я и притащил тебя сюда.
Он попытался выдернуть руку: — Эй, отпусти, пожалуйста! Ты делаешь мне больно!
Молодой зверолюд окинул Иланя взглядом, оглядел внутренность дупла и только тогда разжал пальцы.
Илань потер покрасневшее запястье и демонстративно проворчал: — Делаешь добро, а в ответ никакой благодарности, еще и руку мне так сдавил.
Дупло было совсем крошечным, так что молодой зверолюд, конечно, всё слышал.
Будучи еще ребенком, Дилуно понял, что именно эта маленькая самка в самый опасный момент доставила его в безопасное место. Увидев обиженное лицо Иланя и покрасневшее запястье, он почувствовал неловкость.
Он сел, прислонившись спиной к стене, и смущенно произнес: — Спасибо тебе! Меня зовут Дилуно.
Заметив, что Дилуно больше не выглядит таким настороженным, Илань спросил: — Значит, тебя зовут Дилуно? Почему ты один в лесу?
Услышав вопрос, Дилуно вспомнил об Отце, который защищал его и, вероятно, погиб, и сердце его сжалось от горя.
Вспомнив, как перед потерей сознания нашел одежду Отца, он поспешно спросил: — Ты не видел одежду? Взрослую, всю в крови!
Видя его тревогу, Илань достал из угла, из-под травы, аккуратно сложенную вещь и протянул ему: — Ты об этой?
— Да! Спасибо! — схватив окровавленную одежду, Дилуно разрыдался: — Отец…
— Ты, Дилуно… — Илань видел, как тот плачет, но не мог подобрать слов для утешения.
Эта одежда принадлежала кому-то из близких Дилуно. Судя по состоянию места происшествия и степени повреждения ткани, хозяин этой вещи… скорее всего, уже мертв.
Илань вспомнил свою прошлую жизнь: когда он узнал о гибели родителей в автокатастрофе, сначала не поверил, а осознав случившееся, почувствовал невероятное отчаяние.
Их маленькая семья всегда жила скромно, но в тепле и уюте. Простой и честный Отец всегда трудился не покладая рук, стараясь дать жене и сыну лучшее, а Мать бережливо вела хозяйство. Узнав, что сын поступил в университет, они запретили ему бросать учебу ради подработок и оплатили всё обучение, экономя на всем. Когда он поначалу не мог найти работу, родители не давили на него, а лишь изредка подбрасывали продукты и тайком оставляли деньги на жизнь.
Вспоминая своих родителей из прошлой жизни, он смотрел на молодого зверолюда, отчаянно подавляющего горе, и почувствовал, что его собственные глаза начинают щипать от слез — он слишком хорошо понимал его боль.
Илань подполз к нему, притянул его голову к своей груди и начал мягко поглаживать по плечам.
Молодой зверолюд поначалу напрягся, сопротивляясь, но Илань не отстранился, продолжая утешать его по-своему. Дилуно, боясь причинить Иланю вред, не стал сильно отталкивать его.
Видя, что тот всё еще сдерживается, Илань тихо прошептал ему на ухо: — Плачь, если тебе больно, просто плачь… Я понимаю, я всё понимаю…
Перед глазами Дилуно проносились воспоминания об Отце.
Раньше они всегда жили вдвоем, только он и Отец. Он не знал, кто его настоящий отец — Отец никогда не говорил об этом, лишь мягко повторял: Твой отец любит тебя, просто из-за обстоятельств мы не можем жить вместе.
Он знал, что из-за его необычной физиологии Отец отверг множество ухажеров. Чтобы избежать принудительного союза, Отец никогда не принимал пособия от деревни, а сам занимался собирательством, выращивал растения и ткал ткани, чтобы менять их на еду и предметы первой необходимости.
Поэтому Дилуно рано повзрослел. Чтобы Отец меньше страдал, он с малых лет помогал ему во всем. Они жили трудно, но счастливо. А теперь единственный близкий человек ушел из жизни.
Вспоминая прощальные слова и нежный поцелуй Отца перед сном, Дилуно почувствовал жар в груди, и нечто переполнило его изнутри.
Наконец, Дилуно обнял Иланя в ответ и, дав волю чувствам, разрыдался в голос. Илань же обнаружил, что и сам плачет вместе с ним.
Плач разбудил Кроху. Он сидел на краю рюкзака, протирая заспанные глаза, и склонив головку, недоуменно наблюдал за обнявшимися детьми.
Вскоре рыдания стихли. Один ребенок, еще не оправившийся от лихорадки, другой — измотанный за день, они уснули в обнимку, так и не вытерев слез с лиц.
А Крохе пришлось со вздохом взвалить на себя обязанность караулить всю ночь. Вот ведь незадача!
Жизнь человека полна встреч и расставаний. Часто мы не властны над судьбой и смертью, но мы знаем, что те, кто ушел, любили нас и хотели, чтобы мы жили дальше, а не останавливались в отчаянии.
Мы будем жить дальше, неся в сердце их любовь и светлую память о них, создавая будущее.
На нашем пути будет еще много встреч и расставаний, и рано или поздно мы встретим того, с кем пройдем рука об руку до конца.
Боль, страдания — всё это естественные этапы пути. После испытаний приходит рост.
…
Маленький Илань проснулся оттого, что Кроха дернул его за волосы. Недовольно потирая глаза, он выглянул из дупла и от увиденного чуть не лишился дара речи. Он хотел вскрикнуть, но чья-то маленькая рука плотно зажала ему рот — это проснулся Дилуно.
Оба, затаив дыхание, наблюдали через щель.
На поляне перед деревом стоял огромный Чудесный зверь ростом более четырех метров. Он опустил голову и принюхивался. Ища еду, он почуял запах, который не должен был здесь находиться — запах сильного соперника.
Хотя интеллект Чудесного зверя был невысок, эта странность привлекла его внимание. Он с сомнением потянул носом воздух еще раз и наконец перевел взгляд на дерево, в котором прятались дети. Стараясь не шуметь, он медленно двинулся к дуплу.
Видя, как приближается Чудесный зверь, Илань в ужасе отползал назад — никогда раньше он не видел подобных монстров. Дилуно же обнял его, прижав к себе, и они оба напряженно уставились на выход.
Огромная когтистая лапа смахнула траву, закрывающую дупло. Илань чувствовал, как бешено колотится сердце — казалось, оно вот-вот выпрыгнет из горла.
В проеме показался гигантский вертикальный зрачок — зверь наклонился, пытаясь разглядеть, что внутри. Не успел он толком ничего рассмотреть, как Кроха, до этого дрожавший в углу с хвостом в лапах, внезапно рванул вперед и полоснул когтями прямо по широко открытому глазу зверя.
Раздался дикий рев, и Чудесный зверь отшатнулся от дупла.
В глазах Дилуно, следившего за происходящим, блеснула решимость. Как только зверь отступил, он схватил Иланя и выскочил из дупла.
Они бежали изо всех сил, и Илань то и дело испуганно оглядывался.
Чудесный зверь, корчась от боли, рыл землю лапами и мотал головой. Его глаз, поврежденный Крохой, был плотно зажмурен, а по морде текла алая кровь.
Видя, что зверь пока не обращает на них внимания, Илань отвернулся и, спотыкаясь, изо всех сил зашагал вслед за Дилуно. В душе он вопил: Больше никогда не приду в лес! Эти Чудесные звери — просто кошмар какой-то!
http://bllate.org/book/39677/5027898
Готово:
