Только что обретённое спокойствие мгновенно улетучилось. Инь Цюбай на секунду замер, затем снова потянулся к другому карману.
Движения были почти такими же, как и мгновение назад: он вывернул наружу изрядно истрепанный карман своего пиджака.
Па-дам.
Тихий, отчетливый звон металла, ударившегося о кафельный пол, прозвучал как приговор, словно дамоклов меч, наконец сорвавшийся с тонкой нити.
Инь Цюбай тоже опустил взгляд на блестящую на полу сережку, которая, казалось, была готова стать неоспоримым доказательством его вины.
— Это ты украл!
Голос Цяо Лоаня, прозвучавший в тишине комнаты отдыха подобно триумфальному кличе, заставил всех вздрогнуть:
— Это моя сережка!
Он посмотрел на Инь Цюбая и отчеканил:
— Старший, теперь-то ты признаешься, что это ты её взял? Попался с поличным, неужели будешь отрицать?
Затем он перевел взгляд на Гу Няньпэя:
— Брат Нянь Пэй, видишь? Я не лгал. А ты еще заступался за него…
— Я этого не брал.
Инь Цюбай ответил ровно:
— Я понятия не имею, как эта сережка оказалась у меня в кармане, и даже не прикасался к ней. Можете проверить, есть ли на ней мои отпечатки пальцев.
Он совершенно спокойно смотрел на чужое украшение, лежащее на полу, и добавил:
— Ты также не сможешь доказать, что эта вещь действительно принадлежит тебе. Если хочешь обвинить меня, дождись, пока починят комнату видеонаблюдения и восстановят записи, вот тогда и поговорим.
— Наше время стоит очень дорого, — возразил Цяо Лоань. — Разве того, что сережка нашлась у тебя в одежде, недостаточно для неопровержимых улик?
Гу Няньпэй тоже подошел ближе и примирительным тоном произнес:
— Сяо Бай, извинись перед ним. Это ведь пустяк, мы не будем требовать от тебя компенсации.
Инь Цюбай проигнорировал его. Лицемерное притворство Гу Няньпэя вызывало лишь тошноту. Он отстранился, когда альфа попытался до него дотронуться:
— Давайте вызовем полицию. Пусть они во всем разберутся. Если выяснится, что это действительно сделал я, я выплачу полную стоимость.
— К-какая полиция? — Цяо Лоань заметно занервничал. — Мне не нужна полиция, я хочу, чтобы ты извинился! Ты украл её, ты должен извиниться!
В разгар их перепалки у двери послышались два легких стука.
— Что происходит? Почему так шумно?
Все присутствующие обернулись на звук, отвлекшись от спора. Даже разгоряченный Цяо Лоань на мгновение притих и посмотрел на вход.
Инь Цюбай повернул голову и замер.
…Почему Вэнь Юйминь здесь?
— Столько людей… Элиас, это что, приветственная церемония в мою честь?
Вэнь Юйминь обвел взглядом всех присутствующих, на секунду задержался на лице Инь Цюбая и, наконец, остановился на Элиасе. Он небрежно стоял у двери, засунув руки в глубокие карманы своего тренча, и спрашивал об этом с легкой усмешкой.
— …Господин Вэнь.
Элиас опешил, не сразу осознав, кто перед ним. Он не ожидал внезапной «инспекции руководства» и торопливо опустил голову:
— Мы тут столкнулись с небольшим недоразумением, пытаемся решить. Подождите, пожалуйста, одну минуту…
— М-м, я уже всё услышал.
Вэнь Юйминь шагнул вперед, подошел к Инь Цюбаю, наклонился и поднял сережку с пола.
Украшение было золотым, с инкрустированным красным камнем. Вэнь Юйминь поднес его к глазам, и красный камень на свету тревожно покачивался.
Покрутив сережку в пальцах, он поднял голову и посмотрел на Цяо Лоаня:
— Ты сказал, что эта сережка принадлежит тебе, верно?
Цяо Лоань, который до этого украдкой разглядывал незаурядную внешность вошедшего, встрепенулся. Сцепив зубы, он вновь подтвердил:
— Да, это моё украшение, которое украл ваш сотрудник. Вы здесь владелец, неужели вы собираетесь покрывать этого вора?
Вэнь Юйминь не стал отвечать на его выпад, а лишь продолжил:
— Ты хочешь сказать, что эта вещь под названием Пылающий огонь, стоящая более трех миллионов и практически не имеющая цены на рынке, принадлежит тебе, верно?
Он выговаривал каждое слово, подчеркивая стоимость украшения, и неспешно ждал ответа.
— Это моё, — Цяо Лоань почувствовал странную тревогу под пристальным взглядом мужчины.
Однако он быстро взял себя в руки. Украшение ему подарил тот мужчина, и он никогда не говорил ни о названии, ни о реальной стоимости, так что Цяо Лоань всё время думал, что оно стоит около сотни тысяч. Осознав, что цена гораздо выше ожидаемой, он не смог сдержать волнения. Его глаза загорелись, и он вызывающе посмотрел на Инь Цюбая:
— Слышал? Вещь стоит миллионы, тебе таких денег вовек не выплатить!
Инь Цюбай только хотел возразить, как почувствовал на своем плече руку. Словно успокаивая его, Вэнь Юйминь слегка похлопал его по плечу.
— С чего бы ему платить?
Вэнь Юйминь, продолжая говорить, покрутил сережку на пальце, затем небрежно бросил её в стоящую рядом корзину для мусора.
Цяо Лоань проследил взглядом за движением украшения и, увидев, как та падает в мусор, ошарашенно воскликнул:
— Что ты делаешь?!
— Ничего особенного, — Вэнь Юйминь всё так же улыбался. — Носить на себе дешевые побрякушки из хозяйственного магазина вредно для кожи, вот и помог тебе избавиться от мусора.
— Ты! — лицо Цяо Лоаня мгновенно покраснело, он вперил взгляд в Вэнь Юйминя. — Что за чушь ты несешь! Это ведь… В общем, с чего ты взял? У тебя есть доказательства?
— Есть, — ответил Вэнь Юйминь. — Дизайнер Пылающего огня — мой друг. Это украшение в единственном экземпляре, его выкупил на аукционе один европейский богач. Я знаком с этим человеком, он никогда не приезжал в нашу страну. Поэтому… как бы ты ни крутил, эта сережка никак не могла оказаться у тебя в руках.
Он опустил взгляд и с высоты своего положения посмотрел на Цяо Лоаня:
— Зато у тебя, есть какие-нибудь доказательства, что наш сотрудник украл твою вещь?
Цяо Лоань окончательно растерялся и перестал следить за языком:
— Ты…! Да ты хоть знаешь, кто я такой?!
Он обернулся и посмотрел на Гу Няньпэя, умоляя альфу защитить его честь:
— Брат Нянь Пэй, скажи же что-нибудь, я хочу, чтобы этот вор передо мной извинился…
Он всхлипывал, пытаясь разыграть драму, но, несмотря на все старания, не получил никакой реакции. Прошло время, и, почувствовав неладное, он замолк и снова посмотрел на альфу.
Выражение лица Гу Няньпэя было почти оцепенелым. Он завороженно, не мигая, смотрел на внезапно появившегося мужчину.
Цяо Лоань проследил за взглядом альфы и наткнулся на насмешливую улыбку Вэнь Юйминя. В ту же секунду по его спине пробежал холодок — он наконец вспомнил, кто перед ним.
— А, — Вэнь Юйминь прищурился. — А ты кто такой? Честно говоря, понятия не имею.
На его губах по-прежнему играла едва заметная, холодная улыбка. Он опустил глаза, глядя на Цяо Лоаня сверху вниз, и добавил:
— Впрочем, похоже, ты настаиваешь, чтобы я вызвал полицию и отправил эту вещь на экспертизу, чтобы проверить, остались ли на ней отпечатки пальцев нашего сотрудника?
Он цокнул языком:
— За клевету тоже можно сесть в тюрьму.
Глава 9
Под тяжелым взглядом Вэнь Юйминя Цяо Лоаня пробрала дрожь. Он съежился, его прежняя спесь полностью испарилась. Он что-то невнятно лепетал, запинаясь, и в итоге не смог выдавить из себя ни слова.
Он знал, что у Гу Няньпэя есть недосягаемая мечта. Чтобы добиться своего нынешнего положения и стать омегой Гу Няньпэя, он провел немало расследований. Он знал, что тот в кого-то тайно влюблен, и знал, что альфа держал при себе такого никчемного бету, как Инь Цюбай, только потому, что тот немного напоминал его первую любовь.
Но он также знал, что шансов у Гу Няньпэя и его объекта воздыханий практически нет. За все эти годы он ни разу не видел этого человека. Он думал: даже если это свет луны, то он лишь иллюзия, висящая высоко в небе, а единственный, кто будет всегда рядом с альфой и сможет привязать его сердце к себе — это он, Цяо Лоань.
Однако в тот самый момент, когда он посмотрел в глаза Вэнь Юйминю, он понял, что ошибался. Если этот мужчина решит отобрать у него альфу, шансов на победу не будет никаких.
К тому же… к тому же он защищает Инь Цюбая.
Гу Няньпэй сегодня и так вел себя странно, постоянно склоняясь на сторону беты, а если этот человек подкинет дров в огонь, ему не поздоровится. А может, его и правда упекут за решетку.
— Я… нет… — голос Цяо Лоаня дрогнул. В ужасе он снова посмотрел на своего альфу. — Гу Няньпэй… брат Нянь Пэй…
Он перешел на шепот, выпуская немного феромонов, пытаясь задобрить его, но Гу Няньпэю было не до него. Все его внимание было приковано к лицу Вэнь Юйминя. С тех пор как тот появился в поле его зрения, Гу Няньпэй, казалось, перестал дышать.
Он не сводил глаз с того самого лица, о котором грезил каждую ночь. Он думал, что никогда больше не увидит его, что обладатель этого лица больше никогда не возникнет на его пути.
Гу Няньпэй смотрел на Вэнь Юйминя… он так любил эти глаза. Он смотрел в них с болезненным обожанием, словно сон наконец стал явью. Словно те розы так и не были выброшены.
Стоп… розы.
У него закружилась голова. Закрыв глаза, он словно увидел Инь Цюбая с букетом роз в руках.
Те же самые глаза.
Только теперь любящий, преданный взгляд беты, казалось, затмил лицо самого Вэнь Юйминя.
Он глубоко вдохнул и в тот же миг ощутил густой, приторно-сладкий запах леденцов — феромоны омеги, стоящего рядом.
Необъяснимое раздражение вновь нахлынуло на него. И на этот раз он нашел, на кого его выплеснуть.
http://bllate.org/book/39475/4997711
Готово: