Людей в секторе для слушателей окатило волной растерянности от столь резкого поворота событий.
Лю Бинь растерянно похлопал глазами, а затем повернулся к сидевшим позади двоим и спросил:
— Что происходит?
— Не совсем понимаю, — Чжан Сяохуэй с абсолютно пустым выражением лица покачал головой. — Но, судя по всему, дела старика Сюя плохи.
Оборачиваясь, Лю Бинь краем глаза бросил взгляд на Нань Сина.
Спина Нань Сина была прямой как струна; неизвестно, на бабушку он смотрел или на Сюй Бэя, но пальцы его обеих рук были сцеплены на коленях, а суставы побелели от напряжения.
Сюй Бэй прикусил губу, его пальцы, лежавшие на материалах дела, неконтролируемо подрагивали. Он поднял голову и взглянул на противоположную сторону: Ли Гэ выглядел совершенно подавленным, зато сидевшая рядом с ним жена цвела и пахла, а ее глаза то и дело бросали взгляды в их сторону, излучая нескрываемое торжество.
Прошло совсем немного времени, прежде чем коллегия судей огласила результат: ходатайство стороны истца принято, будет проведена повторная экспертиза почерка на расписке, а дата вынесения окончательного судебного решения будет назначена позднее.
Сердце Сюй Бэя качалось на качелях вверх-вниз, никак не находя опоры.
Судя по теории вероятностей и судебной практике, крайне редко случалось так, чтобы выигранное в первой инстанции дело разворачивалось с ног на голову во второй. Возникновение же сомнений в доказательствах, требующих повторной экспертизы, — это в лучшем случае один случай на сотню. Но стоило подобному случиться, как это практически означало поднятый красный флаг опасности, предвещающий, что шансы на победу и поражение делятся поровну.
Оставалось лишь уповать на волю небес.
Всё это кардинально отличалось от его первоначальных прогнозов. Ситуация была критической.
Слушатели стали постепенно расходиться. Сюй Бэй повернулся и сразу же встретился взглядом с Нань Синем. Он приоткрыл рот, но не знал, что и сказать.
Взгляд Нань Синя скользнул мимо него, зацепился за бабушку, и он быстрым шагом направился к ним. Старший Чжао последовал за ними, чтобы обсудить дальнейшие шаги. Находясь так близко, Сюй Бэй, однако, не расслышал ни слова: он лишь выдавил из себя невнятное «бабушка», а дальше пошли лишь смущенные, невпопад заикающиеся оправдания.
— Да пустяки, — улыбнувшись, произнесла бабушка Ли и потянула его за руку. Сюй Бэй почувствовал, что их руки были одинаково ледяными. — Я в свои годы чего только не повидала, не стоит оно того.
Видя, до чего она дошла с собственным сыном, сталкиваясь с чужими сомнениями, давлением и теми злобными комментариями в интернете — оставалось лишь гадать, видела она их или нет, — Сюй Бэй чувствовал, как у него сжимает горло, в носу начинает щипать, а к глазам подступают слезы.
Чья-то рука опустилась ему на плечо и слегка сжала, а Старший Чжао тихо шепнул на ухо:
— Отойдем, поговорим.
Сюй Бэй послушно последовал за ним к выходу, но Старший Чжао вдруг замолк. Он невозмутимо стоял и изучал его взглядом, отчего голова Сюй Бэя опускалась всё ниже и ниже.
— И что я тебе говорил раньше? — обратился Старший Чжао к его макушке.
Сюй Бэй промолчал. Эта картина до боли напоминала те моменты, когда он, накосячив, являлся в кабинет в ожидании нагоняя: раньше он всегда отшучивался и валял дурака, но теперь у него совершенно не было сил кривляться, и он до того приуныл, что даже поднимать голову не хотелось.
Старший Чжао отвесил ему легкую затрещину по лбу, заставив того едва заметно качнуть головой, однако поднимать ее он по-прежнему не стал.
Старший Чжао вздохнул:
— Не стоит винить себя сверх меры, адвокаты — вовсе не боги.
Стоило прозвучать этим словам, как Сюй Бэю стало еще тоскливее. В его голове зацикленной лентой прокручивались кадры того, как противник застал их врасплох и загнал в самый угол: чувство унижения, раскаяния и удар по самолюбию смешались в его душе в тягостный коктейль.
Старший Чжао снова надавил ему на плечо:
— Снаружи наверняка пресса, ступайте через черный ход.
— Старик Сюй! — едва заметив, что старый наставник ушел, троица во главе с Лю Бинем бросилась к нему.
— Ты сегодня выглядел круче всех, — заявил Чжан Сяохуэй. — По части смазливой мордашки равных тебе нет.
— Разве не ты? — покосился на него Ван И.
— Был я, да весь вышел — уступаю место, добровольно, — с глубоким скорби выражением на лице ответил Чжан Сяохуэй.
Сюй Бэй через силу выдавил из себя слабую улыбку.
— Чё ты расклеился, — Лю Бинь толкнул его локтем в руку и, закинув руку ему на шею, с ухмылкой произнес: — Твой учитель прав, ты же не всесильный...
— К тому же ты все еще красавчик, — подхватил Чжан Сяохуэй. — А этот хрен с бугра с физиономией кабачка — чего это он до сих пор с дерева не слез?
Сразу после этого он поймал по пренебрежительному взгляду от Ван И и Лю Биня. Вот же дурак, к чему сейчас вспоминать этих типов.
— Ладно, — Сюй Бэй чувствовал себя раздраженным. Он сбросил руку Лю Биня и зашагал впереди.
Судя по всему, включая наставника, все вокруг считали, что он не совершил никакой ошибки. Судебные тяжбы — штука непредсказуемая, где есть победы, бывают и поражения, к тому же в процессе то и дело случаются неприятные сюрпризы — взять хотя бы сегодняшнего ничем не примечательного противника, который так знатно отделал его, что самому захотелось крикнуть «браво».
Но только он сам знал, с какой степенью серьезности и ответственности подходил к этому делу. Если копнуть глубже, он ведь даже не выложился на полную.
Наверное, потому что подсознательно считал, что дело того не стоит.
Какой же он всё-таки ничтожный.
— Слышь, старик Сюй... — Лю Бинь попытался было догнать его и продолжить разговоры, но Ван И придержал того за локоть.
Все трое переглянулись и молча закрыли рты. Если подумать, это был момент громкой пощечины для их старосты комнаты, причем звонкой пощечины.
Нань Син сидел на корточках перед бабушкой и держал ее за руки — те даже спустя столько времени оставались холодными. Подняв голову, он глянул на кондиционер:
— Бабушка, возвращаемся?
— Возвращаемся. Проголодался, наверное? — бабушка погладила его по волосам. — Ты ведь с утра ничего не ел.
Нань Син встал ни свет ни заря и купил им обоим паровые булочки и жидкую кашу. Бабушка свою порцию съела полностью, а вот он сам в себя и крошки запихнуть не смог, лишь выпил стакан соевого молока.
— Я не голоден, — Нань Син растирал ее ладони. — Чего бы вам хотелось? Я приготовлю, когда вернемся, сегодня вечером торговать на лотке не пойдем.
— Я прекрасно себя чувствую, с чего это вы все расклеились, будто небо рухнуло? — бабушка с беспомощной улыбкой похлопала его по руке. — Ты потом скажи Сяо Сюю, что его вины тут нет, мы еще должны его поблагодарить.
— Я знаю, — кивнул Нань Син.
Перед глазами до сих пор стояло то выражение лица, с которым Сюй Бэй обернулся в момент окончания суда.
Бледная кожа, растерянный и потерянный взгляд.
Сам того не зная, он чувствовал, что едва ли сможет вынести такое выражение на его лице. Это внезапно напомнило ему далекое-далекое прошлое: когда один хорошо знакомый мальчишка из соседнего дома узнал, что он уезжает из гор и, возможно, никогда больше не вернется, тот стоял у порога с облезлой тряпичной куклой в руках и смотрел ему вслед.
— Бабушка, — подойдя ближе, тихо и хрипло произвел Сюй Бэй. — Я провожу вас через черный ход, наставник сказал, что снаружи репортеры.
— Хорошо, — с улыбкой согласилась бабушка Ли. Нань Син поднялся и поддержал ее под одну руку, а Сюй Бэй, заметив это, поспешил подхватить с другой. — Ничего страшного, просто засиделась на месте. Тебя, поди, учитель отчитал?
— Вы заметили, — смущенно опустил голову Сюй Бэй. — Это моя вина, я... подвел вас.
— Ой, я же как раз говорила об этом Сяо Наню, — бабушка остановилась и посмотрела на него с легкой строгостью в глазах. — В чем твоя вина? Никакой вины. Ты, молодой парень, таскался сюда по такой жаре, это мы должны тебя благодарить.
— Но ведь... — Сюй Бэй был совершенно убит горем. — Вы ведь заплатили деньги...
— Да и немного я заплатила, — улыбнулась бабушка Ли. — Твой учитель, должно быть, говорил тебе.
Сюй Бэй потерял дар речи. Гонорар действительно был невелик, с трудом дотягивая до минимальных стандартов юридической конторы, но ведь это была возможность, которую для него выбил Старший Чжао, а он своими глазами наблюдал, как все летит под откос.
Настроение было хуже некуда.
Они вышли через черный ход. Услышав о журналистах, троица друзей вела себя как банда воров: они крадучись жались к стенам, да еще и нацепили солнцезащитные очки, выглядя при этом совершенными дураками.
Сюй Бэй всю дорогу не смотрел на Нань Синя — то ли не смел, то ли не хотел. Стоило ему вспомнить, во что превратилось его жалкое подобие перед тем от начала и до конца, как ему безумно хотелось найти ямку, закопаться туда с головой и утрамбовать сверху землей, чтобы и следа не осталось.
Дорога, уводившая от черного хода, петляла зигзагами. Нань Син молча следовал за ним. Сюй Бэй снова мучился сомнениями, боясь, что тот поймет его неправильно. Увидев впереди парковку, он бросил через плечо, не оборачиваясь:
— Я просто боялся, что репортеры побеспокоят бабушку... Ничего такого не имел в виду.
Нань Син на секунду замер от такой внезапной фразы, нахмурившись, пару секунд обдумывал услышанное, после чего уголки его губ под маской приподнялись:
— Я знаю.
Сюй Бэй с удивлением обернулся: неужели ему послышалось в этом голосе нечто вроде улыбки?
Но из-за маски Нань Синя было невозможно разобрать его выражения лица.
— Бабушка! — выбежав вперед, с широкой улыбкой окликнул их Лю Бинь. — Куда вы направляетесь? Мы вас подбросим!
— Не нужно, — с улыбкой ответила бабушка. — Мы с Сяо Нанем возьмем такси и вернемся.
— Так он же на машине, — Сюй Бэй глянул на часы в телефоне, как раз приближался час пик. — Какое такси, в такое время неизвестно сколько машину прождешь, да и жара какая.
— Нам еще нужно на рынок зайти, — подал голос Нань Син. — Не стоит нас утруждать.
— За продуктами? — переспросил Сюй Бэй. Нань Синю ведь еще предстояло готовить ужин, и он задумался на мгновение. — Тогда давайте без лишней суеты, поедем все вместе пообедаем.
— Правда?! — Лю Бинь резко повернулся к нему с горящими глазами.
Нань Син с бабушкой тоже удивленно замерли.
— А? Мы что, идем есть? — подбежал Чжан Сяохуэй. — Куда, куда?
— Старик Сюй, твоя репутация нынче под ударом, давай этот обед я беру на себя, — немного подумав, с величественным видом распорядился Лю Бинь. — Тут неподалеку есть китайский ресторанчик, я пару раз заезжал туда с отцом, еда вполне сносная, да и ехать недалеко.
— А после обеда отвезем вас домой, — Сюй Бэй посмотрел на Нань Синя. — Не нужно готовить. Вы с бабушкой наверняка встали ни свет ни заря, вернетесь — сразу сможете отдохнуть.
— Что ж, ладно, — с улыбкой наблюдая за их жаркими спорами, произнесла бабушка Ли. — Я не против.
— Бабушка, вы-то куда подливаете масла в огонь... — беспомощно глянул на нее Нань Син.
— Ты ведь почти не выходишь из дома, — тихонько потянув его за руку, проговорила бабушка Ли. — Выбираешься разве что за продуктами да за квартплату заплатить, и друзей у тебя отродясь не видала...
— Хорошо-хорошо, — Нань Син не знал, смеяться ему или плакать. Он повернулся к Сюй Бэю: — Пойдемте.
— Идем, идем! — замахал руками Чжан Сяохуэй. — Машину, машину, заводим машину!
— Погодите-ка, — окликнул их Сюй Бэй, указывая на Лю Биня. — Стой-ка, как мы все пятеро поместимся?
— Засунем кого-нибудь назад, потеснится малость, невелика беда, — бросил Лю Бинь и подбежал к бабушке Ли, фамильярно подхватив ее под локоть. — Бабушка, садитесь вперед, а всех остальных мы запихнем назад.
Машина отца Лю Биня оказалась довольно просторной, а учитывая, что все четверо были худыми, они уселись в ряд, никого особо не стеснив. Нань Син сидел у окна, Сюй Бэй — вплотную к нему, их ноги соприкасались, и никто из них не сдвинулся с места.
— Сзади есть вода, захотите пить — берите сами, — бросил Лю Бинь.
Сюй Бэй повернулся, протянул руку, достал пару бутылок воды и протянул одну Нань Синю. Помедлив секунду, он предварительно ослабил крышку и лишь затем передал обратно:
— Чего это ты вечно в маске? Простудился?
— Нет, — Нань Син взял бутылку, бросил на него взгляд и спустил маску на подбородок. — Солнце слепит.
— ... — Сюй Бэй потерял дар речи от такого ответа и только теперь заметил, что тот был одет в рубашку с длинными рукавами и длинные брюки, правда, судя по всему, из легчайшей, струящейся хлопчатобумажной или льняной ткани сплошь белого цвета, что придавало ему некий почти бессмертный, даосский вид.
Тут до него дошло: кажется, за исключением рабочих будней, во все остальные их встречи Нань Син одевался преимущественно в стиле унисекс.
Всю дорогу Лю Бинь весело щебетал с бабушкой. У этого парня, должно быть, было много старших родственников дома, так что навык ублажения стариков срабатывал на автомате — бабушка только и делала, что заливисто смеялась.
Сидевший рядом Чжан Сяохуэй ущипнул Сюй Бэя за руку и, прильнув к его уху, сквозь зубы выдавил:
— Мать... моя... женщина... кто... это... такая...
Сюй Бэй холодно покосился на него:
— Не твое собачье дело.
— Да нет, — продолжал шептать Чжан Сяохуэй. — Раньше-то она в маске была, я и не разглядел, а сейчас меня чуть слепота не хватила.
Сюй Бэй продолжал смотреть на него с тем же холодным выражением:
— Твоим собачьим глазам ослепнуть — раз плюнуть.
— Лю Бинь! — завопил во весь голос Чжан Сяохуэй. — Угомони своего старика Сюя, он тут уже на небеса собрался!
— Раз собрался, как же я до него дотянусь? — глядя на них через зеркало заднего вида, произнес Лю Бинь и, видимо, вспомнив что-то свое, заржал так, что его не могли остановить.
— Полетаем в небесах? — внезапно выдал сидевший рядом Ван И.
— Твою... мать, — Чжан Сяохуэй от смеха едва не сполз со своего сиденья. — Вы оба просто невыносимы.
Салон мгновенно заполнился взрывом смеха. Нань Син тоже не удержался от улыбки, повернулся к Сюй Бэю и посмотрел на него с выражением лица человека, с трудом сдерживающего хохот.
— И что с вами всеми такое? — недоуменно оглядываясь по сторонам, поинтересовалась бабушка Ли. — Одурели, что ли?
— Заткнитесь уже все, — с каменным лицом произнес Сюй Бэй.
— Ой, — схватившись за живот, простонал Чжан Сяохуэй. — Я от смеха аж проголодался.
Заведение, о котором говорил Лю Бинь, находилось прямо у дороги. Вывеска представляла собой массивную деревянную доску, на которой красовались размашистые иероглифы названия, в которые вся компания долго всматривалась, так ничего и не разобрав. Лю Бинь, припарковав машину, подбежал к ним:
— Это же Фубаогэ, ну и зрение у вас.
Вся компания поднялась на второй этаж и вошла в отдельный кабинет. Чжан Сяохуэй, этот не умолкающий трепло, всю дорогу не закрывал рта и вился возле Нань Синя. Сюй Бэй хлопнул его по лицу меню и отпихнул в сторону:
— Выбирай еду, по блюду на человека.
Меню пошло по кругу и добралось до рук Нань Синя. Сюй Бэй наблюдал, как тот хмуро листал страницы, пока наконец не вывел на бумаге: свиные ребрышки в кисло-сладком соусе.
Обед подошел к концу. Отлучившись за машиной, Лю Бинь потащил за собой и Сюй Бэя:
— Может, пропустим по бокальчику?
— Ты что, внезапно алкашом заделался? — поморщился Сюй Бэй.
— Черт возьми, я же вижу, что у тебя на душе кошки скребут, — заявил Лю Бинь. — Чем развеять тоску? Только вином по старинному рецепту!
Сюй Бэй ничего не ответил. Ему предстояло вернуться в контору и еще раз всё обсудить с бабушкой.
— Чего ты опять думаешь? — Лю Бинь толкнул его в плечо. — Те двои вон ради этого специально отгулы взяли, приехали издалека.
— Ладно уж, — вздохнул Сюй Бэй. — Переговорю с наставником, а завтра пойду с повинной головой.
— Вот что я тебе скажу, — посмотрел на него Лю Бинь. — Результат еще не огласили, а ты уже выглядишь так, будто тебя приговорили к смертной казни. Самого-то не тошно?
— Тебе не понять, — снова вздохнул Сюй Бэй. — Ступайте пока подыщите место, я немного поговорю с бабушкой.
— Кстати, красавчик сегодня работает? Если нет, можно и в Лагерь заглянуть, — предложил Лю Бинь.
— Понятия не имею, — хмуро и без особого энтузиазма ответил Сюй Бэй. — Поговорим об этом позже.
Машина остановилась у въезда в хутун. Нань Син помог бабушке выйти, а Лю Бинь высунулся из окна и замахал рукой:
— Бабушка, в следующий раз снова встретимся!
— Обязательно! — улыбаясь, громко отозвалась бабушка Ли, за время поездки успевшая усвоить немало новых словечек от Лю Биня.
— Ты разве не идешь? — заметив, что машина тронулась, удивленно посмотрел на застывшего на месте Сюй Бэя Нань Син.
— У Сяо Сюя, должно быть, есть что сказать, — не дожидаясь ответа парня, замолвила за него словечко бабушка Ли. — Хватит торчать здесь под палящим солнцем, что бы там ни было — обсудим дома.
Во дворе на бельевой веревке сушилось несколько вещей, а листья унаби лениво покачивались под дуновением летнего ветерка. Стоило Сюй Бэю переступить порог двора, как он почувствовал, что на душе у него неожиданно стало намного спокойнее.
Нань Син ушел в комнату переодеться, а Сюй Бэй уселся в гостиной бабушки Ли и сам налил два стакана воды, поставив их на стол.
— Дела идут неважно, верно? — глядя на него, констатировала бабушка Ли, и прозвучало это утверждение, а не вопрос.
— Я знаю, что результат еще не оглашен, и мне, наверное, не стоит говорить вам об этом, — Сюй Бэй взял со стола стакан и обхватил его двумя руками. — Но я не хочу вас обманывать... Текущее положение дел... оставляет желать лучшего. Я говорю об этом, чтобы вы были морально к этому готовы...
Бабушка Ли смотрела на него, в то время как сам Сюй Бэй отсутствующим взглядом пялился на стакан в своих руках и даже не заметил, когда Нань Син успел вернуться и сесть рядом.
— Разве бабушка не сказала, что не винит тебя? — Нань Син перевел взгляд с бабушки на него. — Мы должны сказать тебе спасибо.
— В любом случае, я не собираюсь бегать от ответственности, — помолчав добрых полминуты, произнес Сюй Бэй.
— Ох уж этот парень, что он такое говорит, — с улыбкой, в которой смешалось умиление и досада, покачала головой бабушка Ли. Ее лицо постепенно посерьезнело, и она тяжело вздохнула. — Адвокат Сюй, я ведь веду эту тяжбу уже два года. Человек, у которого уже полные ноги в гробу, неужели вы думаете, что я действительно пытаюсь воевать со своим собственным сыном до смертельного исхода?
— Я родила его только в тридцать пять. Ему еще не исполнилось и двух, как в автокатастрофе погибли оба — и муж, и второй ребенок, а мои ноги стали такими, какие они есть, — голос бабушки Ли звучал спокойно, на губах даже играла легкая улыбка, но те слова, что она произнесла, заставили Сюй Бэя и Нань Синя одновременно замереть в изумлении. — Сяо Нань этого тоже не знает: у этого моего сына был старший брат, который ушел вместе с его отцом. Раз уж хоть этот один остался цел, с малых лет я потакала ему во всем, боясь, что кто-то обойдется с ним плохо. Когда за меня приходили свататься, я всем отказывала.
Сюй Бэй сидел с опущенной головой, машинально сжимая в пальцах бумажный стаканчик.
Остался всего один сын, поэтому ему позволялось всё на свете.
Но далеко не все дети отвечают сыновним долгом на родительскую заботу.
Уходя из зала суда, он видел, как бабушка смотрела в ту сторону: Ли Гэ плелся позади собственной жены, пару раз обернувшись на ходу — вероятно, тоже собирался подойти и сказать что-то, но так и не решился и в итоге вышел через парадный вход следом за супругой.
— Какой посеял семенах, такой и пожнешь плод, — глядя на него, произнесла бабушка Ли. — К тому же это дело затянулось так надолго, что у меня больше не осталось терпения. Хорошо или плохо — это в любом случае будет итог. Мне нужен лишь конец этой истории, а дальше пусть каждый идет своей дорогой. Я стара, мне уже не по силам их контролировать.
Сюй Бэй резко поднялся на ноги, отставил стакан и в несколько широких шагов выскочил за дверь комнаты.
Нань Син на секунду замер, бросил взгляд на бабушку и тоже последовал за ним.
http://bllate.org/book/39405/4986993
Готово: