Линь Чжао не стал скрывать это от Фу Яньшэна: Несколько дней назад меня разыскал Линь Сянь. Он сказал, что не оправдал надежд семьи Линь и вырос совсем не таким, каким они хотели его видеть.
Фу Яньшэн молча слушал. Услышав, что Линь Сяня навещал Линь Чжао, Фу Яньшэн слегка нахмурил брови и чуть приподнял взгляд на Линь Чжао.
Он такой замечательный. Если бы не я, он был бы самым любимым и ценным ребенком в семье Линь.
Зная, что папа и мама, которых он называл своими родителями двадцать три года, на самом деле чужие.
Зная, что дом, в котором он прожил двадцать три года, должен был принадлежать кому-то другому.
Поэтому Линь Чжао покинул дом, где рос с малых лет, потому что сердце подсказало ему, что он не должен продолжать занимать чужое место.
Вот только человеческие чувства всегда так трудно отпустить и вырвать с корнем.
Фу Яньшэн слушал, как Линь Чжао практически во всем винит себя, и у него внутри все сжалось от боли.
Чжао-чжао, ты в этом совсем не виноват.
Линь Чжао от начала и до конца ничего не знал об этом.
Зачем взваливать всё на собственные плечи?
Так быть не должно.
Услышав это, Линь Чжао, конечно, понимал, что во всем случившемся нет его вины.
Но другие тоже были правы по-своему: он — тот, кто извлек выгоду из этой ситуации, а значит, некоторые вещи он должен принять и вынести.
Размышлять над своим поведением должен тот, кто совершил этот поступок, а вовсе не ты, который ничего не знал, — тихо произвел Фу Яньшэн.
Время шло секунда за секундой. Линь Чжао вспоминал многое: как в самом раннем детстве пошел в школу в первый раз, как родители из семьи Линь провожали его до школьных ворот.
Старший брат вечно тайком прибегал на переменках в начальную школу, чтобы принести ему любимые лакомства.
Даже когда он сам упрямо захотел заниматься искусством, родители из семьи Линь не стали давить на Линь Чжао, а лишь сказали, что главное — чтобы он был счастлив.
А старший брат при первой же возможности летел за границу, чтобы навестить Линь Чжао.
Все эти годы семья Линь окружала Линь Чжао самой лучшей заботой и воспитанием.
Заметив выражение лица Линь Чжао, Фу Яньшэн невольно улыбнулся.
Линь Чжао повернулся, собираясь заговорить, и вдруг увидел Фу Яньшэна таким, что ему стало даже как-то непривычно.
Братец Фу, тебе все-таки очень идет улыбка, — тихо проговорил Линь Чжао.
Когда Фу Яньшэн улыбался, холодность в его взгляде таяла, словно снег на вершине горного пика под лучами солнца.
Услышав слова Линь Чжао, Фу Яньшэн приподнял брови и откинулся на спинку автомобильного сиденья.
Вся его фигура излучала расслабленность.
Линь Чжао повернулся к нему, некоторое время молча разглядывал Фу Яньшэна, а затем осмелел и решил зайти чуть дальше: Тебе, братец Фу, стоит улыбаться почаще.
Хорошо. Ради тебя я буду улыбаться чаще.
Тонкая полоска утренней зари пробилась сквозь облака, упала на стекло машины и преломленным светом хлынула в салон.
Только тогда Фу Яньшэн заметил, что за окном уже начинает светать.
Чжао-чжао, смотри, солнце встает.
От автора:
— Небольшая сценка из прошлого:
Трехлетний Чжао-чжао, когда бывал не в настроении, очень любил наведываться к вечно хмурому старшему брату из семьи Фу.
Прижав к груди своего игрушечного пёсика, он вставал на цыпочки, пытаясь дотянуться до кнопки звонка, но та висела так высоко, что маленькому Чжао-чжао никак не удавалось до нее достать.
Тогда малышу оставалось лишь усесться на крыльце вместе с игрушкой и жалостливым взглядом уставиться на дверь, ожидая, пока кто-нибудь его заметит.
В тот день маленький Фу сидел в кабинете и чувствовал, что на душе почему-то неспокойно: ему упорно казалось, что Чжао-чжао трется где-то у входа.
Он распахнул окно кабинета, заглянул вниз — и вправду увидел несчастного Линь Чжао, сидящего прямо на пороге. Тогда маленький Фу в виде исключения отложил книгу в часы, отведенные для чтения.
Он спустился вниз, чтобы открыть дверь.
В ту самую секунду, когда малыш Фу показался на пороге, расстроенный Чжао-чжао пулей — прямо как маленький снаряд — бросился ему на грудь, заливаясь горькими слезами и шмыгая носом.
Братец Фу-Фу, злые дяди меня обижают! [Горький плач]
Маленький Фу подхватил крошечного Чжао-чжао на руки и с суровым лицом начал похлопывать его по спине: Кто посмел тебя обидеть? Я велю задать им трепку! [Ярость]
Да это же старший брат! Он отнял у меня конфетку! [Умоляю]
Маленький Фу: [Клоун]
Глава 9
Когда новизна от созерцания рассвета улетучилась, Линь Чжао почувствовал, как на него накатывает непреодолимая сонливость.
Он сидел на пассажирском сиденье и сладко зевал.
Фу Яньшэн вел машину, но, услышав звуки, протянул руку и мягко коснулся плеча Линь Чжао: Я рядом, спи спокойно.
Услышав это, Линь Чжао со сна послушно закрыл глаза.
Он полностью свернулся калачиком на пассажирском кресле.
Тихий, послушный.
Сон Линь Чжао был крепким и безмятежным.
Открыв глаза снова, Линь Чжао обнаружил, что уже вернулся в свою комнату.
Но Фу Яньшэн наверняка даже не стал его будить!
Линь Чжао потрогал себя за голову, так до конца и не поняв, как это произошло.
В гостиной Фу Яньшэн с помощью ноутбука участвовал в каком-то совещании. Линь Чжао открыл дверь очень тихо, но Фу Яньшэн все равно уловил звук.
Он слегка поднял взгляд, заметил, как Линь Чжао приветственно машет ему рукой, и кивком указал на стоявший неподалеку столик.
Там стоял принесенный персоналом завтрак.
Линь Чжао послушно подошел к столу и принялся за еду, прислушиваясь к тому, как Фу Яньшэн время от времени отвечает собеседникам по ту сторону экрана.
Он ел свой завтрак.
И продолжалось это до тех пор, пока Фу Яньшэн не захлопнул ноутбук.
Линь Чжао все еще чувствовал остатки сонливости, поэтому ел крайне медленно и неторопливо.
Заметив, что Фу Яньшэн пододвинулся ближе, Линь Чжао поднял голову и поинтересовался: Братец Фу, куда мы пойдем гулять сегодня до обеда?
Фу Яньшэн еще вчера говорил, что они уедут после полудня, а значит, у них в запасе есть все утро, чтобы погулять по территории горного курорта.
Разве Люй Юаньюань не приглашала тебя вчера на вечеринку? — Фу Яньшэн слегка приподнял голову, поднес к губам чашку и сделал небольшой глоток кофе.
Услышав это, Линь Чжао поспешно замотал головой: Не хочу идти. Там слишком много людей, опять начнут задавать самые разные вопросы.
Выслушав Линь Чжао, Фу Яньшэн снова отпил кофе: Тогда доешь, и я проведу для тебя небольшую прогулку.
Услышав это, глаза Линь Чжао ярко засияли, и он, моментально забыв про свою медлительность, в два счета умял весь завтрак до последней крошки.
Более того, закончив есть, он даже послушно продемонстрировал пустую тарелку Фу Яньшэну.
Глядя на эту нетерпеливую мордашку, Фу Яньшэн беспомощно вздохнул и под взглядом Линь Чжао допил кофе.
После чего был тут же спешно увлечен Линь Чжао за дверь.
Сегодня Фу Яньшэн был одет в более повседневную одежду, подобранную в тон наряду Линь Чжао.
Они стояли рядом, и смотрелись вместе удивительно гармонично.
Фу Яньшэн и Линь Чжао то шли вперед, то останавливались.
Стоило Линь Чжао заметить красивый пейзаж, как ему тут же хотелось запечатлеть его на камеру.
А Фу Яньшэн ни капли не подгонял его.
Более того, Линь Чжао даже захотелось сделать пару снимков самого Фу Яньшэна.
Братец Фу вечно такой суровый, ему точно нужно улыбаться чаще, — заявил Линь Чжао, разглядывая получившийся снимок на экране телефона и принимаясь командовать Фу Яньшэном.
Эту сцену издалека наблюдали проходившие мимо люди, и на их лицах читалось искреннее изумление.
Они-то думали, что у Линь Чжао и Фу Яньшэна просто хорошие отношения, но даже представить не могли, что связь зашла так далеко.
Они еще ни разу не видели никого, кто смел бы вот так открыто командовать Фу Яньшэном.
Так это ты, Люй Юаньюань, с самого начала знала, что Чжао-чжао приехал, и специально не давала нам с ним увидеться? — наконец сообразили спутники Люй Юаньюань и с угрозой уставились на нее.
В их взглядах читалось немало раздражения по отношению к Люй Юаньюань.
Дружелюбием там и не пахло.
Люй Юаньюань одарила их выразительным закатыванием глаз, мысленно коря себя за то, что вообще вылезла наружу — теперь-то о присутствии Чжао-чжао на курорте знал практически каждый!
В тот момент, когда эта компания нерешительно собиралась подойти к Линь Чжао, чтобы поздороваться, с противоположной стороны раздался чей-то оклик:
Яньшэн!
Линь Чжао, только что сделавший пару кадров и разбиравшийся, как заставить Фу Яньшэна сфотографировать его в ответ, услышал, что кто-то зовет Фу Яньшэна, и машинально поднял голову в ту сторону.
Неподалеку стояла группа мужчин в безупречных деловых костюмах.
Линь Чжао помнил их: он уже встречал этих людей на различных приемах, хотя общение тогда и ограничивалось простыми приветствиями.
Каждый из них был назначен в семье наследником, которого готовили к будущей роли, и, если не случится непредвиденных обстоятельств, они, как и Фу Яньшэн, со временем должны были встать во главе своих семей.
Только неужели у всех у них настолько много свободного времени?
Как их вообще угораздило оказаться здесь в такой час?
Мысленно удивился Линь Чжао.
Фу Яньшэн даже не удостоил их взглядом и, небрежно протянув руку, забрал у Линь Чжао телефон: Я сам тебя сфотографирую.
Казалось, будто эти люди вовсе не замечали ледяного выражения лица Фу Яньшэна, продолжая уверенно приближаться к нему и Линь Чжао.
Под пристальными взглядами новоприбывших Линь Чжао почувствовал себя не в своей тарелке.
Характер Фу Яньшэна в общении с посторонними всегда оставлял желать лучшего, и все эти люди уже имели с ним дело в прошлом, прекрасно понимая его нрав.
Поэтому они были крайне удивлены, увидев, с какой естественной заботой Фу Яньшэн фотографирует Линь Чжао.
Все они знали, что Фу Яньшэн благоволит младшему господину Линь, но и вообразить не могли, что их отношения зашли так далеко.
Пришедшие вежливо кивнули Линь Чжао, после чего перевели взгляды на Фу Яньшэна.
Закончив со снимками, Фу Яньшэн тут же вернул телефон Линь Чжао.
Яньшэн, какое совпадение! Не ожидал встретить тебя на курорте.
Мужчина в черном костюме, шедший впереди, был старшим братом из семьи Фан, а Фан Цюй, с которым был знаком Линь Чжао, приходился ему младшим братом.
Старший молодой господин Фан смотрел на лицо Фу Яньшэна, слегка приподняв уголки губ, а в его глазах вспыхнул странный огонек.
Услышав такое обращение, Линь Чжао оторвал взгляд от экрана телефона и повернулся к стоявшему рядом Фу Яньшэну.
Чаще всего Линь Чжао доводилось слышать в адрес последнего официальное обращение генеральный директор Фу.
Имя Яньшэн из чужих уст он слышал впервые.
Кончики пальцев Линь Чжао рассеянно скользнули по корпусу телефона.
Генеральный директор Фан, мы не настолько близки, — беззаботно бросил Фу Яньшэн, протягивая руку, чтобы аккуратно расправить залом на одежде Линь Чжао.
Услышав это, Фан Юй замер на месте.
Улыбка чуть не треснула на его лице.
Пусть они и не были близкими друзьями, но компании их семей как раз совместно вели один проект.
Стоило ли из-за простого обращения публично ставить человека в неловкое положение?
Насколько я помню, Фан Юй только что говорил, что они с генеральным директором Фу хорошие друзья. Судя по всему, близостью тут и не пахнет? — стоявшая рядом с Фан Юем фигура мужчины изогнулась в ухмылке, а в голосе прозвучала идеально отмеренная доля издевки.
Большинство этих семейных кланов связывали исключительно поверхностные отношения, в то время как их бизнес-проекты жестко конкурировали между собой.
Упустить столь прекрасную возможность публично щелкнуть конкурента по носу было бы непростительно.
Если дело касается работы, попросите своих помощников согласовать график с секретариатом корпорации Фу, а у меня есть дела.
Бросив эти слова, Фу Яньшэн бросил взгляд на застывшего рядом Линь Чжао и, заметив, что тот с любопытством продолжает разглядывать всю эту компанию, помрачнел еще сильнее.
http://bllate.org/book/39393/4982043
Готово:
