Чжоу Чэнпин немного подумал и спросил:
— Ты хочешь услышать более сглаженное описание или наихудший из возможных вариантов?
Ань Цзэ решительно произнес:
— Расскажи мне о наихудшем.
Чжоу Чэнпин ответил:
— Наихудший вариант заключается в том, что в будущем... он, возможно, останется калекой. Разумеется, я говорю лишь о возможности.
Ань Цзэ ничего не ответил.
Звук дыхания, доносившийся из трубки, казалось, совсем не изменился, но атмосфера вдруг стала какой-то натянутой.
Чжоу Чэнпин на мгновение замолчал, а затем тихо пояснил:
— Ань Цзэ, у твоего брата повреждены обе ноги, особенно правая. Предварительный диагноз — оскольчатый перелом в результате удара тяжелым предметом. Видимо, это дело рук тех людей, которые его похитили.
Ань Цзэ продолжал хранить молчание, обдумывая что-то.
Чжоу Чэнпин продолжил:
— Он пропадал несколько дней, пока строители не обнаружили его на заброшенном заводе. К моменту прибытия нашей скорой помощи он был уже при смерти. Когда его доставили в больницу, у него даже остановилось сердце, и его удалось вытащить буквально с того света...
Ань Цзэ по-прежнему не издавал ни звука.
Чжоу Чэнпин пришлось продолжать:
— Врачи-ортопеды продолжат наблюдение. На мой взгляд, вероятность того, что его ноги полностью заживут, невелика. Конечно, это также зависит от его собственного настроя и состояния восстановления... — Он сделал паузу. — Почему ты все время молчишь?
Ань Цзэ наконец заговорил:
— Это лучше, чем я себе представлял.
Чжоу Чэнпин удивился:
— Неужели ты воображал что-то еще хуже?
Ань Цзэ сказал:
— Получив первые новости, я думал, что он умрет на операционном столе или станет овощем.
Чжоу Чэнпин помолчал немного:
— То, что ты назвал, действительно намного хуже.
Ань Цзэ спокойно произнес:
— Когда случается беда, стоит подумать о еще более ужасном исходе, и на душе становится намного легче. — Он слегка усмехнулся. — То, что он остался жив, для меня уже милость небес.
В голосе Ань Цзэ не угадывалось никаких эмоций. Чжоу Чэнпин вник в смысл его слов и внезапно подумал, что в этом есть определенная логика: по сравнению с неминуемой смертью или превращением в овощ, перелом — и вправду не самый худший вариант.
Чжоу Чэнпин с одобрением кивнул:
— Раз ты так говоришь, я тоже считаю, что твоему брату повезло уже тем, что он выжил.
Ань Цзэ непринужденно сменил тему:
— А что насчет остальных двоих? Они вернулись в страну?
— Остальных двоих? О... Ты об Ань Яне и Ань Мо?
Ань Цзэ кивнул:
— Угу.
— Они еще не вернулись. Твой отец говорил, что Ань Янь на Неделе моды в Париже, а Ань Мо осматривает выставку картин в Нью-Йорке. Кстати, твой дед только что бушевал возле операционной и велел вам, братьям, в течение трех дней непременно катиться обратно.
Ань Цзэ сказал:
— Ясно.
Чжоу Чэнпин опешил:
— Что значит «ясно»? Ты собираешься домой?
— Не собираюсь.
Чжоу Чэнпин замялся:
— Твой брат так тяжело ранен, а ты не собираешься вернуться и навестить его?
— Его ведь перевели в отделение интенсивной терапии, верно?
Чжоу Чэнпин ответил:
— Да.
— По-твоему, я должен бросить важные служебные задачи, приехать домой и сидеть у дверей реанимации, пялясь на табличку «Посещения запрещены»?
— ... — Представив себе картину, как тот сидит перед изолятором и смотрит в пустоту, Чжоу Чэнпин неожиданно усмехнулся. Ань Цзэ, всегда собранный и хладнокровный, конечно же, не стал бы заниматься такой глупостью, как «сидеть перед реанимацией и пялеться в стену».
— Главное, что он жив. Я вернусь навестить его, но не к спеху, — произнес Ань Цзэ.
Чжоу Чэнпин кивнул и, вспомнив его недавние слова, с любопытством спросил:
— Кстати, что за важная задача... о которой ты говорил?
— Военная тайна.
— ... — Чжоу Чэнпин потерял дар речи.
Ань Цзэ улыбнулся:
— Я отключаюсь.
— ... — Слушая короткие гудки в трубке, Чжоу Чэнпин почувствовал легкое раздражение.
Этот Ань Цзэ так уверенно звонит, чтобы выспросить новости, а получив их, сразу бросает трубку и даже спасибо не скажет.
Сразу видно выпускника военной академии: в делах он привык использовать самый простой и прямой путь, а в разговоре — командный тон в стиле «сказано — сделано», свойственный армии. Разговаривая с ним, Чжоу Чэнпин всегда чувствовал какое-то странное давление, нависающее над головой.
Поразмыслив над этим, он вдруг сообразил, что на протяжении всего диалога только и делал, что хладнокровно отвечал на вопросы, как рядовой перед старшим офицером... От этого Чжоу Чэнпину стало еще тоскливее.
В этот самый момент телефон снова зазвонил.
Чжоу Чэнпин взглянул на определитель номера, и его уныние возросло в кубическую степень.
Характеры братьев семьи Ань сильно различались. Чжоу Чэнпин, будучи их двоюродным братом, с детства рос вместе с ними. С тех пор как он стал врачом, стоило кому-то из семьи Ань заболеть или получить травму, как они тут же звонили ему за консультацией. Чжоу Чэнпин чувствовал, что скоро превратится в круглосуточную справочную службу клана Ань. Не успел он положить трубку после разговора с Ань Цзэ, как позвонил Ань Янь.
Обреченно вздохнув, Чжоу Чэнпин ответил:
— Ань Янь.
В трубке послышался голос с легкой улыбкой:
— Двоюродный брат, как дела?
В отличие от Ань Цзэ, который говорил четко и по делу, второй брат семьи Ань, Ань Янь, был типичным мажором — обаятельным, ведущим крайне насыщенную жизнь, искушенным в словесных изысках. Его язык был подвешен так, что любого мог заболтать до полного помутнения рассудка.
Чтобы избежать дальнейших уверток и пустых разговоров, Чжоу Чэнпин поспешил перевести тему:
— Да, я в порядке. Твоего брата только что спасли, его перевели в реанимацию.
Ань Янь на секунду замолк, а затем с улыбкой произнес:
— Спасли? Вот это отличная новость. Доктор Чжоу, вы просто спаситель нашей семьи Ань! Когда я вернусь в страну, обязательно зайду лично выразить свою благодарность.
— ...Я вешаю трубку.
— Не спеши класть трубку, мы так давно не общались, давай поболтаем о том о сем.
— ...У меня два часа ночи, — Чжоу Чэнпин зевнул. — Поболтаем в другой раз, пока.
Не дожидаясь ответа, Чжоу Чэнпин поспешно сбросил вызов.
Вскоре пришло мультимедийное сообщение: там была крупным планом фотография ухмыляющегося лица, а внизу шла приписка: «Иди отдохни, сладких снов^_^»
Этот смайлик и улыбающаяся физиономия выглядели так, словно напрашивались на тумарак...
Чжоу Чэнпин покачал головой и просто отключил личный телефон.
Сделав еще один обход отделения неотложной помощи и убедившись, что состояние пациентов в целом стабильно, он наконец успокоился и направился в ординаторскую отдохнуть.
Возможно, от сильной усталости он закрыл глаза и мгновенно заснул.
Во сне перед ним предстала забавная сцена: он и братья семьи Ань будто снова вернулись в далекие, наивные и беззаботные дни детства, когда они собирались вместе и шумно играли.
Ань Ло с малых лет был холодным, отстраненным и ни с кем не общался — он сидел в стороне, углубившись в строительство башни из кубиков.
Ань Янь в детстве был невероятно озорным и вечно рушил постройки старшего брата. В такие моменты Ань Цзэ выступал вперед словно маленький взрослый и принимался его отчитывать: «Брат так долго это строил, как ты мог!» Ань Янь возмущенно огрызался: «Не ты же строил, какое твое дело?»
Тогда они сцеплялись в драку: ты мне удар, я тебе пинок — и через минуту оба уже ходили с синяками под глазами. Чжоу Чэнпин прятался в сторонке в предвкушении зрелища, а Ань Мо бегал вокруг них, призывая к миру: «Хватит драться, перестаньте драться!»
Ань Янь и Ань Цзэ дрались все яростнее, а сам виновник происшествия, Ань Ло, сохранял невозмутимое выражение лица, словно происходящее его не касалось. Он не помогал никому — ни Ань Яню, разрушившему его кубики, ни вступавшемуся за него Ань Цзэ, оставаясь ко всему равнодушным.
Видя, что младшие братья никак не могут угомониться, Ань Ло просто зевал, разворачивался и уходил наверх, предпочитая не тратить на них нервы...
Настойчивый и резкий телефонный звонок внезапно вырвал Чжоу Чэнпина из сна.
Бросив взгляд на настенные часы, он увидел, что уже семь утра. Лучи утреннего солнца пробивались сквозь облака на востоке, окутывая город легким золотистым сиянием.
Начался еще один совершенно новый день.
Чжоу Чэнпин снял трубку, и в ушах раздался мягкий голос молодой медсестры:
— Доктор Чжоу, тот пациент по имени Ань Ло, поступивший вчера в реанимацию, ведь ваш двоюродный брат, верно? Он только что пришел в себя, не хотите зайти взглянуть на него?
Чжоу Чэнпин тут же выпрямился:
— Понял, я сейчас подойду.
http://bllate.org/book/39344/4973997
Готово: