Инь Чэнъюй чуть изогнул губы, сглушив насмешку в глазах, поднялся с места и ответил:
— Есть.
Некоторые недоверчивые придворные чиновники вышли вместе с ним, чтобы во всем разобраться, но сколь ни крепки были чьи-то убеждения, стоило им увидеть сваленную стражу, клубящийся повсюду красный туман и зловещие блуждающие огни в нем, как даже они засомневались.
Чиновники, последовавшие за ним наружу, сочли обстановку неладной и немедленно прикрыли Инь Чэнъюй своими спинами, готовясь отступить обратно в залу.
Инь Чэнъюй же не проявил ни малейшей растерянности, остался стоять на месте и громко отдал приказ:
— Приведите лучников, добавьте факелов! Одиночке ли мне не знать, какая нечисть вздумала здесь строить из себя призраков и духов!
Наследный принц перед лицом опасности сохранял хладнокровие, и растерянные охранники наконец обрели опору в лице главного хозяина, успокоившись. Одни бросились перебрасывать войска, другие — искать факелы, и оборонительный рубеж выстроили заново.
Зато Император Лунфэн, последовавший за ними следом и узревший эту картину, едва не лишился чувств от страха и пронзительно завопил:
— Скорее! Скорее! Живо отправляйтесь за даосом Ванчэнем, пусть изгонит демона!
Его слова вновь заставили сердца всех присутствующих затрепетать.
Что это в конце концов — проделки демонов и духов или злодейства негодяев?
Пока все переглядывались, колеблясь и не зная, что и думать, они услышали звонкий голос Инь Чэнъюй:
— Отец-Император, этот красный туман и блуждающие огни больно смахивают на фокусы уличных затейников, а та демоническая лисица, боюсь, кем-то…
В его словах был резон, и чиновники, последовав за его мыслью и взглянув на красный туман и призрачные огни под новым углом, сочли их уже не столь зловещими и пугающими.
Однако Император Лунфэн явно не желал верить. Он грубо прервал Инь Чэнъюй и, побледнев, рявкнул:
— Эй, защитить императорскую особу! Подать паланкин во Дворец Цяньцин!
Он вознамерился бросить всех и удалиться в одиночку.
Инь Чэнъюй замолк на полуслове, словно желая отговорить его еще, но тут Второй принц Инь Чэнчжан подал голос:
— Будь то проделки человека или нечисти, превыше всего должно быть драгоценное здоровье Императора. Раз уж старший брат считает это дело рук человеческих, почему бы ему не остаться и не схватить зачинщика!
Этот диалог в прошлой жизни тоже происходил.
Только тогда Инь Чэнъюй был застигнут врасплох: хоть он и остался, но ни поймать злоумышленника, ни прогнать нечисть не сумел. В конце концов вмешался даос Ванчэнь, который и рассеял алый туман, и убил лисьего демона.
Однако на сей раз он подготовился заранее.
Он бросил ничего не выражающий взгляд на Инь Чэнъюй, а также на Третьего принца Инь Чэнцзина, стоявшего поодаль, и слабо улыбнулся:
— Раз кто-то осмелился строить из себя призраков во дворецких покоях, мне, разумеется, надлежит поймать главного злодея.
Император Лунфэн, однако, не желал больше слушать эти пустые споры — он слишком дорожил своей жизнью. Приказав Страже Цзиньивей окружить себя тремя рядами плотной охраны, он собрался уходить.
Инь Чэнъюй сполна разыграл положенную роль и больше не пытался его останавливать или отговаривать. Он лишь прищурился, наблюдая за Императором Лунфэн, оказавшимся в самом центре защитного кольца.
Про себя он медленно отсчитывал секунды, и когда дошло до десяти, из густых клубов красного тумана внезапно вылетела громадная туша зверя. Широко разинув пасть и испустив пронзительный, дикий вой, она напрямую устремилась к императорской охране.
Шерсть зверя была багрово-красной, но все тело при этом отливало зловещим зеленоватым светом. Из разинутой пасти несло зловонием, и его появление застало всех врасплох.
— Демоническая лисица! Демоническая лисица идет!
Едва удерживаемое хрупкое равновесие вновь рухнуло. Толпа погрузилась в панику, и те, кто посмелее да потрусливей, уже бросились врассыпную.
Император Лунфэн под защитой Стражи Цзиньивей пятился назад, но из-за слишком тесной толчеи стражники не успели вовремя перестроиться, и свирепый зверь с легкостью прорвал кольцо оцепления, несясь прямо на Императора.
— Ваше Величество!
— Скорее защитите Ваше Величество!
В тот же миг со всех сторон разнеслись крики ужаса.
Император Лунфэн давно уже лишился краски на лице и от страха осел на землю, не в силах пошевелиться.
Инь Чэнъюй холодно наблюдал за происходящим, не выказывая особых эмоций, и лишь бросил бессловесный взгляд на Сюэ Шу, стоявшего неподалеку: убить ее.
Все были заняты спасением собственных жизней или бегством, и лишь Сюэ Шу двинулся наперерез толпе, словно собираясь подобраться к нему, но стоило ему поднять взгляд, как он уловил этот приказ.
Колеблясь лишь долю мгновения, Сюэ Шу стремительно развернулся и бросился к оцепеневшему Императору Лунфэн. Прикрыв его собой, он единым движением выхватил из ножен поясной клинок и со злостью вонзил его в брюхо демонической лисицы.
Раненый зверь взвыл от боли и взмахнул когтистой лапой.
Сюэ Шу не уклонился и не отступил, приняв удар на себя, и тут же вцепился в лисью шкуру. Используя инерцию, он запрыгнул на спину чудовищу, сжав бока ногами для устойчивости, и обеими руками вонзил меч прямо в лисью шею.
Длинный клинок вошел в загривок и вышел из горла.
Зверя пронзило насквозь, и под брызги алой крови он с предсмертным хрипом рухнул на землю.
Зрелище оказалось столь кровопролитным, что вокруг воцарилась абсолютная тишина.
Сюэ Шу тяжело дыша вытащил клинок, небрежно утер брызги крови с лица и резко повернул голову, в упор глядя на Инь Чэнъюй.
Словно говоря: ты велел убить — я убил.
Автор пишет:
Сюэ Шу: я так хорош собой и умел, Ваше Высочество точно будет доволен.
Инь Чэнъюй: (._.)
Глава 4
Инь Чэнъюй отвел глаза, избегая его взгляда.
В прошлой жизни ему всегда казалось, что взгляд Сюэ Шу слишком глубок и мрачен, в нем таилось столько неразборчивых эмоций, и всякий раз, когда тот смотрел на него, создавалось впечатление, будто он задолжал ему долгов на восемь жизней вперед, отчего становилось неприятно.
Нынешний же Сюэ Шу глядел куда прямее — без тяжелых затаенных чувств, на его лице почти недвусмысленно читалось: требую награды.
Подумаешь, пустяковое дело, а еще совести хватает выпрашивать награду.
Инь Чэнъюй мысленно фыркнул, намеренно переставая смотреть на него, и перевел взгляд на спешно приближающуюся сзади процессию.
— Наконец-то явился этот даос Ванчэнь.
Облаченный в парадные одежды, с персиковым мечом наперевес, он вполне походил на обретеншего Истину мудреца.
— Где демоническая лисица? Нищий даос идет усмири…
Только вот речь его оборвалась на полуслове, а вид человека, остолбенело вылупившегося на труп зверя, выглядел совсем не солидно, а скорее нелепо.
Инь Чэнъюй окинул его взглядом, боковым зрение заметив в толпе искаженное злобой лицо Инь Чэнцзина, и уголки его губ чуть заметно дрогнули.
Прежде чем окружающие успели опомниться, холодная маска на его лице мгновенно сменилась выражением глубокой тревоги. Он быстро шагнул вперед, поднимая сидевшего на земле Императора Лунфэн, и обратился к притихшему даосу Ванчэню мягким голосом:
— Демоническая лисица уже повержена, так что наставника не придется утруждать. — Сказав это, он глянул на стоявшего рядом Гао Сяня: — Потрудись, евнух Гао, послать за паланкином. Командир Гун, отправь людей тщательно прочесать окрестности: по моему разумению, за этим делом наверняка стоят злоумышленники, нельзя допустить, чтобы смутьяны сбежали…
http://bllate.org/book/39604/5016880
Готово: