Готовый перевод Magic Manor / Волшебное поместье: Уютная жизнь с фамильяром: Глава 5

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Глава четвёртая. Первая поездка в главный город

В доме появились два новых человека с внушительной комплекцией, но у Лаури не хватило бы духу обращаться с ними как с рабами — помыкать ими, жестоко издеваться и бить. Было бы нелепо заботливо выхаживать двух щенков, но позволить двум взрослым людям жить хуже собак.

Лаури решил, что просто нанял двух работников, которые не станут устраивать бунт. Вернувшись домой, он указал им на комнаты, достал простыни и ватные матрасы, а затем велел самим сколотить из досок огромную кровать. Те казались какими-то заторможенными и всё время озадаченно смотрели на Лаури: чужие рабы ведь спали прямо на полу, с чего бы вдруг понадобилась какая-то кровать? Но, подумав немного, они решили, что этот маленький хозяин Лаури ещё ребёнок — а дети всегда наивнее и добрее взрослых.

За хлопотами подошло время обеда. Два щенка, высунув языки, суетились вокруг Лаури, выглядя точь-в-точь как Эк. Лаури с улыбкой погладил обоих по головам:

— Большой Эк, Малыш Эк, не спешите, сегодня в обед я приготовлю вам мяса, хе-хе.

— Ав-ав… — возбужденно отозвались собаки и радостно побежали за Лаури на кухню.

Раньше Лаури готовил дома на один приём пищи всего одно блюдо; когда появились Большой и Малыш Эки, количество блюд не изменилось, но порция выросла в несколько раз. Что ел Лаури, то ели и собаки — без разницы, мясо это или овощи, так что росли они не по дням, а по часам. Сообразив, что теперь ртов стало больше, Лаури достал запасы копчёной рыбы и мяса, которые в обычные дни никак не мог осилить, и наскоро состряпал несколько блюд: вяленое мясо с чайными грибами, сушёную рыбу по-деревенски, обжаренные ростби-бобы, тушёный картофель с курицей, яйца с зелёным луком и грибной суп с мясом. Каждое блюдо выглядело заманчиво, источало аппетитный аромат, и устоять было невозможно — слюнки текли сами собой.

Лаури наложил себе риса, взял палочки и сел за стол, а затем поднял голову на застывших в растерянности гигантов:

— Миски и палочки я оставил у печки, сколько нужно — накладывайте сами, не робейте, а то еда остынет и станет невкусной.

С этими словами он наклонился и принялся мешать с белым рисом часть подливки и кусочки мяса — половина небольшого таза предназначалась собакам. Этот обед для псов несомненно был роскошным, но что поделать, если их хозяин, хоть и обладал золотыми руками, в одиночестве ленился страшно — лишний раз приготовить ещё одно блюдо для себя казалось невыносимой мукой.

Сначала Лаури опасался, что эти двое впервые попробуют блюда китайской кухни и им будет непривычно. Однако, стоило им взяться за палочки, как они принялись уплетать за обе щеки, и этот их усердный вид пробудил у самого Лаури ещё больший аппетит. И правда, есть в одиночку — самое скучное дело на свете. Для повара вкусна лишь та еда, которую кто-то ценит, ведь стимул творит чудеса.

Опасения Лаури оказались напрасными. Для этих рабов не существовало разницы между китайской кухней, каталанской, южной, северной и прочей: будучи бродягами без роду и племени, они скитались повсюду, добывая кусок хлеба тяжёлым трудом, и обитали на самом дне общества. Еда, способная утолить голод, — это уже хорошая еда. Спонтанный домашний обед Лаури стал самой роскошной трапезой за всю их жизнь. Тут была рыба, мясо и чистый белый рис — просто как в сказке.

Аппетит у Лаури был скромный — съев всего пиалу, он быстро наелся и вышел из-за стола. Заметив это, уплетавшие вовсю гиганты словно мгновенно лишились питания: они замерли с набитыми ртами, а затем ловко вскочили на ноги, собираясь убирать со стола.

Увидев это, Лаури удивлённо спросил:

— Разве вы не доели?

— Спасибо, хозяин, мы наелись.

Брови Лаури сошлись ещё круче, и он уставился на оставшуюся на столе большую часть еды:

— У вас такой слабый аппетит, как же вы вымахали такими здоровяками? Что за шутки? Если я всё это выброшу, разве не перевод продуктов? Говорите: либо доедаете всё до конца, либо я это выбрасываю.

Оба напряглись, мучительно и противоречиво разрываясь между страхом и желанием.

Лаури усмехнулся:

— Если вы не доедите, то выглядит так, будто вам не по вкусу моя стряпня. Прямо-таки до слёз обидно.

— Хо-хозяин, хозяин, не беспокойтесь, мы сейчас всё доедим, еда хозяина — лучшая на всём континенте!

— Ха-ха, ну это вы преувеличиваете.

С ухмылкой Лаури удалился на кухню, нарезал тарелку апельсинов, неторопливо умял пару долек, а остальное оставил двум великанам.

Глядя, как здоровяки, сытые и довольные, с энтузиазмом моют посуду и наводят порядок на кухне, Лаури мысленно вздохнул: как же всё-таки здорово иметь прислугу. Теперь ему нужно лишь готовить еду, а обо всём остальном можно забыть.

Лаури по очереди провёл их по небольшому домашнему складу, показав запасы, и объяснил, как ухаживать за домашней птицей и огородом. Впрочем, оба оказались бывалыми рабами: в крестьянском труде они смыслили прекрасно, а за птицей, пожалуй, умели ухаживать даже лучше самого Лаури.

— Свиней кормите рисовыми отрубями, разведенными в горячей воде, туда же сваливайте все объедки, остатки еды и гнилые листья. В загоне вовремя собирайте куриные и уточные яйца, складывайте их в надёжное место и строго следите за ежедневным количеством. Кроме того, ваша главная задача — вскопать полсотни му земли, чтобы весной можно было начать посадку. Больше ничего особенного. Лили, сегодня ты убираешься дома, а Сяо Лицзы после обеда пойдёт со мной в посёлок, кое-что нужно купить.

Ближайший к деревне Жорман посёлок был не слишком оживлённым. Хотя он и казался более процветающим, чем деревня, если оглядеть его целиком — всего одна улица, на которой сбились в кучу несколько лавочек и торговцев. Выбор товаров был скудным, и Лаури, сколько ни заходил сюда раньше, не мог найти даже банальных пряностей. Староста каждый раз ездил за покупками или сбывал куры, яйца и овощи в главный город, который лежал гораздо дальше посёлка, но путь туда предстоял неблизкий, и Лаури до сих пор там не бывал.

Приведя Сяо Лицзы в посёлок, Лаури прикупил немного сезонных фруктов, муки, но главной целью было купить одежду для Сяо Лицзы и Лили. Они ходили в рваных тонких рубашках; пусть им самим было не холодно, но от одного взгляда на них у Лаури ныли кости. Особенно Лили — как взрослая женщина, она в своём обтрёпанном наряде уже не могла скрыть пышную грудь, и та то и дело мелькала перед глазами, отчего Лаури чувствовал себя крайне неловко.

Побродив по рынку до полудня, Лаури с удивлением обнаружил, что на улице не продают даже свежих овощей — те редкие торговцы, что сидели у прилавков, предлагали лишь горные травы, грибы и зелень. Лаури был крайне разочарован: хотя холода наступили рано, стоял ведь только конец октября, и он рассчитывал раздобыть каких-нибудь местных сезонных овощей.

— Дядька, неужели сейчас совсем нет свежей зелени? — присев на корточки и перебирая дикие травы, поинтересовался Лаури. (Горными травами обычно называли съедобную зелень, растущую в дикой природе).

— Есть-то она есть, некоторые деревни неподалёку выращивают листовой салат, но его возят на продажу исключительно в город, здесь за него хорошую цену не дадут.

Услышав это, Лаури кивнул. Под листовым салатом подразумевался привычный латук, и он никак не ожидал, что даже за такой распространённой зеленью придётся ехать в город. И правда, с приходом зимы беднякам приходится несладко — все живут лишь запасами, сделанными за первую половину года, вроде картошки и батата, которые Лаури теперь терпеть не мог. Староста до знакомства с солёной рыбой, вяленым мясом и соленьями от Лаури даже не подозревал, что подобные продукты можно заготавливать впрок на всю зиму. Как только он выведал способ, то тут же созвал всю деревню учиться этому искусству. Теперь каждая семья в деревне Жорман переживала зиму благодаря заготовкам, и их жизнь стала куда разнообразнее прежней, монотонной. А вот посаженные Лаури пекинская капуста и белая редька дозреют ещё нескоро, так что раздобыть свежей зелени сейчас было непросто. Ехать в город не хотелось, и Лаури пришлось разочарованно повернуть домой.

В конце ноября деревня Жорман встретила первый зимний снег. На полях не осталось и следа жизни, и крестьяне попрятались по домам, греясь у очагов. На второй день после снегопада у Эка начались зимние каникулы. Эк жил в соседней с Жорманом деревне, добираться туда было рукой подать, и он, едва переступив порог родительского дома, тут же примчался к Лаури выпрашивать еду.

— Лаури, Лаури, я хочу мяса, я так хочу мяса! Я соскучился, просто ужас как соскучился! — возбуждённо приговаривал Эк, раскачивая Лаури в объятиях. Он говорил, что скучает, а сам пускал слюнки, мысленно представляя прижатого к нему друга то зажаристой курицей, то хрустящей уткой. Тьфу ты, до чего же оголодал!

Укутанный по рукам и ногам в толстую одежду, словно пингвин, Лаури злобно выругался:

— Да отвали ты от меня, мать твою, окоченеть хочешь?

На рукавах Эка, державшего его за руки, ещё белел снег.

Строя умильные гримасы, Эк виновато протянул в качестве извинения огромный мешок и пояснил:

— Лаури, глянь, как мама к тебе добралась. Это она велела передать овощи, говорит — огромное спасибо за твою прежнюю заботу.

Лаури пренебрежительно скривил губы: отправлять овощи и яйца в дом хорошего друга — дело само собой разумеющееся. Однако, развязав мешок, он невольно просиял: внутри оказалось немало сушёных грибов, свежих чёрных древесных грибов, сушёной апельсиновой кожуры, побегов бамбука и отборных соевых бобов.

— Мама ещё сказала, что твой способ хранения продуктов очень помог и на вкус они просто объедение.

— Ого, передай маме мою благодарность. Садись, я пойду стряпать. Лили, налей Эку горячего чаю.

Заметив двух великанов, Эк ни капли не удивился:

— Купить двух рабов — это лучшее, что ты мог придумать.

Здесь зима наступала рано и резко. Посаженные Лаури в конце октября пекинская капуста и редька ещё не успели созреть и, казалось, скованы морозом, росли они крайне медленно. Весь последний месяц Лаури не видел нормальных овощей, но сегодняшние чёрные грибы хоть как-то сгодятся для разнообразия. Впрочем, праздничный ужин, поданный к столу, всё равно состоял сплошь из рыбы и мяса — в основном тех же заготовок, дополненных лишь наваристым супом из свежей старой утки. Все, кроме самого Лаури, уплетали за обе щеки с величайшим удовольствием.

— Эх, были бы у нас тепличные овощи... — с сожалением вздохнул Лаури.

— Это что за овощи такие? — с набитым ртом любопытно поинтересовался Эк.

— Ну, такие, которые можно есть даже зимой, например помидоры, — лениво пояснил Лаури, подперев голову рукой. Впрочем, подумав, что это уже из области высоких технологий, в которых он ни черта не смыслил, он тут же отбросил эту мысль.

— Ого, вот это да! Но ты и привереда же: рыба есть, мясо есть, курица, утка — чего тебе ещё для счастья надо?

— Каждый день одно и то же приедается, — честно ответил Лаури.

— Ха-ха, а я бы предпочёл есть такое каждый день, только чтобы ты готовил.

Всю зиму Эк почти не появлялся дома, ежедневно пропадая у Лаури и питаясь на халяву. Приближался ежегодный День Истинного Вана, и сельчане зашевелились: каждые три дня они толпами отправлялись в большой город за покупками к празднику, а детишки вовсю канючили новую одежду. Даже Сяо Лицзы и Лили заразились этим настроением и целыми днями с улыбками обсуждали с Лаури, как они отметят День Истинного Вана. Этот праздник походил на китайский Новый год — он случался лишь раз в году. Раньше Лаури встречал его в одиночестве: просто умывался и ложился спать, но нынче он не хотел гасить энтузиазм Лили и Сяо Лицзы, да и Эк тянул за собой, и в итоге вся компания отправилась в главный город Шае.

Лаури впервые оказался в городе и был ошеломлен, словно самый настоящий деревенщина. Он повидал величественный Пекин, роскошный Шанхай, суетливый Шэньчжэнь, но Шае потряс его совершенно чуждой, иноземной красотой. В ту же секунду Лаури ощутил одиночество: стоя посреди этого города, он вдруг понял, что является здесь чужаком. Всё вокруг — здания из белоснежного нефрита — устремлялось ввысь. Каждое строение напоминало стройного, крепкого телосложением, элегантного и благородного дворянина-рыцаря, который свысока взирал на горожан, преданно и истово оберегая покой этих земель. Чистота. Кроме чистоты, кругом не было ничего. Сглотнув слюну, Лаури подумал, что у этого города явная мания чистоты.

Если не считать величественной архитектуры, на широких улицах нельзя было заметить ни соринки. Восемь из десяти прохожих щеголяли в белоснежных одеждах, подчёркивающих безупречную чистоту, и каждый двигался с манерами истинного джентльмена: элегантно говорили, элегантно улыбались, не спеша выбирая нужный товар. При этом всё вокруг выглядело донельзя естественным, лёгким, словно созданным самой природой.

Смущался во всей этой толпе лишь один Лаури — даже Сяо Лицзы с Лили расслабленно шагали средь потока людей, в то время как сам он чувствовал себя не в своей тарелке.

— Лаури, я отведу тебя в одно классное место! — не замечая странностей друга, выпалил Эк и потащил его к знакомой лавке магических товаров. Это был самый обычный магазинчик, по меркам столицы — совершенно ничем не примечательный. Зато полки ломились от диковинных вещиц, которых Лаури никогда прежде не видел: бросались в глаза посохи, книги заклинаний, мантии, магические камни, хотя многое казалось ему просто детскими игрушками. Вскоре Лаури заметил кое-что знакомое — те самые разноцветные крылья, которыми он когда-то пользовался. На ценнике стоял один серебряный монета за штуку, что делало их чуть ли не самым дешёвым товаром.

Эк с вожделением уставился на серебряную мантию и бормотал себе под нос:

— Когда же я смогу её надеть?

Цвет мантии соответствовал уровню мастерства мага. Лаури помнил, что серебряная мантия полагалась магу среднего уровня, в то время как Эк сможет считаться лишь начинающим магом после окончания семилетки, а до тех пор останется простым магическим учеником, которому ношение цветных мантий строго запрещено.

Вспомнив, что ему самому никогда не стать магом — ровно так же, как в прошлой жизни ему не суждено было получить высшее образование, — Лаури почувствовал лёгкую грусть и разочарование. Но тут же, припомнив всё бессилие перед лицом магии, он быстро взбодрился, укрепившись во мнении, что отказ от занятий магией был правильным решением.

Пока Эк с видом знатока шарил по лавке и всё трогал руками, Лаури от скуки блуждал взглядом по полкам, расспрашивая лавочника о каждой непонятной диковинке. Он засыпал хозяина вопросами обо всём подряд, но тот, к счастью, обладал ангельским терпением и ни капли не раздражался на невежественного сорванца.

— Этот горшок с цветами просто прелесть, в чём его волшебство? — Лаури уставился на жёлтый цветок размером с ладонь, похожий на суккулент, прижавшийся к земле. Чашечка цветка казалась гораздо шире горшка — ярко-жёлтая, словно мягкие золотистые сливки, с пышными многослойными лепестками, напоминавшая благородный золотой пион. Зрелище действительно было завораживающим.

Седовласый лавочник улыбнулся:

— Этот цветок зовётся золотым светильником. Как видите, он излучает яркое сияние и служит обычным светильником. Обычно такие цветы распускаются теплой весной, а период цветения заканчивается к середине мая. Но благодаря добавленным внутрь магическим частицам водной стихии он может цвести вне сезона. Более того, если постоянно подпитывать его частицами воды, этот цветок будет цвести бесконечно. Максимальный срок службы составляет около двух лет, это очень удобный предмет домашнего обихода.

Лаури просветился и с ещё большим интересом уставился на цветок:

— А что такое частицы водной стихии?

— Ха-ха, это сила магов водной стихии. Видите, почва в горшке самая обычная, но за счёт слияния с добавленными частицами воды она сохраняет температуру, необходимую для золотого светильника.

— О… А как им управлять? — Лаури по-прежнему ничего не понимал и с надеждой уставился на хозяина. Тот, заметив жгучее любопытство мальчика, не удержался от лёгкой улыбки, поднял правую руку и произнёс: — Я маг водной стихии начального уровня, сейчас покажу.

— Давайте-ка!

Не успел Лаури договорить, как правая рука хозяина покрылась прозрачной рябью водной стихии. Трёхкратно что-то бормоча, тот превратил водные узоры в мельчайшие песчинки, которые мягко, словно падающие звёзды, растворились в грунте цветочного горшка. В тот же миг Лаури показалось, что свечение золотого цветка стало ещё ярче.

Лавочник опустил руку и продолжил пояснения:

— Видели те песчинки? На самом деле это простейшее заклинание температуры водной стихии. Нужно просто задать нужную температуру, спрессовать её в песчинки и внедрить в почву.

В целом разобравшись, Лаури энергично закивал и восхищённо произнёс:

— Какое чудо!

— Ха-ха-ха, это самое простое применение. Малыш, к какой стихии принадлежишь ты?

Лаури смущённо ответил:

— У меня светлая стихия, но я уже забросил учёбу. Дядька, если действовать вашим методом, получится ли у меня вырастить летние овощи зимой?

— Мм, растения близки к природе, и магия близка к природе, у них общие принципы. Поэтому соединение магии с растениями даёт наилучший эффект. Если у тебя светлая стихия, она на самом деле даже лучше подходит для этого, чем водная. Хочешь вырастить летние овощи сейчас — просто посей семена и правильно проведи слияние световых частиц, — ласково растолковал лавочник, подумав про себя, что этот ребёнок страсть как любит поесть: использовать магию ради выращивания овощей — настоящее транжирство.

Воодушевленный Лаури многократно поблагодарил хозяина и выложил пять серебряных монет за горшок с золотым светильником, решив использовать его дома вместо лампы.

http://bllate.org/book/39633/5021922

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода