Уильям сдержал слово: за неделю он оформил разрешение на рыбалку и научился ловить рыбу (если, конечно, просмотр обучающих видео можно считать учёбой). Выходные выдались погожими, а у ФБР не было никаких экстренных вызовов. Для мистера Хоча, который привык трудиться в поте лица и вовсе не имел личного времени, тот факт, что он вообще решился отпроситься с работы, стал для его начальника событием, которое, казалось, тот будет помнить до конца своих дней.
Хоч — порядочный человек. Даже несмотря на то, что, по догадкам Уильяма, у него с Хейли возникли разногласия, он всё равно взял два выходных и половину одного из них выделил Уильяму, чтобы вместе сходить на рыбалку. Остальное время, очевидно, предназначалось жене.
Что ж, если судить по соотношению потраченного времени, то Хейли для Хоча была важнее Уильяма в пропорции три к одному. Впрочем, Уильям прекрасно понимал, что сейчас он и до одной тысячной части значимости Хейли не дотягивает.
Разумеется, это не означало, что Хоч не дорожил друзьями: он точно так же переживал за них, расстраивался и радовался вместе с ними. Что же касается того удивительного вопроса, на котором споткнулось бесчисленное множество китайских мужчин — кого спасать первым, если в воду упали жена и мать — для агента Хоча такой проблемы просто не существовало.
Если бы кто-то похитил Хейли и Уильяма и потребовал сделать выбор, Хоч просто пристрелил бы похитителя. Шутки в сторону: даже если не брать в расчёт то, что Уильям был его другом, честный федеральный агент ни за что не стал бы жертвовать невинным человеком ради спасения жены.
Для него выбора между жизнью людей и уступкой преступнику просто не существовало.
Впрочем, отвлеклись. Так или иначе, это был чудесный выходной день. Хейли приготовила мужу обед для пикника, а бедный холостяк Уильям мог рассчитывать только на нарезной хлеб из булочной и магазинный сок.
Уильям был парнем неглупым, поэтому, даже обучившись рыбалке лишь по роликам, он успешно водил всех за нос, выглядя вполне профессионально. Две удочки были заброшены у берега, Уильям установил их на специальные подставки, чтобы освободить руки и перекусить.
— Значит, вы с Хейли поссорились? — как бы невзначай спросил Уильям.
Хоч остро взглянул на него, но тот даже не дрогнул:
— Просто спрашиваю. Не хочешь говорить — не надо.
И тут же быстро добавил:
— Но знай, что в любое время, когда тебе захочется выговориться, я готов выслушать.
Затем оба замолчали, сосредоточенно жуя хлеб. Видите ли, в этом и заключается прелесть пикника: люди делят друг с другом еду, прямо как на школьных прогулках. И сейчас Хоч доедал хлеб, купленный Уильямом.
— Она хочет ребёнка, — спустя некоторое время негромко произнёс Хоч.
— Хм, в вашем возрасте уже действительно пора обзавестись детьми, — мистер Хоч, на минуточку, вам уже тридцать.
— Моя работа не позволяет заботиться о ребёнке.
К тому же его психологическое состояние оставляло желать лучшего, хотя он изо всех сил старался справиться и был уверен, что сумеет пережить этот трудный период.
— То есть, ты собираешься уйти из ФБР?
— Нет.
— Тогда какая разница? Когда ты станешь старшим агентом, у тебя, возможно, будет своя команда, ты станешь руководителем отдела — работы станет только больше. Или ты вообще не планируешь заводить детей в этой жизни?
Хоч промолчал. Он и сам не раз думал об этом.
Занятость была лишь предлогом. Просто он не хотел детей именно сейчас. В отделении в Нью-Йорке он проработал всего полтора года, дел — невпроворот, сам он не в лучшей форме, а главное — здоровье Хейли. Последние два года она постоянно болела, и хотя недуги были пустяковыми, она заметно ослабла. Как ни крути, время для пополнения в семье было самое неподходящее.
— Просто сейчас я не хочу.
— А ты задумывался, почему Хейли так сильно этого хочет и почему настаивает именно сейчас?
Разумеется, он думал об этом, но ответ вызывал у него лишь чувство немого стыда. Хейли была его одноклассницей, они встречались много лет и поженились сразу после выпуска, их брак был счастливым… до тех пор, пока он не перешёл из юридической системы в ФБР. Домой он стал возвращаться всё реже, а когда начал охотиться на серийных убийц, то постоянно пропадал в командировках, сопровождая мэтров профайлинга по всей стране.
Однако, по сравнению с легендами в мире профайлинга, он всё ещё был новичком. Что он мог сделать, кроме как учиться усерднее, работать больше и спасать как можно больше людей? Этот вопрос стал ещё острее после перевода в Нью-Йорк. Хейли хотела ребёнка во многом из-за чувства тревоги.
Он хотел быть хорошим мужем, но разве это нормально, если жене настолько неспокойно, что она пытается укрепить брак рождением ребёнка?
Хоч ни за что не мог на это пойти. Если бы ребёнок появился на свет по такой причине, как бы он потом смотрел ему в глаза? Дорогое дитя, ты — не плод любви, а плод тревоги? Если бы дошло до такого, это стало бы катастрофой, из которой нет выхода.
Ему нужно было серьёзно поговорить с Хейли, возможно, уже завтра.
— Я всё с ней обсужу, — Хоч дал понять, что тема закрыта. Уильям проявил такт, замолчал и перевёл разговор на книги, так как Хоч больше любил спокойное чтение дома, чем активный отдых. Впрочем, единственным его увлечением в помещении была стрельба.
Оба наблюдали за лесками, но «удача новичка» явно обошла их стороной. За весь день никто так и не клюнул, в то время как соседний рыбак уже наполнил ведро, выпустил улов обратно и наловил ещё полведра.
— Кажется, эти удочки мне пора кому-то подарить, — самоиронично заметил Уильям.
— Тогда подари этот комплект мне.
— Ты уверен? — Уильям взглянул на ведро Хоча, в котором плескалась лишь вода.
— Это вопрос опыта, нужно просто больше практиковаться. Хейли любит рыбу, буду приносить ей подарок.
— Тогда не забудь про мою щедрость: когда наловишь, прихвати и мне одну рыбку.
— У тебя же остался ещё один комплект? Вот и лови сам, — бесстрастно ответил Хоч. Подразумевалось же следующее: давай-ка лучше практиковаться вместе.
Уильям всё понял и тихо усмехнулся чудаковатости друга. Хоч не любил ходить вокруг да около, но это не значило, что он не умел проявлять характер. У него было очень серьёзное лицо, что не мешало ему иногда вредничать.
Это была классическая «ты привёл меня на рыбалку, отдал мне удочку, чтобы я продолжал ловить в одиночку, а сам хочешь воспользоваться плодами моего труда — как бы не так, я обиделся» ситуация.
Впрочем, в лицо Хочу он смеяться не стал. Разозлённый федеральный агент — зрелище пугающее!
Вечером, собрав пустые вёдра и снасти, они отправились в известный рыбный ресторан, чтобы залечить душевные раны.
— Когда Джеймс был маленьким, он обожал свой игрушечный набор для рыбалки, но мама не подпускала нас к воде. В итоге он так меня достал, что я не выдержал: выкопал яму во дворе, залил туда воды и запустил тропическую рыбку, которую мы держали дома… В итоге рыбка подохла, а Джеймс так её и не поймал. Думаю, талант к рыбалке — это генетическое, — ну и ну, мистер Уильям, ваша бесстыдность просто…
— Это лишь вопрос практики, — Хоч оставался невозмутимым.
— Но суть была не в том, что он не поймал рыбу, а в том, что я испортил мамины саженцы и погубил папину редкую породу рыбок. Меня три месяца заставляли полоть сорняки! А этому засранцу хоть бы что!
— Это потому, что он не портил двор и не вылавливал рыбу из аквариума, — мистер Хоч уже привык к странным историям из детства Уильяма.
Сначала Хоч чувствовал себя неловко — всё-таки детские воспоминания вещь интимная, и делиться этим с другим мужчиной казалось странным. Но вскоре он понял, что остановить Уильяма, когда того «несёт», невозможно. К тому же, послушав о нелепых промахах других, агент почувствовал, как у него на душе стало легче, и уже не мешал Уильяму продолжать позориться.
М-да, ну и манеры. Агент покачал головой, продолжая невозмутимо слушать.
Из-за строгого воспитания в детстве у Хоча не было «плохих компаний», в подростковом возрасте не было бунта, а повзрослев, он сначала работал прокурором, а потом вступил в ФБР — работа была суровой и серьёзной. Он видел немало преступников с расстроенной психикой, но такой чудаковатый друг у него был впервые. Как говорится, даже у самого честного и сурового федерального агента внутри может скрываться нечто тёмное.
— О, кстати, это для Хейли, — Уильям достал красиво упакованную коробку и поставил на стол.
Хоч взял её: подарок был завёрнут в подарочную бумагу, и что внутри, было не разобрать.
— Новая романтическая коллекция французских лаков. Помнится, ты говорил, что Хейли потеряла свой флакончик, а я как раз думал, что ей купить. Поблагодари её за сэндвичи и закуски, готовит она замечательно.
Хейли поддерживала дружбу мужа и порой сама пекла сэндвичи или сладости для Уильяма. Женщины любят печь, а Хейли в последнее время была просто одержима этим: дом был завален готовыми и полуготовыми десертами. Даже если бы чета Хоч питалась только ими, они бы не справились.
Уильям чувствовал, что Хоча уже тошнит от одного вида печенья. Он попросил немного, и когда Хейли узнала, что Уильяму нравятся её сладости, радостно упаковала целую корзинку, чтобы муж отнёс их Уильяму.
Ну, а вы спросите, как Уильям всё это съел?
Не один же он ел: помогали агент Эши с четвёртого этажа и владельцы магазина рыболовных снастей по соседству. Да и охранникам на входе он тоже кое-что раздал. Печенье у Хейли было вкусное, но кто же выдержит такую бомбардировку выпечкой?
Хоч медленно убрал подарок. Как честный друг и внимательный муж, он был обязан передать Хейли слова Уильяма, но правда заключалась в том, что ему совсем не хотелось говорить жене, что та замечательно готовит. Ведь это означало, что… Хейли, вдохновившись, напечёт ещё больше!
Кто бы мог подумать, что из-за коробки домашнего печенья, которая каждый день стояла на столе, к репутации серьёзного и ответственного агента Хоча добавится новая деталь: агент Хоч обожает печенье.
В итоге каждый новый стажёр ФБР считал своим долгом подарить ему коробку печенья… Хоч утешал себя тем, что печенье — это всё же лучше, чем доллары.
Увидев, как изменилось лицо сидевшего напротив агента, Уильям едва сдерживал хохот. О да, он прекрасно знал, что Хоча в последнее время воротит от одного вида печенья. Но увидеть, как Аарон Хоч меняется в лице — разве это не редкое зрелище? Поймите мистера Уильяма: в его скучной, лишённой событий жизни это было величайшим развлечением.
http://bllate.org/book/39440/4992286
Готово:
