Затем он посмотрел на то, как собеседник напротив — «печатает...» — продолжалось уже с полминуты, после чего прилетело сообщение:
[Я тоже по тебе скучаю.]
К нему прилагался даже милый кошачий стикер.
Казалось, он очень рад.
Се Шучунь говорил о самом себе.
Внезапно ему расхотелось что-либо объяснять.
Однако Линь Сюнь тут же отправил следом ещё одно сообщение:
[Но тебе всё равно нужно лечь пораньше, мне тут по делам компании надо кое с чем срочно разобраться, спокойной ночи.]
[Хорошо, спокойной ночи.]
Се Шучунь лишь почувствовал, будто на него снова вылили ушат ледяной воды — это вмиг потушило его иллюзии, которых и быть-то не должно было.
Его взгляд невольно скользнул к подаренной Линь Сюнем коробке. Из-за изысканной упаковки он так и не смог догадаться, что внутри.
Было только половине одиннадцатого вечера, но, поколебавшись с принятием решения, он всё же взял коробку и постучал в соседнюю дверь Ван Дуна. После нескольких дежурных фраз Ван Дун, не сумев отказаться, всё-таки принял подарок.
Се Шучунь облегчённо выдохнул. И впрямь, как и думал Линь Сюнь, преподнеся этот дар чужими руками, он почувствовал себя перед Ван Дуном не так совестно. Вот только чувство вины никуда не делось, а лишь перекочевало к самому Линь Сюню, разгораясь с новой силой.
Этой ночью он ворочался с боку на бок. Хотя тело ужасно устало, стоило ему закрыть глаза, как голова становилась на редкость ясной, снова и снова прокручивая всё, что он совершил сегодня. Заснув лишь под утро в каком-то полузабытьи, на следующий день он снова выслушал шуточки Ван Дуна о том, что он прямо-таки принц на горошине, раз до сих пор не привык к гостиничной кровати.
Он думал, что два дня без встреч с Линь Сюнем дадутся ему тяжело, но казалось, будто всё вернулось на круги своя. Никаких больше контактов — словно их воссоединение было лишь сном, который он видел на протяжении восьми лет.
К полудню последнего дня выставки народу поубавилось, и у него появилось больше времени полистать ленту в телефоне. И хотя он просматривал рекламные посты о нынешней выставке, опубликованные в официальном аккаунте, его пальцы всё равно то и дело переключались на чадрык с перепиской, раз за разом обновляя страницу в надежде увидеть сообщение от определённого человека.
Ван Дун тоже освободился и подсел к нему:
— Ну что, когда всё закончится, сходим вместе поужинать?
Се Шучунь не расслышал, пока Ван Дун не толкнул его слегка:
— О чём задумался? Да так увлёкся. После закрытия двинем на жареное мясо?
Он резко очнулся и поспешно, смущённо отказался:
— Брат Дун, я уже договорился с другом...
Только вот до сих пор не было подтверждения ни по одному месту для ужина, и он даже не знал, была ли та фраза Линь Сюня в тот день... шуткой.
— С тем самым другом, который приходил к тебе в тот день? — Ван Дун цокнул языком. — Инженер Се, судя по тому, как он одет, это совсем не тот круг, с которым мы можем сойтись. Вы как познакомились-то? Он вообще надёжный человек?
— Однокурсник. — Се Шучунь снова разблокировал телефон, но новых сообщений не было. — Семья у него действительно состоятельная.
— Ну тогда ладно, по крайней мере познакомились нормальным путём. — Ван Дун хлопнул себя по лбу, вспомнив что-то. — Да, кстати, забери те две бутылки вина, они слишком дорогие. Я-то сперва думал, какая-то безымянная бормотуха, а полез в интернет проверять — оказалось, это сухое белое Опарт, да ещё и урожая 2015 года.
Се Шучунь замер:
— Разве оно дорогое?
— Дорогое? — Ван Дун вытаращил глаза. — Для твоего друга, может, и сущие пустяки, но оно стоит почти по двадцать тысяч за бутылку. Я такое пить не осмелюсь.
Двадцать тысяч... за бутылку вина?
А ведь в тот вечер Линь Сюнь поставил их так небрежно, он-то думал... Он боялся продолжать эту мысль. А что он сам подарил Линь Сюню? Какую-то уродливую мягкую игрушку, причём даже из тех, что их компания штампует оптом.
Его голос дрожал:
— Не нужно, брат Дун... Оставь себе, раз мой друг сказал взять, значит, забирай, ничего страшного.
Он изо всех сил старался сохранить видимость спокойствия, чувствуя лишь одно: он не должен уронить лицо Линь Сюня в этот момент.
Ван Дун всё ещё пытался отказаться, но чья-то рука внезапно обняла Се Шучуня за плечи.
В голосе Линь Сюня, звучавшем с улыбкой, сквозила непреклонность:
— Брат Дун, вино для того и создано, чтобы люди его пили. Попробуй, если понравится — я тебе ещё принесу. Считай, что это знак внимания от нас со Сяочунем, к тому же...
В общем, потом тебе ещё придётся повозиться и помочь разобраться с делами Сяочуня по закрытию выставки, а я сейчас забираю его с собой.
Се Шучунь с окоченевшим телом позволил Линь Сюню полуобнять и увести себя из выставочного павильона, даже не расслышав последовавшей за этим особенно вежливой фразы Ван Дуна: «Да никаких хлопот».
— В чём дело? — с улыбкой посмотрел на него Линь Сюнь. Его рука чуть ослабла, но всё ещё лежала на плече спутника. — Чего ты снова принял такой вид, будто мы только что познакомились? Разве ты не говорил, что скучаешь по мне?
— Вовсе нет! — лицо Се Шучуня мгновенно вспыхнуло, и он поспешил оправдаться: — То, в тот день...
Однако Линь Сюнь не дал ему возможности спорить:
— Мне всё равно, я считаю, что ты по мне скучал. Эх, ты и представить не можешь, как я устал за эти два дня. Сбежал с работы тем днём ради встречи с тобою, так меня родная матушка застукала с поличным и заставила крутиться в компании без продыху двое суток. Я пахал как проклятый, даже возможности в телефон заглянуть не было!
Я правда очень по тебе скучал, Сяочунь.
От слов Линь Сюня в голове у Се Шучуня образовалась сплошная каша, и он битый час не мог выдавить из себя ни единого внятного предложения.
Линь Сюнь тем временем взъерошил ему волосы и попутно махнул рукой ожидавшей неподалёку машине.
Водитель вышел и открыл для них дверь. Се Шучунь бросил на него лишний взгляд и лишь крепко сжав губы сел в салон, прежде чем осмелился спросить:
— Почему не та машина?
Малыш-призрак на капоте, звёздное небо на потолке и даже номер из четырёх одинаковых цифр.
— Сегодня точно придётся выпить, с водителем удобнее. — Линь Сюнь согнулся, забираясь внутрь следом, и, закинув длинные ноги, прижался к Се Шучуню боком. — Если поздно закончим, останешься у меня ночевать. Отсюда добираться — целый свет.
Се Шучунь молча подвинулся к окну, пытаясь увеличить расстояние между ними, но на предложение Линь Сюня отвечать не стал.
Линь Сюнь, похоже, и вправду был очень занят: больше он не приставал с расспросами и всю дорогу решал рабочие вопросы за ноутбуком.
В салоне постепенно воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком клавиш. Се Шучунь украдкой выдохнул, но его взгляд помимо воли снова и снова устремлялся на сосредоточенно работающего рядом Линь Сюня. Проходило всего пара-тройка секунд, и он испуганно отводил глаза, опасаясь поймать тот самый миг, когда собеседник в череде своих бесконечных дел поднимет голову и заметит его тоскливую привязанность.
Наконец машина остановилась перед уединённым небольшим особняком, где панорамные окна гармонично сочетались с белыми стенами.
Линь Сюнь с грохотом захлопнул ноутбук и потёр переносицу. Первым выйдя из машины, он с абсолютно естественным видом протянул руку сидевшему внутри Се Шучуню.
Се Шучунь поколебался мгновение, но всё же вложил свою ладонь в его руку.
Переступив порог, не увидь он поклонившегося официанта, Се Шучунь почти решил бы, что они случайно забрли в частный художественный музей. Под огромной свисающей хрустальной люстрой красовалось несколько ультрасовременных скульптур и картин.
Опустив голову, он окинул взглядом свой мешковатый костюм и смущённо дёрнул за мятый край лацкана. Вообще-то он приготовил более-менее приличную повседневную одежду, но Линь Сюнь вытащил его так внезапно, что он забыл переодеться.
— Хочешь сходить в уборную? — словно разгадав его неловкость, тихо предложил Линь Сюнь.
Словно получивший помилование грешник, Се Шучунь поспешно кивнул и двинулся по указателям в помещение, где витал аромат сандала. Это место скорее напоминало изысканную комнату отдыха, чем туалет — там даже было выделено гардеробное пространство. А на вешалке в гардеробной во всей красе висел полностью подобранный комплект одежды.
— Увидел вещи? — голос Линь Сюня донёсся сквозь дверь. — Размер должен подойти, ведь... стоило мне обнять тебя, как я примерно всё понял.
Лики Се Шучуня мгновенно запылали так, будто в них плеснули бензина.
Он протянул руку и снял этот комплект: кашемировый свитер превосходного качества оттенка слоновой кости в сочетании с аккуратно скроенными тёмными брюками. Приложив его к себе, он убедился, что размер подошёл тютелька в тютельку. Не вычурно официально, но изысканно и со вкусом.
Он отлично понимал, что этот наряд, скорее всего, вновь стоил баснословных денег, но отказываться от доброты Линь Сюня не стал. Быстро переодевшись во всё новое, он вышел наружу.
Линь Сюнь ждал его прямо у дверей, окинув неприкрытым, полным восхищения взглядом, после чего принялся себя нахваливать:
— А у меня и правда отличный вкус, тебе очень идёт. Через пару дней велю им прислать ещё парочку комплектов.
— Не надо, не надо! — Се Шучунь уже устал отказываться. — Одного вполне хватит, я поношу этот сегодня, и больше не нужно...
Тратить на меня столько.
— Чего это не надо? — наигранно рассердился Линь Сюнь. — Разве вещи, которые я, Линь Сюнь, дарю кому-то, положено возвращать назад? Даже в таком пустяке откажешься уважить меня?
Се Шучунь вздохнул — принимать такие подарки он по-прежнему смертельно боялся.
— Воротник поправь.
Линь Сюнь шагнул вперёд, обхватил его спереди и завёл руки ему за спину, тщательно расправляя воротник кашемирового свитера и выглядывавшую из-под него сорочку.
Тот не смел даже шевельнуться, лишь опустив глаза и покоряясь движениям Линь Сюня, ощущая лёгкую дрожь каждый раз, когда чужие кончики пальцев случайно касались кожи на его затылке.
Раздался скрип — дверь без всякого предупреждения распахнулась снаружи.
Се Шучунь, словно испуганная птица, рефлекторно попытался вырваться из объятий Линь Сюня.
Однако не только не смог высвободиться — руки Линь Сюня сомкнулись ещё крепче, намертво зафиксировав его на месте и прижав вплотную.
В дверях раздался насмешливый мужской голос, разом разрушивший хрупкую и напряжённую атмосферу:
— Ого! Кажется, я заглянул в самый неподходящий момент!
Автор пишет:
Глава 5. Вино
Линь Сюнь невозмутимо отнял руки от воротника Се Шучуня и повернулся к вошедшему:
— Чего это тебя принесло?
Тот прислонился плечом к косяку двери и с игривой улыбкой протянул:
— Разрешаешь людям принимать гостей в моём заведении, так почему бы мне самому не взглянуть?
Говоря это, он снова перевёл любопытный взгляд на Се Шучуня, и Се Шучунь тоже посмотрел на него. На госте была весьма непринужденная одежда: чёрная шёлковая рубашка подчёркивала стройную фигуру, а очки в золотой оправе не столько добавляли интеллигентности, сколько придавали едва уловимый оттенок чувственности его персиковым глазам.
Не успел Се Шучунь и слова сказать, как тот уже рассыпался в комплиментах:
— Какой хорошенький. Опять этот сорванец Линь Сюнь урвал всё самое лучшее...
— Позволь представить. — Линь Сюнь с угрожающими нотками в голосе тут же прервал его: — Сяочунь, это мой друг детства, Мэн Цичуань.
— Се... Шучунь? — Мэн Цичуань выпалил это имя, в глубине его глаз мелькнуло лёгкое удивление. — Ну тогда это поистине долгожданная встреча, Линь Сюнь вечно только о тебе и говорил, вот только я никак не ожидал, что ты вживую окажешься... совсем не таким, как он описывал.
Линь Сюнь слегка кашлянул, вовремя пресекая дальнейшие излияния Мэн Цичуаня. Он мимоходом приобнял его за талию, оттаскивая в сторону, и понизил голос:
— Вино, что ты просил, уже занесли внутрь, так что прекрати молоть чепуху при нём!
http://bllate.org/book/39581/5014271
Готово: