Очевидно же, что это клан Тушань прислал официальное приглашение на встречу, а заставили ждать так долго, что и след простыл — поистине, избаловали ее донельзя.
Пока Янь Сюлин размышлял об этом, снаружи вдруг послышался шум ветра. Сидящие в шатре разом подняли головы и посмотрели на выход, а стоявшая у двери служанка откинула полог, пропуская вошедшую процессию.
Шедшая впереди женщина волочила по земле длинную алую юбку. Она ступала легко, словно колышущаяся на ветру ивовая ветвь, а ее изящный стан подчеркивал золотисто-пурпурный пояс, стягивающий тонкую талию. Густые, словно три тысячи черных нитей, волосы опускались на плечи, а между бровей покачивался золотой кулон с апатит-красным самоцветом, казавшийся каплей крови из чьего-то сердца, уроненной ей на лоб.
Она приближалась неспешной походкой, и гости тотчас ощутили сладковатый аромат орхидей, смешанный с чистым звоном серебряных колокольчиков. Лишь когда она остановилась перед столом и отвесила поклон в знак приветствия Янь Гуйчжи, Лу Чэнфэн и остальные наконец пришли в себя.
Что такое любовь? Разве это не тот случай, когда перед твоими глазами и в твоем сердце появляется один-единственный человек?
Янь Гуйчжи задержала на Су Фэнъинь чуть более долгий взгляд. Если подумать, это было удивительно: старшее поколение клана Таньлан и старшее поколение клана Тушань поддерживали весьма тесную связь, однако в их поколении контакты заметно сократились.
Будучи главой клана, Янь Гуйчжи, как и Су Фэнъинь, носила титул Бессмертного Владыки на Небесах, а потому ей неизбежно доводилось бывать в Чертогах Бессмертных. И всё же до сегодняшнего дня ей так и не довелось встретиться лицом к лицу с молодой госпожой клана Тушань — она лишь изредка замечала ее удаляющуюся со спины фигуру.
Теперь же, глядя на Су Фэнъинь, Янь Гуйчжи нашла ее черты знакомыми, а присмотревшись внимательнее, к своему удивлению, заметила, как та улыбнулась ей.
Она издавна была наслышана о том, что Су Фэнъинь обладала чарующей, не имеющей себе равных в мире красотой, и сегодняшний день воочию подтвердил это. Эта женщина сияла ярко-алыми огнями, словно само пламя, и один лишь ее взгляд мог заставить чужую душу рассеяться в дыму. Даже Янь Гуйчжи невольно исполнилась восхищения, что уж говорить о тех демонах-мужчинах, для которых внешняя оболочка превыше всего.
Янь Гуйчжи почтительно ответила на поклон: — Благодарю юную госпожу и всех Высочеств за то, что преодолели этот путь. Прошу, занимайте места.
Вместе с Су Фэнъинь прибыли и ее четверо старших братьев. В семье Су воспитывалось пятеро детей, и все как один отличались выдающейся, несравненной красотой. Тот факт, что все четыре брата прибыли вместе с Су Фэнъинь, красноречиво свидетельствовал о том, как сильно ее любят и дорожат ею в роду. Су Фэнъинь изящно заняла свое место, а четверо братьев устроились по обе стороны от нее.
Слуги подали гостям из клана Тушань чай. Су Фэнъинь слегка приподняла белое, словно нефрит, запястье и сделала небольшой глоток. Янь Гуйчжи заговорила: — Оставим лишние предисловия. Поскольку вы прибыли сюда для обсуждения брачного союза, нам нет нужды расточать вежливые любезности — давайте сразу перейдем к делу и решим, как быть с этой свадьбой.
Великий старейшина поинтересовался: — С чего же нам начать?
Второй молодой господин семьи Су, Су Сии, ответил: — Разумеется, с того, что моя младшая сестра сама выберет себе мужа.
Старший брат семьи Янь, Янь Жэньцзэ, с удивлением произнес: — Разве юная госпожа не влюблена в Сюлин? К чему тогда еще какой-то выбор?
Едва эти слова сорвались с губ, как Су Фэнъинь опустила чашку и посмотрела на Янь Жэньцзэ. Все четверо ее братьев, за исключением старшего, разом уставились на него же.
Янь Жэньцзэ смущенно протянул: — Эм... Разве я сказал что-то не так?
Янь Жэньцзэ обращался к старшему брату семьи Су, Су Сицзя. О том, что Су Фэнъинь питает нежные чувства к Янь Сюлину, братья узнали именно от него.
Су Сицзя слегка кашлянул в кулак и обратился к Су Фэнъинь: — Сестрица, ранее я заметил, как ты расспрашиваешь о новостях про Янь Сюлина, и подумал, что он тебе приглянулся, вот и передал им. Хотел, чтобы они привели его с собой, дабы он не отсутствовал во время сватовства.
Выражение лица Су Фэнъинь неуловимо изменилось. Скользнув взглядом исподлобья по Янь Гуйчжи, она прямо и без утайки заявила в присутствии всех собравшихся: — Я к нему абсолютно равнодушна и никогда не говорила, что он мне нравится!
— Вот оно как... — Янь Жэньцзэ перевел взгляд на собственную сестру, никак не ожидав такого поворота.
Услышав, что Су Фэнъинь не испытывает к нему симпатии и не желает выходить за него замуж, Янь Сюлин был вне себя от радости. В то же время, смертельно боясь, что она передумает, он торопливо заговорил: — То, что я не смог завоевать сердце юной госпожи, поистине прискорбно, однако дела сердечные нельзя навязывать силой. К тому же я далеко не самый сметливый и добродетельный муж в нашем клане. Юная госпожа — верховная владыка Тушань, и по праву должна сочетаться браком с выдающимся талантом нашего рода. Судя по тому, как ясен взгляд юной госпожи нынче, она, должно быть, уже присмотрела кого-то в своем сердце.
Про себя Янь Сюлин думал: пусть его старший брат уже женат, у него ведь остаются четвертый и пятый братья. Все они — писаные красавцы, славные и талантливые мужи, так что он ни капли не боялся, что ни один из них не придется ей по вкусу. А потому он поскорее постарался сбросить с себя эту горячую картошку.
Су Фэнъинь поднялась с места и произнесла: — В моем сердце действительно есть подходящий человек.
Четверо братьев из семьи Тушань изначально вовсе не желали выдавать младшую сестру замуж за пределы клана, а тем более — отдавать ее в жены этому легкомысленному гуляке, третьему сыну клана Таньлан. Они даже и слышать не хотели о том, чтобы он вошел в их семью в качестве зятя. Теперь же, когда выяснилось, что речь идет не о нем, они внутренне немного успокоились. А узнав, что у их сестрицы уже есть на примете избранник, братья лишь загорелись желанием узнать, кто же этот счастливчик. В этот момент Су Фэнъинь повернулась к Янь Гуйчжи и мягким, обволакивающим голосом произнесла: — Я выбираю ее.
Глава 3
После слов Су Фэнъинь никто не смог даже шевельнуться от удивления. Ее взгляд был прикован к Янь Гуйчжи, и она неторопливо, с расстановкой добавила: — Я хочу, чтобы главой нашего брачного союза стала глава вашего клана, Янь Гуйчжи, и я выйду за нее.
Янь Сюлин стер с лица привычное легкомысленное выражение, и его черты посуровели: — Юная госпожа, шутки в сторону. Подобное недопустимо.
Лица братьев семьи Су приняли весьма красноречивое выражение. Су Сии тихо произнес: — Малышка...
— Речь идет о всей моей жизни, разве стала бы я шутить? — возразила Су Фэнъинь. — Я говорю это от всего сердца и с чистейшими намерениями.
Сидевший до этого молча четвертый брат Янь, Янь Чэньхуань, произнес глухим голосом: — Гуйчжи не может!
Сидевший в стороне Великий старейшина тоже подал голос, и его слова прозвучали сурово и веско: — Юная госпожа, судя по всему, недостаточно хорошо осведомлена о потомках нашего клана Таньлан. Среди наших героев немало выдающихся мужей, и наверняка найдется тот, кто подойдет юной госпоже куда лучше. Юной госпоже не следует принимать столь опрометчивых решений!
Янь Сюлин поднялся на ноги, крепко сжимая в руке складной веер. Его лицо помрачнело, и он произнес: — Юная госпожа Су, моя сестра — верховный владыка клана Таньлан, на ее плечах лежит огромная ответственность, и к вопросам брака нельзя относиться легкомысленно. Как справедливо заметил Великий старейшина, в нашем клане Таньлан немало славных героев. Мы надеемся, что юная госпожа хорошенько все обдумает и выберет себе другого достойного супруга.
Когда они только отправлялись в путь, Янь Гуйчжи в шутку обмолвилась: если Су Фэнъинь вдруг положит на нее глаз, то она не против и сама жениться на ней. Кто же знал, что шутка окажется пророческой.
Рассуждать об этом в шутливой форме было еще куда ни шло, но Янь Сюлин никогда не воспринимал это всерьез. Если бы этот брак выпал на его долю, он бы еще стерпел — в конце концов, ради клана Таньлан можно было бы заполучить столь мощного союзника, да и если бы ему удалось выкрутиться, он бы тоже обрадовался. Но он тысячу, миллион раз не желал, чтобы это бремя упало на плечи Янь Гуйчжи.
Он искренне желал, чтобы спутника жизни Янь Гуйчжи выбирала по взаимной любви, чтобы они понимали друг друга с полуслова и могли во всем поддерживать. Если уж кому-то суждено было по воле данного обещания сочетаться браком с нелюбимым человеком, пусть лучше это был он сам. Но чтобы этой жертвой стала Янь Гуйчжи — как он мог стерпеть подобное?
Су Фэнъинь возразила: — А помнят ли уважаемые Высочества, каковы были условия договора, заключенного старейшинами наших двух кланов много лет назад? Когда я отправлялась в путь, батюшка лично напоминал мне о событиях тех лет, и его слова до сих пор звучат у меня в ушах.
Заведение речи о брачном союзе между двумя кланами уходило корнями на несколько веков назад. В те времена четыре клана — Таньлан, Тушань, Цинню и Тэншэ — собрались вместе на пиру, долго пили вино, пока лица их не раскраснелись, а головы не закружились от хмеля.
http://bllate.org/book/39607/5017487
Готово:
