×
⚠️ Внимание! Если вы оплатили через Payoneer, получили на почту второе уведомление о доставке средств по инвойсу, но баланс на сайте не пополнился — пожалуйста, напишите мне в ЛС. Сейчас уведомления об успешном поступлении средств до нас не доходят.
💳 Написать мне в ЛС ↗
Важно: обращайтесь после получения именно второго письма — о доставке средств, а не первого подтверждения оплаты.

Готовый перевод After Being Blacklisted Across the Internet, I Became Non-Human / После травли во всём интернете я перестал быть человеком: Глава 31

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Глава 31

В заведении Линь Цзю никогда не было душно. Воздух оставался удивительно свежим, без въедливых кухонных чадов или тяжёлых запахов, неизбежных при скоплении народа. На улице припекал осенний холодок, но внутри царило благодатное, живое тепло — не сухой жар от кондиционера, а ласковое весеннее дыхание. Пахло луговыми травами и лесной свежестью, создавая иллюзию трапезы на лоне природы, а не в тесном заведении на пару столиков.

Все пять столиков уже были заняты. Счастливчики, умудрившиеся пробиться в первую пятёрку, жадно цеплялись за удачу: если не хватало своих, на ходу обзванивали родных и друзей. К вечеру зал заполнился до отказа, и новых гостей не ждали.

Но тут дверь отворилась. В помещение, принеся с собой уличную прохладу, вошёл высокий, статный мужчина в тёмном тренче и защитной маске.

Линь Цзю поднял взгляд и столкнулся с глазами визитёра.

— Пришёл?

— Угу, — Сы Сюй подошёл к стойке и тихо наблюдал за неторопливыми, выверенными движениями юноши.

Посетители с любопытством переглядывались. Судя по тону хозяина, он поджидал этого человека. Кого же способен дожидаться хозяин Линь — неподкупный, невозмутимый человек, признающий лишь собственные правила и глухой к звону чужих кошельков? Что за важная птица перед ними?

— Посиди пока, скоро всё будет готово, — проговорил Линь Цзю.

Не увидав рядом Цзян Гэ, он мысленно вычеркнул пару позиций из задуманного сета: готовь слишком много — Бог Сы просто не осилит.

Посетители, вытянув шеи, провожали загадочного гостя взглядами, пока тот не скрылся в дальнем отдельном кабинете.

Кто-то из самых нетерпеливых гостей не выдержал:

— Хозяин Линь, а что, к вам уже можно столики бронировать?

— Нет, — даже не подняв головы, отрезал тот.

— А это тогда кто?

— У него высокий ранг, — сдержанно пояснил Линь Цзю. — И особые привилегии.

Собеседник издал ехидный смешок:

— А я-то думал, вы тут весь из себя беспристрастный... Оказывается, и у вас блат рулит!

Линь Цзю ответил со спокойным ледяным равнодушием:

— Дорастёшь до такого же ранга — тоже получишь привилегии.

— И как эти ранги определяются? — подал голос другой завсегдатай.

— Читайте правила заведения.

Чтобы не отвечать на один и тот же вопрос сотни раз, Линь Цзю лично от руки дописал внизу свода правил строчку:

«Ранг клиента определяет уровень обслуживания (детали привилегий — на усмотрение хозяина).

Примечание: Ранг = общая сумма чека + коэффициент симпатии».

Выскочка замялся и примок. Цены в «Монструозной рыбе» и так кусались до хруста костей: пробиться сюда хотя бы раз в месяц считалось пределом мечтаний. Тут уж не до «коэффициента симпатии» — один чек заоблачный. Даже состоятельные посетители понимали, что тягаться за ранг бесполезно. Выстоять десятидневную очередь ради одной трапезы — уже запредельное везение, а выбиться в фавориты — задача из разряда невыполнимых.

Линь Цзю отлично сознавал всю утопичность их надежд. Посетители в зале меняются, а отдельный кабинет — неприкосновенная крепость. Никому не превзойти Бога Сы.

Взяв поднос из тёмного дерева, Линь Цзю направился в приватную комнату. Сы Сюй уже чинно восседал за столом.

— На этот раз помимо цветочного дракона я привёз кое-какие другие деликатесы, — произнёс Линь Цзю. — Опробуй.

Сначала он поставил на стол фарфоровый пиал-чаван с крышкой. Сняв её, открыл взору густой золотистый соус, в котором покоились белоснежные креветочные шарики. По комнате мгновенно разлился головокружительный аромат: морская свежесть сплеталась с сочной фруктовой нотой и тончайшим сладковатым оттенком.

— Креветочные шарики в золотом сиропе. Попробуй.

Сы Сюй взял изящную ложечку из перламутровой раковины и зачерпнул немного густого, похожего на жидкий янтарный мёд, соуса. Насыщенный, глубокий вкус оказался удивительно гармоничным: без приторности, с ярко выраженным фруктовым букетом и благородным деликатесным оттенком морской креветки. Изумительно.

Подцепив белоснежный шарик, он отправил его в рот. Мясо креветки обволакивало нежностью, а начинка оказалась не горячей, а приятно прохладной. При легком нажиме зубов фаршированная сердцевина лопнула, взрываясь солоновато-пикантным вкусом отборной икры. Сы Сюй давненько не испытывал такого искреннего удивления — кулинарный сюрприз удался на славу.

— Потрясающе, — произнёс Сы Сюй. Перед шедеврами Линь Цзю он всякий раз ощущал бедность собственного лексикона.

Линь Цзю выставил следующее блюдо:

— Паровой яичный крем.

На вид — банальное кушанье, но лишь на первый взгляд.

Для него использовались яйца редких монструозных птиц, найденные Линь Цзю на острове в Измерении Монструозного моря. Их было немного, но ценность они представляли огромную.

Нежный крем состоял из взбитых яиц и креветочного томали. Поверх золотистой поверхности покоилась россыпь икры, напоминающая гранатовые зёрна, а на них — крошечные белоснежные лепестки цветка Раскрытия Мёда. Вкус лепестков — освежающе-сладковатый с легкой кислинкой — идеально сочетался с солоноватой икрой и шелковистой текстурой запеченного крема. Настоящий шедевр.

Лепестки этого цветка отдаленно напоминали земные ромашки, но были более плотными и округлыми. Их употребляли в пищу свежими, а бутоны встречались самых разных оттенков. Это было и украшение, и изысканный ингредиент.

Сы Сюй зачерпнул ложечку. Изумительная эстетика и непередаваемый вкус.

Затем Линь Цзю поставил пиалу средних размеров. Её содержимое делилось ровно пополам: одна половина — глубокого фиолетового цвета, другая — сочно-гранатовая. Фиолетовым слоем была икра монструозного морского ежа, похожего на земного ежа своей колючей защитой, а гранатовым — щедрая порция икры каменно-скелетной рыбы.

Под подушкой из икры покоился жемчужно-прозрачный нефритовый рис. Температура подачи точно соответствовала температуре тела, дабы сохранить первозданный вкус деликатесов. Упругие, зернышко к зернышку, рисинки обладали идеальной текстурой. Разнородные компоненты не перебивали друг друга — каждый глоток раскрывал новую грань вкусовой гаммы.

— Рис с икрой морского ежа.

Линь Цзю ограничился тремя новыми блюдами, дабы избежать транжирства.

Войдя в заведение, Сы Сюй успел заметить меню дня: там значились лишь вчерашние блюда из цветочного дракона. Ничего из предложенного сейчас в общем списке не было.

Все эти изыски юноша приготовил специально для него.

На душе у Сы Сюя стало тепло, а на губах тронулась улыбка:

— Можно мне немного вчерашнего вина из синих цветочных фруктов?

Линь Цзю заколебался. Система предупреждала: кушанья и напитки из иного измерения для обычных людей полезны лишь в малых дозах — они укрепляют тело и продлевают жизнь. Но перебор чреват смертельным исходом.

Но ведь Бога Сы страсть как хочется выпить! В душе юноши сцепились два крошечных двойника.

«Хочет — пусть пьет! Каприз кумира надо исполнять!» — твердил Чёрный Сяо Цзю.

«Ни в коем случае! Он же обычный человек, безопасность превыше всего!» — протестовал Белый Сяо Цзю.

«Вчера он выпил три рюмки, и ничего не случилось!»

«Ему было плохо!»

«Совсем чуть-чуть! Зато потом организм восстановится, и он снова сможет давать концерты!»

«...»

Белый Сяо Цзю позорно капитулировал.

— Не больше трёх рюмок, — строго сдвинул брови Линь Цзю.

— Понимаю, — согласился Сы Сюй.

Юноша отправился за хмельным. На этот раз он не стал тащить весь бочонок, а налил немного в изящный кувшинчик.

Посетители в зале снова вытянули шеи. Заметив, как хозяин несёт кувшин и рюмки в приватный кабинет, кто-то тут же выкрикнул:

— Хозяин Линь, и мне кувшинчик вина!

Линь Цзю одарил просителя прохладным взглядом:

— Сегодня алкоголь в зале не подаётся.

— А у вас в руках тогда что?!

— Читайте правила, — бросил юноша через плечо и скрылся в кабинете.

Посетитель подавился воздухом.

Опять эти ранги! Похоже, привилегированное положение — не пустой звук.

Даже те, кто махнул рукой на эту затею, снова засомневались: а может, всё-таки попытаться?

Линь Цзю поставил перед Сы Сюем кувшин и стопку. Собравшись уходить, снова беспокойно напомнил:

— Ровно три рюмки. Ни капли больше.

Сы Сюй мягко улыбнулся:

— Если переживаешь — присядь и проконтролируй.

Линь Цзю замер, немного помедлил, а затем действительно повернул назад и опустился на стул напротив, всем своим видом демонстрируя: он ничуть не шутит.

Видя такую категоричность, Сы Сюй тоже напустил на себя серьёзность:

— А что произойдёт, если я выпью больше?

«Умрёшь», — мысленно ответил Линь Цзю.

Но вслух этого произнести не мог. Сказать человеку, что угощаешь его смертельно опасным пойлом — это же чистой воды признание в покушении!

По сути своей волшебный напиток являлся бесценным эликсиром. Проблема крылась лишь в плотской природе смертных, неспособной вместить столь мощный сгусток магии. Малая доза исцеляла и наполняла жизненными силами, а избыток разрывал плоть изнутри. В умеренных руках такое вино — благословение.

Защитная маска скрывала поджатые губы Линь Цзю:

— Я буду следить. Лишнего не дам.

Вопрос Сы Сюя остался без ответа.

Сы Сюй наполнил рюмку светло-изумрудной жидкостью и осушил её одним глотком.

По жилам мгновенно разлился знакомый огненный жар. На лбу выступили капельки пота. Не делая паузы, он налил и выпил ещё две.

Головокружение, раскаленная боль и тупой пульс в висках нахлынули с новой силой. Однако сегодня его тело выносливее отзывалось на истязание. Сы Сюю хотелось проверить догадку: если эта неведомая энергия действительно накапливается внутри и не находит выхода, что произойдёт в конечном счёте?

Линь Цзю не спускал с него глаз. Заметив, что три рюмки осушены одна за другой, он поднялся, чтобы убрать кувшин. Вдруг мужская ладонь мертвой хваткой сжала его запястье. Юноша вздрогнул от неожиданности; фарфоровый стаканчик выскользнул из пальцев и с подскоком покатился к краю стола, но Сы Сюй перехватил его на лету.

Сы Сюй поднял глаза:

— И ты даже не спросишь про тот случай со столом?

Линь Цзю застыл на месте, растерявшись. Сердце колотилось так, словно вознамерилось пробить грудную клетку и сбежать. Горячая ладонь Бога Сы обжигала кожу, точно калёное железо.

— Тебе не плохо? — пробормотал Линь Цзю с тревожной интонацией.

Сы Сюй всматривался в его лицо несколько секунд, затем разжал пальцы и устало прикоснулся к переносице:

— Всё в порядке.

Линь Цзю видел, что тому вновь допекает боль, и лишь досадовал про себя: ведь отлично знал, чем закончится, и всё равно лез на рожон!

— Почему ты молчишь про стол? — повторил Сы Сюй.

Обычный человек, увидав телекинез своими глазами, решил бы, что сходит с ума или столкнулся с нечистью. Но Линь Цзю сохранял абсолютное хладнокровие, будто вовсе ничего не заметил.

— Если тебе дурно, — невозмутимо посоветовал юноша, — можешь отодвинуть стол к стене. Только аккуратно, посуду не побей.

Сы Сюй лишился дара речи:

—...

Он замешкался, не зная, стоит ли развивать тему дальше. Будучи старше Линь Цзю на несколько лет, в данной ситуации он уступал юноше в выдержке.

Сы Сюй привык держать всё под контролем и ненавидел блуждать в потёмках:

— Ты правда ни капли не удивлён?

Линь Цзю подумал, что идеальный образ кумира сегодня дал трещину. Идол пошатнулся и стал живым человеком — не далеким безупречным божеством, а вполне осязаемой личностью.

Линь Цзю прикинул, как сформулировать мысль:

— Почему же? Я удивился. Поначалу вообще был в шоке.

Однако одно дело — поразиться увиденному, и совсем другое — лезть с допросами. Да и какую правду он рассчитывал докопаться?

По-хорошему, его собственные тайны перевешивали любые чужие странности. Умом мудреца Линь Цзю не отличался: если кто-то задастся целью раскопать о нём информацию, компромата хватит с лихвой. Его биография пестрила дырами — одно лишь таинственное исчезновение на целое лето без следа чего стоило!

Поэтому он выбрал самый незамысловатый способ самозащиты: жить тихо, говорить меньше, не лезть в чужие дела и не распускать любопытство.

— Пить на голодный желудок вредно, быстро развозит. Поешь немного — станет легче.

Сы Сюй не шелохнулся.

Приступы головокружения и боли не утихали, а напротив, нарастали с грозной силой. Внутри бурлил невидимый поток, искавший выход. Сначала он промчался по всем органам, а затем устремился к голове. Мысли Сы Сюя обрели небывалую чёткость и остроту. Разум превратился в переполненный сосуд, достигший предельной концентрации, — ещё одна капля, и плотину прорвёт с катастрофическими последствиями.

Раскалывающая череп боль казалась уже привычным фоном. С момента манифестации недуга постоянные недомогания стали его бессменными спутниками.

Из уст дедушки он знал: в роду бабушки таилось проклятие наследственного недуга. Семья делилась на две категории — одни благополучно доживали до глубокой старости, другие, столкнувшись с болезнью, сгорали, не перешагнув тридцатилетний рубеж. В своё время бабушка угасала точно так же: организм отторгал любую пищу, а жизнь поддерживалась лишь капельницами. Но в последние два года её память и умственные способности достигли феноменального уровня. Нынешняя мощная Корпорация «Мохун» — её личная заслуга; дедушка в те времена годился ей разве что в побегушки.

Болезнь внука стала тяжелейшим крестом для старейшины Суна. Старик словно заново переживал уход супруги, скончавшейся аккурат в день своего тридцатилетия — иссохшей до состояния обтянутого кожей скелета.

Но Сы Сюй отказывался смиряться с роком. Он твердо решил поставить всё на карту: всё равно жить оставалось от силы пара лет.

Словно заправский отчаянный игрок, он выставил на кон собственную жизнь. Выиграет — будет жить, проиграет — отправится на тот свет.

Ему хотелось узнать, что произойдёт при преодолении барьера восприятия. Однако энергии трёх рюмок волшебного вина оказалось недостаточно: состояние зависло на самой грани, причиняя мучения, но не позволяя сделать решающий шаг.

Дыхание Сы Сюя от боли стало рваным и тяжелым:

— Налей ещё одну.

Линь Цзю округлил глаза и мгновенно спрятал кувшин за спину:

— И не подумаю. Три рюмки — предел.

— У меня не настолько слабая выдержка, я справился бы с ещё одной дозой, — Сы Сюй постарался выровнять голос, дабы не выдать своего состояния.

Раз уж оба делают вид, будто ничего не происходит — сыграем в обычного выпивоху!

— И речи быть не может! — отрезал Линь Цзю. Сгребя рюмку, он поднялся, намереваясь уйти.

— Линь Цзю.

Сы Сюй встал вслед за ним. От сильного нажима на столешницу его пальцы побледнели:

— Мне необходимо это вино.

Линь Цзю обернулся. В его глазах не было ни капли сомнения — лишь непоколебимая твердость.

Жизнью Сы Сюя он рисковать не намерен.

— Я уже сказал: предел — три рюмки. Если не умеешь держать себя в руках, больше алкоголя не увидишь вовсе.

Выйдя из кабинета, Линь Цзю поднялся на второй этаж, убрал кувшин с посудой и лишь затем спустился вниз, избегая возвращаться к гостю.

Сы Сюй и не подозревал, насколько обострены чувства юноши. Вся его скрываемая боль, судорожные вздохи и стиснутые зубы были для Линь Цзю очевиднее некуда. Пойти на поводу у гостя в такой ситуации значило сознательно подписать тому смертный приговор.

Замерев на кухне, Линь Цзю наблюдал, как постепенно пустеют столики.

Сы Сюй не покидал отдельный кабинет, а Линь Цзю не навязывал своего общества.

Лишь перед самым закрытием Сы Сюй вылез из своего укрытия. На вид он полностью справился с приступом, выглядя вполне подтянуто и собранно.

Он вознамерился расплатиться, но не ведал стоимости.

— Средняя порция риса с икрой морского ежа — шесть тысяч девятьсот девяносто восемь юаней, креветочные шарики в золотом сиропе — одна тысяча девятьсот девяносто восемь, паровой яичный крем — три тысячи девятьсот девяносто восемь. Вино из синих цветочных фруктов — десять тысяч за рюмку, вы выпили три. Итого: сорок две тысячи девятьсот девяносто четыре юаня. Благодарим за визит, — безликим, холодным тоном отчеканил Линь Цзю, словно обращался к случайному прохожему... Впрочем, близкими друзьями они и не являлись.

Сы Сюй перевёл деньги по QR-коду.

Уже у самой двери он задержался и обернулся:

— Извини.

Он понимал, что поступил эгоистично и нерасчетливо. Если бы с ним случилась беда в стенах лавки, Линь Цзю вовек бы не отмылся от подозрений.

Юноша ничего не ответил. Проводив его взглядом, он принялся протирать столы и убирать посуду.

Гнать мысли не получалось.

Кумир, которым он восхищался столько лет... и вот так безжалостно выставлен за дверь...

***

Позже той же ночью блогер под ником «Шуйшэн» разродился гневным опусом, в котором набросился на Линь Цзю за поедание исполинского омара, не забыв при этом щедро тегнуть виновника.

Имя Линь Цзю в сети гремело на каждом углу, так что любой инфоповод с его участием мгновенно привлекал толпы фанатов и хейтеров.

В своём посте Шуйшэн расписал мировую практику обращения с гигантскими ракообразными: дескать, во всём цивилизованном мире столь редких особей либо передают океанариумам, либо выпускают обратно в море. И только варвар Линь Цзю с легкостью пустил уникальное существо на деликатесы! Судя по размерам клешней, омар весил не менее пятнадцати килограммов, что ставит его в один ряд с крупнейшими экземплярами планеты. Чтобы вырасти до таких размеров, животному требовался не один век!

Пройдя сквозь бури и избежав сетей сотен рыбаков, древнее создание погибло от жестокой руки Линь Цзю.

Блогер пафосно призвал общественность «не становиться соучастниками хладнокровного уничтожения редкой морской фауны», попутно наставляя Линь Цзю: мол, подобных гигантов следует передавать ученым, а не набивать ими желудки ради наживы.

Публикация моментально завирусилась.

Независимо от того, руководствовался ли Шуйшэн искренней заботой о природе или банальным желанием хайпануть на громком имени, его план сработал: комментарии превратились в настоящее поле битвы.

«А что, кто-то ещё сомневается в гнилом нутре нашего "хозяина"? Эгоизм и бессердечие — его фирменный стиль!»

«Линь Цзю: Подумаешь, сожрал омара! Я и умирающим не помогу, мне не привыкать:)))»

«О, понеслась! Опять хейтеры выползли со своими штампованными методичками!»

«Народ, у меня уже горит! Хейтеры, вам Линь Цзю родственников вырезал или предков из могил выкопал? Заколебали уже! Вы чьи фанатики вообще, а? Жаб давит, что у человека всё хорошо?»

«База, предыдущий оратор прав!»

«Хейтеры такие: о-о-о, новая площадка для плясок на костях! Спасибо деду Шуйшэну за наводку!»

«Ну, вообще-то омар и правда редкий. Жалко зверюгу...»

«Святоша в трэде! Поймал бы сам такого — мигом задвинул за кругленькую сумму и побежал деньги считать, прикрывшись благородным шумом про "пожертвования океанариуму"!»

«Очередной хайпожор пиарится за счёт Линь Цзю. Строит из себя борца за справедливость, а сам просто выставляет человека злодеем. Эй, праведный ты наш, а сам-то хоть юань перевёл на защиту природы? Языком чесать — не мешки ворочать. Народу советую не кормить тролля, расходимся!»

«...»

Забыться сном Линь Цзю так и не смог — мысли о Боге Сы не давали покоя. От нечего делать он зашел в свой аккаунт на Вэйбо, дабы подчистить старые рабочие записи. Соцсеть еще пригодится: если придется ехать за новым товаром, можно заранее предупреждать подписчиков, чтобы не повторялась история с бабушкой, поцеловавшей закрытую дверь.

Среди сотен уведомлений он наткнулся на публикацию Шуйшэна. Бегло пробежав текст глазами, без малейшего энтузиазма черкнул короткий ответ и вышел из сети.

Перед этим он окончательно подчистил страницу, удалив абсолютно все публикации времен своей актерской карьеры — будто тем самым мог окончательно сжечь мосты с прошлым.

Сделав дело, он незамедлительно заблокировал экран.

Линь Цзю и не подозревал, какую бурю вызвала его реплика.

Линь Цзю v: «У меня дома этих гигантских омаров завались. Тебе которого отправить? @Шуйшэн»

В комментариях взметнулась волна дикого хохота:

«Мамочки, у нашего мальчика прокачался навык сарказма! Я спокойна, теперь сыночка никто не обидит!»

«Куда делся прежний послушный Цзю-цай? Нынешний дерзкий Линь Цзю — это просто огонь, я в любви!»

«Поимейте совесть, люди! Неужели одному мне больно за Шуйшэна? Вы почитайте, как Цзю-цай размотал этого умника! Никакого уважения к его громким словам про "уникальность" и "редкость"! Я теперь эти слова без смеха воспринимать не могу!»

«Ахахаха! Ну что, допрыгался? Думал, если наш мальчик ушел из шоу-бизнеса, то теперь можно ездить ему по ушам? Горит лицо, а? @Шуйшэн»

«@Шуйшэн, а ты давай, пиши ещё! Только тебе удаётся выманить хозяина Линь в онлайн!»

«Хозяин, не уходи, я еще не всё сказал!»

«Хозяин Линь: Помолчи!»

«...»

***

Шумиха вокруг омаров и не думала утихать. Наутро Линь Цзю, как ни в чём не бывало, катил за собой увесистый термобокс. У дверей лавки, помимо привычной очереди, толпились репортёры. Завидев юношу, съёмочная группа во главе с корреспондентом рванула ему навстречу.

— Здравствуйте, господин Линь! Я корреспондент передачи «Городская жизнь» Города А. Скажите, где вам удалось приобрести столь невероятного омара?

Линь Цзю, не сбавляя шага, бросил сухой неприступный ответ:

— Без комментариев.

Девушка осеклась, её улыбка заметно натянулась:

— Можем ли мы взглянуть на легендарное морское чудовище? В нашей стране подобных особей ещё не встречалось! Нашим телезрителям наверняка безумно любопытно взглянуть на такой эксклюзив!

— Нет.

Корреспондентка лишилась слов.

Оператор с камерой замер.

Девушка попыталась сгладить неловкость:

— Господин Линь, вообще-то мы в прямом эфире! Не могли бы вы проявить хоть немного участия?

Линь Цзю наконец удостоил объектив взглядом:

— Прямой эфир?

Девушка закивала:

— Да-да, трансляция на всю страну!

— Я не давал согласия на участие в вашей трансляции и не обязан работать на вашу аудиторию. На будущее: сначала поинтересуйтесь, желает ли человек давать интервью, а потом уже тычьте камерами. Всего хорошего.

Линь Цзю отодвинул объектив в сторону, отпер замок и зашёл внутрь, решительно захлопнув дверь перед носом опешившей съёмочной группы.

Посетители в очереди дружно потеряли дар речи.

Съёмочная группа застыла в монументальном ступоре. Корреспондентке ничего не оставалось, кроме как нацепить на лицо профессиональную фальшивую улыбку и импровизировать на ходу:

— Что ж, мы пришли не в самое удачное время, господин Линь спешит к открытию заведения... Надеемся, нам ещё представится случай пообщаться с ним позже! А пока давайте спросим местных жителей, как популярность лавки «Монструозная рыба» отразилась на жизни всей Старой улицы...

Когда назойливые телевизионщики удалились, толпа у входа облегчённо вздохнула.

— Ух, меня аж в пот бросило от неловкости! А хозяин Линь хорош — прямо перед камерами отшил, глазом не моргнув!

— Он же бывший артист, разве ему не положено беречь репутацию? Так ведь и волну хейта словить недолго...

— По-моему, хозяин совершенно прав. Никаких разрешений на съемку он не давал. А кабы рвался обратно на сцену, не стал бы открывать заведение на задворках!

— Эх, а мне всё же жуть как любопытно, какого размера был тот омар...

— Возьми порцию клешней, сам прикинешь!

— Ну уж нет, обойдусь фантазией, кошелек не резиновый...

http://bllate.org/book/39625/5216004

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода